Извинения

«Это был просто сон… Это не могло быть реальностью…» 

Эти мысли не покидали голову Ноэлль. Она не могла забыть «сон» про темный мир. Поведение и тот голос Криса не могли выйти из ее сознания. Она слышала его голос, тихий, невнятный, но такой властный голос. Она не могла забыть его властное поведение. Но ведь это был сон? Но его слова в больнице, его поведение, часы, которые как-то оказались у Криса. Точно ли это был сон?  Она не могла закрыть глаза, она не могла спать. Все что она видела, когда закрывала глаза — это снег. 

«Мне просто нужно успокоиться, все будет в порядке. Крис — это Крис. Я просто себя накручиваю»

Стук в окно. Чувство страха. Кто мог ночью стучать в окно? Ноэлль осторожно подходит к окну и открывает шторы:  — Ноэлль… Впусти меня пожалуйста, ты должна меня выслушать, — за окном был Крис. Его фигура была в темноте, но в голосе слышалось беспокойство.  Ноэлль открыла окно и впустила друга своего детства. Они вместе сели на диван. Крис выглядел как обычно, и голос его был таким же, как обычно. Ведь в больнице она слышала совсем другой голос. Будто бы с ней тогда говорил вовсе и не Крис. — Крис? Почему ты пришел ко мне ночью? Так еще и залез через окно?  — Прости, я не хотел будить твоих родителей. Я пришел извиниться, прости меня, Ноэлль. Прости за то, что я сказал в больнице, прости, что я так странно себя вел. Прости меня за то, что я взял твои часы, прости меня пожалуйста…  Крис говорил быстро, словно боялся не успеть. Его голос дрожал, но был самым искренним.  — Крис, всё в порядке. Тебе не за что так извиняться.  — Нет, Ноэлль, прости меня. Я видел, как ты перепугалась. Ты выглядела так встревоженно. Ты выбежала из больницы не сказав ни слова. Мне так стыдно, Ноэлль. Дай мне свою руку пожалуйста. Ноэлль аккуратно протянула свою руку Крису. Он достал из кармана брюк часы. Те самые, которые он забрал у нее в темном мире. Он бережно, с трепетом взял ее руку и надел ей часы. Его пальцы, такие тёплые и нежные, скользнули по запястью, застёгивая ремешок часов.  — Прости, что забрал их и сразу не вернул. — Всё в порядке, я принимаю твои извинения. Крис, а твоя мама разве не будет беспокоится, что ты ушел из дома посреди ночи? — Не беспокойся, она даже не узнает, я вылез через окно.  Они вместе посмеялись. Ноэлль была рада, она давно не говорила наедине с Крисом. Но после этого между ними возникла неловкая пауза. Они оба хотели что-то сказать друг другу, но не могли подобрать слова. Хоть они и живут всю жизнь по соседству и общаются с самого детства, им всё равно неловко долго находится наедине.  —…Ты идешь завтра на фестиваль? — вдруг спросил Крис, прерывая неловкую тишину между ними.  Ноэлль сжала край свитера. — Я… должна была идти с Бердли. Но он в больнице… — ее голос прервался, — и он даже не спросил, хочу ли я идти с ним.  — Тогда… может пойдешь со мной? —  Он сказал это слишком быстро, и тут же покраснел до кончиков ушей.  — Что? — Ноэлль захлопала ресницами. — То есть… да. Да, я пойду с тобой на фестиваль, — она сказала это спокойно, но её сердце застучало так сильно, что казалось, его было слышно даже Крису.  — Правда? — Он широко раскрыл глаза и посмотрел на Ноэлль. — Конечно!  И они рассмеялись — неловко, но искренне.