Вкусный и смешной

      — Знаешь, как в Польше называется ситуация, когда либо зашёл мужик, либо принесли газ?       Юнги, громко хлюпая, делает несколько глотков колы, дёргается всем телом из-за приступа смеха. А Чонгук в недоумении смотрит на него, хлопая ресницами.       — Пан или пропан, — громко смеётся Мин.       Гук буквально пару секунд молчит, переосмысляя услышанное, и тут же идентично хихикает. Чувство юмора этого странноватого, местного плохого парня притягивает мальчишку. Поэтому то он уже несколько месяцев вылезает из окна собственной комнаты посреди ночи, чтобы вот так сидеть на капоте бежевого шевроле, слушать кассеты и целый день проводить с Юнги в игровых клубах.       На носу выпускные экзамены, а Чону вовсе не до них, ведь первая любовь в приоритете.       — Хён, а ты знаешь, что делает колода карт на дискотеке? — краснея в щеках и чуть заикаясь от волнения, тараторит Чонгук.       Мин, улыбаясь, отрицательно машет головой.       — Тусуется, — хохочет Гук.       Милое хрюканье парнишки заставляет сердце ёкнуть. Юнги уже привык к этому чувству, ведь его первая любовь такая очаровательная.       Ему хочется записывать подобные моменты на плёнку, а потом проигрывать снова и снова. Возможно, Мин бы даже своровал одну из видеокамер, что вчера завезли в недавно открывшийся магазин электроники, где закупаться могут, пожалуй, только чиновники и их многочисленные любовницы или же приезжие туристы, всегда держащие при себе валюту.       Он мечтает любить Чонгука так, как никто и никогда не мог, чтобы тот ни в чём не нуждался, чтобы ему не было стыдно сказать о своём парне, чтобы смог поступить туда, куда мечтает и не волновался об их совместном будущем. Ведь оно подразумевает квартиру, на которую, соответственно, нужны неприличные суммы, какими, на данный период, Юнги не располагает.       — Это было уже намного лучше, сахарный мальчик. Ты неплохо прокачал чувство юмора с момента, когда пытался шутить о квантовой физике.       Чонгук возмущённо закатывает глаза и фыркает, а у самого щёки горят от смущения, ведь тогда он действительно нёс откровенную чушь в надежде хоть как-нибудь привлечь к себе внимание яркого парня.       — Просто у меня способный учитель, — улыбается Чон, но нежность в его голосе вдруг сменяется ехидством. — Травить шутки, которые он переделал из газетных анекдотов, у него получается ну очень мастерски.       Юнги от такого заявления даже давится газировкой, закашливаясь.       — Хочешь сказать, я занимаюсь ещё и плагиатом? Чёрт, это почти обидно. Я, между прочем, юморист с врождённым даром.       Парень самодовольно приподнимает голову так, что его мимика изображает практически искреннее возмущение. Хотя Чонгук знает, что вот уже через секунду тот не сдержит улыбку, засмеётся, а потом наконец поцелует его. Потому что Чон всё же не просто так «сахарный мальчик» – губы у него восхитительно вкусные.