la fortuna del diavolo.

Чонгук прожигал мужчину взглядом, тогда как тот нервно сжимал карты в потных ладонях. Он знал — у него больше нет козырей. Единственное, что оставалось, — признать поражение и смириться с судьбой. — Ну же, старик... — голос Чонгука был насмешливым, но в нём сквозила сталь. — Мы оба понимаем, что ты проиграл. Выкидывай карты и не трать моё время. Мужчина дрожащими руками швырнул карты на стол. Затем, словно подкошенный, рухнул на колени и подполз ближе к Чонгуку. Его губы дрожали, голос сорвался на мольбу: — П-пожалуйста... не забирайте моего сына! Я... я отыграюсь, верну долг, клянусь! Чонгук лишь усмехнулся, лениво откинувшись на спинку кресла. Улыбка растянулась почти до ушей — в ней не было ни капли сочувствия. Он перевёл взгляд на фотографию, лежавшую на столе: глянцевый снимок, на котором строгий отец стоит рядом с юношей лет девятнадцати, сидящим на стуле, со скромной улыбкой на лице. — Милый мальчик... — Чонгук выдержал паузу, позволяя мужчине прочувствовать нарастающее напряжение. — Пожалуй, я оставлю его... себе. Он рывком поднялся и опустился к мужчине. Тот слабо всхлипнул, чувствуя приближение неизбежного. Чонгук грубо схватил его за волосы и заставил смотреть прямо в глаза. — Чан-су, ты слишком долго умолял меня о пощаде. — Он говорил тихо, почти шёпотом, но в его голосе чувствовался яд. — Теперь уже поздно. Сжав кулак, Чонгук безжалостно оттолкнул его. Тот бессильно осел на пол, тяжело дыша, опираясь на ладони. — Адрес я знаю. Тебя уже ничего не спасёт. Он развернулся и направился к выходу. На ходу бросил приказ охранникам: — Утащите его в подвал. Он мне ещё понадобится. На улице его уже ждал чёрный «Гелик». Водитель и трое охранников стояли неподалёку, не задавая лишних вопросов. Чонгук молча занял место в салоне. Достав сложенный вчетверо клочок бумаги, он передал его водителю: — Кён-хо, вези меня к мальчишке. — Понял, босс. Машина мягко тронулась с места. Спешить было некуда — всё шло по плану. Чонгук позволил себе расслабиться, устало прикрыв глаза. Он давно мечтал о подобной ставке — и, наконец, получил желаемое. Манипуляции, давление, контроль... Всё было просчитано. Его переполняла гордость. Спустя пятнадцать минут внедорожник остановился у скромного дома на окраине. Небольшая лестница, потрескавшийся порог. Чонгук вышел первым, огляделся и неспешно подошёл к двери. Постучал — дважды, уверенно. За дверью послышались шаги. Затем — тонкий голос, хрупкий и настороженный: — Кто там? Чонгук ухмыльнулся, почти представляя себе испуганное лицо юноши. — Открой, Тэхен. Я приехал за тобой. Пауза. — Кто вы?.. — Мы от твоего отца. Чан-су. Открой дверь, пожалуйста. Внутри послышался лязг замка, но не чтобы открыть — наоборот, Тэхен заперся крепче. — Уходите, — голос дрожал, но был твёрдым. — Я вызову полицию. Чонгук медленно наклонил голову, его улыбка стала хищной. — Зря, сучка. Из-за его спины выступили двое охранников. Один из них с силой ударил плечом в дверь. Дом вздрогнул. Ещё удар — звон стекла, испуганный вскрик. На третий раз — дверь рухнула внутрь с грохотом, оседая в облаке пыли и обломков. Из клубов пыли медленно вышел Чонгук. — Ю-ху... Кто-то дома? — его голос звучал почти весело, как будто он пришёл в гости к старому знакомому. Он сделал шаг вперёд, и его ботинок скрипнул по упавшей фотографии — та самая, где отец и сын были ещё вместе. Но теперь всё было иначе.