Дряные мысли

Ночь всегда приходит, это только дело времени.. Когда-то поздно, когда-то рано, но она всегда была, есть и будет. Хлопов терпеть не мог это время. Стены в комнате будто сужались, а в доме всë было настроенно против. Шторы пархали в пространстве от порыва ветра, что заходит в дом через открытое окно. Двери зловеще скрипели, открываясь от сквозняка. А тишина ложилась на плечи холодным одеялом, заставляя вздрагивать и тяжело дышать. Лëва не боится темноты, он сторонится того, что в ней обитает. Вместе с тенью, шелестом листьев, тихими голосами соседей через стенку, беззвучие нарушал противный смех, похожий на скрежет ногтей по металлу. То, что издает этот мерзкий звук прячется во мрачных углах, за тем, что не пропускает свет: под кроватью, в шкафу, за дверью в коридоре, за створкой окна, постукивая своими кривыми пальцами, как веточки при порыве ветерка. Оно всегда было рядом и всегда выходит ночью.. Пробежка в парке по вечеру не обходится без чьего-то тяжелого взора. Ужин в сумерках не оставляет тебя один на один с кем-то, помимо этого нечто. А что, собственно, оно представляет? Хлопов множество раз рассказывал, и, как ему казалось, весьма понятно. Только вот для слушателя это было просто быстрым лепетом: слова смешаны, смысл утерян, речь безсвязна.. Но даже такие неоднозначные показатели Валерка принимал.. Слушал, пытался вникнуть, разобрать хотябы кусочек.. Только всë тщетно. Страх был настолько силëн, что Лëвка не мог сказать ничего внятного. Лагунов давно заметил, как начинает нервничать его светловолосый мальчишка, как только стрелки на часах показывают вечер. С прогулок всегда уходили рано, но брюнет и не был против. Он видит, как тяжело возлюбленному делать вид, что всë в порядке. Друзья не знают, родители не знают, только Валера, только он.. Благодаря Лагугову, Хлопов успокаивался каждый раз, при виде своего «чудовища». Так и на этот раз. Поздний вечер, два юноши в квартире и нарастающий страх.. Голубоглазый ждал возвращения своего любимого человека, но спустя минуты он не возвращался.. Они сидели в комнате, с бестолковыми разговорами о всяком, как вдруг Лëвке понадобилось отлучиться. По окончанию пятнадцати минут его всë так же не было в спальне. Долгое отсутствие заставляло нервничать. Валерка не смог дождаться возвращения Хлопова, и сам пошел искать его по комнатам квартиры. Свет включался везде, но это сильно било по карману, ибо платить нужно не мало.. В этот раз некоторые комнаты пустовали без лучей искуственного света. В основном это те, куда никому не было нужно. А вот в ванной, гостинной и общей спальне свет горел двадцать четыре на семь. Только вот в освещенных комнатах Лëвки не было. Его Валерка нашел в самой дальней, мелкой и сырой комнатушке их небольшой квартиры—кладовой. Длинное, но узкое помещение. Возлюбленный смотрел прямо. Причем лампу он не зажигал! Даже фонарика не взял.. Лагунов осторожно коснулся его плеча, тихонько окликая —Пойдём, Лëва. Закрой глаза и пошли.. — говорит брюнет уже «на автомате» —Валер, оно двигается ближе.. —Тш-ш.. — утешает голубоглазый, разворачивая возлюбленного лицом а себе — не смотри.. Глянь на меня, только на меня.. Молодец.. Лëв, пойдём, сдесь не на что смотреть —За твоей спиной.. Лагунов чувствует этот могильный холод позади. Он не оборачивается, только хватает Хлопова за руку, выводя из кладовой. Уже в комнате свет был включён буквально везде. Все лампы и фонарики светили то мягким оранжевым, то пронзающим белым светом. Лëва вцепился в плечо Валеры мëртвой хваткой, шептал ему на ухо, то и дело срываясь.. Такое поведение возлюбленного можно было списать на то, что тот сошел с ума.. Можно было, если бы сам голубоглазый не замечал то, что видит его парень. Оно появляется ночью, в тëмных углах, где только тишина и мрак. Потому в доме всегда есть фонарики на батарейках, свечи, светильники.. Лагунов знает, что возлюбленному не кажется, знает, что он действительно видит нечто, что кошмарит его.. Расскажи врачам—упекут его в психушку, а оно не перестанет приходить.. Окутав партнера пледом, Валера обнял его, как обычно: крепко, заставляя спрятать глаза в плече.. Лëва послушный. Он делает, как скажут. Прячется в теплом плече, зажмурившись, пытается уснуть, если попросить.. Ему страшно, Лагунов это чувствует. Успокаивающе гладит по спинке, переходя на волосы, треплет их, почëсывает у корней. Целует в макушку и лоб.. Это единственное чем брюнет способен помочь. Единственное, что может помочь Хлопову —Ты же веришь? Веришь, что я вижу? — бормочет парнишка, поднимая глаза на своего любимого —Верю, Лëвочка, конечно верю.. Я ведь тоже вижу.. — и пусть всего краем, пусть всего силуэт в тени. Он видел, он знает, что оно видело. — Лëва.. Ложись спать, дряная вещь—думать о плохом —Валер, почему ты это терпишь? —Терплю что?.. —Меня. Разве нужно тебе выслушивать этот бред от взрослого парня? —Если я сдесь, значит надо. Это не бред, я тоже видел.. Я знаю, что тебе страшно, а смотря на тебя, страшно становится и мне. Я люблю тебя, поэтому всë ещё сдесь.. Засыпай, станет легче.. —А если кошмар? — уже более веселее спросил светловолосый —Значит будем не спать, но это ещё проверить нужно. Вдруг спокойно ночь пройдёт? В противоречие словам, дверь в комнату с противным скрипом стала открываться. За мгновение зрачки Хлопова уменьшились. Он вжался в тело Лагунова железной хваткой. Валера же, скрыл его глаза за своей грудью. Лëвке всегда было беспокойно спать спиной к двери, потому он спал, соприкасаясь лопатками со стеной. Утыкаясь в шею, плечо, ключицу голубоглазого. Куда угодно, лишь бы не видеть тени, не видеть это. Брюнет то понимает всë. Желеет, укрывает собой, приводит в себя легкими поцелуями. —Оно сдесь.. — выдавил из себя Хлопов —Видишь? —Чувствую. —Не открывай глаза. Я рядом, мы справимся. —Даже стыдно перед тобой.. — покаялся сероглазый —Не говори чепухи. Не говори.. Лëв, дыши, не забывай. —Оно смотрит.. — сжимая ладони на чужой спине, произнес Лев —А ты не смотри. Слышишь? — тот кивнул —Ты чувствуешь? Холодно.. В голосе Хлопова слышится смех. Совсем тихий, такой неестественный, такой чужой.. Лагунов знает, Лëве всегда было неловко показывать свои слабости и страхи, но без опоры сейчас он не справится. Оба это понимают. Натянув плед на головы, Валера на ощупь нашел губы возлюбленного. Добираясь до них хаотичными поцелуями. Уловив сбитое дыхание, голубоглазый прильнул к холодным губам. Ответы были, но слишком робкие, слишком усталые. Кислород быстро кончается, следовательно и отстаняться приходится с той же скоростью. Валера быстро пришел в себя, когда ужасным напором последовал следующий поцелуй, по инициативе Лëвы. Его нужно отвлечь. Такое приходилось делать часто. Перетягивать на себя одеяло чужого внимания. Пылко целовать, тая от жара ткани, окутавшей целиком и полностью. —Закрой глаза.. —Нет. Ненужно.. Пожалуйста — просит юноша, цепляясь за одежду брюнета, как за якорь —Воздух кончается.. В помещении послышались хромые шаги. Тихие, как будто детские. В квартире живут только двое, никто из людей не мог зайти в комнату или ходить по дому. Хлопов сжался в комочек в руках Валеры. На ухо скулит, отчаявшись как в первый раз. Успокоительное осталось на столе в другой части комнаты, выйти будет не вариант.. Остается только молить о рассвете, молить о свете.. —Тшш.. Тише — шепчет черноволосый, поглаживая своë горюшко по голове. Как котенок, Лëва свернулся клубком. Его дыхание было рваным, иногда даже срывалось на всхлипы. Но Лагунов ничем не мог помочь, кроме того, как быть рядом.. —Свет же горит.. Оно в проходе стоит. Ходит там, как зверь в клетке.. —Лëвочка, прошу тебя, попробуй уснуть.. Оно не войдет, только рядом ошиваться будет Заснуть у Хлопова получилось уже на рассвете. Весь в холодном поту, в крепких объятиях и мокроватых следах от поцелуев. Валера, как только посветлело, смог сходить за успокоительным, стоявшем на столе у самой двери. Измотанны оба. Проспав до часа дня, Лëва всë же выбрался из кровати. Лагунов сидел рядом с койкой, на полу. Присев рядышком, сероглазый обвил своими руками руку брюнета. Подбородок оказался размещëн на плече. Утро не было добрым, да и утром тоже не являлось.. Чмокнув парня в лоб, голубоглазый прижал его к себе. В коридоре были повешены новые лампы, в замену старым, которые вышли из строя ночью —Я люблю тебя.. — нарушил тишину русый парнишка —И я тебя люблю. — устало усмехнулся брюнет, потирая ладонью чужое предплечье — но скоро я стану седым.. —Не ты один.. Спасибо, что ты рядом.. —Спасибо, что разрушаешь быть так близко к себе.. —Я бы уже сошел в ума, будучи одному —Но ты не один. Я рядом. Был, есть и буду. А дряные мысли всегда можно прогнать.. И мы прогоним. — полу шепотом промолвил Валера —Обещаешь? —Клянусь.