Щенок

— Кофе? — спрашиваю я, пытаясь сгладить воцарившуюся напряженную тишину. Я очень боюсь, что ребята сейчас выкинут что-нибудь ужасное, мне кажется, им хочется его прирезать. Кто их знает, какие у них остались привычки из прошлой жизни. Но Драко делает неуловимое движение плечами, и я вижу, как понемногу уходит напряжение и их лица становятся более человеческими, что ли. В очередной раз поражаюсь, что есть нечто такое в Драко, что его все слушают. Это ещё со времен школы было. Только я, дурак, тогда не замечал. — Не-а, — морщится вновь пришедший, улыбается, и добавляет доверительно, протягивая мне свою большую теплую ладонь.: — Меня Дейв зовут. — Поттер, — не нахожу ничего лучше, чем сообщить своё имя, я, и с удовольствием жму его руку. — О-ду-ван-чик, — вдруг произносит Дейв и опять смеется. — Что? — непонимающе, по-идиотски переспрашиваю я. — Да нет, ничего, просто красиво звучит. И Дейв садится поудобнее на большом кресле около окна. Я вопросительно смотрю на него, он, кажется, чувствует себя совершенно уверенно и спокойно среди шестерых совершенно незнакомых ему мрачных парней. — Не пережимай, Поттер, — слышу я в своей голове настойчивый голос Драко. — Он хоть и не волшебник, но что-то чувствует. — Мне пива, пожалуйста, — говорит Дейв, обращаясь прямо к мне. Не знаю, как он вычислил, что я тут главный по напиткам. Я нехотя оставляю их одних и ухожу в подвал, где на железных полках хранятся бесконечные банки с пивом. * * * Поттер уходит. Все же он совсем не умеет скрывать чувства — любые потуги изобразить не то, что он думает, выдают его с головой. Неужели эти маглы никогда не врут? Или это просто Поттер такой? Собачья натура, эти хвостатые никогда не скрывают эмоций. Я понимаю, что опять улыбаюсь, как делаю почти всегда, когда думаю о Поттере. Хвосторога его раздери, этого лохматого паршивца. Блейз смотрит на меня удивленно, и я с усилием возвращаюсь к действительности, которая, как обычно, довольно погана. Нет, передо мной сидит не волшебник. Старинные заклинания не врут, семейные особенно, чем бы ни пришлось за них расплачиваться потом. Но. Дело в том, что этот парень нас увидел. Он вошел в надежно скрытый от маглов бар как к себе домой. Сразу вычислил, что распоряжается тут всем Поттер. Ещё поди и магию чувствует, уж слишком хитрые и наглые глаза у него стали, когда Поттер скрылся. Я смотрю в ответ не мигая, уж в эти игры меня не переиграть. Кто общался с моей тетушкой, тот понимает: когда смотришь в глаза гадюке, смертельно опасно отводить взгляд. Про змей я не уверен, но вот про тетушку это было верно всегда. Мерлин, унеси дементоры подальше душу этой… родственницы. Так. Что-то я стал реально слишком сентиментальным. Вот поведешься со всякими собаками (тут я опять улыбаюсь), и начнешь приписывать людям вещи, которых у них отродясь не было. — Надолго в наших краях? — непринужденным тоном спрашиваю я, кивком головы указывая на край его арестантской робы. — Ну, наверняка дольше, чем вы, — загадочно отвечает он. Жестом останавливаю Гойла, едва было не ляпнувшего, что «мы тут дольше не бывает». Он хочет больше подробностей о нас, но нет уж, придется ему обождать, сперва я должен прощупать почву. «Лишняя информация о тебе всегда может стать оружием в твоем уничтожении» — так учил нас декан, и он был прав. Я привычно проглатываю горечь этого «был». Да, был, поражения тоже нужно признавать. — Что же послужило поводом для столь недостойного обращения с вами? — делаю я второй заход, честно признав первый проигранным. — Да совершенно дурацкое дело, — с жаром начинает вдруг Дейв, и я понимаю, что нащупал то, настоящее. Сейчас, если ребята или Поттер его не спугнут, он может многое рассказать. Эх, ребятам-то я могу подать условный сигнал, почесав плечом левое ухо. Они у меня народ натренированный, смотрят внимательно, исполняют беспрекословно. А вот Поттер, он же как атомная бомба в руках у бешеной обезьяны, прости меня Мерлин за магловские сравнение… Нам лучше выяснить все самое важное без него. — Ты не поверишь, — громко вскрикивает незнакомец, размахивая при этом руками, — только представь, они закрыли меня из-за женщин. «Стой где стоишь», — мысленно передаю я инструкцию этому ходячему бедствию, но не имею ни малейшей уверенности в том, что он меня послушает. Поганый расклад, я не могу торопить этого типа, Дейва, в таком деле самое важное — не спугнуть. — Да мы все тут по надуманным обвинениям, — красиво подыгрывает мне Блейз. Вот за что я ценю настоящее воспитание: многие вещи понятны без слов, выходцы из одного общества легко играют в команде. — Ну да, это понятно, только у меня-то совсем вопиющее издевательство судебной системы. Встретив наши недоуменные взгляды Дейв удовлетворенно ухмыляется — очевидно, что рассказывает он эту историю не впервые и доволен произведенным эффектом. — Конечно! Я никого не убивал, даже пальцем не тронул. Все женщины целы и невредимы. Я никак не могу взять в толк: почему кто-то может решать, сколько жен мне нужно для жизни? Это же полный произвол и ущемление гражданских прав, скажи? — горячо добавляет Дейв, но что-то мне кажется слишком наигранным его возмущение. К тому же, сдается мне, что наш остров слишком серьезное наказание за многоженство. Наверняка тут кроется что-то еще, и это хорошо, что Дейв пока не раскалывается, будет чем его взять на приманку… Но тут появляется Поттер, как всегда некстати. — Всегда мечтал работать в баре, — мечтательно говорит он и ставит перед Дейвом огромную кружку пива. Да, на размер сегодня он не поскупился. — А нам? — чуть не выкрикивает Гойл, всегда готовый воспользоваться моментом. — Заткнись и не отсвечивай, — грозно шепчу я ему без слов, пытаясь проникнуть сразу в мозг. Судя по тому, как этот малыш трясет головой, у меня получилось. — А вы кто по профессии? — неожиданно в лоб спрашивает Поттер. Вот интересно, что он сам ответит, если Дейв сам задаст ему тот же вопрос. — Ну, это долгая история — задумчиво тянет Дейв. — В этой жизни я поменял много профессий: повара, фокусника, каскадера. Но, пожалуй, самое интересное было, когда я тренировал футбольную команду. Вот это было время. Когда он не врет, у него совсем другой голос. Сейчас я верю, что он был тренером, и что он страстно ценил свою работу. Не было ли там меркантильного интереса? Уж не за махинации на тотализаторе загорает здесь с нами этот увлеченный футболист? Пока я прощупываю догадки, чуть не пропускаю неожиданный разворот. — Тренер, значит, — задумчиво тянет Поттер, и я вижу, каким лихорадочным блеском загораются его глаза. Что ж, идея интересная, но неизвестно, осуществима ли она вообще. Чтобы не продавливать его сейчас впрямую, я делаю отвлекающий маневр и забрасываю ложную приманку. Заодно и прояснить кое-что не помешает. — Вы говорили, что работали фокусником, это как? Дейв улыбается широко, кажется, это его любимая тема, и, широко разведя руками, достает у Гойла из-за шиворота розовый шелковый платок. — Ого, — только и шепчут ребята, глаза у них при этом круглые и по-настоящему обалделые. Дейв купается в ожидаемой реакции. — Ну, вот примерно так, — скромно опустив глаза, говорит он. — только я вам не открою своих секретов. Не обессудьте. — А в футбол можете нас научить играть? — неожиданно подхватывает квоффл Поттер и несется с ним прямо в лоб ошалелому противнику. * * * — Это офигенная возможность — с жаром говорю я. — Мы все сдали физически и душевно в этой заднице. Нам необходима небольшая встряска. — Говори за себя, — бурчит себе под нос Гойл. — Это самая идиотская затея в моей жизни, — задумчиво тянет Блейз, но я вижу загорающийся азарт в его глазах, а еще замечаю, как взлетает бровь Драко в немом вопросе. Блейз это тоже видит, вот что я уважаю в этих выходцах из чистокровных семей — они замечают детали, большую часть времени играют, как одна команда. — Ну, одна из самых идиотских, — добавляет, усмехнувшись, Блейз и потирает тыльную сторону левой руки. — Нам важно почувствовать себя командой, слаженная работа всегда может пригодиться, — я продолжаю убеждать их и, наверное, самого себя. — Сперва ты должен был обсудить это с нами, — недовольно морщится Нотт. — Ты ведешь себя так, как будто мы дети неразумные. «А кто же вы на самом деле?" — едва было не выпаливаю я, но меня останавливает взгляд серых глаз Драко. Да. Прости, я знаю, с вами так нельзя. Мы никогда не обсуждали ваши ошибки или ваш выбор, мы никогда не говорили о маглах и чистокровных, вообще о той войне, так что мне сейчас точно лучше заткнуться. И всё же. Заполнить тягучие утренние часы тренировками, встречать рассветы пусть и не на метле, но при деле, в азарте игры — это ли не счастье? Мне показалось, что Дейву эта идея тоже понравилась. Я никогда не умел не доверять людям, мне отчего-то понравился этот ухмыляющийся, немного полноватый человек с чуть треснувшим голосом. Если уж он завернул к нам в бар, мы можем что-то сделать вместе. Стоит хотя бы попытаться. — Поттер, ты непроходимый идиот, — отчитывает меня Драко уже дома, в нашей конуре, сидя на своей кривой полуразвалившейся кровати. — У тебя нет даже отдаленного представления о дипломатии. — И он ухмыляется криво и в тоже время удивительно тепло. — Да Мерлин с ней, с этой дипломатией, Драко! Если у нас получится немного встряхнуться — это же замечательно! — говорю я ему, а сам думаю: если бы у меня получилось просто обнять тебя, умный ты мой, хитрый, дипломатичный… Но я сразу обрываю себя на опасных мыслях. Потому что за объятиями последует что-то ещё, вряд ли Драко мечтает о таком и вообще. Я действительно хочу просто увидеть оживление на их понурых землистых лицах. Я же помню этот тягучий мрачный год правления Амбридж, и какой удивительно отдушиной для нас всех был АД. Футбол, конечно, не тоже самое, что защитные заклинания, но, с другой стороны, бывшим Пожирателям, может, он еще нужнее. — Ты даже не представляешь, с кем ты связываешься. — Драко отрывает меня от воспоминаний и мечтаний. — Ты понятия не имеешь, кто такой этот Дейв. Ты не знаешь толком даже, на что способны мы. — Ну, вы способны на многое, — с жаром опровергаю его я и, встретив вопросительный взгляд холодных серых глаз, вдруг понимаю, насколько двусмысленно это звучит. — В смысле, вы много можете, и рано еще себя хоронить, — пытаюсь выкарабкаться из пучины идиотских недосказанностей я. — Ну да, а ты хочешь, чтобы время себя хоронить пришло в самый раз, — устало шутит Драко. И я понимаю, что мне-то, по сути, ничего не грозит. Ну, получится у нас с этой игрой, ну, даже если Дейв окажется тайным шпионом министерства — я-то здесь вольный стрелок и могу исчезнуть в любой день. А вот их положение и без того тяжело, и за каждую ошибку они расплачиваются собственной шкурой. Не моей. — Вот только не начинай опять, — отмахивается Драко. — Без самоедства ты, Поттер, и полдня прожить не можешь. Ладно, я поговорю завтра с ребятами. Посмотрим, что из этого выйдет. — А я попробую прощупать этого Дейва, — говорю я, изо всех сил стараясь не замечать скепсиса в глазах Драко. Ну да, я знаю, что прощупыватель из меня никудышный. Но я попробую.