do you get deja vu?

я скучаю-впервые за долгое время вслух произнесла я, сидя у больничной койки. в этом коротком «скучаю» крылась сильная боль, усталость и нежелание жить таким образом. я осторожно взяла его руку в свою, глаза вновь заслонила пелена из слёз-пожалуйста, не оставляй меня-голос дрожал, я и не пыталась скрыть этого. мне хотелось поговорить с ним, хотелось рассказать, сколько всего произошло за это время. я думала, что научусь жить без него, но сильно ошибалась. вместе с собой Сухо словно забрал ту самую стабильность и чувство спокойствия, которое не посещало меня очень давно. я медленно наклонилась, прислоняясь лбом к его тёплой ладони. ненавижу эту дурацкую палату, ненавижу своё состояние, ненавижу, что не могу ничего с этим поделать. почувствовав внезапную вибрацию в телефоне, я нехотя подняла голову. Пак Хумин. серьёзно? набрав в лёгкие как можно больше воздуха, я судорожно вздохнула: -Джиён, где ты?- в трубке прозвучал до боли знакомый голос. -я не дома, что ты хотел?-пальцами я нервно теребила краешек стула, на котором сидела. -надо поговорить. насчёт «нас», насчёт всего этого.-губы слегка растянулись в нервной полуулыбке. я боялась этого разговора, боялась всё испортить, хоть и не могла по-другому, не могла удерживать Хумина вечно, это было бы эгоистично и жестоко по отношению к нему. не было никаких «нас», и теперь не могло быть. -а союз? -к чёрту союз-его голос был нетерпеливым и запыханным, словно он бежал куда-то -встретимся в парке, просто приходи.-он сбросил трубку. ~ оказавшись в месте, через которое мы шли, когда он провожал меня до дома, я бежала по тёмной алее. съёжившись от прохладного ветра, я оглядывалась вокруг, сквозь вечерный полумрак пытясь высмотреть его очертания: -Джиён!-я резко обернулась. Пак Хумин стоял в пяти шагах от меня. я не видела его какое-то время, поэтому снова взглянув на его лицо теперь, моё дыхание стало ещё более прирывистым, сердце неприятно сжалось. его губа была разбита, на щеке образовалась ссадина. я даже не хотела спрашивать, что произошло, ибо догадаться было совсем несложно. на аллее больше никого не было, время будто остановилось, мы просто стояли, думая каждый о своём, внимательно смотря друг на друга. я первая прервала долгое молчание, стараясь придать своему голосу как можно больше естественности: -давай обработаю-я подошла ближе, пальцем указывая на раны. ~ я осторожно приложила ватку в его щеке, боясь сделать больно. сейчас это казалось до ужаса ироничным, ибо я понимала, что своими необдуманными действиями доставляю ему гораздо большую боль, никак не соразмерную с физической. я была напугана, брошена и растеряна. мне не хотелось отпускать его. мне нужно было за что то держаться, нужна была опора, однако я понимала, что ничего не могу дать ему взамен: -не больно? -конечно нет-он слабо улыбнулся. эта была та же до боли знакомая улыбка, которая теперь казалась более уставшей, почти измученной.-не больно, когда это делаешь ты. снова. снова это противное, но уже знакомое чувство дежавю. волнение, ватка в руках, ветер, слегка взъерошивающий волосы, даже дурацкая красная ветровка на нём напоминала о прошлом, заставляя память воскрешать эти воспоминания, бередить старые раны: -я мастер в обрабатывании ран, ты не знал?-нам обоим было слишком тяжело и казалось, что сейчас глупо шутить, однако я просто не знала, что еще ответить. -приходилось делать это раньше? -приходилось.-я уже не пыталась скрыть дрожь в голосе. -с Сухо?-Хумин резко произнёс это имя и посмотрел мне прямо в глаза, внимательно наблюдая за реакцией. я перестала обрабатывать рану, отстраняясь. сердце пропустило удар. внезапное упоминание окончательно сбило меня с толку: -откуда ты знаешь? -уговорил Суа рассказать. почему не говорила? -зачем?-я уже не смотрела на Хумина. то ли из-за того, что опасалась его реакции, то ли из-за того, что чувствовала вину перед ним. -вы были близки?-ответил он вопросом на вопрос.  я помедлила с ответом, затем медленно кивнула, нервно сглотнув. он словно повторил мой жест, тоже слегка наклоняя голову: -ты знаешь что нравишься мне. давно.-он не переставал смотреть на меня, словно пытался высмотреть в моём взгляде ответы на свои вопросы. -Хумин -подожди, не отвечай сразу, посидим в тишине.  я удивлённо посмотрела на него, затем замолчала. по ощущениям мы не разговаривали целую вечность. мои руки слегка дрожали, поэтому я быстро сжала их в кулаки: -прости.-тихо, почти шёпотом проговорила я. он снова посмотрел на меня, однако я не могла поднять глаза. он понимал, к чему были эти извинения. я причинила ему боль, давая ложную надежду, а затем забирая её. в одном я не врала себе точно. мне действительно нравился Пак Хумин. нравился своим характером, повадками, светлой и лучезарной энергией, которую он щедро отдавал каждому, с кем общался. мне нравились его шутки, нравился его смех. но я просто не могла так поступить с Сухо и забыть про всё, что было между нами. для меня это было созразмерно с предательством. в противном случае, я бы корила себя за это всю оставшуюся жизнь. пусть лучше нам обоим будет больно сейчас, чем потом, когда ситуация станет ещё более патовой. «во всём виновата я сама.» это умозаключение, словно червь, постепенно пожирало меня, не давало спокойно жить: -и ты меня прости-он медленно подвинулся ближе ко мне, теперь наши плечи соприкасались, лицо Хумина было настолько близко, что я могла чувствовать его прерывыстое дыхание. зная себя, в обычной ситуации я бы смутилась и отвела взгляд, но сейчас мне хотелось просто смотреть. просто запомнить его лицо. наконец Хумин произнёс: -я больше не могу так. мне плевать на союз, плевать на всё остальное, я просто хочу быть рядом с тобой, потому что…-он слегка коснулся моего подбородка, заставляя по инерции поднять голову выше, посмотреть в его глаза, обычно весёлые и светлые, но сейчас предательски беспокойные и проницательные, словно предчувствующие что то плохое-потому что люблю. меня будто бросило в холодный пот, теперь тело била уже крупная, не скрываемая дрожь. Не убирая руку от моего лица, Хумин аккуратно прислонился своей большой ладонью к моей щеке. в этом мягком прикосновении читалась нежность, желание успокоить. затем, слегка приблизившись и осторожно, будто боясь спугнуть, он едва ощутимо коснулся своими губами моих. внутри будто что-то оборвалось. слёзы сами потекли по щекам, я резко отстранилась, вставая с лавочки: -я не могу. я просто не могу так, это неправильно…-голос срывался на крик, я будто задыхалась, жадно глотая ртом прохладный воздух и подавляя рыдания. -Джиён-в его взгляде теперь была только боль, ему будто физически было тяжело смотреть на меня: -нет.-я инстинктивно выставила руку вперёд, образовывая расстояние между нами-я не хочу делать тебе больно. он тоже поднялся, затем смотрел на меня еще мгновение. в его глазах читалось что-то до боли знакомое, почти умоляющее. наконец он тихо, почти шёпотом произнёс: -ты итак делаешь. ……. { она больше никогда не виделась с Пак Хумином. возможно, вскоре он смог забыть её, смог отпустить. до боли знакомая и раздражающая, но очень применимая к этой ситуации фраза: «время лечит». со временем будет не так больно, ты переживёшь этот момент, он в свою очередь сделает тебя сильнее. эта история  действительно закалила и изменила каждого из них. однако одно можно было сказать точно. каждый оставил для другого что-то ценное, теплющееся и нежное на той лавочке в тот вечер. что-то, что нельзя было объяснить просто словами. что-то, о чём знали только они-Пак Хумин и Со Джиён» }