Общая недосказанность

Одиночество становилось практически физической оскоминой во рту. Хотелось лезть на стену и вывернуть себя на изнанку. Того тепла и света, что давала его светодиодная лампа вроде Гала было ничтожно мало да бы осветить кромешную тьму. А оно требовалось не меньше воздуха. Что-то неприятно кололо видя его за работой полностью во внимании. С одной стороны, он рад, что тот не разбивает себе голову в попытках сделать хоть что-то, а с другой.. Да, он наверное мог прожить без этого. Не страшно. Однако на уставшую голову думается куда хуже. – ты всё ещё ищешь подопытного? Этот вопрос с очевидным ответом и положил начало его личным каретом.

***

Он смотрел на Аф выжидающе пристально с привычным холодом хирурга готового препарировать этот мир. – это будет больно. Констатировал он факт. Затем, окинув взглядом, хладно усмехнулся. – впрочем, тебе не привыкать. Насмешка, явно без злого умысла. Мужчина провёл по его волосам коротко и ровно, словно бы лишь выполнял протокол... И больно действительно было. Больнее всего что Афест ощущал раньше. Так, словно всё раны открылись в одночасье и на них рассыпали соль. Боль была резкой вспышкой агонии где-то на уровне между телом и сознанием. Длительные мучения будут позже.) Разделение, ощущение неполноценности измученного тела и искаженности восприятия. Существо, смотрящее космосом на него в полном непонимании что оно такое и почему оно видит себе подобное. Улыбка Галена казалась обыденно похожей на оскал. Но не для 2342.. испуганные кукольные глаза широко раскрылись, метнулись в сторону, а за ними и тело в попытке найти что то для обороны. Это лишь позабавило пародию на врача. – ну же, 2342, неужели не узнал своего создателя?) Он наклонил голову на бок, изучая взглядом созданное существо, нет не изучая... Анализируя и разбирая на части. Он знал что так будет, знал чем обернется и тем не менее он сделал это. Ведь... «Кто ещё сможет принять расколотую душу и измученное тело?» Он даст возможность глушить отчаяние в себе столько, сколько потребуется. Ведь "нуждаться" значит не в силах отпустить.

***

Кукла и не более чем идеальный прототип, наделённый разумом. – гляди какой симпатичный Человек окидывает взглядом уже пришедшее в себя творение с лёгкой улыбкой. Афеста тоже уже проверили вдоль и поперек. –мг.... Как свежий труп Не разделяет энтузиазма Аф, чувствуя себя припогано, однако, ещё в силах держаться. Гален пихнул того локтем в бок. – что? Изогнув бровь спросил Аф. – не обижай 2342. –красиво бледный. Мужчина закатил глаз глаза. – вообще-то я – художник, я так вижу, я старался. Он не сомневался, что на 23 было угроблено куча сил и ресурсов. И в стараний тоже. Иначе бы кто если бы не старался вручную расписывал фарфор? Красивые голубые узоры на бледном теле, что скорее всего в последствии обращения в плоть станут или светлыми шрамами или не оставят и следа. –умница. Аф сделал механическое действие потрепав Гал по голове. Тот лишь с лёгким возмущением ответил: – не трогай меня своими грязными руками. Знал бы он. . .

***

2342 освоился довольно быстро. Могло ли ему нравится и быть присуще что-то живое? Наверное, раз что-то на уровне сердца грело при забавных рассказах и обучении Афестом всяких приёмов. Он жив, самый настоящий человек.

***

–я не могу тебе доверять Сказал как-то 23. Возможно, знал для чего создан, а может и догадывался. –потому что ты в любой момент можешь создать себе другой прототип, а я буду гнить в подвале. Ответом была лишь улыбка, холодна по привычке отстранённая – заменяются лишь сломанные детали механизмов. Но есть кое-что, что к сожалению я ещё не смог синтезировать... Он положил руку на его грудную клетку и приблизился к уху – так что будь хорошей оболочкой и носи его душу бережно. С холодным предостережением поведал человек. Афесту становилось хуже. Мерзкое тяготящее ощущения опустошения. Неполноценность и хаос. Шум стал ещё громче. Теперь в лаборатории по его ощущениям было невозможно находится. Слишком громко. Даже отключение половины приборов не помогало. Как в тот день. Только слабее, но перманентно. Сожаление в котором он не мог признаться самому себе. Признать ошибку и что с утратой половины души стало лишь хуже. Противно, мерзко и пусто. Все и ничего одновременно. В попытках обрести он лишь потерял самое ценное. Какую-то часть себя. Будто важный аспект отвечающий за счастье. Здесь бы не помог серотонин... Это что-то большее и ужасно гнетущее. Ничего не помогало закрыть зияющую сквозную проплешину. Одной ночью он не выдержал.