Невольник

“Уважаемый Дилан Стерн, Великий Джон Дейви Харрис разрешает вам посетить свабедное мероприятие, приведя с собой еще одного человека! Будьте аккуратны и здоровы, нынче все болеют.

Ваш любимый Джон.”

Дилан держал пальцами письмо, быстро пробегаясь глазами по строкам. Он писал со всеми формальностями, значит, на целых два листа, а этот Харрис ответил ему семью стрóками!? Невыносимо. — Саймон? Попроси Лололошку принести мне кофе, и предупреди, что у нас будет разговор с ним. — вздыхая и откладывая письмо в стопку нелюбимых, Дилан встал со стула, разминая спину и плечи. Затекли заразы. — Так точно, мой хорошенький! — Фу, ужас, не говори так со мной. Розовый ушел, а он остался один на один со своими размышлениями о судьбе Лололошки. Тот уже достаточно настрадался за свои последние четырнадцать лет. Он должен жить лучше. И Дилан ему это обеспечит!

***

— Лололошка, сделай кофе нашему Господину. И задержись у него на личный разговор! — почесав бородку, мажордом с улыбкой прошел дальше, смотря за выполнением работы слугами. — Ты что-то успел натворить?.. — тихий и приятный голос Шэрон раздался за спиной. — Не знаю, нет вроде.. Ну, только если дверь с петель Господину Дилану почти снес недавно.. — он пожал плечами, и с приподнятой бровь ушел. Шэрон так и осталась стоять с открытым ртом и вылупившимися глазами вслед другу. Что-что он сделал!? Заходя на кухонку за чашкой кофе для Дилана, шатен успел подумать о многом, за что мог провиниться. Но ничего не нашел. Значит разговор будет с ним как с дворецким? Если так, то это все упрощает.

Дилан до жути красивый. Интересно, что он думает обо мне?

Неожиданная мысль поскользнула в сознании, вытеснив другие. А правда, что думает о нем их Хозяин? Покачав головой, парень засыпал молотые зерна кофе в турку, начиная искать уголь – где-то здесь был же..

***

— Господин, вот ваш кофе! О чем вы хотели поговорить? — Лололошка с глухим стуком поставил чашку с напитком на стол, уперев руки в бока, как маленькая девочка с деревни. Дилан поднял на него взгляд. — Наконец-то. Садись, сейчас расскажу. — брюнет указал на стул напротив него, через рабочий стол. Как только слуга выполнил просьбу, он начал. — Недавно мне поступило письмо от моего знакомого, в котором тот приглашал меня на свадьбу. И ты идешь со мной. Про этикет тебе все расскажет Дженна, она отлично знает каждую деталь в этом. Ло покивал, делая самый умный вид на свете. — Но прежде.. Ты помнишь кем ты был до этого? О семье, друзьях и жизни в прошлом? Действительно. Какого-то это – помнить свою жизнь полностью? Лололошка ни раз задумывался о таком, пытался вспомнить, даже сны странные видел, но ни один из них не дал подсказки к тому, что же было в его прошлом.. Теперь это возбудило в нем интерес снова, пробуждая старые чувства страха, потерянности и отчаяния. — Нет, я..ничего не помню, если честно признаться. Но откуда вы знаете о моих проблемах с памятью? — Так как ты мой слуга, я..должен знать о тебе информацию, так что изучил все. Но я не к этому вёл. А к тому, что могу рассказать тебе много чего из прошлого.. Ты выслушаешь меня? Такое предложение могло взбудоражить каждого, но Лололошка–особенный. Зная его, он вполне мог проигнорировать или в страхе отказаться. Но Дилан будет рядом, будет слушать и сидеть. Без слов, но оба они знают, что молчание, порой, значит больше, чем слова. — Я.. Я не знаю.. Не думаю, что готов сейчас к такой информации..— темноглазка ошарашенно смотрел в стол. Он был бессилен перед страхом неизвестного – кем он был? Что случилось с ним? Почему шрам на груди, прямо над сердцем, так заныл? Он будто обливался кровью, источал боль и злость, пылал бессилием. Пульсировал, словно знал, что скоро его тайна будет раскрыта. — Все в порядке, я понимаю твои чувства. Порой, бывает страшно принимать решение о чем-то сразу.. Подумай о моем предложении, хорошо? Иди отдыхать. — мягкий, глубокий голос успокоил его тревожное нутро. Позволил вслушаться в низкие ноты и внимать словам. Лололошку редко когда можно было выгнать из грез своих мыслей. Он словно жил только в своей голове, думал и говорил только там, играл роль на сцене только там. — Спасибо за понимание, но я должен работать – я еще не окончил список дел на сегодня. — Я сказал тебе нужно отдохнуть. Можешь сказать Солусу, что это не твоя воля, а мой приказ, понял? Иди уже, спи. — Дилан махнул рукой, как бы сдувая пыль, и выгнал слугу из кабинета. Пусть проспиться хотя бы раз за последние дни..

***

Ночь была холодной. Он больше не мог уснуть. Все стоял и смотрел на звездное небо, на лес вокруг. Одиноко. Страшно. Сон, что приснился ему, оставил глубокий отпечаток в душе. Рану, что не заживет еще ближайший месяц минимум. Там был он. И его брат. Джон. Они сидели в закрытом пространстве и.. Общались. Им было всего тринадцать лет, но они уже были в синяках, засохшей крови и глубоких порезах. Глубоких иногда до кости. И это пугало. Что было в его жизни, раз он в столь юном возрасте жил в каком-то подвале?.. Теперь узнавать прошлое стало еще страшнее.

Будь у него крошечная язвочка на нëбе, он бы назвал ее прошлым. Ранка зажила бы, если не трогать её языком–но ведь не удержаться.

— Что ты здесь делаешь? — Тихий голос с легким, скрытым беспокойством раздался за спиной. Так незаметно к нему подошли и потревожили. — Да так, просто сижу.. Не спится. — Плохой сон? — Что-то типо того.. — Лололошка только больше сжался, обняв себя руками, лишь бы оставить при себе крупицы оставшегося тепла. Холодно. На его плечах быстро оказался чужой строгий смокинг. Тепло. — Спасибо.. Изо рта выходил легкий пар, рассеиваясь в воздухе. Такой хрупкий и невесомый, но красивый феномен. — Расскажешь что снилось? — Вопрос невзначай, но внимательный, с немым спокойствием в голосе. — Я видел сон. Во сне мне и моему брату было тринадцать лет. Мы сидели в подвале, все в грязи и засохшей крови, на руках – следы от веревок, а на ногах они еще были. Напуганный, я молча плакал, но совсем беззвучно. В глубине дома были слышны шаги и крики. Я не знаю чьи, но помню, что меня тогда охватил страх. Паника. И тогда я, почему-то, пообещал Джону, что мы еще встретимся. А дальше помню из сна только удар двери́ о стену, ужас, сковавший меня и боль.— описав все подробно, даже упомянув свои чувства, он даже не догадывался, что только что рассказал одну из ключевых деталей в недавно начавшемся расследовании Дилана. То событие, где наступила точка невозврата. — Что ты сказал?.. “Когда-нибудь ты поймешь меня, Брат. Мы обязательно встретимся, и я верю, что это произойдет не в нашей старости, а рассвете юности. Пжалуйста, только живи. Дождись меня, и я приду к тебе, спасу тебя, как принц на белом коне. Я буду рядом, даже когда не тут.” Маленький Джон еще не догадывался о том, что все его письмо себе сбудется в реальности. Гадалкин маленький. “Я держу тебя зá руки, И все предо мною меркнет, Я держу твое сердце, И все сияет! Пожалуйста, не покидай моего сердца, Друг, не покидай меня.. Проведи со мной вечер, Железный и полный сказок вечер. Пусть мир подождет, Сейчас здесь – только мы!” Σ(ﾟДﾟ；)