Похищение жениха

***

      Время казалось, тянулось медленно – сегодня у доктора Сяо была ночная смена. Казалось, ничего не предвещало плохого, но он не знал, что Ли Чу затаила недоброе за то, что́ он ей отказал. Ли Чу закончила свою смену. Её пальцы нервно сжали два бумажных стаканчика с кофе, тепло которых казалось обжигающим на фоне ледяного спокойствия в её глазах. Она смотрела на мужчин в приемной — двух охранников, чьи лица были знакомы ей слишком хорошо. Их присутствие всегда вызывало у неё дрожь, но сегодня это было иначе. Сегодня она держала их судьбу в своих руках.       — От доктора Сяо, — произнесла она мягко, подавая им стаканчики. Её голос был спокойным и нежным, обволакивающий их сознание. Мужчины ухмыльнулись, благодарно кивнув, и сделали глоток. Она наблюдала, как их глаза мутнели, как их тела медленно обмякали на стульях. Подождав несколько мгновений, чтобы убедиться, что они крепко спят, Ли Чу направилась к кабинету доктора Сяо.       — Ты уверена, что хочешь это сделать? — произнес её брат Лу Жень, одетый в форму медбрата. Шаги эхом отдавались в пустом коридоре, когда она и её брат подошли к двери кабинета доктора Сяо Чжаня. Кабинет доктора Сяо Чжаня был погружен в тишину, нарушаемую лишь мягким гулом кондиционера. Его голос, спокойный и уверенный, звучал в трубке, пока он разговаривал с Ван Ибо по видеозвонку.       — Когда ты вернёшься? — спросил Чжань, улыбаясь экрану телефона. Ибо, сидя на диване с бокалом спиртного, ответил с характерной для него непосредственностью: "Уже завтра. Я так соскучился по тебе, хочу обнять и поцеловать." Чжань мягко улыбнулся, но его лицо тут же окаменело, когда дверь кабинета открылась. Медсестра Ли Чу вошла без стука, её шаги были почти бесшумны на полированном полу. Чжань пристально смотрел на медсестру, его брови сдвинулись в легком недоумении.       — Что ты тут делаешь? — спросил он, но в её руке уже мелькнул шприц. Быстро, как змея, она вонзила иглу ему в шею. Чжань почувствовал холодную волну, распространяющуюся по телу, и его пальцы дрожали, когда он попытался дотянуться до телефона, но потерял сознание.       — Он мой, — прошептала Ли Чу, её глаза горели одержимостью. "Я не отдам его тебе." Она нажала на экран, разорвав связь. На другом конце Ибо застыл, его сердце начало биться чаще. Он сразу же набрал номер телохранителей, но ответа не последовало. За час до этого Ли Чу угостила их кофе, добавив туда снотворное. Ибо схватил ключи от машины, его мысли мчались быстрее, чем он сам ближайший рейс доставил его в Шанхай. Чжань упал в кресло, его сознание плыло. Ли Чу наклонилась над ним, её дыхание было горячим на его коже.       — Ты всегда был слишком хорош для него, — прошептала она, её пальцы коснулись его лица. Лу Жень помог сестре, и они увезли доктора Сяо на каталке в подсобку, где его уложили на кровать и связали ремнями. Ли Чу заплатила брату деньги, что он задолжал, играя в карты. Сейчас она стояла у кровати в подсобке, её дыхание было неровным, а глаза горели смесью адреналина и чего-то глубже, более первобытного. Она смотрела на доктора Сяо, его тело напряжённое, мышцы играли под кожей от попыток вырваться. Ремни держали его крепко, как змеи, обвивающие свою добычу. Его глаза метались, полные ярости и страха, но для неё это был лишь огонь, который она могла использовать.       — Ты такой красивый, Чжань, — прошептала Ли Чу, её голос был мягким. — Ты всегда был недосягаем, как звёзды на небе. Но сейчас… — её пальцы скользнули по его щеке, оставляя лёгкий след, — сейчас ты здесь, и ты принадлежишь только мне. Чжань зарычал, пытаясь выкрикнуть что-то сквозь ткань, но звуки были заглушены глухим рычанием сквозь ткань. Ли Чу улыбнулась, её губы изогнулись в сладостной гримасе. Она наклонилась ближе, её дыхание смешалось с его запахом кожи и лекарств.       — Ты думаешь, что твой муж тебя спасёт? — она усмехнулась, её голос был как яд. — Он даже не знает, где ты. А даже если бы знал… — она прикоснулась к его губам через ткань, её пальцы дрожали от возбуждения, — он бы не смог найти это место. Чжань снова попытался вырваться, мышцы его рук напряглись до предела, но ремни держали его неподвижно. Его глаза горели ненавистью, но Ли Чу видела не только её. Она видела страх, который он пытался скрыть, и это было для неё как нектар.       — Не бойся, — прошептала она, её губы опустились на его шею, оставляя влажный след. — Я позабочусь о тебе. Ты всегда был слишком хорош для этого мира, Чжань… но теперь ты мой. Она отстранилась, её глаза блестели, как будто она только что нашла сокровище. Ли Чу посмотрела на него ещё раз, её сердце билось как бубен в груди, и она закрыла дверь подсобки, оставив доктора в темноте, где он мог только ждать её возвращения. Ибо прилетел в Шанхай и первым делом вызвал к себе тех телохранителей, что он оставил присматривать за его мужем. Телохранители стояли опустив голову в кабинете босса мафии.       — Я доверил вам самое ценное, что есть у меня – моего мужа, а вы, бездари, ни на что не способны, позволили какой-то медсестре похитить его! А теперь скажите, что я должен с вами сделать? — разъярённо рычал Ибо. Его телефон зажужжал в кармане. Неизвестный номер. Ибо схватил трубку, не тратя времени на приветствия.       — Говори. Голос на другом конце был мягким, почти шепотом, но каждое слово вонзалось в Ибо, как лезвие.       — Если хочешь увидеть его живым, приходи завтра на склад возле порта. Один.       — Кто ты? — прошипел Ибо, но в ответ раздались только короткие гудки. Он сжал телефон так, что экран треснул. Его разум метался от ярости. Сяо Чжань. Его любимый. Его слабость. Его всё. Ночь была беспощадной. Ибо бродил по дому, его пальцы сжимались в кулаки, разжимались, снова сжимались. Он вспоминал, как Сяо Чжань спас ему жизнь в том баре, когда они впервые встретились. Как его глаза светились, когда он говорил о своих мечтах. Как его губы дрожали, когда он шептал "я люблю тебя". Теперь кто-то посмел забрать его. На следующий день Ибо был на складе. Мужчина средних лет в кожаной куртке и джинсах стоял на складе. Лу Жень сжал кулаки, ощущая холодный металл пистолета в ладони. Склад пропитан запахом пыли и крови, а тусклый свет лампы выхватывал из мрака насмешливое лицо Ван Ибо.       — Гони деньги, и я скажу, где моя сестра, — прошипел Лу, прицеливаясь в грудь мафиози. Ибо медленно достал кейс, щелкнул замком. Пачки купюр блеснули в полутьме.       — А теперь говори.       — В нашем старом доме на окраине Шанхая, — Лу бросил записку с адресом. Но прежде чем он успел схватить кейс, люди Ибо сомкнули кольцо. Лезвие ножа блеснуло у самого горла.       — Получишь деньги, когда мы её найдём, — голос Ибо прозвучал как скрежет стали. Лу усмехнулся.       — Думаешь, я такой дурак? — Его пальцы сжали гранату, уже без чеки. — Она не в Шанхае.       — Где она? — Ибо шагнул вперёд, но Лу лишь приоткрыл ладонь.       — Сейчас узнаешь. Лу бросил гранату, но она не взорвалась.       — Вот скоты, только и успел сказать Лу, когда его повязали люди Ибо. А говорили, что настоящая. Граната оказалась простым муляжом. В ходе пыток Ибо удалось узнать, где его сестра держала доктора Сяо. Ли Чу открыла дверь подсобки, звук щелчка замка прозвучал как приговор. Воздух здесь был густым от запаха лекарств и чего-то еще — ее собственных духов, смешавшихся с потом.       — Голодный? — ее голос звучал сладко, приторно. Доктор Сяо дёрнул запястьями, но кожаные ремни не поддались. Его взгляд, обычно такой холодный и расчетливый, теперь пылал. Не страхом — яростью.       — Мммфф! — он попытался что-то сказать сквозь ткань, но Ли Чу лишь присела на край кровати, её бедра мягко прижались к его ноге.       — Тише-тише, — она провела пальцем по его скуле, — ты же знаешь правила. Я решаю, когда ты ешь. И что именно. Ложка с супом коснулась его губ, но Сяо резко отвернулся. Бульон пролился на простыню, оставив темное пятно.       — Ой-ой, — Ли Чу нахмурилась, но в уголках ее губ играла улыбка. — Непослушный… Ее рука скользнула вниз, ладонь легла на его живот, чувствуя, как напрягаются мышцы под тонкой тканью рубашки.       — Может, тогда… другой аппетит стоит утолить? Сяо замер. Его дыхание участилось. Она наклонилась ближе, губы почти касаясь его уха:       — Скажи «нет» еще раз. Попробуй.