Глава 5. Дементор
19 января 2026 г., 19:48
После небольшого перерыва все наконец-то обратно сели на свои места и принялись ждать, когда кто-то начнёт читать следующую главу.
— Кей, я предлагаю сделать так, чтобы эту главу, читал Володя, — прошептал Гарри своей девушке и указал на Тёмного Лорда.
— Ты прямо прочитала мои мысли, я тоже хотела ему дать читать главу, — улыбнулась Кейси после чего наконец-то обратилась к залу. — Итак, эту главу нам прочитает Лорд Волан-де-Морт.
При упоминании этого имени многие вздрогнули и посмотрели на Тёмного Лорда. Сам же тёмный маг смотрел на всех с презрением и вообще хотел отказаться читать главу. Кейси просто подошла к нему и всунула книгу. Никто не знал, что произошло, но Тёмный Лорд вдруг побледнел и всё-таки согласился читать главу.
— Г-г-глава 5. Дементор.
— Что? Гарри, ты встретил дементора?
— Да. Но не волнуйся, со мной всё хорошо сейчас.
Утром Гарри разбудил улыбавшийся беззубой улыбкой Том с чашкой чая. Гарри оделся и подошёл к Букле. Сова никак не хотела лезть в клетку. Уговаривал он её, уговаривал, и тут в комнату влетел Рон, натягивая на ходу рубашку.
Рон вспыхнул и пробормотал:
— Ну, чего сразу «влетел»… я просто торопился!
— Скорее бы на поезд, — выпалил он. — А то Перси совсем замучил! Слава богу, в Хогвартсе не с ним жить. Опять прицепился! Видите ли, я пролил чай на фото Пенелопы Кристал. Это его подружка, — хмыкнул Рон. — Ты её знаешь. Спряталась за рамку, потому что у неё на носу теперь пятна от чая…
В зале раздался взрыв смеха. Даже Драко с трудом сдерживал улыбку, а Фред и Джордж ухмылялись во весь рот.
Перси густо покраснел.
— Это было абсолютно случайно! — выпалил он.
Сириус, усмехнувшись, шепнул Ремусу:
— О, как же они мило передразнивают старост… ничего не меняется.
— Мне надо тебе кое-что сказать, — начал Гарри, но их прервали Фред с Джорджем.
Близнецы театрально переглянулись и одновременно воскликнули:
— Ну конечно! Мы всегда появляемся в самый подходящий момент!
Все снова засмеялись, а Лили, сияя, глянула на Гарри:
— Сынок, ты хотел что-то важное сказать Рону…
Джеймс нахмурился:
— И кто вас опять перебил? Ах да, эти двое.
Фред и Джордж в ответ поклонились.
— Тысяча поздравлений, Рон! Тебе опять удалось вывести из себя нашего старосту!
Все вместе спустились завтракать. Мистер Уизли, сдвинув брови, читал первую страницу «Пророка». А миссис Уизли рассказывала Гермионе с Джинни о любовных зельях, которые она варила в юности, и все трое хихикали. Ребята сели за стол.
— Что ты хотел сказать? — спросил у Гарри Рон.
— Позже объясню, — шепнул Гарри, покосившись на вошедшего Перси.
В этой суете Гарри никак не удавалось выкроить минутку для разговора с друзьями. Столько хлопот! Таскали чемоданы по узкой лестнице и ставили к двери, рядом с клетками, где сидели на жёрдочках Букля и Гермес — ушастая сова Перси, — и плетёной корзиной, откуда неслось громкое фырканье.
На этих словах Рон, Фред и Джордж синхронно заулыбались.
— Коросты, — протянул Джордж. — Никогда ещё один крысёныш не создавал столько шума.
Гарри слегка поёжился, вспомнив, кем на самом деле оказался Короста.
— Глотик, не сердись, — ворковала у корзины Гермиона. — В поезде я тебя выпущу.
Анеза, сидевшая рядом с Гарри, при этих словах фыркнула, а Драко едва сдержал смешок.
— Не выпустишь, — зашипел Рон. — Вспомни о бедной Коросте.
Он ткнул себя в грудь. Короста, судя по выпуклости, сидела у него в кармане под мантией.
Мистер Уизли, ожидавший во дворе министерские машины, открыл дверь и просунул голову в холл:
— Приехали. Идём, Гарри.
Мистер Уизли проводил его к первой из двух старых, тёмно-зелёных машин. За рулём в обеих сидели волшебники, надевшие для маскировки бархатные костюмы изумрудного цвета.
— О, какая прелесть, — с сарказмом заметил Снейп. — Бархат и изумруд… Вкус у Министерства всегда был сомнительным.
Сириус не удержался и хохотнул.
— Садись, Гарри, — произнёс мистер Уизли, окинув взглядом переполненную улицу.
Гарри сел на заднее сиденье, вскоре к нему присоединились Гермиона, Рон и, к огорчению последнего, Перси.
При этих словах Фред с Джорджем снова прыснули.
— О, какое несчастье — Перси в дороге!
Перси надулся, но ничего не ответил.
По сравнению с путешествием на «Ночном рыцаре» в поездке до Кингс-Кросс не было ничего примечательного. Министерские машины, казалось, не отличались от магловских, и всё же Гарри заметил, с какой лёгкостью они лавировали в пробках. Куда там новому автомобилю дяди Вернона! На вокзал прибыли за двадцать минут до отхода поезда. Водители нашли им тележки и погрузили чемоданы. Коснувшись кепок, попрощались с мистером Уизли и уехали, неведомо как проскочив в самое начало длинной очереди перед светофором.
Мистер Уизли всю дорогу до станции шагал рядом с Гарри.
— Пришли, — сказал он, оглянувшись по сторонам. — Разобьёмся на пары, а то нас многовато. Мы с Гарри идём первые.
Глаза Волан-де-Морта скользнули по залу, задержавшись на Северусе, Люциусе и Нарциссе, которые не сводили взгляд с Гарри, и на Анезе, которая внимательно слушала, держа за руку Драко Малфоя.
Мистер Уизли направился к барьеру между девятой и десятой платформой, толкая тележку Гарри и не сводя глаз с электрички № 125, прибывшей на девятую платформу. Многозначительно глянув на Гарри, он как бы невзначай наклонился к барьеру. Гарри тоже.
В зале даже Джеймс и Лили Поттер напряглись, ощущая, как холод разливается по комнате.
Мгновение — и металлический барьер позади, они на платформе девять и три четверти, а вон и «Хогвартс-Экспресс». Алый паровоз пускал клубы дыма, окутывавшего платформу, полную детей и провожавших волшебников.
Регулус Блэк нахмурился, а Сириус, напротив, сдержанно улыбался, оценивая, как Волан-де-Морт передаёт атмосферу тревоги и ожидания.
Позади Гарри появились Перси и Джинни, оба тяжело дышали, видимо, преодолели барьер бегом.
— Пенелопа! — Заметив девушку с длинными кудрями, Перси покраснел, пригладил волосы и зашагал ей навстречу, выпятив грудь, чтобы она непременно увидела сверкающий значок.
Гарри с Джинни не выдержали и, отвернувшись, прыснули.
Вскоре подоспели остальные. Вместе прошли мимо забитых купе, нашли наконец пустое, внесли чемоданы и, поставив Буклю с Живоглотом на багажную полку, вышли проститься с мистером и миссис Уизли.
Миссис Уизли расцеловала своих детей, Гермиону и наконец заключила в объятия Гарри. Она долго его не отпускала, он даже смутился и всё-таки был искренне рад, когда она чуть не в десятый раз его чмокнула.
— Береги себя, Гарри, — сказала она, и ему показалось, что глаза у неё повлажнели. Миссис Уизли открыла большую сумку. — Я приготовила всем сандвичи. Это тебе, Гарри. Рон, ты возьми другие, с говядиной… Фред? Где Фред? А это, дорогой, твои…
Волан-де-Морт вновь сделал зловещую паузу, позволяя всем в зале почувствовать тепло, заботу и одновременно тревогу, сквозившие через каждое слово.
— Гарри, — шепнул мистер Уизли, — пойди сюда на минутку.
Вдвоём отошли за колонну, оставив всю компанию с миссис Уизли.
— Пока ты ещё не уехал, я должен тебе кое-что рассказать, — волнуясь, начал мистер Уизли.
— Не беспокойтесь, мистер Уизли. Я всё знаю.
— Гарри, подслушивать не хорошо, — сказала Анеза.
— Да какая разница, там ведь всё равно было важно.
— Знаешь? Откуда?
— Я… ну… я слышал ночью ваш с миссис Уизли разговор. Случайно. — И быстро добавил: — Извините.
— Не самый лучший способ узнать столь важную вещь. — Вид у мистера Уизли был встревоженный.
— Всё хорошо, честно. И вы не нарушили данное Фаджу слово, и я уже всё знаю.
— Но ты, Гарри, наверное, очень испугался.
— Ни капли. — Гарри не соврал, но видел, что мистер Уизли ему не верит. — Я не строю из себя героя, но ведь Блэк не может быть опаснее Волан-де-Морта.
— Ты что, действительно думала, что я опасен? — спросил Сириус.
— Прости, но тогда я ещё не знал, что ты мой крёстный, да и к тому же тогда писали о том, что ты убийца, — сказал Гарри.
— Ладно, забудем.
Услышав это имя, мистер Уизли вздрогнул, но сдержался.
— Гарри, я не сомневаюсь, что ты гораздо сильнее, чем думает Фадж. Я рад, что ты не боишься, но…
— Артур! — раздался голос миссис Уизли, провожавшей всех в вагон. — Что ты там делаешь? Поезд вот-вот отойдёт!
— Сейчас-сейчас, Молли, — ответил мистер Уизли и торопливо сказал Гарри, понизив голос: — Дай мне слово…
— Что буду пай-мальчиком, из замка ни на шаг? — нахмурился Гарри.
— Не только это. (Таким встревоженным Гарри ещё никогда не видел мистера Уизли.) Поклянись, Гарри, что не станешь сам искать Блэка.
— Ой, простите, но обещание нарушено. Ну, точнее, частично, потому что Сириус искал меня сам. А я лишь случайно оказался не в то время, не в том месте, — сказал Гарри.
Кейси, Джастин, Анеза и Рон только посмеялись.
— Что? — переспросил Гарри.
Раздался громкий свист. Дежурные по вокзалу обходили поезд и захлопывали двери.
— Обещай мне, Гарри, — скороговоркой произнёс мистер Уизли, — что бы ни случилось…
— Зачем мне искать того, кто хочет меня убить, — буркнул Гарри.
— Поклянись, что бы ты ни услышал…
— Господи, зачем заставлять ребёнка клясться, ведь зная, что он все равно нарушит правила, — вздохнула Кейси.
— Я ведь действительно тогда думал, что он не пойдёт к Блэку, — буркнул Артур.
— Я же говорю, частично Сириус сам нашёл меня, точнее, он искал не меня, а кое-кого другого об этом, вы узнаете чуть позже, — сказал Гарри.
— Быстрее, Артур! — крикнула миссис Уизли. Из паровоза повалил дым, и поезд тронулся.
Гарри кинулся к вагону, Рон открыл ему дверь и протянул руку. Друзья высунулись из окна и махали мистеру и миссис Уизли, пока они не скрылись из виду.
Поезд набрал полный ход. Гарри подозвал Рона с Гермионой и шепнул:
— Мне надо рассказать вам один секрет.
— Иди в купе, — бросил сестре Рон.
— Очень мило, — с обидой сказала Джинни и отошла.
В поисках свободного купе Гарри с Роном и Гермионой пошли по коридору. Удача им улыбнулась в самом конце вагона.
В купе находился всего один пассажир, дремавший возле окна. Троица переступила порог. Странно. «Хогвартс-Экспресс» предназначен для школьников, и, кроме волшебницы, развозившей тележки с едой, взрослых они раньше не видели.
Незнакомец был одет в поношенную, штопаную-перештопаную мантию. Болезненного вида и измождённый, но совсем ещё не старик, светло-каштановые волосы едва тронуты сединой.
— Нет… Это же… — Джеймс строил догадки, но он пока что не решался об этом сказать другим.
Ребята закрыли дверь и сели подальше от окна.
— А это кто такой? — шепнул Рон.
— Профессор Р. Дж. Люпин, — не замедлила с ответом Гермиона.
— Римус, я тебя поздравляю, ты стал профессором! — воскликнула Лили, а Марлин только кивнула ей.
— Ну, если честно, я был профессором, я уволился, — сказал Люпин.
— И зря. Вы были чудесным профессором, в отличие от всех остальных, что у нас были, — сказала Анеза.
— Действительно, ты был хорошим профессором. Гарри рассказывал, как ты их учил, — сказал Сириус.
— Действительно, я должен похвалить тебя. Ты один из немногих профессоров по Защите От Тёмных Искусств, кто так хорошо обучал детей и им это нравилось, — сказал Северус.
Многие очень поразились тому, как Снейп это спокойно сказал. Люпин только покраснел и отвернулся от смущения.
— Откуда ты знаешь?
— Посмотри на чемодан. — Она показала на полку над головой мужчины.
Маленький потрёпанный чемодан был перевязан верёвкой, аккуратно связанной из множества маленьких верёвочек. В одном из углов была надпись: «Профессор Р. Дж. Люпин».
— Интересно, что он преподаёт? — Рон, прищурившись, глядел на его бледный профиль.
— Защиту от тёмных искусств. Только по ней нет преподавателя.
У них было уже два учителя по защите, на первом курсе и на втором. Ходили слухи, что на эту должность наложено заклятие.
— А потянет ли он? — засомневался Рон. — Похоже, он и сам под заклятием… Ну, выкладывай, — повернулся он к Гарри.
И Гарри всё им поведал, включая предупреждение мистера Уизли. Рон сидел будто громом поражённый, Гермиона прижала руки к губам и, немного погодя, сказала:
— Значит, Сириус Блэк из-за тебя убежал из тюрьмы, Гарри… Ты должен быть очень… очень осторожен. Не ищи себе неприятностей.
— Я их не ищу, — буркнул Гарри. — Это они меня ищут.
— И от этого мне не сбежать, — вздохнул Гарри.
— Надеюсь, у Гарри хватит ума не выслеживать этого психа, — сказал всё ещё не пришедший в себя Рон. — Блэк ведь хочет его убить.
— Ну-у-у… — Гарри закатил глаза, почесал затылок и невинно улыбнулся друзьям и своему крёстному, после чего родителям.
Лили только вздохнула понимая, что Гарри весь в отца, а Джеймс просто усмехнулся.
Друзья восприняли известие хуже, чем ожидал Гарри. Испугались, похоже, не на шутку. Во всяком случае, гораздо сильнее, чем он.
— И как это он сбежал? — поёжился Рон. — Из Азкабана? При такой-то охране? Ведь он сверхопасный преступник.
— Его должны поймать. — Голос Гермионы был твёрд. — Я слышала, сейчас поднята на ноги даже полиция маглов.
— Что это? — вдруг насторожился Рон. Откуда-то донёсся слабый звенящий свист.
Они огляделись.
— Гарри, это у тебя в чемодане. — Рон встал, потянулся к багажной полке и извлёк из-под мантии карманный вредноскоп. Он вертелся у него на ладони, как сверкающая юла.
— Вредноскоп? Как интересно! — Гермиона поднялась, чтобы получше рассмотреть.
— Это самый дешёвый, — сказал Рон. — По-моему, он плохо работает. Я стал его привязывать к лапе Стрелки, а он как завертится. Это мой подарок Гарри на день рождения.
— Может, ты делал в этот момент что-то плохое? — предположила Гермиона.
— Да нет! Хотя, впрочем, нельзя было посылать Стрелку… Ну ты же знаешь, ей эти перелёты уже не под силу. Но как я ещё мог отправить Гарри подарок?
Вредноскоп свистел не умолкая.
— Убери его в чемодан, — посоветовал Гарри. — Ещё разбудит нашего соседа.
Он покосился на профессора Люпина. Чтобы заглушить вредноскоп, Рон сунул его в особенно ужасную пару старых носков дяди Вернона и захлопнул чемодан.
— Пойдём в Хогсмид и отдадим его починить. — Рон опять сел к друзьям. — Фред с Джорджем сказали, что купили точно такой в лавке «Дэрвиш и Бэнгз». Там продаются всякие волшебные инструменты.
— А что тебе известно про Хогсмид? — оживилась Гермиона. — Я читала, что это единственный населённый пункт во всей Британии, где не живут маглы.
— По-моему, да, — ответил без энтузиазма Рон. — Но я туда рвусь не поэтому. Мечтаю пойти в магазин «Сладкое королевство».
— Тебе всегда только за сладеньким, — улыбнулся Гарри.
— Ну и что? — закатил глаза Рон.
— «Сладкое королевство»? — удивилась Гермиона.
Лицо Рона расплылось в блаженной улыбке.
— Это кондитерская, там столько всяких сладостей! От перечных чёртиков дым идёт изо рта, а ещё шоколадные шары, полные земляничного мусса и сбитых сливок. А сахарные перья! Сидишь на уроке, посасываешь такое перо, а все думают, что ты размышляешь, что писать дальше…
— Но там очень много интересного, — гнула своё Гермиона. — В «Достопримечательностях исторического волшебства» сказано, что местная гостиница была в тысяча шестьсот двенадцатом году штабом восставших гоблинов, а Визжащая хижина считается самым опасным домом с привидениями во всей Англии…
— …а увесистые шарики мороженого! Лакомишься ими и паришь над землёй, правда не очень высоко, дюймах в пяти, — пропустил мимо ушей Рон все слова Гермионы.
Анеза только дала Рону хороший подзатыльник. Тот только посмотрел на неё, но ничего не сказал.
Гермиона посмотрела на Гарри.
— Как это прекрасно! Будем хоть изредка уходить из замка. В Хогсмиде есть что изучать!
— Да, — грустно вздохнул Гарри. — А вернувшись, расскажете мне, что там и как.
— А ты? — спросил Рон.
— Я не пойду. Ни Дурсли, ни Фадж не подписали мне разрешение.
— Ужасно, — вздохнула Лили.
— Ну ничего, Сириус подписал мне это разрешение, — сказал Гарри.
Рон ужаснулся.
— Как так? Постой, можно ведь попросить профессора МакГонагалл или ещё кого, найдём кому подписать…
Гарри рассмеялся. Профессор МакГонагалл, декан Гриффиндора, очень строга, никогда не нарушит правил.
— А в случае чего, спросим Фреда с Джорджем, они знают все тайные выходы из замка…
— «Да, благодаря им я и выбирался туда. Спасибо, что показали мне карту, » — подумал Гарри и усмехнулся.
— Рон! — возмутилась Гермиона. — Гарри нельзя покидать замок, пока Блэк на воле.
— Вот именно это и скажет МакГонагалл, попроси я её подписать разрешение, — усмехнулся Гарри.
— Гарри, но с тобой будем мы! — Глаза у Рона сверкнули. — И никакой Блэк не посмеет…
— Конечно, не посмею, как мне прийти туда, где люди. Ну-у-у… я знаю, конечно, один способ, — протянул Сириус.
Римус и Регулус только посмотрели на него и вздохнули.
— Рон, не говори глупости, — возразила Гермиона. — Блэк днём, на людной улице столько человек убил! Неужели он, увидев нас, испугается и оставит Гарри в покое?
Говоря это, она расстёгивала ремни на корзине с Живоглотом.
— Не выпускай! — крикнул Рон, но было поздно.
Живоглот легко выпрыгнул из корзины, потянулся и вскочил ему на колени. Внутренний карман у Рона задрожал, и Рон довольно грубо отшвырнул кота:
— Пошёл вон!
— Как не стыдно, Рон! — возмутилась Гермиона. Рон не остался бы в долгу, если бы профессор Люпин в эту минуту не зашевелился. Все трое замерли, но профессор повернул голову в другую сторону и, слегка приоткрыв рот, продолжал спать.
— Римус как всегда, — закатил глаза Джеймс. — Происходит что-то важное, а он спит.
Римус только покраснел и отвернулся.
«Хогвартс-Экспресс» держал курс на север. Погода за окном помрачнела, небо заложило тучами. Реже появлялись поля и фермы. По коридору туда-сюда стали ходить люди. Живоглот обосновался на незанятом месте, повернув курносую морду к Рону, его жёлтые глазки буравили заветный карман.
В час дня пухлая волшебница покатила тележку с едой.
— Как по-вашему, надо его разбудить? — Рон с сомнением кивнул на профессора. — Ему не помешало бы поесть.
Гермиона осторожно приблизилась к профессору Люпину.
— Профессор! Простите за беспокойство, профессор!
Профессор не шелохнулся.
— Не волнуйтесь, дорогие мои, — сказала волшебница, протягивая Гарри коробку с пирожными. — Проснётся и захочет есть — я в первом вагоне, рядом с машинистом…
Она закрыла дверь и удалилась. Рон переполошился.
— Он и вправду спит? — шёпотом сказал он. — Уж не помер ли?
— Рон!
— Что «Рон»? — протянул Уизли.
— Нет. Нет. Он дышит, — заверила Гермиона, беря протянутое Гарри пирожное.
С попутчиком, конечно, не очень повезло, но была в этом и польза. После полудня зарядил дождь, за окном проплывали расплывчатые очертания холмов, и ребят стало клонить ко сну. В коридоре послышались шаги, у двери шаги смолкли, и сон как рукой сняло. В дверях появилась троица заклятых врагов — Драко Малфой, Винсент Крэбб и Грегори Гойл.
Драко Малфой и Гарри враждуют с самой первой поездки в Хогвартс. Лицо у Малфоя бледное, заострённое и с вечной ухмылочкой. Учится он в Слизерине. Гарри и Драко в своих командах ловцы. Мощные, мускулистые Крэбб и Гойл — что-то вроде малфоевской свиты. Крэбб повыше, со стрижкой под горшок и очень толстой шеей. У Гойла жёсткие, короткие волосы и длинные, как у гориллы, руки.
— Кого я вижу, — по обыкновению лениво протянул Малфой, шире открыв дверь. — Малявка и Лис!
Крэбб и Гойл дружно заржали.
— Слышал, твой отец в кои-то веки разжился кучей золота, — начал Малфой. — А что, твоя мамочка, случаем, на радостях не померла?
— Драко! — Нарцисса дала сыну смачный подзатыльник.
Драко только вздохнул, понимаю, сколько всего он успел натворить.
Рон вскочил, уронив на пол корзину Живоглота. Профессор Люпин всхрапнул.
— А это кто такой? — попятился Драко.
— Новый учитель. — Гарри тоже вскочил: вдруг будет нужна помощь. — Что ты сказал, Малфой?
Бесцветные глазки Малфоя сощурились. Драться перед носом учителя? Нашли дурака.
— Идём, — бросил он свите. И раздосадованные враги убрались восвояси.
Гарри с Роном вернулись на место. Рон в бешенстве сжимал кулаки.
— Я больше не намерен терпеть Малфоя! Ещё слово о моей семье, и его поганая башка…
Рон сделал в воздухе яростный выпад.
— Рон, пожалуйста, тише, — прошептала Гермиона, кинув взор на профессора Люпина.
Но профессор спал как ни в чём не бывало.
Дождь усилился, а «Хогвартс-Экспресс» мчал всё дальше на север. Окна закрыл густой туман. Стемнело. По всему вагону и над багажными полками загорелись лампы. Стучат колёса, по окнам барабанит дождь, завывает ветер, а профессору Люпину всё нипочём — спит себе и спит.
— Скоро должны приехать. — Рон пытался что-то разглядеть в тёмном окне.
Не успел он закрыть рта, как поезд замедлил ход.
— Прекрасно! — Рон вновь подал голос и, осторожно обойдя профессора, стал вглядываться в темноту за стеклом. — Умираю с голоду. Скорее бы за праздничный стол.
Гермиона посмотрела на часы.
— Но нам ещё далеко ехать, — заметила она.
— А чего же мы останавливаемся?
Поезд ехал всё медленнее. Шум двигателя утих, зато ветер и дождь за окном как будто усилились.
— Что происходит? — спросил кто-то из первокурсников из Когтеврана.
— Сейчас узнаете.
Гарри, находившийся ближе всех к двери, выглянул в коридор. Из других купе тоже высовывались любопытные.
Поезд дёрнулся и остановился. Судя по звукам в вагоне, с полок посыпались вещи. Неожиданно погасли все лампы, и поезд погрузился в кромешную тьму.
— В чём дело? — раздался позади голос Рона.
— Ой! — вскрикнула Гермиона. — Рон, это моя нога!
Гарри добрался до своего сиденья.
— Может, авария?
— Не знаю…
Что-то зашуршало, и Гарри увидел на фоне окна смутный силуэт Рона, протиравшего запотевшее стекло.
— Там что-то движется, — сказал Рон. — По-моему, к нам спешат люди.
Дверь открылась, и кто-то стал Гарри на ногу.
— Простите! Вы не знаете, что случилось?
— Привет, Невилл! — Гарри протянул в темноте руку и схватил его за мантию.
— Гарри? Это ты? Что случилось?!
— Понятия не имею! Иди к нам, садись.
Раздалось сердитое шипение — Невилл сел на Живоглота.
— Бедный Живоглот, — сказала Лили.
— Пойду схожу к машинисту, узнаю, что произошло, — послышался голос Гермионы.
Гарри дал ей пройти. Дверь опять скользнула, звук столкновения, и два голоса вскрикнули:
— Кто это?
— А это кто?
— Джинни?
— Гермиона?
— Что ты делаешь?
— Ищу Рона.
— Иди, садись.
— Не сюда! — предупредил Гарри. — Здесь я.
— Ой! — крикнул Невилл.
— Тихо! — вдруг раздался хрипловатый голос. Профессор Люпин наконец проснулся. Гарри услышал шорох в углу. Все замолчали.
Слабый треск — и в купе забрезжил свет. В ладонях профессора Люпина подрагивал огонь, освещая усталое, серое лицо. Глаза его, однако, были ясны и настороженны.
— Оставайтесь на месте. — Голос был всё ещё сиплый после сна. Он медленно встал, держа перед собой пригоршню огня, и пошёл к двери, но та, опередив его, медленно открылась.
Дрожащее пламя в руках Люпина осветило упиравшуюся в потолок фигуру, закутанную в плащ. Лицо пришельца было полностью скрыто капюшоном.
Глаза Гарри метнулись вниз, к горлу подступила тошнота. Из-под плаща высунулась рука: лоснящаяся, сероватая, вся в слизи и струпьях, как у долго находившегося в воде утопленника.
Рука торчала наружу долю секунды: существо как будто почуяло взгляд Гарри и поспешно спрятало её в складке чёрной материи.
То, что было под капюшоном, протяжно, с хрипом не то взвыло, не то вздохнуло, словно хотело засосать не только воздух, но вообще всё вокруг.
Присутствующих обдало стужей. У Гарри перехватило дыхание. Мороз пробирался под кожу, в грудь, в самое сердце.
Глаза Гарри закатились. Он ничего не видел. Погрузился в холод. В уши хлынул поток воды. Его тащило вниз, вой усиливался.
Откуда-то издалека донёсся жуткий, пронзительный вопль мольбы. Гарри хотел помочь, всё равно кому, попытался шевельнуть руками, но не смог. Его окутал густой белый туман…
— О, бедный мой, — сказала Лили и поспешила обнять своего сына.
— Да все в порядке, мама, я живой, — сказал Гарри.
Тёмный Лорд только хмыкнул увидев эту сцену и ничего не сказал.
— Гарри! Гарри! Ты в порядке?
Кто-то шлёпал его по лицу.
— Что… что?
Гарри открыл глаза. Светят фонари, подрагивает пол. «Хогвартс-Экспресс» снова в пути, и горит свет. А он что, упал с сиденья? Рон с Гермионой склонились над ним, стоят на коленях, позади Невилл и профессор Люпин. Гарри хотел поправить очки, и его затошнило, на лбу выступил холодный пот.
Рон и Гермиона уложили его на сиденье.
— Ну, как ты? — забеспокоился Рон.
— Ничего. — Гарри бросил взгляд на дверь. Существо в капюшоне исчезло. — Что это было? Где тот… ну который выл?
— Это дементор. Но они обычно не воют.
— Никто не выл. — Рон недоумевающе покачал головой.
Гарри осмотрел освещённое купе. Бледные-бледные Джинни и Невилл таращили на него глаза.
— Но я слышал вой.
Что-то громко треснуло, и все вздрогнули. Профессор Люпин разломал на части большую плитку шоколада.
— Держи, — протянул он Гарри самый большой кусок. — Съешь и станет полегче.
— Это верное решение, потому что шоколад помогает. Да и не только шоколад что-то сладкое действительно помогает прийти в себя, — сказала мадам Помфри.
Гарри взял, но есть не хотелось.
— Вы не знаете, кто это был? — спросил он Люпина.
— Дементор. — Люпин раздавал шоколад всем остальным. — Один из дементоров Азкабана.
Все смотрели на него, не веря ушам. Профессор Люпин скомкал пустую обёртку и сунул в карман.
— Ешь, — повторил он. — Увидишь, станет легче. Простите, я ненадолго уйду, мне надо кое-что сказать машинисту.
Люпин скрылся в коридоре.
— Гарри, ты и вправду в порядке? — Гермиона тревожно смотрела на друга.
— Я так и не понял, что произошло. — Гарри вытер пот со лба.
— Ну, понимаешь, этот дементор стоял здесь и осматривался (я так подумала, лица-то я его не видела), и ты, ты…
— Наверное, это был обморок. — Рон никак не мог успокоиться. — Ты вдруг обмер, упал и забился…
— А профессор Люпин подошёл к дементору, вынул палочку, — продолжила Гермиона, — и сказал: «Никто из нас не прячет Сириуса Блэка под мантией. Уходи». Но великан не шелохнулся. Тогда Люпин что-то пробормотал, и из палочки на дементора посыпались серебряные искры, тот развернулся и тотчас исчез.
— Патронус. Ты вызвал патронус? — спросил Джеймс.
— Да. Но не в полной форме. Просто как туман, или дым, или просто свет, — ответил Римус.
— Ужас какой! — пропищал Невилл не своим голосом. — Когда это вошло сюда, почувствовали холод?
— Мне показалось, он явился с того света. — Рона передёрнуло. — Такой страх, как будто никакой радости никогда в жизни больше не будет.
Съёжившаяся в углу Джинни выглядела немногим лучше Гарри. Она вдруг громко всхлипнула, Гермиона нагнулась к девочке и обняла её.
— Но вы же не попадали с сидений, — неловко пробормотал Гарри.
— Нет, — подтвердил Рон и опять беспокойно глянул на него.
Джинни колотила дрожь…
Гарри ничего не понимал. Гриппом он не болеет, а такая слабость, и зуб на зуб не попадает… Этого дементора все видели — и ничего, а он упал в обморок! Стыд-то какой!
Вернулся профессор Люпин. Остановился рядом с Гарри и ласково улыбнулся.
— Съешь, пожалуйста, шоколад, он неядовитый.
Гарри откусил кусочек. Удивительно, но по жилам заструилось тепло.
— Через десять минут будем в Хогвартсе, — произнёс учитель. — Ну что, Гарри, полегче стало?
— Да. — Гарри недоумевал: откуда профессор знает его имя?
— О, он много чего знает о тебе, — сказал Северус.
— Я многое о нем не знал, я знал лишь существующие факты то, что было написано. А то, что действительно было на самом деле, мы узнали только через книги, — сказал Римус.
О происшедшем больше не вспоминали. Поезд прибыл на станцию Хогсмид. Высаживались долго и шумно. Совы ухали, коты мяукали. Любимая жаба Невилла громко квакала под его шляпой. Крошечная платформа после дождя обледенела.
— Первокурсники, сюда! — громыхнул знакомый голос.
Гарри, Рон и Гермиона обернулись и увидели высоченную фигуру Хагрида. Лесничий собирал первокурсников, чтобы переправить, согласно традиции, через озеро.
— Здорово, неразлучная троица! — Хагрид возвышался над головами.
Друзья рванули к нему, но их тут же оттеснила толпа. Гарри, Рону и Гермионе предстояло, как и всем остальным, ехать до замка в карете. На грязной, в колдобинах, дороге их было не менее сотни — и никаких лошадей. Хотя, говорят, в замке есть лошади — невидимки. Когда друзья забрались внутрь и захлопнули дверцу, карета и правда покатила сама, качаясь и трясясь на ухабах.
В карете попахивало навозом и соломой. После шоколада Гарри чувствовал себя лучше, но слабость ещё не отпустила. Рон и Гермиона сели по краям и всю дорогу украдкой поглядывали на него, опасаясь повторения припадка.
Карета подкатила к великолепным чугунным воротам, слева и справа высились каменные колонны, увенчанные крылатыми кабанами, рядом стояли два дементора, с ног до головы укутанные мантиями. Гарри ощутил подступающий озноб, откинулся на пухлую спинку сиденья и, пока ворота не остались позади, не открывал глаз. Карета покатилась по длинному извилистому подъезду к замку. Гермиона высунулась в окошко и любовалась множеством приближающихся башен и башенок. Покачнувшись, карета остановилась, и Рон с Гермионой вылезли. Гарри сошёл следом.
— Ты хлопнулся в обморок, Поттер? Долгопупс не врёт? Ты и впрямь хлопнулся? — протянул ему в ухо довольный голос.
Малфой оттолкнул локтем Гермиону и загородил Гарри дорогу к каменным ступеням, ведущим в замок. Его распирало от ликования, бесцветные глазки злобно поблёскивали.
— Очень смешно, — сказала Анеза, поворачиваясь к своему парню.
— Прости, я действительно тогда не думал.
— Уйди, Малфой, — процедил Рон.
— А ты, Уизли? — крикнул Малфой. — Небось тоже испугался старины дементора?
— Что тут за шум? — мягко спросил профессор Люпин, выходя из подъехавшей кареты.
Малфой свысока глянул на профессора Люпина, приметил его латаную мантию, ветхий чемодан и сказал с еле заметной усмешкой:
— Никакого шума… э-э… профессор, — и, подмигнув Крэббу с Гойлом, двинулся впереди них по ступеням.
Гермиона толкнула Рона в спину, и друзья вместе со всеми вошли через высокие дубовые двери в огромный холл, освещённый факелами. Из холла наверх вела роскошная мраморная лестница.
Двери в Большой зал были гостеприимно распахнуты. Поток учеников понёс к ним Гарри, но он успел только увидеть волшебный, затянутый сегодня чёрными тучами потолок.
— Поттер! Грэйнджер! Подойдите ко мне! — раздался чей-то голос.
Гарри и Гермиона удивлённо обернулись. Профессор МакГонагалл, преподаватель трансфигурации и декан Гриффиндора, требовательно глядела на них поверх голов. Вид у неё был, как всегда, суровый. Волосы собраны в тугой пучок, сквозь квадратные очки в упор смотрят острые, живые глаза. Полный тяжёлых предчувствий, Гарри локтями прокладывал в толпе дорогу. Как-то так получалось, что при виде профессора МакГонагалл он всегда чувствовал себя виноватым.
— Не волнуйтесь. Я просто хочу поговорить с вами у себя в кабинете, — сказала она. — А вы, Уизли, идите в зал.
Рон посмотрел всем троим вслед и поспешил к праздничному столу. Профессор повела друзей через холл по мраморной лестнице к коридору, ведущему к ней в кабинет. Это была маленькая комната с большим, ярко пылающим камином. Профессор пригласила гостей сесть у камина, сама расположилась за письменным столом.
— Профессор Люпин послал с совой сообщение, — начала она, — что вы, Поттер, потеряли сознание в поезде.
— Значит, ты ещё и директору об этом сообщил? — спросил Джеймс.
— Я должен был рассказать обо всем директору. Все-таки ситуация с дементором — это не случайность, так что я должен был об этом рассказать, — сказал Римус.
— Это действительно так даже если что-то случается в поезде, нужно говорить об этом не только машинисту, но и директору либо преподавателям, — сказал Снейп.
Гарри не успел ответить, в дверь кто-то постучался, и в кабинет ворвалась мадам Помфри, врач из больничного крыла.
Гарри покраснел. Упасть в обморок само по себе плохо, а тут ещё все с тобой нянчатся, как будто бог весть что случилось.
— Со мной всё в порядке.
— А-а, это ты! — Мадам Помфри не обратила внимания на его слова. Наклонившись, она внимательно посмотрела на него. — Тебе опять угрожала опасность?
— Это был дементор, Поппи, — пояснила МакГонагалл.
Они, нахмурившись, переглянулись.
— Выставили дементоров вокруг школы, — недовольно закудахтала мадам Помфри, откинув Гарри волосы и коснувшись лба. — Одним обмороком дело не кончится. Да он весь мокрый! Такая страсть, а проку от них чуть. Да если ещё учесть, какое действие они оказывают на людей хрупкого здоровья…
— У меня здоровье не хрупкое! — вспыхнул Гарри.
— Конечно нет, — рассеянно произнесла мадам Помфри, щупая у него пульс.
— Что вы сейчас ему рекомендуете? — Голос профессора МакГонагалл был твёрд. — Постельный режим? Может быть, вечером отправить в больничный отсек?
— Я здоров! — подскочил Гарри. Можно представить, что скажет Малфой, попади он в больницу!
— Ладно, тогда хотя бы пусть поест шоколада, — молвила мадам Помфри, проверяя его глаза.
— Я уже поел. Мне дал профессор Люпин. Он всех нас угостил ещё в поезде.
— Ещё раз повторяю это правильное решение, — сказала целительница.
— Правда? — обрадовалась мадам Помфри. — Ну наконец-то появился преподаватель защиты от тёмных искусств, который знает своё дело.
— Поттер, вы уверены, что хорошо себя чувствуете? — строго спросила профессор МакГонагалл.
— Уверен.
— Отлично. А теперь, будьте так любезны, подождите нас в коридоре. Мне надо сказать несколько слов мисс Грэйнджер о её расписании, после чего все вместе пойдём на праздник.
Гарри и мадам Помфри вышли в коридор, и та, что-то бурча себе под нос, удалилась в больничный отсек. Вскоре появилась сияющая Гермиона в сопровождении МакГонагалл, и все трое отправились в Большой зал.
Их встретило целое море чёрных остроконечных шляп; тысячи свечей парили в воздухе, бросая свет на лица учеников за длинными столами. Профессор Флитвик, крошечный волшебник с целой шапкой седых волос на голове, выносил из Большого зала старую Шляпу и трёхногую табуретку.
— Распределение уже кончилось, — заметила Гермиона.
Новых учеников в Хогвартсе распределяла по факультетам Волшебная шляпа. Её надевали на голову очередному новичку, и она выкрикивала название факультета, по её мнению, наиболее для него подходящего (Гриффиндор, Когтевран, Пуффендуй и Слизерин). Профессор МакГонагалл поспешила к своему месту за преподавательским столом. Гарри и Гермиона — в противоположную сторону к гриффиндорскому. Они шли тихо, стараясь не привлекать к себе внимание. И всё-таки многие провожали Гарри любопытным взглядом, а некоторые даже показывали на него пальцем. Неужели история с обмороком так быстро разнеслась по Хогвартсу?
Сели рядом с Роном, занявшим для них места.
— Зачем вас вызывали? — спросил он Гарри. Гарри зашептал ему, но тут на ноги поднялся директор школы.
Хотя профессор Дамблдор был очень стар, энергия била в нём ключом. У него были серебряные волосы до плеч и такая же борода, очки-половинки и необычайно длинный крючковатый нос. О нём часто говорили, что он самый великий волшебник, но Гарри особенно его уважал не за это. Дамблдор у всех вызывал доверие. И, увидев, какими сияющими глазами он смотрит на учеников, Гарри впервые, после того как столкнулся в купе с дементором, ощутил настоящее спокойствие.
— « Если бы я раньше знал, что он что-то действительно замышляет, я бы ему не верил. Сейчас я ему не доверяю,» — подумал Гарри.
— Приветствую всех! — сказал директор школы. — Приветствую и поздравляю с началом нового учебного года в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс»! Мне надо многое вам сказать. Начнём с самого важного и серьёзного, чтобы уж больше к этому не возвращаться. Это не самое приятное известие, но зато нас сегодня ждёт отменное пиршество. — Дамблдор кашлянул и продолжал: — Как вам уже хорошо известно, в нашу школу прислали на время несколько стражей Азкабана — дементоров, которые находятся здесь по поручению Министерства магии. Сегодня вечером они производили обыск в «Хогвартс-Экспрессе».
Дамблдор секунду-другую молчал. А Гарри вспомнились слова мистера Уизли, что Дамблдор не очень-то рад такой охране.
— Они будут стоять у всех выходов с территории школы, — продолжал директор. — И пока они здесь, — запомните хорошенько! — никто не должен даже пытаться покинуть Хогвартс без разрешения. Дементоров не проведёшь ни переодеванием, ни какими-либо ещё фокусами, не помогут даже мантии-невидимки. — Последние слова он произнёс как бы между прочим, а Гарри с Роном переглянулись. — Дементоров тщетно умолять, тщетно просить прощения. Поэтому я вас очень прошу, всех и каждого, не давайте им повода причинить вам вред. Я уже говорил со старостами факультетов и двумя нашими новыми старостами школы, они будут следить, чтобы никто никогда не затевал с дементорами опасной игры.
Перси, сидевший недалеко от Гарри, снова выпятил грудь и горделиво огляделся. Дамблдор опять замолчал, окинул внимательным взглядом сидящих — никто не шелохнулся, не произнёс ни слова.
— Закончу на более приятной ноте, — продолжил он. — Счастлив представить двух наших новых преподавателей. Во-первых, профессор Люпин, который любезно согласился занять должность преподавателя защиты от тёмных искусств.
Послышались редкие хлопки, известие было принято без особого энтузиазма. Горячо хлопали только те, кто ехал сегодня в одном купе с профессором Люпином, включая Гарри. Профессор выглядел особенно жалко среди преподавателей, одетых в свои лучшие мантии.
— Посмотри на Снейпа, — шепнул на ухо Гарри Рон.
Профессор Снейп, специалист по зельеварению, смотрел через весь стол на профессора Люпина. Все знали, что Снейп давно мечтал о должности, которую занял Люпин, но даже Гарри, ненавидевший Снейпа, был поражён тем, как исказилось его худое, землистого цвета лицо. В нём читались не зависть или гнев, оно выражало сильнейшее отвращение. Гарри хорошо знал это его выражение. Оно появлялось в лице Снейпа всякий раз, как он смотрел на Гарри.
— Конечно, когда за одним столом с тобой сидит твой враг, — хмыкнул Регулус.
— Не надо об этом лучше всем знать, — сказал Северус.
— Но все и так знают об этом, что вы буквально ненавидели профессора Люпина, — сказал Джастин.
— Но не все знают настоящую историю, — сказал Снейп.
— Что касается второго назначения, — заговорил Дамблдор после того, как стихли жидкие аплодисменты, — должен, к сожалению, напомнить, что профессор Кеттлберн, наш специалист по уходу за магическими существами, в конце прошлого семестра подал прошение об отставке, чтобы провести больше времени с оставшимися у него руками и ногами. Так вот, с большим удовольствием сообщаю вам, что его должность согласился принять сам Рубеус Хагрид. Он будет совмещать работу лесничего с преподаванием.
— Хагрид тоже хороший преподаватель, — сказала Анеза
— Да, но он просто не может за всеми, просто уследить, — сказал Гарри.
Гарри, Рон и Гермиона не поверили своим ушам. И тут же присоединились к буре аплодисментов, которые были особенно сильны за столом гриффиндорцев. Гарри подался вперёд, чтобы лучше видеть Хагрида. Лесничий был красный как свёкла, глядел, опустив глаза, на свои огромные ручищи, а в его чёрной всклокоченной бороде играла широкая довольная улыбка.
— Как же это мы не догадались! — ударил кулаком по столу Рон. — Кто ещё мог рекомендовать нам эту кусачую книгу?
Гарри, Рон и Гермиона последние кончили хлопать. Дамблдор заговорил опять, и друзья увидели, что Хагрид вытирает глаза скатертью.
— Ну вот, кажется, и всё, — заключил Дамблдор. — Во всяком случае, самое главное. А теперь будем праздновать!
Золотые тарелки и кубки наполнились едой и питьём. Гарри почувствовал, что умирает от голода, и положил себе на тарелку всё, до чего мог дотянуться.
Пир был хоть куда! Зал наполнился смехом, разговорами, звоном ножей и вилок. Но Гарри и его друзья не могли дождаться, когда праздник кончится, — так им хотелось поговорить с Хагридом. Они знали, как много означает для него должность преподавателя. Ведь у него даже не было диплома волшебника. На третьем курсе его безвинно исключили из школы за преступление, которое он не совершал. Гарри и Рон с Гермионой в прошлом году вернули ему доброе имя.
Наконец последние куски тыквенного пирога исчезли с золотых блюд и Дамблдор намекнул всем, что пора идти спать. Друзья сейчас же бросились к Хагриду.
— Хагрид, поздравляем! — воскликнула Гермиона, когда они очутились у преподавательского стола.
— Привет, привет всем троим, — ответил Хагрид, вытирая салфеткой с лица пот. — Не верится! Великий человек Дамблдор… Пришёл ко мне в хижину… сразу, как профессор Кеттлберн сказал, что больше не может… Я так об этом мечтал всю жизнь…
— Конечно, он просто обожает всех этих «милых» зверушек, — хмыкнул Драко.
Чувства переполнили его, и он спрятал лицо в салфетку. Подошла профессор МакГонагалл и погнала всех спать.
Гарри, Рон и Гермиона вместе со всеми гриффиндорцами, сытые сверх меры и усталые, поднялись по мраморной лестнице, свернули в один коридор, другой, поднялись по сотне ступенек и очутились наконец у своей башни. Полная Дама в розовом платье спросила у них пароль.
— Входите, входите, — раздался из-за спин голос Перси. — Новый пароль — «Фортуна Майор»!
— Опять я не запомню, — чуть не плакал Невилл Долгопупс. Он вечно забывал пароли.
— Ты такой невнимательный, — сказала Августа.
Невелл только покраснел и отвернул голову от своей бабушки.
Вошли в гостиную, девочки пошли в свои спальни по одной лестнице, мальчики — по другой. Гарри поднимался по винтовой лестнице с одним чувством: какое счастье, что он опять здесь. Вошли в такую знакомую круглую спальню, вот и пять кроватей под пологами на четырёх столбиках. Гарри подошёл к своей. Наконец-то он дома.
— Всё, глава кончилась, — почти с рычанием, — сказал Тёмный Лорд и отбросил от тебе книгу.
Но Кейси успела поймать эту книгу на лету и мягко опустила перед собой.
— Хорошо, тогда давайте перекусим, после чего мы прочитаем последнюю главу и уже разойдёмся, — сказала девушка.
Продолжение следует…
