siren's voice

небольшой отпуск в родной Австралии. Крис идёт по побережью океана, засунув руки в карманы. легкий ночной бриз слегка развевает его рубашку, и свободно гуляет в отросших мягких кудрях. он идёт, смотря под ноги, почти ни о чем не думая, просто наслаждается ночной прохладой и тихим шумом океана. впервые за долгое время разгружает голову. пока не слышит голос, где-то неподалёку. божественный, волшебный голос, поющий песню. слова которой ему не особо понятны. Кристофер поднимает глаза и смотрит по сторонам, понимая, что рядом никого нет — тишь, да гладь, ходи, наслаждайся покоем и умиротворением. но он все ещё слышит голос, неземной, пленительный. ноги сами несут его вдаль побережья, на звук чьей-то песни, пока он не видит нечто, от чего кровь встаёт в жилах и захватывает дух. недалеко от берега, на небольшом камне, сидит не то девушка, не то рыба. у неё длинный рыбий хвост, — при лунном свете, чешуйки на её хвосте блестят темно-синими искрами — кажется, что этот хвост в длину не менее двух метров, на спину и плечи спадают длинные волнистые локоны цвета меди, влажные от воды. звук исходит именно от неё. сирена. мифическое существо оборачивается, услышав шаги. её взгляд приковывает Криса к месту, кажется, будто её глубокие глаза светятся золотом, как и кожа, на которой видны капельки воды. Крис заворожён. и он знает, что это плохо. он знает, что ему нужно бежать отсюда, как можно скорее. но он не бежит, а только упивается зрелищем, представшим перед ним. слушает божественный голос, который, кажется, звучит прям у него в голове. и не двигается с места. на лице сирены расцветает улыбка, — мягкая, нежная, и наверняка обманчивая — она протягивает руку, смотря прямо ему в глаза. зовет к себе. — иди ко мне, милый. позволь мне увидеть тебя и услышать твой голос. её голос пленяет, и Крис понимает, что он совсем не имеет над собой контроля, он подчиняется, и идёт к воде. не обращает внимания на прохладу воды, на то, как океан холодит его голые лодыжки будто говоря: "убегай, дурак!". он хочет услышать ещё этого голоса, который мёдом течёт по его ушам, проникая в мозг, и опьяняя разум. сирена убирает свой хвост, теперь он свисает с камня, и кажется ещё больше, чем раньше. она хочет, чтобы он сел рядом с ней, чтобы она могла лучше увидеть его, услышать его голос. её рука всё так же призывно протянута ему — молчаливый приказ, прикрытый нежностью и лаской. и Крис подчиняется. он взбирается на камень, вкладывая ладонь в её, ощущая мягкость и прохладу её кожи. она садит его рядом с собой, и ему кажется, что вблизи она ещё прекрасней. он мысленно бьёт себя по щекам, почти крича самому себе, что перед ним сама смерть, что он в ловушке, что с ним покончено, что он должен бежать, что он не должен восхищаться той, кто без усилий убьёт его. он не должен почти любовно впитывать её образ глазами, не должен наслаждаться звуком её голоса. но он не бежит. боится, но наслаждается. — ты красивый человек.. – задумчиво говорит сирена, обводя взглядом черты лица напротив – как тебя зовут? — Кристофер. – он говорит на автомате, не смея отвести глаз от её лица. — Кристофер... – тихо повторяет его имя сирена, тыльной стороной ладони проводя по его лицу, от виска до подбородка – прекрасное имя и голос.. она слышала такие голоса, мужчины с такими голосами издавали, прелестные для её ушей, крики, когда она их с удовольствием топила. мужчины с такими голосами были уличным певцами, серцеедами, разбивающими сердца, или глупцами, так и не понявшими, что их голос — их сила. такие мужчины перед смертью с благовением слушали её пение, целовали ей руки, и в попытке спастись, пытались ранить её, и в итоге, утопленные, истекали кровью сами. но сегодня прекрасная убийца не хочет топить очередного человека. она почти любовно обводит пальцами контур пухлых губ, чёткого подбородка, выразительного носа, словно изучая. глаза-бусинки этого молодого мужчины в полумраке кажутся почти черными, и сирена впервые за долгое время чувствует, что ей нравится человек. то как он очарован ею, то как внимает каждому её слову и действию, то как нервно дышит под её прикосновениями. — скажи мне, что ты знаешь о музыке, Кристофер. – её голос звучит чарующей мелодией, и слушая её, хочется отвечать на любой её вопрос. только чтобы она была довольна. — я.. я пишу музыку.. пою.. – отвечает Крис, чувствуя, как по спине пробегает дрожь, когда она опускает ладонь на его шею. певец. музыкант. как она и думала. её длинные, но сильные пальцы обхватывают его шею, не сжимая так, чтобы он задыхался, но достаточно, чтобы он почувствовал давление. понял, кто здесь имеет контроль. — спой для меня что-нибудь, музыкант. Крис чувствует, что от волнения ему тяжело даже говорить, не говоря уже о том, чтобы петь. её пальцы у него на шее отвлекают, вызывают трепет, — которого не должно быть и в помине — он чувствует странное желание поцеловать каждый палец сирены, уткнуться лицом в её ладонь, и растаять под её прикосновениями. он понимает, что она без особых усилий может убить его прямо сейчас — затащить в океан, или задушить прямо здесь, на этом камне. он понимает, что она хищница, что, теоретически, он уже труп, и ему, вероятно, уже не выбраться из её рук. а ещё он понимает, что не хочет никуда уходить, что хочет только смотреть в эти золотистые глаза, слушать этот божественный голос, и делать всё, что ему говорит сирена. он чувствует себя, как на поводке. поводке сирены. когда Крис начинает петь, сирена одобряюще проводит ладонью по его волосам. ей нравится, что она слышит. его голос тёплый, плавный, тихий, и словно обволакивающий — она редко такое встречала. склоняет голову на бок, не отрывая взгляда от его глаз, которые смотрят на неё со страхом и обожанием. её волосы спадают на одно плечо, обнажая больше прохладной и сияющей кожи. сирена видит, как он старается — попадает в каждую ноту неизвестной ей песни, не позволяет своему голосу сломаться, держит правильное дыхание, и пропевает каждое слово. будто от этого зависит его жизнь. так оно и есть. мифическая убийца подносит палец к его губам, останавливая от дальнейшего исполнения. она чувствует, как мягкие губы под её пальцем медленно смыкаются, и как неровное дыхание щекотит её кожу. она медленно проводит пальцами от его губ снова к щеке, лаская тёплую кожу. ей не хочется убивать его, — она впервые не видит в этом смысла — хочется послушать его ещё немного, запечатлеть в своей памяти каждую черту его лица, и сделать подарок. не только сохранить жизнь, но и.. она отнимает руку от его лица, и берет кулон в виде ракушки на своей шее. кулон блестит золотом, он смотрится как самое хрупкое украшение в мире в её ладони. сирена начинает петь, выводя пальцами круги на кулоне, и Крис с трепетом в груди видит, как кулон начинает светится. её голос пленяет, он невольно закрывает глаза, слушая прекрасное, божественное пение. его пальцы перестают нервно теребить края рубашки, он чувствует, как расслабляется. пока не слышит как сирена заканчивает петь. Крис открывает глаза, а сирена подносит пальцы к его губам — между указательным и средним пальцем он видит небольшой сгусток энергии, словно частички солнца. гладит большим пальцем мягкую кожу, призывая его разомкнуть губы. когда Крис без колебаний подчиняется, сирена мягко вкладывает энергию в его приоткрытые губы, опускает пальцы под подбородок и прикрывает его рот. улыбается. — это мой подарок тебе. – она говорит медленно, тягуче, завораживает шелком своего голоса – это частичка моего голоса, моей силы. сирена наклоняется к нему ближе, настолько, что чувствует его дыхание на своём лице, настолько, что может разглядеть каждую маленькую веснушку на его щеках, и без труда увидеть обожание в его глазах. — не потрать свой голос в пустую, Кристофер. – шепчет, а после мягко целует, не давая ответить. её пальцы ласкают его щеку, зачесывают его волосы назад, а прохладные губы заставляют Криса дрожать, то ли холода, то ли от самого ощущения, что его целует сирена. он покорно закрывает глаза и подаётся вперёд, не возражая тому, что она полностью контролирует его. ему нравится, и из-за гипноза, он ещё не до конца понимает, какой силой теперь обладает. Крис поймёт это позже, когда будет идти домой, все ещё чувствуя призрачное прикосновение губ сирены к своим губам. он поймёт это уже дома, в своей комнате, вспоминая все, что случилось с ним. он поймёт это позже, когда разговаривая с кем-то в новой компании, будет замечать, как все слушают его без намёка на безразличие. он поймёт это позже, когда выпустит новую песню, а весь интернет будет взрываться от комментариев о голосе Криса, называть его волшебным и неземным. чарующим. как у сирены. а он так и будет всегда стремиться к совершенству, вспоминая голос сирены, которая благословила его, показала ему магию голоса. он будет вспоминать сирену, которая заклеймила его волшебным голосом.