Dirty Rose

К очередному походу в студию Минги Юнхо готовится. Он оценивает свою одежду на способность пропускать под себя чужие руки. На удивление, самыми выгодными оказываются толстовки. Нет пуговиц, они свободные и легко приподнимаются. На голубой с принтом в виде небольшой надписи Юнхо и останавливается. Быстро натягивает джинсы, потому что провозился очень долго с выбором, надевает кроссовки. Уже перед самым выходом достает из холодильника пиво и осушает половину бутылки. За руль он сегодня всё равно не планировал. Юнхо едет в студию, настраивая себя на поцелуи с продолжение и на то, что он не скажет Минги «стоп», если тот захочет большего. — Ты все-таки приехал, — Минги улыбается, встает со стула и сжимает Юнхо в объятиях, целует в щеку. — Я очень рад. — Без меня ты снова забудешь поесть и будешь скрюченным сидеть перед компьютером весь день. А со мной не станешь задерживаться и перерабатывать, — Юнхо улыбается и жмется сильнее, ища в этих действиях поддержку. — Это так мило, — Минги чмокает Юнхо в губы. — Мне нравится быть твоим парнем. Одни сплошные плюсы. — Иди, работай пока, — Юнхо возвращает Минги поцелуй, задерживаясь в нем чуть дольше. — Я посижу на диване. Найду, чем заняться. Минги кивает и возвращается к компьютеру. Сегодня у него не так много дел: довести до ума черновик своего нового трека и отправить менеджеру и продюсеру на согласование. Это просто гайд, поэтому особо стараться не обязательно. В будущем он хочет сделать полноформатный альбом, который и так отнимет уйму времени. Пока можно расслабиться. И наслаждаться компанией Юнхо. Тот поглядывает на спину Минги и даже жалеет, что совсем не умеет рисовать или фотографировать. С другой стороны, если это только для личного пользования, можно не заморачиваться. Юнхо включает камеру на смартфоне и делает для себя пару снимков. Ещё полчаса залипает в играх, делает какие-то пометки, читает скаченную специально для этого книгу — оказывается довольно увлекательной. Юнхо идет в магазин, зная, что Минги лучше не тревожить и не отнимать время. С покупками он вполне в силах справиться сам. Обязательный кофе, что-то поесть. Юнхо улыбается продавцу и возвращается в студию. Иногда кажется, что за спиной Минги может случиться что угодно, а он по-прежнему останется сосредоточен на работе. — Давай перерыв, — Юнхо аккуратно сдвигает наушник, чтобы его услышали. — Да, звучит как план. Тем более я почти закончил, — Минги закрывает окошки программ и идет к крохотному столику возле своего «любимого» неудобного дивана. — Ммм, все выглядит так аппетитно. Ну или я очень голодный. — Не думал, что в написании треков столько работы. Со стороны это кажется проще: написал за вечер слова, накидал музыку из стандартных битов — и хит готов, — Юнхо старается быть поближе, просто потому что так спокойнее и комфортнее. — Иногда так и случается. Но какие-то треки или заказы требуют гораздо больше времени. Бывает по-разному. Но мне нравится процесс, так что не жалуюсь, — Минги улыбается и крупными глотками пьет холодный кофе. — Я бы хотел узнать об этом побольше. Рассказывай, как будет настроение, — Юнхо интересно, но он и себе не сможет точно сказать, интересен ли ему процесс сам по себе или потому, что в него погружен Минги. — Обязательно. Но пока у меня есть идея получше. Минги хитро усмехается, кладет руку Юнхо на затылок и целует его — нежно, но глубоко, влажно, никуда не торопясь. Это было ожидаемо и желанно. Юнхо расслабляется в чужих руках, охотно отвечает. Он не знает, как намекнуть правильно, поэтому, как только ладони Минги оказываются у кромки толстовки, Юнхо чуть сжимает его плечи. — Не переживай, я же обещал, что мы не будем торопиться, — Минги немного иначе трактует реакцию Юнхо и смущенно отстраняется. — Нет, я наоборот, — Юнхо сложно совладать с собой, сердце бьется быстрее, дыхание перехватывает, но это волнение можно переждать. — Предлагаю немного поторопиться. — Ты уверен? Если нет, то не заставляй себя. Я подожду, сколько нужно, — Минги мягко поглаживает Юнхо по растрепанным волосам. — Уверен, — лукавит. Он не совсем уверен, но хочет попробовать. Если сейчас пройдет без проблем, то, скорее всего, и дальше проблем не будет. — Тогда я продолжу? И, если тебе станет некомфортно, сразу говори. Минги снова утягивает Юнхо в поцелуй. Поглаживает его слегка напряженные плечи, спину. Проводит пальцами вдоль позвоночника вниз и касается края толстовки, приподнимая ее. Кожа Юнхо горячая и очень нежная на ощупь. Минги касается осторожно, боясь напугать или сделать что-то не так. Легко царапает у края джинсов ногтями, костяшками ведет вверх. Это оказывается очень приятно, волнительно и совсем не страшно. Даже наоборот, Юнхо хочется зайти дальше. Поэтому он старается расслабиться, целует активнее, поглаживает спину Минги. Юнхо нравится то, что происходит. — Меня тоже можно трогать, — улыбается Минги в поцелуй, смелее задирая толстовку Юнхо, касаясь ладонями выпирающих лопаток. — Очень заманчиво, — сбивчиво произносит Юнхо и забирается под чужую футболку пальцами. Сначала несмело, потом активнее. Он прижимается ладонями к спине, ведет ими по бокам. — Как тебе ощущения? Нравится? — Минги опускается поцелуями по шее, прикусывает нежную кожу под линией челюсти. — Нравится, — с придыханием произносит Юнхо. Он прикрывает глаза и чуть наклоняет голову, чтобы получить больше. Минги продолжает гладить спину и плечи Юнхо своими горячими руками. Целует жарко и уже совсем не невинно. Хочется больше: опрокинуться на диван, стянуть толстовку и джинсы… Но приходится сдерживаться. Минги едва не рычит от разочарования. А Юнхо действительно нравится всё происходящее. Тело реагирует, тянется навстречу, и внутри, кроме волнения, нет ничего, никаких лишних мыслей. Минги пока гладит и целует, не опускает взгляд, а значит, нечего бояться. Юнхо готов пойти дальше: если на этой точке всё хорошо, то и после проблем быть не должно. — Мы можем продолжить, — шепчет Юнхо, разомлевший от ласк, — только не здесь. Минги закусывает нижнюю губу и прижимается к Юнхо, оставляя руки на его спине под толстовкой. — Согласен, — Юнхо чувствует облегчение. Когда Минги не предлагает поехать к нему или куда-то ещё, Юнхо действительно рад. Это странное ощущение идет вразрез с тем, что он чувствовал до этого. Возможно, дело в том, что они остановились: значит, надо быть в процессе, тогда почти не остается времени на мысли. От чужих горячих рук на теле хорошо, приятно. Юнхо чувствует себя под защитой, если они не требуют от него большего и одежда остается на нем. — Посидим еще так немного? — Минги не выпускает Юнхо из рук. Ужасно хочется зацеловать все его тело, но нельзя. Это не расстраивает, конечно, нет. Минги готов ждать. Но ощущение незавершенности присутствует. Он привык чувствовать человека через прикосновения, изучать чужое тело, будто звезды на небе. А теперь… — Да, я не против, — отвечает ему Юнхо. — У тебя горячие прикосновения, и мне приятно, когда ты рядом. К тому же мы вместе. Ему и самому в это не верится. Юнхо считал, что больше никогда ни одному человеку в мире не позволит быть рядом. Оказалось, что нужно лишь найти подходящего. Юнхо очень хочет, чтобы Минги был именно таким. — Ты такой сексуальный, даже сейчас. Так бы и съел, — Минги шутливо прикусывает плечо Юнхо через одежду. — Это заманчивое предложение. Мне не нужно будет ходить на работу, — Юнхо посмеивается и ведет рукой по спине Минги, немного меняя положение. — Но если ты просто голодный, то лучше перекусить чем-то другим. — Я не ел с десяти утра, — вспоминает Минги. — Накормишь меня? — Скажи «А-а-а», — Юнхо накручивает немного лапши на палочки и подносит к Минги. Он видел, как таким занимаются Уен с Саном. Тогда это казалось чересчур, сейчас это мило. Минги съедает предложенное, улыбается и просит еще. — Раньше я и представить себе не мог, что буду подобным заниматься. Но с тобой хочется. — Почему? — Юнхо берет ещё немного лапши. — Я раньше думал, что это странно, Уен говорил, что я ничего не понимаю и это весело. Признаю, что он был прав. — Я тоже считал это слишком… Милым? А я же суровый рэпер, я не такой. Но с тобой хочется обниматься постоянно и есть с ложечки, — Минги цепляет языком ниточку собы. — Я становлюсь мамочкой, — Юнхо смеется и продолжает. — Но я не против. Это и правда мило. К тому же так я могу быть уверенным, что ты поел и отдохнул. — Приходи кормить меня почаще. А то я, когда работаю, про все забываю, — Минги чмокает Юнхо в губы, оставляя на них соус. — Договорились. Мне здесь нравится, особенно, когда здесь ты, — Юнхо не припомнит, чтобы испытывал когда-то это совершенно глупое ощущение восторга от того, что проводишь время с кем-то. — Видимо, мне придется купить сюда диван поудобнее, — Минги смеется. — Тогда у нас не будет повода возвращаться домой. А я бы хотел посмотреть твою квартиру и показать свою при случае, — Юнхо немного смущается, но не сводит с Минги взгляда. — Это приглашение? — Минги поднимает бровь удивленно. — А двери моей квартиры всегда для тебя открыты. — Считай, что да, — Юнхо решает идти ва-банк, пока еще не передумал. — Тогда с тебя дата и время, а с меня еда и напитки. Сделаешь нам коктейли. — У меня впереди две смены. Давай после них. Есть у тебя планы через пару дней? Примерно после обеда, чтобы я успел выспаться, — Юнхо понимает, что торопится, но не хочет поворачивать назад. Все должно быть удачно. Они выпьют, расслабятся, а дальше уже будет проще. — Да, без проблем. Я до конца месяца нигде не выступаю, а поработать в студии всегда успею, — Минги пока плохо представляет, как будет сдерживать себя наедине с Юнхо в его квартире. Надоело уже себя чувствовать озабоченным маньяком. Он просто надеется, что они выпьют, посмотрят кино и лягут спать. — Я буду ждать, — шепотом говорит Юнхо, чувствуя, как от волнения начинают потеть ладони. Он резко сокращает расстояние между собой и Минги, спасаясь в поцелуе и отвлекая себя от мыслей. — Юнхо, — Минги делает перерыв, дышит тяжело. — Ты не должен чувствовать себя обязанным делать… эээ… всякие интимные вещи со мной. — Я знаю, — Юнхо не хочет прерываться, не хочет думать. Он уже решил, и сомнения сейчас совершенно лишние, они лишь пошатнут уверенность. Юнхо знает примерно все, что скажет Минги, и, даже если все слова искренние, это не меняет ничего. — Тогда я скажу, что ты очень сексуальный, даже в своей мешковатой одежде, — Минги смеется и целует Юнхо в шею. — Спасибо, — Юнхо прячет чужую улыбку, обнимая крепче. — Ты тоже. Ты красивый, Минги. — А что именно во мне ты считаешь красивым? — дразнится Минги. — Начну с банального, — Юнхо расслабляется, когда они переводят тему. Он проводит по щеке Минги ладонью и продолжает. — Мне нравятся твои губы, они очень мягкие. Нравится шея, как дергается кадык, плечи, руки, — Юнхо ведет ладонью, пока говорит. — Грудь. Я всегда обращал внимание, даже когда бесился из-за твоих подкатов. Все равно не мог отвести глаз, а ты вечно в своих непонятных рубашках, которые больше открывают, чем скрывают. Пока сидел здесь, понравилось смотреть на твою спину. Бедра — ты немного разводишь ноги, когда сосредоточен, стараясь придвинуться поближе к экрану. — Интересно, — Минги ухмыляется, щурится, словно лис, и стягивает свою футболку, откидывая ее на диван. — Так лучше видно, да? — Намного, — Юнхо опускает ладони на чужую грудь, ведет вниз, в стороны. Ему всегда нравились такие, горячие и уверенные. — Красиво. Понимаю, почему тебя часто обсуждают. — Пусть говорят, что хотят. Но так трогать можно только тебе, — Минги двигается еще ближе. Сдержаться очень сложно, тем более, если так открыто предлагают. Юнхо надавливает пальцами на соски, теребит их, прощупывает мышцы, ладонью чувствуя, как поднимается и опускается грудная клетка. — Трогай смелее, — Минги прикрывает глаза от удовольствия. Он плохо понимает, зачем вообще это делает, но ощущения невероятные. Юнхо опускает голову, чуть съезжает назад и касается губами ключиц. Целует, продолжая гладить и сжимать пальцами соски Минги. Ощущения знакомые, но при этом новые, потому что реакции Минги отличаются от тех, к которым Юнхо привык. Он поднимается поцелуями выше, засасывает кожу на шее. Минги решается открыть глаза, чтобы понаблюдать. Юнхо осторожен, но настойчив. Ему интересно, и никакого страха, очевидно, не испытывает. — Ты красивый, — Минги собирает волосы Юнхо в ладонь на затылке, чуть тянет. — Тебе нравится? — Юнхо поднимает голову, чтобы посмотреть, как реагирует Минги, какие эмоции на его лице. Он приоткрывает рот, чтобы проще было дышать, и подается вперед, кусая за подбородок. — Очень. А тебе? — Минги поглаживает Юнхо по щеке, большим пальцем проводит по влажным губам, надавливая на нижнюю. — Мне тоже. Хочу сделать ещё кое-что, — Юнхо чуть сползает с дивана и касается груди Минги поцелуем, обхватывает сосок губами, нажимая на него языком. — Ох, так приятно, — Минги облизывается и выдыхает. Юнхо не такой простой и невинный, каким кажется. Так даже интереснее. Юнхо целует вокруг, переходит ко второму. Эти действия привычны, даже заучены. Юнхо не боится прелюдий, наоборот, всегда любил их. К тому же, пока касается он сам, его почти не трогают. — Да ты издеваешься, — шипит Минги. Ему хорошо, даже слишком. Обычно он старается ублажить своего партнера, а тут все наоборот. Минги не привык, и от переизбытка эмоций член начинает неприятно упираться в ширинку джинсов. — Нет. Тебя приятно трогать, к тому же ты сам настоял, — Юнхо чуть прихватывает сосок зубами и поглаживает рукой живот Минги. — И я ничуть об этом не жалею, — Минги сжимает плечи Юнхо, дышит тяжело и не хочет, чтобы тот останавливался. — Мне уже страшно… На что же ты еще способен? — Ты хочешь больше? — Юнхо не совсем уверен, но всё же опускает руку на чужой член. Ведет вверх и вниз. Это хорошая тактика — доставлять удовольствие, она дает ощущение контроля и чувство безопасности. — Если только ты сам этого хочешь, — Минги не планирует сопротивляться. Прикосновения Юнхо слишком желанны сейчас. — Закрой глаза, хорошо? Юнхо ведет большими пальцами от основания члена наверх, даже сквозь плотные джинсы ощущая, что Минги возбужден. Он расстегивает пояс, следом — пуговицу. Освобождая для себя немного места, пальцем надавливает на головку члена Минги, дожидаясь момента, когда появится мокрое пятно. Немного царапает поверх белья, прежде чем, не заботясь о молнии, опустить джинсы ниже. — Ты меня с ума сводишь, — Минги царапает обивку дивана своими короткими ногтями и боится пошевелиться. Кажется, сделаешь лишнее движение — и все вокруг рассыпется или окажется сном. — Главное — не открывай глаза, — Юнхо спускает чужие джинсы к щиколоткам, иначе они слишком мешаются. Гладит член поверх белья, осторожно, задерживаясь в верхней точке. — Тебе есть чем похвастаться. — Почему? Я тоже хочу видеть, какой ты красивый. Даже в одежде, — Минги поглаживает Юнхо по волосам вслепую. — Хорошо, — Юнхо нужно какое-то время, чтобы решиться. Он спускает вниз белье, обхватывает член ладонью. Крупный, горячий, похож на своего хозяина. Юнхо даже улыбается этим мыслям, пока водит рукой. Минги приоткрывает глаза. И от одного этого вида можно моментально кончить. — Как так? Как можно быть таким сексуальным? — Прекрати, — Юнхо краснеет и опускает взгляд. Ему нравится водить большим пальцем по головке, размазывая влагу, которая появляется вновь. Он не уверен, стоит ли брать в рот, поэтому ласкает только рукой, медленно и вдумчиво, опускаясь к основанию и поднимаясь вверх. — Скажи, как тебе нравится или если что-то делаю не так. — Не прекращу. Не знаю, почему ты так стесняешься себя. Но мне нравится все. Главное, что мне нравишься ты, — Минги облизывает свои пересохшие губы и улыбается Юнхо — открыто и искренне. Юнхо не хочет спорить. К тому же Минги ему тоже нравится и его комплименты греют, от них становится очень приятно. Юнхо обхватывает член ладонью поплотнее и наклоняется, чтобы оставить осторожный поцелуй. Ритм становится чуть быстрее, поцелуев больше. Минги остается только стонать и дышать через раз, пытаясь не кончить раньше времени. У него было достаточно много партнеров. Кто-то более опытный, кто-то совсем новичок. Но Юнхо творит с ним что-то, не передаваемое словами. По телу проходит крупная дрожь, у Минги поджимаются пальцы на ногах. — Что же ты еще умеешь, Юнхо… — Он красивый. Странно, наверное, такое слышать, но красивые вещи приятно трогать, — Юнхо открывает рот и все же забирает член Минги, пусть и не до конца. Он немного солоноватый и дергается от прикосновений языка. Юнхо ещё немного ускоряется и свободной рукой ведет по чужому бедру. — Никто никогда не заваливал комплиментами мой член. Это странно, но в хорошем смысле. Приятно, — Минги приходится собрать остатки своего самообладания, чтобы выдать внятное предложение, а не набор звуков. Юнхо не лучший в оральном сексе. Но то, как он вкладывает в это всего себя, стоит гораздо больше, чем просто натренированный рот. Юнхо сейчас чувствует себя уверенно, зная, что делать, предполагая реакции. Он не планировал так быстро перейти к подобному, но происходящее вселяет уверенность в том, что в сексе тоже не будет проблем. Поэтому Юнхо старается, меняет ритм, когда немного устает. Замедляет его, потом снова ускоряет, больше работает руками, но головку держит во рту, нажимая на нее языком. Минги массирует пальцами затылок Юнхо, перебирает пальцами волосы. Его рот — горячий, влажный — так хорошо и правильно ощущается вокруг члена, что долго так точно не протянуть. Юнхо плотнее обхватывает губами и сосредотачивается, чтобы держать один темп. Одна рука гуляет по члену, другой он держится за бедро, поглаживает. Это тоже помогает не сбиваться. Юнхо прикрывает глаза. — Юнхо, такими темпами меня надолго не хватит, — произносит Минги, в перерывах между попытками нормально вздохнуть, а не просто беспомощно глотать воздух ртом. — Мне остановиться? — спрашивает Юнхо, вынимая изо рта, но продолжая работать рукой. Взгляд немного мутный, расфокусированный. — С ума сошел? — рычит Минги, тут же смягчившись. — Прости. Просто мне давно не было так хорошо. Это льстит. Внутри становится теплее от таких слов и появляется азарт, желание сделать ещё лучше. Юнхо не сбивается с темпа, несмотря на то, что рука уже немного затекла, но сейчас держать его необычайно важно. Он вновь наклоняется и забирает глубже, снова и снова, затем возвращается к уже знакомым ласкам головки языком. Минги, чувствуя приближающийся оргазм, упирается Юнхо в плечо предупреждающе: — Пожалуйста, отодвинься, не хочу причинять тебе дискомфорт. Юнхо убирает голову в сторону и чуть сдвигается сам, не убирая руку, но немного замедляя темп. Проводя до самого основания, он наслаждается тем, насколько член Минги твердый, горячий, как вздрагивает. Его хочется сжать сильнее, и Юнхо не удерживается от того, чтобы обхватить рукой плотнее. Оставляет поцелуй на бедре, осторожный и почти невесомый, там, где край футболки касается кожи. Минги кончает, содрогнувшись всем телом. Перед глазами у него прыгают черные звездочки, но мышцы приятно расслабляются, наполняются теплом. — Юнхо, ты монстр, — смеется Минги, втягивая воздух ртом. — Я не сделал ничего такого, — Юнхо заваливается на диван и перебирает пальцами в воздухе, чтобы размять руку. — Уверен, что уж минет тебе делали не то, что на первом свидании, а в первые полчаса после знакомства. Или скажешь, что я не прав? — Прав, — легко соглашается Минги. — Но раньше мне никто не нравился так сильно, как нравишься ты. В этом разница. Физическое удовольствие умножается на сто, когда доставляет его кто-то особенно… близкий. Минги берет руку Юнхо в свою ладонь и начинает мягко массировать. Это очень приятно и отвлекает. Юнхо не сразу может обдумать все сказанное. А когда слова в полной мере доходят до него, становится не по себе. Минги говорит слишком смущающие вещи, кажется, что он торопится и не понимает, говорит на эмоциях. Юнхо не может примерить его слова на себя. Они как-то не вяжутся, не приклеиваются к нему. Воспринимаются лестью или неуместной похвалой, словно Минги что-то нужно. Это ощущение оседает на коже. Юнхо сглатывает, не зная как правильно среагировать. — Ты мне тоже нравишься. Я рад, что тебе было хорошо, — Юнхо пытается подобрать слова, которые будут максимально уместные и созвучны с тем, что он ощущает. Это не первый его минет. Подобное уже случалось и его даже за это хвалили, кажется, тоже в чем-то признавались. Юнхо сложно сказать точно, он не уверен, что не принимал желаемое за действительное. — Извини, если тороплю события. Просто решил не молчать о том, что чувствую к тебе. Мне кажется это важным. И если ты пока не испытываешь чего-то похожего — ничего страшного, — Минги улыбается и притягивает Юнхо к себе. На самом деле, он признавался несколько раз в симпатии разным людям. Но то были другие чувства, не такие волнующие. С Юнхо все происходит, словно в первый раз. Минги кажется себе глупым влюбленным подростком, который только и умеет, что говорить однотипную романтическую чушь. И его это не раздражает. Наоборот: удивительным образом нравится. — Ты замечательный. И правда нравишься мне, — Юнхо улыбается и, подавшись вперед, касается поцелуем губ Минги. Он оставляет при себе все «но», которые сейчас, как маленькие голодные зверьки отрывают части от его уверенности, что все будет хорошо. Сомнения приходят вместе со страхом, с желанием спрятаться, притормозить. Но в противовес ощущениям Юнхо выбирает идти вперед через это болото в надежде, что оно скоро закончится. Минги, погруженный в эйфорию, не замечает тень сомнений на лице Юнхо. Поэтому просто стискивает его в объятиях и мягко целует. Юнхо отвечает охотно, отдаваясь приятным ощущениям и чужому теплу. — Тебе ещё нужно что-то делать? Я совсем потерял счет времени. — Нет, на сегодня я свободен. Прогуляемся за кофе? — предлагает Минги, сладко потягиваясь. — Идем. Мне не помешает подзарядиться, — Юнхо встает с дивана, прибирает со стола, пока Минги приводит себя в порядок. Есть уже не хочется, а вот кофе и прогулка будут лучшим вариантом для продолжения вечера. Минги вытирается салфетками, одевается, хотя и джинсы, и футболка выглядят очень потрепанными. Но запасные вещи он с собой не взял, поэтому как есть. Смотрится в зеркало, пытаясь хотя бы волосы пригладить. — Что ни делай, а выгляжу я все равно немного затраханным, — Минги смеется, выключает компьютер и всю аппаратуру. — Подброшу тебя потом домой. — Я не против, — Юнхо выходит вслед за ним из студии. — Многие считают, что выступление на сцене похоже на секс, такой же обмен энергиями и взаимное желание. — Это пока секрет, но меня позвали выступать на очень масштабный хип-хоп фестиваль. Я бы хотел тебя увидеть там в первом ряду, — Минги улыбается и берет Юнхо за руку. — Я обязательно буду там. Обещаю, — Юнхо переплетает пальцы и немного сжимает чужую ладонь. — Тогда тебе придется подпевать и размахивать моим плакатом, — почти серьезно просит Минги. — Я столько не выучу, — притворно ужасается Юнхо. — Но согласен кричать, что ты секси, и плакатом, так уж и быть, тоже потрясу. Подойдет? — Ладно, такой расклад меня тоже устраивает, — Минги закрывает студию и кодовый замок. — Буду смотреть только на тебя. — Обещаешь? — подначивает Юнхо. — Конечно! Подойду к краю сцены и на глазах у всей толпы буду пялиться только на тебя, — подмигивает Минги. — Идеально, — Юнхо смеется и тянет Минги к магазину. Он все ещё хочет кофе. Минги расплачивается на кассе за два американо и корн-дога. Словно подростки, они садятся прямо на бордюр возле магазина и с удовольствием поедают вредные вкусности, запивая неплохим кофе. Примерно через час Минги загружает полусонного Юнхо в машину и подвозит до дома, не забывая поцеловать на прощание. День их новой встречи наступает очень быстро. Для Юнхо слишком быстро. Он всегда рад Минги, с удовольствием проводит с ним время, но не в этот раз. Юнхо очень нервничает, не может нормально спать и постоянно прокручивает в голове самые разные сценарии. Минги никогда не был у него дома, поэтому уборка — неотъемлемая часть подготовки. Юнхо несколько раз проверяет, все ли стоит на своих местах, что-то поправляет. Он засовывает под подушку презервативы и смазку, потом вынимает, потому что это кажется слишком прямым намеком, кладет снова. Юнхо не может найти себе места в собственной квартире, долго выбирает, что надеть. Он не в силах изменить себе, поэтому снова толстовка, в ней становится спокойнее. Уену не звонит. Не хочет погружать в свои проблемы и снова говорить об одном и том же. Юнхо знает, что ответит лучший друг, но, увы, это никогда его не спасало. Совсем другие слова засели в его памяти надолго, кажется, навсегда. За полчаса до прихода гостя Юнхо снова переодевается, отдавая предпочтение свободному уютному свитшоту. Минги, конечно, тоже волнуется. Целый час проводит в душе, даже на секунду задумывается, брить ли ему ноги (хотя он никогда этого не делал). Но решает, что Юнхо, наверное, это не будет так уж принципиально. Складывает в рюкзак новенькую пачку презервативов (на всякий случай), смазку. Выбирает долго парфюм и одежду. Решает, что в честь такого случая можно выглядеть сексуально. Поэтому останавливается на белых джинсах, в которых больше дырок, чем целых частей, и черной полупрозрачной футболке. Для улицы довольно вызывающе, но он сегодня на машине, поэтому не страшно. Заезжает в магазин по дороге, покупает сыр, фрукты и несколько готовых блюд. Алкоголь не берет: наверняка у Юнхо коллекция более впечатляющая, чем его фантазия. Уже на пороге чужой квартиры Минги начинает переживать еще сильнее. Одергивает футболку, перебирает в руке пакет и нажимает на кнопку звонка. Юнхо дергается. Погруженный в свои мысли, он не ожидает услышать звонок так скоро, хотя пару минут назад не сводил взгляда с часов. Он впускает Минги к себе, оглядывает его с ног до головы и решает, что сейчас самое время для комплиментов. — Привет. Выглядишь шикарно, — Юнхо тянется за поцелуем, скрывая в нем свою неловкость. — Под стать тебе, — Минги улыбается и закрывает за собой дверь. — Отнеси это на кухню, а я пока зайду руки помыть. Выгрузив пакеты, Юнхо раскладывает содержимое по тарелкам, несет их в гостинную. Он уже примерно знает, что будет сегодня мешать, поэтому ингредиенты для коктейлей частично уже здесь, что-то стоит в холодильнике. Юнхо собирает все, что нужно, кивая подошедшему Минги. — Садись на диван. Выбирай, что хочешь посмотреть. Я сейчас всё принесу и присоединюсь. Минги выбирает в онлайн-кинотеатре засмотренный до дыр фильм «Отпуск по обмену». Приятная, смешная мелодрама — что может быть лучше? От волнения не выдерживает и начинает подъедать закуски, притупляя стресс. Юнхо садится рядом, улыбается и целует в щеку. Окинув взглядом стол, понимает, что всё нужное он уже принес. — Выспался? — Юнхо собирает ингредиенты для первого коктейля около себя. Он может делать это практически с закрытыми глазами, поэтому больше времени старается уделять Минги. — Да, — врет Минги, который просыпался от волнения раз пять посреди ночи. — Какой коктейль ты мне сегодня приготовишь? — А вот мне было сложно уснуть, — Юнхо поворачивается к Минги, чтобы снова улыбнуться. Кажется, улыбка может решить любую проблему, по крайней мере, сделать ее чуточку меньше. — Хочу намешать что-нибудь с виски. Сауэр или Манхеттен, могу попробовать что-то от себя, правда, голова сейчас забита другим. Так что я бы прошелся по классике. — Я полностью доверяю твоему вкусу, — Минги подбадривающе поглаживает Юнхо по плечу. — И не волнуйся так. Я не сделаю ничего такого, чего бы ты сам не хотел. Можем вообще просто досмотреть фильм и лечь спать. — Минги, мне не пятнадцать. И мы оба прекрасно знаем, зачем ты здесь, — Юнхо выдыхает, понимая, что, скорее всего, это было не очень вежливо и Минги искренне пытался его подбодрить. — Все хорошо. Давай выпьем, поедим немного. Стараясь не показывать своего волнения, Юнхо мешает коктейли. В классике он уверен. Руки помнят, что делать, в любом состоянии, даже когда в его собственной крови количество алкоголя переходит черту нормы. Сейчас это даже успокаивает, как некая медитация. Отмерить, залить, смешать. разлить. Действия повторяются и приносят с собой покой. — Да хоть тридцать пять, — Минги улыбается мягко. — Я… просто очень волнуюсь. В хорошем смысле. Он смотрит на Юнхо: тот даже дома одет в кофту с длинным рукавом и свободные штаны. Но это не делает его менее сексуальным. Наоборот, поджигает интерес. — Мне казалось, что секс для тебя — не то чтобы обыденность… — Юнхо протягивает Минги стакан, — скорее то, в чем ты уверен. Как для меня классические коктейли. Рецепты заучены настолько, что я и на смертном одре смогу себя порадовать. — Я правда уверен в том, что могу доставить удовольствие партнеру. Но ведь ты особенный. Боюсь облажаться, сделать тебе больно или неприятно, — Минги от волнения чуть ли не залпом осушает половину стакана и даже не морщится. Юнхо не волнуется об этом. Его мысли занимает совсем другое. Ведь перед тем, как заняться сексом, люди раздеваются. Такая банальность и вроде бы мелочь, но для Юнхо — огромный шаг. Он прекрасно помнит, когда раздевался последний раз и чем это закончилось. И как происходило «до». Юнхо скрывает за улыбкой страх. Минги кажется совсем другим. Может быть, в этот раз? Ведь если нет, то дальнейшие попытки бесполезны. Нажав на кнопку пульта, чтобы запустить фильм, Юнхо осушает до дна свой стакан и подсаживается к Минги. Он решил, что это его последняя попытка. Какое-то время Минги правда увлечен сюжетом кино, хотя и знает его наизусть. Смеется, делится эмоциями с Юнхо. И активно пьет все, что предложат. Алкоголь расслабляет, тут главное не перебирать. Минги хочет запомнить сегодняшнюю ночь в мельчайших подробностях. Он поворачивается к Юнхо, улыбается и целует его в губы. Одной рукой он массирует чужую шею, вторую опускает на спину, поглаживая пока сквозь ткань домашнего свитшота. Юнхо собран, но при этом ловит каждое движение и на каждое отвечает, отдавая сегодня управление в руки Минги. Следовать за кем-то кажется лучшим вариантом. Юнхо любит целоваться. Ему нравится вкус губ Минги, ощущение от его прикосновений. В них хочется раствориться прямо сейчас. Минги углубляет поцелуй и покусывает губы Юнхо. Руку он уже смелее опускает вниз и забирается пальцами под край тонкой кофты. Кожа под ней горячая и приятная на ощупь. — Все в порядке? — уточняет Минги, пытаясь перевести дыхание. — Да, — торопится ответить Юнхо, пока сам не передумал. Он почти не отрывается от чужих губ — это прекрасно убирает все тревоги. Минги на пробу приподнимает край свитшота. Немного, до талии. Поцелуй не разрывает: кажется, Юнхо это каким-то образом успокаивает. Сердце начинает биться быстрее. Юнхо кладёт руку на чужое плечо, поглаживает, почти не сжимает, боясь, что Минги может затормозить. — Ты такой горячий и сексуальный, — шепчет Минги на ухо Юнхо, задирая свитшот еще выше. Он складками собирается над лопатками и где-то под грудью спереди. Юнхо красивый. Конечно, у него нет стальных кубиков пресса, но и никакой полноты тоже не наблюдается. Просто животик мягкий, но это даже мило. Минги ведет рукой вперед, зажимая сосок между пальцами. Юнхо судорожно втягивает носом воздух. Стараясь концентрироваться на руках Минги, его губах. Алкоголь немного туманит разум, и Юнхо забирается рукой в один из разрезов на чужих джинсах. У Минги от этого прикосновения кожа покрывается мурашками. Хочется большего, контакта кожа к коже. Он отодвигается назад буквально на секунду, чтобы снять с себя футболку и наспех расстегнуть пуговицы на джинсах, чтобы Юнхо было проще. — С тобой мне очень-очень хорошо. Минги целует шею Юнхо, влажно, оставляет засосы. И тянет его кофту наверх, чтобы избавиться от лишнего элемента одежды. Юнхо в этот момент словно ныряет под воду. Звуки становятся более приглушенными, тяжелее дышать. Он концентрируется на Минги, как на спасательном круге, тянется рукой к его груди, получая уже знакомые ощущения. Гладит, разминает, стараясь оставить между ними как можно меньше расстояния и таким образом спрятаться. — Мне с тобой тоже, — отвечает Юнхо Минги и продолжает в мыслях: «не так, как раньше». — А еще ты красивый. Не знаю, почему ты боишься или стесняешься. Я не осуждаю. Но просто знай это, — Минги целует плечи Юнхо, опускается на грудь, языком проводит дорожку до соска, втягивает губами кожу, покусывает, дразнясь. Юнхо знает, но не верит. Никому из них. Ни Уену, ни Сану, который тоже говорил это не единожды, ни Минги. Они все говорят это потому, что хорошо к нему относятся, потому что не хотят обидеть. Юнхо и сам не всегда честен с друзьями. Он понимает, что есть вещи, важные для человека, и нельзя сказать, что они совсем уж плохи. Он помнит, как Уен пробовал его неудачные попытки смешивания и говорил, что «хорошо, пить можно», а зачастую это было или слишком сладко, или даже остро, когда были эксперименты с перцем. Юнхо хочется попросить Минги не говорить так, но это странно. — Спасибо, — отвечает чуть слышно, ныряя обратно в прикосновения. — Может, на кровать? На полу, конечно, ужасно романтично, но у меня все затекло, — Минги смеется в поцелуй. — Идем, — Юнхо утягивает Минги за собой, ведет его в комнату. В спальне небольшая кровать, но вдвоем там можно поместиться, комод, шкаф, компьютерный стол в углу — обычная холостяцкая квартира, в которой явно партнеры бывают не часто. Юнхо частенько проводит время за играми. У стола удобное геймерское кресло, мышка явно не из простых, большой экран. Юнхо кидает на них мимолетный взгляд, переживая, как отреагирует Минги. Которому, если честно, не так важна обстановка комнаты. Сейчас он сконцентрирован на чем-то более важном и интересном. Минги опускается на кровать, тянет на себя Юнхо и снова целует, в процессе переворачиваясь, подминая его под себя. С такого ракурса открывается прекрасный вид на мягкую молочную кожу, плавные линии талии, не как у девушек, конечно, но не менее сильно будоражащие фантазию. Минги наклоняется, целует живот Юнхо где-то над пупком, опускается ниже, до кромки штанов, чуть-чуть приспускает, почти без намека, а скорее для того, чтобы оставить засос над подвздошной косточкой. Эти действия остаются практически не замеченными. Юнхо старается вернуть внимание Минги и не провалиться в собственные мысли и переживания. Призраки прошлого словно становятся осязаемыми. Юнхо понимает, что возбуждение начинает спадать, на смену ему приходит паника. Пока ещё до нее далеко, но присутствие уже ощущается. Грудная клетка Юнхо ходит ходуном. Он запрокидывает голову, очередным усилием воли прислушиваясь к ощущениям. У Минги мягкие и влажные губы. Он касается нежно, осторожно. Действительно хочет этого. Чтобы убедиться, Юнхо тянет Минги на себя и запускает руку в джинсы, обхватывая член поверх белья. — Ох, — тянет Минги. — Это было неожиданно, но приятно. Минги в действиях Юнхо пока волнения не замечает. Погруженному в процесс, ему кажется, что учащенное дыхание и сбитый фокус во взгляде — от возбуждения. Минги поглаживает бедра Юнхо, ведет ладонью по правой ноге и, приподняв ее, закидывает к себе на плечо, сокращая между ними расстояние до минимума. — Ты как? — уточняет Минги. — Хорошо, — врет Юнхо, все ещё считая, что нужно просто переждать. К тому же ему действительно хорошо от чужих прикосновений, от взглядов и поцелуев. Они уже так далеко зашли. Минги улыбается, наклонившись, пальцами ведет дорожку от живота к резинке штанов, чуть ниже… — Точно? — Минги хмурится, чувствуя, что Юнхо совсем не возбужден. — Нет, — Юнхо садится на кровати, подтягивая к себе ноги, таким образом полностью пряча фигуру. — Ты не мог бы уйти? — Юнхо, мы можем прекратить, только не прогоняй меня. Прости, пожалуйста. Я буду ждать столько, сколько потребуется, — Минги в полной растерянности тянется к Юнхо. Секунду назад ему казалось, что все в порядке. Он же не сделал ничего плохого. Ласкал, гладил, целовал, стараясь доставить удовольствие. Спрашивал, все ли хорошо. И Юнхо ему отвечал взаимностью. — Уходи, — говорит Юнхо чуть слышно, но уже через пару секунд повышает голос, выпуская наконец эмоции. — Ты же видишь, ничего не получается. Ты меня не возбуждаешь, мне неприятны прикосновения. Я пытался не обращать на это внимание, но я не хочу обманывать тебя. Ты хороший человек, ты добрый и нежный, но у нас ничего не получится, — Юнхо начинает дрожать. У него трясутся руки, холодеют кончики пальцев, желание остаться одному и ничего не объяснять растет с каждой секундой. — Юнхо, что ты такое говоришь? — Минги ловит ртом воздух, будто рыба, выброшенная на берег, пытается подобрать слова. — Нам же было хорошо вместе. Если все это из-за секса, то хрен с ним, я обойдусь. Ведь ты мне правда очень нравишься. — Ты мне тоже нравишься, но не так. Не нужно было это начинать, — Юнхо сжимает руками одеяло. — Прости, но я не могу в отношения. Ты согласен просто общаться? Ты примешь дружбу? — Предлагаешь дружбу? — Минги нервно смеется. — Да я влюбился в тебя, как последний дурак. Если не воспринимал меня в романтическом плане, не надо было давать надежду. Юнхо, неужели все это было ложью? — Нет, не было. Не всё. Минги, — Юнхо сжимает руками голову, — я хочу, чтобы ты ушёл. Прости, прости! Но так будет лучше. — Если не было, то скажи, в чем причина? Я хочу помочь тебе и понять, — Минги аккуратно касается плеча Юнхо. — Я не хочу быть с тобой. Такой причины достаточно? — Юнхо чувствует себя загнанным в ловушку. Он не может сбежать из собственный квартиры, хотя такой вариант уже кажется ему лучшим решением проблемы. — Мне не нужна твоя помощь, ничья не нужна. Оставь меня в покое. Мы не сможем быть вместе как пара. Я не хочу тебя, не хочу отношений. Это всё было ошибкой. Сколько раз мне ещё повторить. Прости! Так будет лучше, поверь. — Ты путаешься в показаниях, — начинает злиться Минги. — Если я сделал что-то не так — скажи, мы придумаем выход из ситуации. Если ты мне все время врал о своих чувствах, я сейчас же уйду. — Я каждый наш поцелуй боролся с собой, каждое твое прикосновение, — Юнхо сейчас готов сказать всё, что угодно, лишь бы остаться одному. — Я обманывал тебя. Дал шанс только потому, что ребята просили. Я не хочу быть с тобой, ты мне не нужен, ты мне противен. — Спасибо за честность, — Минги усмехается. — Хотя я не верю в это до конца. Поговорим, когда остынем. Минги наспех одевается, врезаясь во все углы в квартире. Из глаз ручьем льются слезы — такого с ним не было уже очень давно. Он оставляет на столе подарок, который собирался сегодня вручить Юнхо, — флешка с песней, написанной специально для него, и новые наушники. Хлопнув дверью, Минги звонит Хонджуну и сбивчиво просит приехать, не принимая отказов. Без поддержки друга он сейчас просто вскроется. Юнхо так и не встает с кровати. Он слышит, как хлопает дверь, и, несмотря на всю боль внутри, чувствует от этого облегчение. Падает на кровать и закрывает глаза, стараясь концентрироваться на ощущениях, на том, насколько мягкая кровать, как она пахнет, как шуршит ткань. Произошедшее по кругу вертится в голове, совсем не облегчая состояние. Юнхо открывает глаза, осматривает комнату, стараясь переключить внимание на это, дышать. Он не знает, сколько проводит времени в тщетных попытках успокоиться, унять дрожь. Юнхо понимает, что снова все сломалось. Безысходность, обида, разочарование и черт знает что ещё смешиваются в такой коктейль, что приходится стискивать зубы, чтобы не завыть. Юнхо добирается до стола и заливает в себя содержимое той бутылки, до которой может дотянуться. Он почти не чувствует вкуса, только как обжигает горло. Квартира кажется ему капканом, комнатой смеха, где главный аттракцион он сам. Через пару часов он стоит на пороге квартиры Сана и Уена, толком не понимая, как добрался. Пьяный, он просто стучит лбом в дверь. По дороге домой Минги заходит в ближайший круглосуточный магазин и набирает бутылок десять соджу, каких-то закусок, почти не глядя, и две пачки сигарет. У подъезда его уже ждет Хонджун — уставший, с синими подглазниками, но совсем не злой, а наоборот — обеспокоенный. Он молча следует за Минги до квартиры, проходит внутрь, расставляя соджу на захламленном рабочем столе. — Рассказывай, — просит Хонджун после того, как они в абсолютной тишине опустошают целую бутылку. — Юнхо, — завывает Минги. — У нас все было так хорошо… — И что же случилось? — Хонджун сует в рот другу кусок кимпаба, чтобы тот быстро не захмелел. — Юнхо побаивается чужих прикосновений. Он не рассказывал, почему. Но я думаю, что его или дразнили, или кто-то из бывших мог ляпнуть фразу, которая оставила травму. Неважно. Эта тема явно неприятна, и я не давил. Говорил, что подожду, не сделаю ничего плохого. Я правда был на это готов. Но постепенно он словно оттаивал и подпускал ближе. Мы много целовались, и однажды Юнхо даже сделал мне минет. И я его не заставлял! Наоборот, постоянно спрашивал, все ли в порядке. Комфортно ли он себя чувствует. Он говорил, что я нравлюсь ему. Сам предложил прийти в гости. Мы выпили, я повторился, мол, если не готов — просто посмотрим кино. Секс — не обязательная часть программы. Но Юнхо был настроен решительно. Поначалу все было круто. Он отвечал на мои ласки. Мы целовались не меньше часа по ощущениям. А потом я увидел, что он совсем не возбужден. Остановился, поинтересовался, почему. Не с претензиями. А наоборот, я заволновался. А Юнхо просто прогнал меня. Наговорил всякого. Что не любил никогда и терпел из-за друзей. Вроде как они его заставили встречаться со мной. У Юнхо будто резко где-то сработал переключатель. Я пытался понять, в чем причина, предложил помощь. А он… снова повторил, что врал мне и не любил никогда. Я не знаю теперь, что делать. Ведь я правда успел влюбиться в него, как глупая школьница из дорам, — Минги становится немного легче после исповеди своему другу. С другой стороны, он понимает, насколько абсурдна ситуация. — Что-то в пазле не клеится. Я видел то, как Юнхо смотрел на тебя. Это точно не было отвращение. Там разве что сердечки в глазах не светились, — Хонджун хмурится, пытаясь найти какое-то логическое объяснение ситуации. — Мне тоже казалось, что я искренне ему нравлюсь. У нас правда все было классно. Симпатию сложно отыграть так хорошо. Но сегодня я вот услышал совсем другую сторону истории. И она не звучит правдоподобно. Хотя Юнхо практически наорал на меня со словами, что я ему не нравлюсь, — Минги открывает очередную бутылку соджу, отпивает прямо из горла. — Не верю, что ты не нравишься Юнхо. Я же наблюдал за вами со стороны. И от милоты происходящего, прости, блевать тянуло. Скорее всего, у него действительно есть какая-то травма, связанная с сексом или собственным телом. Очень сильная. В постели он словил паническую атаку и решил, что лучше даже не пробовать. Я могу ошибаться. Но какое-то двойное дно в этой истории есть точно, — Хонджун, замечая, что его друг уже изрядно напился, начинает застилать кровать. — И как мне быть? — Не дави на него сейчас. Но постарайся поддержать общение. Можешь кидать какие-то картинки, мемы. Не часто. И если начнет отвечать и потеплеет — попробуй выйти на разговор. Главное — не закидывай вопросами. Если у него травма, это причиняет огромный дискомфорт. — Что бы я без тебя делал, — Минги лезет обниматься к Хонджуну. — Иди лучше проспись, Ромео. Утром еще обсудим план действий. Пока отдохни. Я лягу на диване. Хонджун укладывает Минги на кровать, накрывает пледом. Немного подумав, ставит рядом тазик (на всякий случай) и кладет на тумбочку блистер с анальгетиком. Оставив дверь в комнату открытой, он кидает на диван подушку, одеяло и, свернувшись калачиком, засыпает.