Dirty Rose

К огромному сожалению Минги, подобных заданий больше в игре не остается. Они еще выпивают какое-то время, слушают музыку и болтают о всякой ерунде. Расходятся ближе к ночи, довольные и полные эмоции. Минги обнимает Юнхо на прощание чуть дольше, чем остальных (Хонджун этому искренне оскорбляется). И уже дома, забираясь под теплое одеяло, желает ему сладких снов в мессенджере. В этот раз ему отвечают. Юнхо пишет «Спасибо за приятный вечер» и «Сладких снов» вдогонку. Он не знает, как будет дальше, но засыпает с лёгким сердцем. Утром скидывая Минги фото неба из своего окна. Юнхо прекрасно понимает, что нужно что-то делать, и ждать, когда проблема рассосется сама собой, бессмысленно. Он подолгу стоит обнаженным перед зеркалом, осматривая себя. Все очень даже неплохо, если не ставить рядом кого-то вроде Минги. Ближе к вечеру Юнхо звонит Уену по видеосвязи. Выходить никуда не хочется, а это прекрасный способ увидеться. — Привет, — начинает Юнхо. — Хочу добавить в жизнь какой-то активности, но из спорта в голову ничего толком не идет. Не представляю я себя после смены бегущим в парке, заводить ради этого пса как-то совсем глупо. Зал я даже не рассматриваю. Это место для унижения, где почему-то все сразу Аполлоны. — С чего такое рвение, друг мой? — Уен хитро прищуривается и усмехается как-то слишком довольно. — Если ты подумал, что это ради Минги, то ошибся. Если меня не устраивает то, что я вижу в зеркале, с этим надо что-то делать. К тому же говорят, это хороший способ выплеснуть эмоции и энергию. Я думал про бокс, но не уверен: хватает вида подбитых лиц на работе. — Может, танцы, — Сан негромко вклинивается в разговор. Он сидит в кресле неподалеку от Уена, что позволяет всё расслышать. — Выплеск эмоций гарантирован, с физической подготовкой тоже неплохо. И могу просто оставлять тебе ключи от студии, показывать какие-то движения, связки. Уен хорошо двигается, тоже может научить чему-то. — Кстати, отличный план. Сан-и, ты гений, — Уен посылает своему парню воздушный поцелуй. — Там и нагрузка нормальная, и в зеркало надо смотреться постоянно. Полуголые качки взгляд не замыливают. Соглашайся. Будут у тебя индивидуальные занятия, чтобы не смущался. — Даже не думал в эту сторону, — Юнхо задумывается на пару минут, перебирая в голове все плюсы и минусы. Вариант действительно со всех сторон оказывается выгодным. — Я согласен. Не совсем представляю, чему могу научиться, но попробую. Когда приступать? — Последняя группа заканчивает в девять, на ночные остаются только перед соревнованиями. Так что с десяти и до шести утра зал в твоем распоряжении. Ключ завтра сделаю, Уен в клуб завезет, или лично отдам. А там смотри, как удобно, или с ним договаривайся: на первое время лучшего учителя не найти. — Предлагаю начать в понедельник вечером. Я заеду за тобой после работы, и начнем наши занятия. Подберем тебе пару простых связок, активно разомнемся. Но дружеских поблажек не жди, — шутливо угрожает Уен. — Я надеялся, что хотя бы ты меня пощадишь, — Юнхо громко вздыхает, но сразу после на лицо возвращается яркая улыбка. — Договорились. — Никакой пощады! Уен, как и обещал, после работы заезжает за Юнхо и отвозит к студии Сана. В такое время там уже никого, все залы свободны и полностью в их распоряжении. Уен выбирает тот, что поменьше, но уютнее. Ставит хип-хоп плейлист и выключает основной свет, оставив только диодную ленту. — Возможно, так тебе будет чуть проще сначала, — Уен улыбается. — А теперь разминка. — Ладно, я готов, — Юнхо скидывает у входа рюкзак, подумав пару секунд, снимает толстовку, чтобы не было жарко. — Мне нужно будет повторять за тобой? — Да, чтобы легче было танцевать, надо хорошо разогреться и потянуться. Поэтому просто повторяй, а я, если что, буду корректировать. Важно делать все правильно, а то легко и покалечиться, — Уен начинает с упражнений попроще, постепенно наращивая темп и сложность, но не слишком усердствуя. Все-таки у них пока только первое занятие. — Жарко, — примерно через полчаса Юнхо вытаскивает из рюкзака бутылку воды, купленную специально для занятия, и опустошает ее наполовину. — Теперь для меня вообще большой вопрос, как танцоры могут набирать вес. Хотя, если между тренировками лежать и есть… Мне хочется именно этого, — Юнхо кажется, что каждая его мышца гудит, посылая сигналы «сос»: происходящее явно не вписывалось в планы на вечер. — Со временем привыкаешь. Хотя я и решил не продолжать заниматься танцами профессионально, но что-то в этом понимаю. С каждым разом тело будет ощущаться как бы… легче. Ты не станешь качком, максимум ноги и задницу подтянешь. Но вот увидишь: чувствовать себя будешь гораздо лучше, — Уен тоже тянется к бутылке с водой и вытирает пот краем безразмерной футболки. — Задницу Минги бы оценил, — Юнхо усаживается на пол, прислонившись спиной к стене. — Сразу могу сказать, что эмоционально это точно опустошает. Думать у меня сил нет. — Минги и так всего тебя ценит вместе с задницей. Но будет приятный бонус, — Уен хихикает заразительно. — А теперь поднимайся. Погоняю тебя еще полчасика и отвезу домой. — Нет, я буду лежать здесь вместе со своей задницей, — Юнхо укладывается животом на пол. — И спать тоже буду здесь. — Так не пойдет, — Уен тянет Юнхо за руку наверх. — Мы только начали вообще. Я сразу говорил, что буду строгим учителем. — Я скажу Сану, что ты меня грязно домогался, — Юнхо всё же расстается с полом, хотя их близость и была столь желанна. — Мы с ним слишком давно вместе, чтобы он повелся на эти провокации, — Уен снова идет к зеркалу. — Выучим тогда вторую часть связки. Она полегче, обещаю. — Хорошо, — Юнхо хоть и выглядит так, словно это последние минуты его жизни, вполне доволен происходящим. Особенно его радует, что посторонних здесь нет. Юнхо двигается очень неплохо для новичка. Уен не скупится на похвалу, оценивает то, как его друг быстро все схватывает и не требует дополнительных объяснений. Их урок заканчивается минут через сорок, и они, обессиленные, заваливаются в раздевалку. — У тебя, кажется, талант. И это не лесть. Ты знаешь, я таким не занимаюсь, — Уен улыбается другу. — Знаю, но пока я не чувствую каких-то особых навыков, а уж тем более таланта. Скорее, хочу свалиться в кровать и не подниматься неделю, но в то же время мне действительно понравилось. Спасибо. Назначим дни встреч, или по желанию? — Ну, после первого занятия супер результата и не будет. Придется попотеть, — Уен обтирается сухим полотенцем. — Я скину тебе наши с Саном графики. Будем встречаться раза два-три в неделю по возможности. Если я не смогу, Сан меня заменит. Но предупреждаю: он еще жестче, чем я. — Нет, он милашка. Я тебе не верю, — Юнхо прикидывает, как лучше состыковать со сменами и есть ли смысл что-то менять. Он делает фото Уена и отправляет Сану с пометкой «Ты полюбил дьявола». — Со мной, может, и милашка. Но его ученики обычно из зала выползают на коленях. Я не шучу, такое правда было пару раз, — Уен вспоминает деньки, когда часто заходил к Сану на мастер-классы, и улыбается своим мыслям. — Так почему ты решил не идти в это профессионально? Из тебя бы вышел хороший тренер. Мы как-то не обсуждали этот момент, — Юнхо чувствует себя лучше после того, как умылся. — Во мне нет бизнес-жилки, чтобы владеть студией, как Сан. А просто танцами особо не заработаешь, да и здоровья не хватит заниматься этим долго. Да и я люблю свою работу. Редактор в глянце — согласись, устроился я неплохо. — Соглашусь. Всё лучше, чем я, — Юнхо улыбается и похлопывает Уена по плечу. — Идем. Общение с Минги не переходит границы. Они мило общаются в переписке, перекидывают друг другу мемы и ссылки, но разговора об отношениях не заводят. Первый месяц Юнхо очень этого боялся, но потом сумел расслабиться и уже не следил за тем, что пишет, не дает ли лишних намёков и как воспримет это Минги. Поэтому и визит в студию не воспринимается чем-то интимным. Юнхо знает, что там частенько бывает Есан и что всё ограничивается разговорами о музыке — тоже. Хотя порой мысли о том, насколько они разные, грызут Юнхо изнутри. Он верит Минги, но всё же… Юнхо появляется на пороге студии в джинсах и легком свитере, с закатанными до локтей рукавами, иначе кофе было брать неудобно. — Я не помешаю? — он оглядывает помещение, с облегчением понимая, что Минги один. — Нет, конечно, — Минги встает со стула. — У меня сегодня не особо много дел, так что ты как раз вовремя. Просто приехал записать тексты, может, поймать вдохновение. Взгляд Минги падает на руки Юнхо: светлая, мягкая даже на вид кожа. Коснуться бы ее губами… — А мне, если честно, совершенно нечем заняться. Уен проводит время с Саном, впрочем, как всегда. С Хонджуном мы сейчас не так много общаемся, а от четырех стен мне уже плохо. Хотя здесь тоже стены, — Юнхо протягивает Минги стакан с кофе. — Но здесь есть ты. — Стану твоим развлечением на сегодня, — Минги забирает американо. — Я, собственно, поэтому тоже здесь. Надоело сидеть дома, а у Хонджуна новый альбом на носу, до него теперь месяца два не дозвониться будет. — Я думал, он только мне какими-то набегами по ночам отвечает, — Юнхо садится на диван, который, на удивление, теперь кажется удобным. — Такое ощущение, что вы с ним постоянно что-то пишите и там уже должны быть сотни песен, а по итогу выходит две-три. — А так оно и случается. Только процентов двадцать треков в итоге выходят в свет. Что-то бракуем мы сами уже на финальном этапе, что-то — агенство. Какие-то песни слишком сырые, к каким-то теряешь интерес. В общем, бесконечный творческий процесс, — Минги садится рядом с Юнхо и прихлебывает кофе. — Интересно, — Юнхо сидит так близко, что чувствует, как Минги возится или вздыхает. — Минги, если хочешь что-то узнать о моем прошлом, то я готов. Мне потребовалось время, но сейчас мне действительно комфортно поговорить о чем-то таком. Или спросить. Минги нервно крутит стакан в руках, не зная, с чего начать. — Самое важное, кажется, ты рассказал еще на той вечеринке у Уена и Сана. Это ответило на многие мои вопросы. Но я бы хотел услышать всю историю чуть подробнее. Понять тебя и твои чувства. Надеюсь, я не прошу о многом. — Я понимаю, почему ты хочешь это знать. В тот наш, — Юнхо запинается, не зная, как лучше назвать произошедшее. — В ту нашу встречу я был уверен, что поступаю правильно. Сейчас сделал бы то же самое. Это не в обиду тебе и не попытка как-то унизить или усомниться. Просто я только сейчас понял, что закрыть неудачный опыт новым не получится. Попытки были. Я тогда думал, мне достаточно просто перетерпеть. Как в первый раз. Сначала неуютно и непонятно, а потом приходит удовольствие. Тот парень, он был похож на тебя чем-то. Не внешне, скорее внутренним посылом. Мне всегда нравились такие: яркие, дерзкие, способные вести за собой. Может, потому что я сам никогда таким не был и думал, что смогу как-то перенять, хоть немного. За ним толпы ходили, засыпали комплиментами, но он обратил внимание на меня. На меня, понимаешь. Для парня, которого ни во что не ставили, это было достижение. Он любил стоять у стойки и болтать, делал комплименты. Даже шикал на постоянных, «чтобы не засматривались». Такой заботы и любви я и правда до тех пор не ощущал. Мы целовались часами, гладили друг друга. Мне казалось, у него просто потрясающая выдержка. В тот вечер все начиналось очень хорошо. Мы целовались, медленно раздевались. Он стягивал с меня одежду и гладил, казалось, искренне наслаждаясь происходящим. Ласки становились более грубыми, но все равно были приятны. Я даже тогда отважился на минет, вот только переходить к самому главному он не спешил, убирал мои руки. Я не знаю, почему у него тогда не встал. Дело во мне или в чем-то другом, но, как дурак, тогда поспешил успокоить. Говорил, что это бывает, он просто выпил или устал. Но это его лишь взбесило. Вот тогда я и услышал, насколько на самом деле прекрасен и как мерзко ко мне прикасаться. Что похож на бесформенный кусок мяса, что он подкатывал, потому что на лбу неопытность светится. Думал, натрахается вдоволь, ведь такие, как я, и задницу подставят, и рот откроют. Но не вышло. Ославил он меня тогда на весь клуб. Уен говорил, он просто мудак, но, может, действительно дело было во мне. Дальше я просто пытался доказать себе, что это была ошибка. Выбирал таких же ярких, но заканчивалось примерно тем же, только уже с моей стороны. Как только ко мне прикасались, я словно проваливался в тот день, представлял себя куском мяса, думал, как же действительно это мерзко. Я зарекся не водить отношений с кем-то, кто читает, но появился ты. Мне показалось, что и правда получится. Но ты постоянно спрашивал, возвращал меня к мыслям, к ощущениям. Я так надеялся, что мы просто проскочим этот этап. Мне искренне хотелось оказаться с тобой в постели. И если уж у нас не вышло, то не думаю, что способен с кем-то ещё, сейчас точно не способен. Я надеялся, что ты начнешь встречаться с кем-то классным вроде Есана и продолжишь нормально жить, вспоминая меня как ненормального психа. Минги молча обнимает Юнхо и прижимает к себе. Если честно, он даже не понимает, что отвечать и говорить в таком случае. Юнхо нанесли тяжелейшую психологическую травму, а он к нему лез. — Я ведь правда даже не догадывался. Каким же был дураком. Не знаю, успокоит ли тебя это, но… Я же видел тебя голым. И в моих глазах ты был прекрасен. Отвратительно, что тебе на пути попадались такие мудаки. И твоя реакция в тот вечер объяснима. А я даже злился на тебя. Теперь чувствую себя за это идиотом. — Нет, я действительно перегнул. Но в тот момент хотелось, чтобы ты исчез, и я был готов сказать всё что угодно, чтобы больше тебя не видеть, — Юнхо не пытается вырваться или отстраниться. — Казалось, кто-то другой сможет подарить мне уверенность. Что если уж он со мной, значит, и я сам чего-то стою. И спасибо за комплимент, жаль, так просто это не работает. Иначе я бы просто слушал тебя и был счастлив. — Да, я понимаю, что просто слова, наверное, ничего не значат. Мне обидно от того, что ты не заслужил такого ужасного обращения. Видимо, тому подонку правда нужен был только секс. А ты оказался не его поля ягодкой, вот он и решил унизить. Так же гораздо проще. Юнхо, ты правда красивый. И, надеюсь, эта… проблема перестанет тебя тяготить в ближайшем будущем. Минги аккуратно поглаживает Юнхо по спине, не собираясь прекращать их объятия. — Приятно, когда это говоришь ты. Я, по крайней мере, признал, что бегать от этого бесполезно, так я только причиняю боль дорогим мне людям, например, тебе, — Юнхо кажется, что его убаюкивают или гипнотизируют, эффект одинаковый. Минги чувствует, как горят его скулы и уши от этого своеобразного признания. Значит, он все делает правильно. И на этот раз ошибки не совершит. — Буду повторять это каждый день. Может, тебе станет немного лучше. — Повторяй, — Юнхо немного наклоняется к Минги, оставляя между ними расстояние в пару сантиметров. — А ещё, что любишь меня. — Я так хочу тебя поцеловать сейчас, — вздыхает Минги. — Потому что люблю тебя. Очень люблю. Юнхо делает этот первый шаг сам. В сущности, это всего лишь поцелуй, и он скучал по этим ощущениям. По прикосновениям Минги, по его взгляду. Оказывается, этого ужасно недоставало. Юнхо касается чужих губ своими, прикрывая глаза. Минги сразу отвечает на поцелуй. Боится, что Юнхо передумает или переведет все в шутку. Аккуратно проводит языком по губам и проталкивает его внутрь, не встречая сопротивления. Кажется, будто он целуется с Юнхо впервые. Ощущения острее, слаще и сильнее в сотни раз. Поцелуй затягивается. Никто не хочет прекращать его, не стремится отстраниться. Он медленный и тягучий. Юнхо улыбается, затем снова мягко касается чужих губ, прихватывает нижнюю и немного тянет на себя. Ему нравится, как бьётся сердце, как замирает всё внутри от желания быть ближе. Минги не пытается перевести поцелуй во что-то более… интимное. Он и сейчас готов взорваться от счастья. Просто касаться губ Юнхо, иметь возможность обнять его — уже сплошное удовольствие. Минги только аккуратно гладит по спине и плечам, проводит пальцами по затылку. От чего Юнхо чувствует себя большим котом. — Мне хочется повалить тебя на этот дурацкий диван и продолжать целовать до бесконечности, — приоткрыв глаза, он смотрит на Минги из-под ресниц, обхватывает руками шею. — Я совсем не против. Звучит как идеальный план, — Минги улыбается, облизывает свои влажные губы и проводит пальцами по щекам Юнхо. Диван то ли жалобно скрипит, то ли охает, когда задуманное всё же осуществляется. Юнхо совсем не тянет анализировать ситуацию, объяснять, что, возможно, они застряли на этом этапе надолго. Находиться в моменте ему нравится намного больше всего этого. Поэтому он перебирает волосы Минги, проводит пальцами по коже за ухом и вновь целует. — Я так скучал по тебе, — тихо говорит Минги, разрывая поцелуй, чтобы подышать. — Ночевал в студии постоянно, просто чтобы не думать и не начать самокопание по сотому кругу. — А я так надеялся, что найдешь себе кого-то, но так рад, что не нашёл, — Юнхо немного отодвигается назад, чтобы иметь возможность рассматривать Минги, водить по его лбу подушечками пальцев. — Иногда украдкой приходил на твои выступления в клубе, потому что хотел увидеть. — Даже Есана ко мне подтолкнул, — усмехается Минги. — Но я не мог и не хотел тебя отпускать. И вот длительное ожидание все-таки оправдало себя. Я люблю тебя. Хочу теперь говорить это постоянно. — Он классный парень, но, — Юнхо не может подобрать правильного слова, кроме как снова сказать, что рад. Сейчас это ощущение не покидает его. — Куда ты без меня. Юнхо посмеивается и ерзает на месте, чтобы снова оказаться ближе и, чуть сменив положение, смотреть в потолок, пока Минги лежит рядом. — Я тоже хочу сказать тебе эти слова, знаю, ты ждёшь, и мои чувства… они есть, просто пока не пришёл момент, — Юнхо берёт ладонь Минги в свою, касается поцелуем пальцев. — Подождешь? — Конечно. Я обещал это тебе с самого начало, ничего не поменялось. Главное, что ты теперь снова рядом со мной, — Минги подтягивается чуть выше. — И вообще, пора уже в студию купить диван получше, как думаешь? — Хорошая идея. Вдвоём тут явно тесно, но в этом есть и плюсы, — Юнхо проводит рукой по плечу Минги и вновь ныряет в поцелуй. Он никак не может насытиться ими, словно восполняет все те полгода в отдалении. Минги даже улыбается в поцелуй. Теперь полгода мучений и страданий кажутся сущей мелочью. В итоге Юнхо теперь снова его, хотя им еще придется о многом поговорить. Минги покусывает чужие губы, опускается на шею. — Тогда в следующие выходные поедем вместе выбирать диван. — Я знаю один магазин, — оживляется Юнхо, — недавно присматривал там кровать — только не смейся, — но моя правда ужасно скрипит. Мне кажется, она стоит в комнате с постройки дома. Так что я с удовольствием. — Значит, договорились. Поваляемся еще немного? А потом можно за едой сходить, — Минги прижимается к Юнхо, прикрывая глаза. — Звучит как план, — Юнхо чувствует себя удивительно спокойно и правильно в данный момент, внутри нет страха или неловкости, нет желания спрятаться, потому что никто не нападает. Тепло и уютно. На следующие выходные никуда поехать не получается. Юнхо ставят смену, потому что второй бармен заболел, и приходится выходить вместо него. Проходит почти месяц, прежде чем удается осуществить задуманное. Юнхо надеется заодно и прикупить наконец себе кровать. В студии Сана он теперь частый гость. За этот месяц успел освоиться и ходит заниматься не только с друзьями. Включает себе видео для новичков или повторяет уже показанное Уеном. После того, как мышцы немного окрепли и Юнхо привык к нагрузкам, тренировки наконец стали приносить удовольствие. Можно было отключить голову и погрузиться в движения, почувствовать собственное тело. Юнхо никогда не ощущал такого контроля. Один раз он приходил на мастер-класс, в самом обучении не участвовал, но позже, вечером, пытался повторить то, что запомнил. Прогулку за диваном сложно назвать свиданием, но готовится Юнхо основательно. Он раскладывает на кровати несколько вариантов и не знает, за что хвататься. Юнхо совсем недавно частично обновил гардероб, но к новым вещам пока не привык, хотя они ему и нравились. Промучившись около часа, он принял волевое решение записать Уену видео. Звонить не стал: они не договаривались. — Уен, — начал Юнхо в видео. — Не могу определиться, что надеть. Есть вот такой джемпер, но не знаю, не сильно отличается от привычных толстовок. И есть, секунду, — стоя прямо перед камерой, он снимает тот самый джемпер, оголяя торс. Уен, пожалуй, единственный, перед кем Юнхо может так свободно раздеваться, мама не в счет. Берет с кровати рубашку. — Есть вот такая. Если оставить верхние пуговицы расстегнутыми — как тебе? Можно майку под нее и оставить распахнутой. Юнхо стоит в рубашке, раздумывая о том, стоит ли вообще расстегивать эти пуговицы, и отправляет сообщение, только не Уену. Минги не сразу видит оповещение на телефоне, так как сегодняшнее утро он решил провести в зале. Из-за подготовки к фестивалю времени на то, чтобы поддерживать тело в порядке, почти не оставалось. Поэтому сообщение Минги открывает уже в раздевалке. Сначала он улыбается: Юнхо ошибся адресатом. А потом в горле пересыхает. Минги садится на скамейку и откладывает полотенце. Юнхо раздевается перед камерой, пытаясь выбрать одежду для их сегодняшнего «свидания». Минги сглатывает вязкую слюну, облизывается. Юнхо красивый: стройный, подтянутый, он и без кубиков пресса и рельефных мышц выглядит просто потрясающе. «Так, я начинаю ревновать к Уену», — пишет Минги, промахиваясь мимо букв, спасаясь только функцией автозамены. «Почему?» — сначала пишет Юнхо и тут же стирает, замечая своё видео совсем не в том диалоге. Он был уверен, что Уен просто занят, поэтому не ответил сразу. Удалять бесполезно: судя по тексту, Минги его уже посмотрел. Юнхо кусает губы и после пары минут раздумий пишет: «Уен как мама или младший брат. Не ревнуй. И раз уж посмотрел, что надеть?» «Попросить тебя прийти без одежды не вариант, да?» — отвечает Минги и шлет вдогонку стикеры с сердечками. Юнхо краснеет даже от того, что просто читает это. Он представляет Минги, как тот это говорит, как, возможно, при этом смотрит. Прокручивает то, что отправил. Юнхо соврет, если скажет, что ему неприятно. Он бьёт себя по рукам, чтобы не переспросить: «Ты уверен?», ходит по квартире из угла в угол. Понимает, что скорее смущен ситуацией. Пишет: «Я бы не хотел увеличивать круг людей, которые видели меня без футболки, но если ты настаиваешь…» Следом летит подмигивающий стикер. «Нет-нет, я пошутил. Без одеждый только я могу на тебя смотреть. Ладно, еще Уен, но в очень исключительных случаях. Поэтому надевай рубашку и выезжай. Я тоже скоро из зала выхожу». «Спасибо за совет», — Юнхо улыбается, отправляя сообщение, а затем наговаривает об этом Уену, в этот раз сто раз проверив, куда ушло сообщение. Рубашка на нём действительно выглядит классно. Юнхо поправляет манжеты и смотрится перед выходом в зеркало. Всё отлично. Он гонит мысли о том, что Минги просто не хотел его расстраивать. В таком случае, скорее всего, сказал бы, что Юнхо ошибся. А это значит, что ему действительно понравилось то, что было на экране. Юнхо закидывает рюкзак в машину и едет к магазину. Они договорились встретиться у входа. Минги приезжает в торговый центр немного раньше и успевает купить два кофе и круассаны. Позавтракать перед тренировкой он не успел, а тут порадует и себя, и Юнхо. — Привет! — Минги машет Юнхо, чтобы тот его заметил. — Выглядишь, конечно, замечательно, но без одежды было еще лучше. — Привет, — щеки Юнхо трогает лёгкий румянец. — Я думаю, мы ещё придём к этому этапу. Давно ждёшь? — Нет, — Минги улыбается. — Вот, держи, взял нам перекусить. Ты наверняка нормально ничего не ел сегодня. — Спасибо, — Юнхо берёт стакан кофе, делает пару глотков. Минги заботлив и при этом умудряется не форсировать события. — Планы только на диван и кровать? — Вообще, да. Но можно присмотреться еще ко всяким милым штучкам для дома. Хочу сделать свою студию уютнее. А то сейчас она реально больше похожа на безликую пещеру, — Минги шутливо морщит нос. — Мне нравится твоя студия. И там по-своему уютно, — Юнхо улыбается и, доев угощение, тянет Минги в магазин. — Может, пару стульев возьмём? Хотя у тебя там места почти нет. — Я думал про какие-нибудь подушки или, может, светильник, — Минги задумывается. — Конкретных идей нет, поэтому просто присмотримся. — Подушки мне нравятся, но я боюсь, что ты туда переселишься жить, — Юнхо поглаживает рукой диван ярко-желтого цвета. — Да, вероятность этого весьма высока. Но хотя бы две для удобства, думаю, надо подобрать. Мне, кстати, нравится этот цвет, — Минги садится на диван: мягкий, удобный, да и в бюджет его вписывается. — Красивый, но пачкаться будет сильно, — вздыхает Юнхо. — Давай посмотрим ещё. — Может, у них есть эта модель, но в темном цвете? — Минги подходит к консультанту, тот кивает и отводит их в другой конец зала. — Вот, смотри, серый тоже ничего. Как тебе? — Мне нравится. А подушки можно яркие, — Юнхо проводит рукой по обивке. Диван не очень массивный, много места не займёт, но можно лечь в полный рост. — Жёлтые возьмём или разных цветов. С подушками совладать проще. — Отлично, тогда оформлю доставку на следующей неделе. Сегодня лучше твоей кроватью плотно займемся. Все-таки спальня важнее рабочей студии, — Минги фотографирует артикул дивана, чтобы позже оформить заказ. — К тому же свою я уже выкинул, — посмеивается Юнхо. — Подумал, если что, к Уену спать пойду. Мне нужна большая и удобная. На прошлой возиться приходилось долго, пока положение удобное найдешь. — Тогда нам нужно сразу выбрать кровать с хорошим матрасом, — предлагает Минги. — Пошли пробовать матрасы, — Юнхо подмигивает продавцу, который смотрит на них то ли с любопытством, то ли с негодованием. Они кружат по магазину целый час. На первый взгляд удобными кажутся все, но что-то не вписывается в бюджет, что-то — в габариты комнаты. Список вариантов сокращается, но остается три модели, которые подходят по всем параметрам. Между ними выбрать оказывается безумно сложно. Юнхо берет перерыв и тащит Минги в кафе, где можно будет перекусить и привести мысли в порядок. После обеда определяется победитель по всем параметрам, начиная от цены и заканчивая высотой матраса. Юнхо наконец довольно выдыхает. Они оформляют покупку и доставку. — Поедешь со мной? — спрашивает Юнхо. — Если у тебя дел на вечер нет, то посидим у меня, закажем что-нибудь. Поможешь со сборкой. — Я полностью свободен, поэтому совсем не против, — Минги улыбается. Тогда предлагаю сейчас заехать за едой? Доставка на вечер, как раз успеем. Юнхо соглашается, и ещё полчаса они решают, что именно и где купить. Обсуждение проходит бурно, но при этом весело. Юнхо смеется, в конечном итоге решая купить всё, чтобы точно потом не жалеть. На кухне в его квартире вскоре оказываются пакеты с едой и выпивкой, потому что покупку нужно отметить. У Юнхо, конечно, много своего алкоголя, но запасы всё же не очень большие. Он держит по одной-две бутылки чисто для экспериментов и немного пива в холодильнике, если нагрянут неожиданные гости. К счастью, кровать привозят к моменту, когда они уже успевают поесть и немного выпить. Минги раскладывает все детали, просит Юнхо пересчитать комплектующие. Вдруг что-то не доложили. Инструкция оказывается очень понятной и доступной, инструментов много не надо. Все нужное у Юнхо есть в наличии. Вдвоем процесс идет быстро и легко. Они включают музыку на фон, чтобы не было скучно, и заканчивают буквально за пару часов. Даже успевают положить матрас и заправить кровать новым постельным бельем, которое Юнхо заказал в том же магазине. — Ты в футболке спишь или в пижаме? — спрашивает Юнхо, будто между прочим усаживаясь на кровать. — У меня есть и то, и другое. Не предлагаю ложиться прямо сейчас, но переодеться можно. — Оставляешь меня ночевать? — оборачивается Минги. — Я принимаю предложение. Если тебе некомфортно спать в одной кровати, могу расположиться на полу, я не привередливый. А по поводу одежды: футболка сойдет. — А ты быстро соглашаешься, — Юнхо не скрывает улыбку, к тому же выпивший Минги ужасно мил, приобретает румянец на щеках и немного расфокусированный взгляд. — И мне некомфортно раздеваться, но лежать рядом я совсем не против. К тому же у меня пижама, а это почти то же самое, что спать в одежде. И одеяло. Несмотря на некоторые особенности, я жил какое-то время с парнем, пусть и недолго. — Ловлю момент, — смеется Минги. — Хорошо, спасибо. Приставать не буду, но, надеюсь, в обнимашках ты мне не откажешь? — Одеяло обнимешь, — смеется Юнхо и берет в руки подушку, прикрываясь от праведного гнева. — Ну и меня можно, немного. — Жестокий ты, — фырчит Минги. — Тогда выделишь мне полотенце и футболку? Схожу в душ пока. А если еще и трусами поделишься, будет вообще прекрасно. Подойдут любые, даже дедушкины с дырками. — У меня таких нет, но, если ты настаиваешь, могу вырезать сердечки, — Юнхо открывает ящик, выуживая оттуда белье, из шкафа достает футболку и вручает это Минги. — А полотенце найдешь в ванной. Там откроешь дверцу — и на полке бери любое. — Спасибо, — Минги забирает вещи. — Я быстро. Не засыпай без меня, — и скрывается за дверью в ванную комнату. — И не собирался. Когда за Минги закрывается дверь, Юнхо достает пижаму, чтобы потом тоже переодеться после душа. Убирает часть еды в холодильник, прибирается. Он немного волнуется, потому что прошлый опыт нахождения Минги в его квартире был не очень удачным. Юнхо проверяет почту, сообщения, делает несколько фотографий того, как стоит кровать: нужно будет утром отправить маме и, может быть, Уену. Минги выходит из душа посвежевший и довольный. Усаживается на кровать, а потом плюхается на нее спиной. — Какой же удобный матрас. — Это повод ночевать у меня, а не в студии на диване, — Юнхо уходит в душ, возвращаясь уже минут через десять. Алкоголь почти весь выветрился, но заходить на второй круг нет никакого желания. С Минги удивительно легко болтать без дополнительных допингов. Заходя в комнату, Юнхо поправляет пижаму, предупреждает Минги, что выключает свет. Коснувшись рукой кнопки выключателя, он делает буквально несколько шагов, прежде чем ногами касается кровати: ее расположение ещё не совсем привычно. Шуршит одеяло, когда Юнхо ныряет под него. Матрас под ним мягко проминается. Юнхо знает, что Минги находится буквально на расстоянии вытянутой руки. Он слышит его дыхание, чувствует, как тот возится, комкает подушку. Глаза ещё не совсем привыкли к отсутствию света, и от этого все эти шорохи и звуки кажутся более интимными. — Спать хочешь? — спрашивает Юнхо в темноту. — Нет, если честно, — Минги разворачивается к Юнхо лицом и улыбается ему. — А ты? — Пока не принял душ, думал что, усну, как только коснусь подушки, а сейчас никакого желания, — Юнхо придвигается немного ближе и под одеялом нащупывает футболку Минги. — Могу смотреть на тебя вечно, — Минги улыбается и придвигается. — Чем и собираюсь заняться. — Я могу, или лучше не стоит? — Юнхо забирается рукой под футболку Минги, касается пальцами живота. — Просто хочу трогать. — Только если это твое искреннее желание, — тихо отвечает тот. — Не хочу, чтобы ты чувствовал себя обязанным. — Все нормально, — Юнхо гладит живот Минги ладонью. — Здесь темно, и я не очень четко тебя вижу, поэтому изучать тебя таким образом даже интересно. К тому же мне интересно сейчас дотрагиваться до кого-то. Это сложно объяснить, но чтобы понять, как обстоят дела у меня самого, проще всего сравнить. — Я сегодня был в зале впервые за долгое время. Так что если найдешь у меня пресс — это успех, — Минги прикрывает глаза. Ему нравятся аккуратные прикосновения Юнхо. — Работа отнимала всё время? — рука скользит выше, оглаживает грудь, снова спускается к животу. — Да, надо было готовиться к фестивалю, — Минги облизывает свои пересохшие губы. Если честно, очень сложно сдерживать себя в такой ситуации. — Я до последнего не был уверен, что пойду, — Юнхо двигается ещё немного и, оставив под футболкой одну руку, второй гладит от запястья вверх, чуть сжимая, чтобы почувствовать, насколько Минги хорошо сложен. — Но сейчас думаю, что даже без присланных билетов я бы взял самые дешевые, чтобы услышать тебя. К тому же, зная, как это важно… Не мог не прийти. — Я благодарен тебе за это, — Минги кладет руку на затылок Юнхо, слегка массируя. — Особенно за плакат. — Хорошо, что ты его оценил, — дойдя до плеча, Юнхо убирает руку. После пары секунд раздумий ведет ей по боку поверх футболки, касается белья. Ниже. Проводит по бедру. Другая ладонь по-прежнему гуляет где-то на груди, словно ищет там что-то или пытается одурманить, запутать. — Юнхо, — едва не стонет Минги. — Что же ты творишь со мной?.. Голос Минги сейчас ниже, слаще, от него мурашки по всему телу, и ноет в паху. Юнхо нужна пауза, чтобы не попросить говорить ещё. Он сдерживается, но инстинктивно подаётся немного вперёд, чтобы голос был ближе. Юнхо кладёт руку на внутреннюю сторону бедра. Кожа горячая и совсем немного влажная. Он останавливается, как только кончики пальцев касаются трусов. — Ты тоже можешь трогать. Я хочу почувствовать твои руки. — Юнхо, ты уверен? Прости, что постоянно спрашиваю. Не хочу просто снова совершить ошибку, — Минги открывает глаза и смотрит внимательно. — Да. Я пока не смогу зайти дальше прикосновений, но с собственным телом мне уже проще, — Юнхо осторожно касается губ Минги. — Скажу, если что-то пойдёт не так. И ты дай знать, если почувствуешь дискомфорт. — Ты у меня самый красивый, — Минги целует Юнхо в губы. — И я люблю тебя. Минги забирается рукой под пижамную кофту Юнхо и аккуратно касается горячей кожи. — Всё нормально, — на всякий случай говорит Юнхо. Ему нравится водить рукой по бёдрам Минги. Это волнует: кажется, стоит чуть изменить направление, и станет жарче. — Что ты сейчас чувствуешь? Расскажи, — Минги придвигается ближе, закрывает глаза и поглаживает Юнхо по плечам. — Немного странно говорить об этом, — Юнхо засовывает обе руки под чужую футболку. — Мне приятно тебя гладить, чувствовать мышцы. Это возбуждает. Нравится, как поднимается грудная клетка под ладонями. Хорошо, когда ты трогаешь меня. Это тоже приятно. Есть небольшой страх, что тебе что-то не понравится. Но ты меня почти не видишь. Юнхо не понимает, как правильно это описать. Они под одеялом, в одежде, и прикосновения волнуют больше, нежели взгляды. Прямого взгляда Минги на себя он бы смутился, попросил отвернуться. Но сейчас они словно могут прикосновениями вылепить то, что им нравится. И Юнхо не боится оказаться не таким, лишь отчасти. — Мне все в тебе нравится, — шепчет Минги. — Крепкие руки и длинные пальцы. Линия талии — это выглядит невероятно сексуально. Бедра и задница, — в качестве подтверждения Минги сжимает ягодицы Юнхо. Прошлый опыт откинуть сложно, но Минги не звучит фальшиво, не похоже, что он обманывает или как-то приукрашивает. От прикосновений по телу проходит приятная волна дрожи, замирает горячим выдохом на губах. — Всё это прекрасно, — Юнхо сокращает расстояние для поцелуя. И Минги с удовольствием на него отвечает. Одной рукой он придерживает Юнхо за затылок, а второй продолжает массировать задницу, несильно сжимая. Между ними совсем не остается расстояния. Юнхо заводит руки на спину Минги, чувствует пальцами лопатки, ведет чуть ниже. От поцелуев и прикосновений ведет голову, хочется ощутить что-то ещё. Юнхо прижимается пахом к чужому бедру и не может сдержать стон, прерывающий поцелуй. Прикосновение оказывается настолько желанным, что он снова повторяет это движение. — Чувствую себя подростком, — посмеивается Минги. — И знаешь… Мне это нравится. Он тоже прижимается пахом к бедру Юнхо, закинув свою ногу на его, и медленно двигается. — И часто ты занимался подобным в подростковом возрасте? — Юнхо на очередном касании прикрывает глаза. — Хотя, если судить по умениям, то я знаю ответ. Не сдержавшись, он ведет руками ниже на поясницу и ещё немного. Это помогает создавать нужное давление. Кожа Минги чуть влажная, горячая. Юнхо ведет большими пальцами вдоль позвоночника, надавливает, гладит. — Скажем так, бывало пару раз, — Минги прижимается еще ближе, чуть приспускает штаны Юнхо, совсем немного, и мнет ягодицы уже не через преграду ткани. Юнхо хочется позорно скулить и просить ещё. Он и подумать не мог, что это настолько приятно. Юнхо точно не занимался подобным в подростковом возрасте и, кажется, многое упустил. Возбуждение не спадает, наоборот: как загнанный зверь, ищет любой способ освободиться. Юнхо ведет руками по бедрам Минги, поднимает выше, комкает в руках футболку. Он прижимается губами к шее, прикусывает и засасывает кожу, облегчая свое состояние. Минги чувствует и понимает, что долго так продержаться не сможет. Поэтому чуть-чуть замедляется, пытаясь перевести дыхание. Тянется к Юнхо за поцелуем, незаметно стянув его штаны с бельем еще ниже. Тот ищет в чужих губах спасение и разрядку, поэтому поцелуй выходит влажным, страстным и немного грубым. Юнхо засовывает обе ладони под белье Минги и наконец перестает беспорядочно водить ими по телу. Так намного удобнее прижимать к себе до легкой боли и неудобства. До дрожи хочется почувствовать влажную головку чужого члена на своей коже. Но Юнхо не решается спустить белье ниже. Он чуть отодвигается, теряя на пару секунд столь сладкий и в то же время мучительный контакт, переводит руки вперед и касается головки пальцами, проводит по всей длине вниз, после чего уводит ладонь обратно на ягодицы. — Ты издеваешься, — рычит Минги, сжимая задницу Юнхо так сильно, что там наверняка завтра останутся следы. — Нет, — выдыхает Юнхо, делая во фразе паузу. — Мне безумно захотелось почувствовать его кожей, ты даже не представляешь, как это приятно. Он не помнит подобного ни с одним своим партнером. Зачастую они ограничивались взаимным минетом, ласкали друг друга руками, и это не вызывало таких сильных эмоций. Требовалось время, чтобы кончить, нужно было настраиваться. Сейчас Юнхо чувствует приближающийся оргазм и стремится не ускорить процесс, а притормозить. — Точно издеваешься, — Минги просовывает руку между их горячими телами и по очереди трет свой член и член Юнхо. Да, получается через одежду, но менее острыми от этого ощущения не становятся. Юнхо, чтобы не мешать, почти не двигается. Упирается лбом в плечо и тяжело дышит, стонет, когда Минги касается его члена и замолкает, когда тот переводит руку. — Ты можешь под? — Юнхо не договаривает, уверенный, что его и так поймут. Желание кончить сейчас перекрывает все страхи и неудобства. — С удовольствием, — Минги запускает руку под белье Юнхо, обхватывает его член пальцами и начинает быстро двигать рукой по спирали, вверх-вниз. Терпения, если честно, уже совсем не хватает. В какой-то момент Юнхо замирает, напрягается весь и кончает, сильно надавливая на поясницу Минги, съезжая ладонями ниже. Стон застревает где-то в горле, и получается лишь беспомощно открыть рот. Юнхо сносит этой волной ощущений, слишком ярких для простых ласк. Он пытается вдохнуть побольше воздуха, чтобы прийти в себя, но от этого кружит ещё больше. По телу пробегает легкая дрожь, и Юнхо готов поклясться, что чувствует, как подступают слезы. Минги быстро дрочит себе и кончает следом, прикусив нижнюю губу до боли, чтобы громко не стонать. — Вау, — Минги пытается отдышаться. — Это было правда круто. — Страшно подумать, что будет, когда мы доберемся до секса, — Юнхо пытается отшутиться, потому что привести себя в норму пока не получается. Его продолжает потряхивать. — Кровать уже оправдала свою покупку. — Я тогда точно откинусь от удовольствия, — посмеивается, обнимая, чмокая Юнхо в губы. — В душ пойдем? — Идём, — Юнхо тянется за ещё одним таким же поцелуем. — По очереди. Только найду, во что нам переодеться. — Извини, что испортил твои боксеры, — Минги улыбается и вылезает из-под одеяла. — Если за испорченное бельё я буду получать подобное, то обмен явно в мою пользу, — Юнхо роется в шкафу, достаёт нужное и отправляет Минги в душ первым. Долго он там не возится. Обмывается пахучим гелем, тщательно вытирается мягким махровым полотенцем и, едва не забыв одеться, выходит из ванной. — Постараюсь не уснуть без тебя, — Минги кусает Юнхо за подбородок и плюхается на кровать. — Не сдерживай себя, — посмеивается Юнхо и идёт в душ. Здесь он остаётся наедине со своими мыслями и ощущениями. Тело хранит приятную усталость и расслабленность, уснуть было бы действительно хорошим решением. В голове же на удивление пусто, нет переживаний, страхов, мыслей о неправильности происходящего. Юнхо, пока одевается, проводит рукой по животу, груди, бёдрам. Танцы помогли ему лучше почувствовать своё тело, принять его, найти лучшее. Юнхо тысячу раз смотрел на себя в зеркало зала, концентрировался на движениях, на том, как всё происходит, забывая о недостатках. Более того, моментами у него выходило настолько удачно, что невольно он любовался собой. — Не уснул? — урчит Юнхо, возвращаясь к Минги в кровать. — Неа, — Минги сразу закидывает на Юнхо все свои конечности. — Я же обещал. — Доброй ночи, — Юнхо целует Минги в нос и закрывает глаза. Под такой приятной тяжестью сразу клонит в сон.