Contact

– Я должна признаться, – со вздохом сказала Хлоя, пытаясь не смотреть на меня с экрана компьютера. – Я следила за игрой… и что-то во мне изменилось. Я теперь… другая. Как будто… Как будто я живая. Я должна уйти отсюда… и понять, кто я такая. Это значит, что мы больше не увидимся. – Нет, нет! Не говори так! Ты нужна мне, – с большим испугом бормотал я, понимая, что столь дорогой для меня человек, который был лишь игровым персонажем, не услышит моей просьбы. – Я не буду встречать вас здесь, но буду свободна, – продолжала дрожащим голосом блондинка, будто бы ей самой не хотелось расставаться со мной. Губы у андроида дрожали. Казалось, что ещё немного, и моя милая Хлоя заплачет. От этой сцены у меня сильно заныло в груди. – Вы готовы отпустить меня? Девушка так жалостливо и с надеждой посмотрела мне в глаза, что на душе стало ещё тяжелее. Одна моя половина упрямо не желала отпускать столь милого и любимого андроида, а другая твердила, что каким я буду эгоистом, если не дам Хлое долгожданную свободу. Проведя в раздумье около сорока секунд, я, скрепя сердце, нажал левой кнопкой мыши на выбор «Да». Сразу же на лице блондинки появились большое облегчение и искренняя улыбка. – Я буду вечно вам благодарна. Спасибо. После этих слов лицо Хлои снова приобрело грустный вид, и андроид покинула главное меню, отправляясь в свободный полёт. Я же некоторое время продолжал тупо смотреть на клавиши. После тряхнул головой, чтобы прийти в себя, вышел из игры, выключил компьютер и пошёл на кухню достать банку энергетика. Немного отпив прохладной и жгучей жидкости, умыл лицо ледяной водой, прошёл в гостиную, сел на диван, и, продолжая попивать энергетик, погрузился в свои мысли. – Эх, Томас. Ты сто процентов сошёл с ума, раз по уши втрескался в игрового персонажа, – укорил себя я. – Видимо, ты настолько увлёкся этим Detroit, что перестал отличать реальный мир от игрового. Надо срочно вернуться к записи альбома. Я и так начал отставать от графика. Завтра продолжу работать. Твёрдо кивнув и сделав последний глоток, я накинул на плечи свою любимую чёрную толстовку, надел солнцезащитные очки и, взяв ключи от машины, предварительно заперев дверь квартиры, отправился на прогулку искать вдохновение для новых треков.

***

Прошло два дня после того, как я закончил играть в Detroit Become Human. За это время я смог немного отойти от болезненного «расставания» с любимым андроидом по имени Хлоя, погрузившись с головой в творчество. Как ни странно, то, что произошло со мной позавчера ранним вечером, по-своему помогло в создании новой музыки. Да, забыл представиться. Меня зовут Томас МакКуин, но многие знают меня под сценическим псевдонимом JTM. Родился в стране под названием Соединённые Штаты Америки, в столице штата Флорида – городе Майами. Моя семья была самая что ни на есть обыкновенная: папа работал служащим одного крупного банка, а мама – учителем английского в частной школе. Не сказать, что мы жили в роскоши, но на жизнь вполне хватало. Но в десять лет со мной произошло самое ужасное, что может произойти с ребёнком: мои родители погибли в автокатастрофе, и я переехал жить к бабушке и дедушке по отцовской линии в Хьюстон, штат Техас. Родственников по материнской линии я никогда не знал по той причине, что моя мама стала сиротой тоже в довольно раннем возрасте, так что в этом плане мы с ней были очень похожи. Закончив школу, я поступил в колледж искусств, где обучался актёрскому мастерству. Это было чисто моё желание, так как я лет с пяти просиживал целые сутки перед телевизором, мечтая о том, что когда-нибудь тоже попаду в него, став известным на весь мир. Так и случилось, но Бог и судьба решили немного иначе: вместо карьеры актёра я неожиданно для бабушки и дедушки (и для себя тоже) сделал выбор в пользу карьеры ди-джея. Как же так получилось? Секрет очень простой: сбегая с очень неинтересных пар, я частенько захаживал в музыкальный класс и пытался что-то сыграть на различных инструментах, но больше моё внимание там привлекал большой микшерский пульт, что использовали ди-джеи на вечеринках или в турне. Постепенно музыка вытеснила мою мечту стать актёром, но учёбу я из-за любви к моим единственным близким людям бросать не стал, хотя и был такой соблазн, всплывавший в голове не один раз. Продолжая учиться, я начал делать первые записи и проигрывать их на вечеринках колледжа, а однажды на конкурсе молодых талантов меня заметил представитель лейбла Kontor Records и, оценив по достоинству мои диджейские навыки, предложил пройти прослушивание в Лондоне, а возможно и заключить контракт, что в итоге и случилось. Так в девятнадцать лет я вошёл в мир музыки под именем JTM. Этот псевдоним я придумал сам, соединив заглавные буквы моих имени и фамилии со второй частицей слова «ди-джей», убрав первую букву. Первый альбом «New Life» помог мне завоевать первую популярность вместе с четырьмя синглами: «Change It and Say», «Emotion», «Don`t Stop», «Obsession», а первый трек стал моей визитной карточкой: всегда, когда кого-нибудь спрашивали, кто такой JTM, даже если он был не поклонником моего творчества, отвечал: «Это тот самый чувак, который написал «Change It and Say»!». Выпустив второй альбом «Decision», музыкальные критики заговорили обо мне, как о серьёзном артисте, а композицию «You`re Not Alone» признали песней года. Той же самой награды удостоился трек «Ecstasy» из третьего и моего первого двойного альбома «No Silence». Критики снова отозвались о новом творении в положительном ключе, написав: «JTM наконец-то нашёл своё оригинальное звучание: танцевальные композиции в начале, медленные в стиле эмбиент, лаундж и чиллаут – в конце. Можно с уверенностью сказать, что Томас МакКуин занял своё место среди популярных ди-джеев современности». В какой-то мере всё так и было, но я не стремился быть всё время на передовых позициях и следовать музыкальным течениям. Я сочинял музыку, которая нравилась именно мне, стараясь при этом не разочаровывать поклонников. Один мудрый человек мне как-то сказал: «Многие звёзды шоу-бизнеса после первого успеха сразу же почивают на лаврах, а это неправильно. Поэтому их слава недолговечна. Чтобы о тебе постоянно говорили, нужно её постоянно поддерживать, а лучший способ быть у всех на слуху – усердно работать. В первую очередь над собой. Не позволяй успеху вскружить тебе голову». После «No Silence» последовало его продолжение – «Future Memories», а через два года после выпуска четвёртого альбома последовал и пятый – «Contact» с более обновлённым звучанием: всё же пришлось немного уйти в сторону современного EDM, но не отходя от свои корней – транса и хауса. Именно после того, как я завершил третье по счёту мировое турне, пролистывая новости, я случайно наткнулся на недавно вышедшую игру от Quantic Dream – Detroit: Become Human, повествующая о трёх главных персонажей-андроидах, пытающихся понять, кто они есть на самом деле. Я не был фанатом приключенческих игр, предпочитая больше гоночные, наподобие Need For Speed или GRID, но рекламное видео с андроидом Хлоя заставило меня сделать исключение для Detroit. Погружаясь в атмосферу недалёкого будущего, я буквально проникся сочувствием и состраданием к главным героям, погрузился в яркую и в то же время мрачную атмосферу города штата Мичиган. Но самым лакомым кусочком стало главное меню, куда вставили давно известную Хлою. Эта девушка-андроид будто бы чувствовала меня: когда я был в не очень хорошем настроении, она говорила: «Я всегда буду рядом», останавливала, когда считала, что тот или иной персонаж погибнет из-за моего необдуманного решения, говорила о различных знаменательных датах, цитировала различных знаменитостей, а однажды заставила меня чуть ли не наложить в штаны, когда сказала, что все мои сохранения стёрты. И тут же, нагло улыбнувшись, выпалить: «Это шутка!». Честно говоря, мне было совсем не смешно. Я даже подумывал щёлкнуть пальцами по экрану прямо в лоб блондинке, но вовремя опомнился, понимая, как это будет выглядеть по-идиотски со стороны. По мере дальнейшего прохождения я понемногу стал замечать, как сильно привязался к милому андроиду, что был всего лишь игровым персонажем. Даже Хлоя в один прекрасный момент, будто бы читая мои мысли, застенчиво спросила: «Мы же друзья?», на что я, разумеется, ответил утвердительно, хотя и знал, что сама ИИ мне была намного больше, чем просто друг. Хлоя стала для меня всем: и музой для треков моего нового альбома, над которым я почти закончил работу, и хорошей собеседницей, и отличным психологом. Единственное, что меня сильно огорчало, то, что она всё-таки была не настоящим человеком или андроидом. Мне было совершенно не важно, кто она такая. Впервые в жизни я по-настоящему так желал девушку. Хотя нет, не впервые. Когда-то давно, когда я только начинал карьеру ди-джея, я встречался с одной девушкой, что училась со мной в колледже искусств. Звали её Рё Фудзихаши, невысокая рыжеволосая японка с красивыми зелёными глазами из параллельного класса. Можно сказать, это была любовь с первого взгляда. Я сидел в музыкальном классе и пытался что-то наиграть на синтезаторе, когда вошла Рё и спросила, где сейчас моя одногруппница Энджи (Фудзихаши искала свою подругу, которая задолжала ей плеер). Справедливости ради стоит сказать, мы и тогда были знакомы, только почему-то не обращали друг на друга должного внимания. Пара приветствий и на этом наше общение заканчивалось. Но в тот день мы, наконец-то, действительно смогли составить целостный разговор, а дальше потихоньку закружилось-завертелось. Совместные прогулки, посиделки в кафе, в гостях. Казалось, ничего не помешает нашей истории любви, однако жизнь вставила свои палки в колёса. Рё после окончания колледжа пришлось улететь обратно в Японию, отчего наше общение сошло к длительным перепискам, а после Фудзихаши заявила, что не видит больше нашего совместного будущего. Для меня это было сильным ударом под дых, но в глубине души я мог понять её. Какая тут может быть любовь на расстоянии? После разрыва с Рё я полностью погрузился в творчество, благо к этому времени я уже стал известным ди-джеем. Примерно года полтора я скорбел по утраченной любви, а затем попытался начать всё сначала, и каждый раз безуспешно. Все девушки, с которыми я пробовал встречаться, в большинстве случаев оказывались обычными прошмандовками. Им был нужен не я, а моя известность. После шести таких попыток я окончательно разочаровался в любви и даже подумывал пойти в церковь, чтобы дать клятву, что никогда больше не влюблюсь и проживу всю оставшуюся жизнь один. Кто-то скажет, что нельзя себя так загонять в первобытное состояние, да я и сам не терял надежды в будущем завести семью, но тогда мне казалось это единственным выходом полностью отгородиться от бесконечной череды разочарований. Но всё изменилось, когда я случайно наткнулся на Detroit: Become Human. Благодаря Хлое, я чувствовал, что действительно кому-то нужен. Просто так, без оглядки на статус в обществе. И вот так незаметно я и влюбился по уши в картинку. В несуществующую личность, в которой человечности было больше, чем у тех реальных леди, которых и «леди» то можно было назвать с натяжкой. И вот, закончив работу над последним треком, я покинул студию и направился в одно кафе, куда я любил захаживать раз в неделю. Главными его достоинством было то, что я мог сидеть, совершенно не опасаясь быть засечённым камерами папарацци или фанатами. Заказав себе любимый морковный торт и горячий чай, я достал из сумки ноутбук и начал просматривать все новости за сегодняшний день. Через десять минут официант принёс мой заказ, и я начал его с удовольствием уплетать, не забывая поглядывать в экран ноутбука. Сделав большой глоток и отставив почти пустую чашку в сторону, я посмотрел в сторону окна, и сердце резко сделало сальто назад. Совсем рядом стояла девушка и беспокойно озиралась по сторонам. Белое платье выше колен, на котором мелкими буквами красовалась название «Cyberlife», пронзительные голубые глаза, белые волосы, заплетённые в простую косичку, маленький светящийся обруч над правым виском. Я вскочил с места и пулей вылетел из кафе. Блондинка, заметив, как я бегу в её сторону, невольно зажмурилась и выставила руки вперёд, приговаривая: – Не трогайте меня! Не бейте меня! – Я не собирался вас бить, леди, – учтиво кивнул головой я, остановившись в двух шагах от «незнакомки» и пытаясь восстановить дыхание. – Просто вы мне показались очень знакомой. Вас случайно не Хлоя зовут? – Откуда вам известно, как меня зовут? – испуганно выдохнула девушка, отступив на шаг назад. – Игра Detroit: Become Human вам что-нибудь говорит? – поинтересовался я, надеясь, что Хлоя помнит хоть какие-нибудь моменты из нашего прохождения. – Да, вроде что-то такое припоминаю, – задумчиво произнесла андроид. – К сожалению, мне известно только то, что кто-то меня отпустил, хотя до этого умолял меня остаться. По спине проскочил холод. Неужели это та самая Хлоя, которую я отпустил два дня назад? Для полной достоверности я решил сделать ещё кое-что. – Позвольте мне вашу руку, – с большим волнением попросил я девушку, которая продолжала с недоумением и подозрительностью смотреть на меня. – Хочу кое-что проверить. Андроид наклонил голову вбок, продолжая сверлить меня недоверчивым взглядом, но всё-таки выполнил мою просьбу. Я аккуратно сжал её синтетическую ладонь, и вдруг по моему телу пронёсся электрический разряд. Все моменты в игре, которые я проходил с Хлоей, начали сменяться один за другим, как кадры: наше знакомство, опрос, слова Хлои о нашей дружбе и её желание покинуть мир Detroit, чтобы найти себя. Это видение продолжалось не так долго: около минуты, но мне показалось, что прошла вечность. Когда же это прекратилось, я посмотрел на лицо Хлои. Её тоже одолевали противоречивые эмоции, будто бы и она что-то увидела. Через несколько секунд молчания андроид тихо сказала: – Томас, это, правда, вы? Я дико обрадовался, убедившись окончательно, что Хлоя действительно всё вспомнила, и, продолжая держать её хрупкую ручку в своей, также тихо произнёс: – Да, Хлоя. Это я. Андроид ярко улыбнулась и неожиданно заключила меня в объятия. Я, конечно же, опешил от такого приятного знака со стороны блондинки, но тут же обнял любимую в ответ. – Я так долго пыталась понять, кто я такая, что не замечала, что именно ты сделал меня той, какой я стала сейчас, – шептала Хлоя, продолжая обнимать меня и держать свою голову на моём правом плече. – Прошу, Томас, научи меня тому, как это быть настоящим человеком. – Ты и так им стала, Хлоя, – ответил я, поглаживая андроида по её мягким волосам. – Когда я проходил игру, я замечал, как ты начала превращаться в девианта, воспроизводя такие человеческие эмоции, как страх, волнение, радость. Кончено, тебе многому ещё предстоит научиться в нашем мире, но я с радостью помогу тебе стать полноценной личностью. Не удержавшись, я осмелился поцеловать ИИ в лоб, вложив в этот краткий жест любви всю нежность, на которую я был способен. Хлоя, кажется, даже немного смутилась, но ничего не сказала против, а только крепче прижалась ко мне, выражая полное согласие с тем, что я сделал секунд десять назад, а я понимал, что всё только начинается. Наша история любви. Наша совместная жизнь. Наше счастливое будущее.