Contradicting

И кто бы знал, что пока Хенджин выслушивал истории от Чана, Лин попалась на глаза одному из помощников Джинёна, кто должен был курировать все съемки в этой поездке, и была приглашена на короткий личный разговор, что позже затянулся, и съемки начались без основного наблюдающего. И пока Хенджин старался строить расслабленное лицо перед камерами, пытаясь держать все то же хорошее настроение, что было у него по дороге сюда, он все равно надеялся рязглядеть девушку среди всей съемочной команды, не понимая, куда же она так пропала. А настроение Лин в то время портилось с каждой новой фразой пригласившего мужчины, ведь ей не понравилась ни его основная новость, ни то, каким тоном с ней продолжили диалог. — тебе нужно сыграть с ними пару игр, так что готовься к съемкам сегодня вечером. — пренебрежительно, с явным приказом и холодностью в голосе. Он точно желал, чтобы девушка поклонилась и покорно приняла его указание, но Лин молчать не планировала, потому как всем было известно, что с парнями в кадре она уже давненько не появляется. И на то есть причины. — почему? Я не должна была сниматься в этот раз. — о чем также было известно всем, ведь таково было их общее решение с продюссером. Но этот мужчина явно считал, что сейчас главный он, а потому вправе принимать решения единолично. — я сказал нужно сыграть. — с явным акцентом на первых словах. И даже слегка повышая голос. — зачем? Что вы решили теперь? — к слову, Лин на чужую агрессию пока стойко не реагирует, лишь пытаясь достучаться до сути и понять мотивы такого решения. Все-таки он должен действовать в интересах компании и группы, а не в своих личных. — не думаешь, что это не твое дело? — ах да, еще он всегда позволял себе обращаться к ней без уважения, хотя близки они никогда не были. — в чем ваш план? Чего вы добиваетесь? Чтобы нам снова угрожали? — надвигаясь на мужчину, кто был едва выше ее ростом, Лин намеренно шумно ударяет ладонями по столу, что разделял разговаривающих, и нависает над ним, дабы доказать, что она его не боится и терпеть ничего не станет. — да о каких угрозах ты говоришь?! — срываясь от того, что чувствует себя уязвимо, мужчина вскакивает с места, чтобы казаться выше и вынудить Лин отодвинуться подальше, но его голос уже успел предательски дрогнуть, оголив неспокойствие мужчины. — не делайте вид, что не знаете, о чем я. — наоборот склоняясь чуть ближе, говорит девушка сбавив тон. — Вы были рядом. Вы видели всё своими глазами. И ничего не сделали. — мужчина берется возмущаться в ту же секунду, как Лин заканчивает свою фразу и отступает на шаг, больше не желая делить пространство с собеседником, у кого уже слюна брызжет в стороны от возмущения и крика. — и что?! И на меня пожалуешься Джинёну, да? Не много ли ты о себе возомнила? Тебе просто повезло, что он тебя послушался пару раз, против меня он никогда не пойдет у тебя на поводу! Мы работаем уже много лет, что и рядом не стоит с твоим годом на побегушках. Ясно?! Лин могла бы списать его нервы на стресс, на страх от того, что и сам был напуган, что не решился тогда ей помочь. Но он каждый раз так старался ее задеть, унизить любым словом, что девушке даже и не приходилось тратить силы на его оправдания. Он в самом деле ее не уважал. В самом деле тогда не желал помочь. Но сейчас… Кажется, он опасался ее? Иначе от чего бы так нервничал в компании обычной девчонки? От чего бы так старался убедить ее и себя, что Джинён всегда выберет именно его сторону? Лин не требовались доказательства и его убеждения. Она ничего не искала, не просила занимать ее сторону, она и вовсе не смотрела на этого мужчину и не планировала его в чем-то обвинять. А потому спокойно складывает руки на груди, оглядывая человека в возрасте, у кого бешенные глаза все никак не найдут покоя, бегая по ее телу и серьезному лицу. — я просто спросила, в чем ваш план. Потому что я не понимаю вашу задумку. Я вам не угрожала и даже ни в чем не обвиняла. — когда она произносила все так спокойно и ровно, не торопясь и выдерживая паузы, собеседнику становилось не по себе. — Чего вы тогда так нервничаете? Неужели, вам есть за что переживать? Может мне и правда стоит поделиться вашими успехами, м? Насколько вы уверены в доверии Пак Джинёна? М-м, Ким Инхан? В отличии от вас я, кажется, еще ни разу его не подвела… — проваливай! Сгинь с глаз моих! Живо! Вон! — заходясь новой волной стресса, мужчина и вовсе не контролировал слов, перебирая какие-то вещи на столе и роняя часть из них на пол. Чего он так боялся, Лин точно не знала, да и дела до того ей не было. Последние ее слова были точно лишними. Она глупо повелась на его эмоции, что сама стала угрожать, совсем не подумав, как это будет выглядеть со стороны. Но корить себя всеже будет недолго, ведь то, что он рушит своим указанием все планы и договоренности, бесит ее куда сильней. Лин будет раздраженной после разговора, и парни даже издалека это заметят, но, спросив в перерыве, ответа от девушки не получат. Всем станет ясно, в чем дело, немногим позже, когда один из парней стафа подойдет к ней лично и, не стесняясь, дословно передаст уточнение. — Лин, оденься более пикантно на вечер, Инхан сказал, будешь в кадре. — парниша и сам, извиняясь, чуть склоняет голову и поджимает губы, сразу покидая компанию после вежливого ответа. И эта формулировка вызовет куда больше вопросов, потому как что, черт возьми, вообще значит это его «более пикантно»?! (Кто-то из парней даже вслух выскажет свое недоумение.) Кто вообще вправе просить ее о подобном? Хенджин, в связи с недавно полученной от Чана информацией, и вовсе напрягается, задумываясь, а может ли быть такое, что к ней до сих пор кто-то лезет? Холодность Лин, ее нечитаемый взгляд, все будто бы говорило за нее, что девушке совершенно ровно на чужие слова. Однако, каждый догадывался, насколько сильно она не согласна, ведь без умолку твердила, что в кадре появляться не будет. Что изменилось в планах, не знал никто, но все были уверены, что так ситуация складываться не должна. Хенджин не нашел, о чем мог бы поговорить с Лин, и даже не придумал, чем мог бы ее отвлечь. Она словно намеренно избегала его и его взглядов, когда заметно злилась, и вся погружалась в работу, она помогала прописывать новый сценарий на завтра, доделывала какие-то карточки для запланированной игры, а после беседовала с одной из визажисток. Хенджин смог заговорить с ней только к вечеру, когда забрел в их комнату и нашел там девушку в очень неоднозначном наряде. — ты же… не пойдешь так? — да, ее просили одеться пикантней, и она даже с тем согласилась, но явно только ради того, чтобы не высказывать невиновному парню, насколько с тем не согласна. Но сейчас она стояла перед ним в коротких клечатых шортах и топике, что был едва шире ее бюстгалтера. Непонимание Хвана было не описать словами, она просто не могла так пойти, не могла сама такое надеть и вообще послушаться их указаний. Это все не похоже на Лин, да и этот наряд правда выглядит на ней слишком, пусть и в достаточной мере все прикрывает. К слову, Хенджин не врывался в комнату без спроса, да, он даже и не постучал, пусть и предполагал, что Лин внутри, но если она взялась переодеваться, то ей стоило хотя бы дверь закрыть, чтобы он не смог так сразу сюда ввалиться и увидеть ее в таком виде. С одной стороны, ему может быть и стоило сразу отвернуться или хотя бы сделать вид, что он на нее не пялится, с другой же, отворачиваться было уже поздно, потому как уже успел всю оглядеть и даже задать интересующий вопрос. Да и делать того он, в общем-то, не планировал, когда уставился на нее через зеркало, куда Лин безотрывно смотрелась. — нет, конечно, я не пойду у них на поводу, не переживай. — хихикнув с чужого ступора и неявной заботы, отвечает девушка, когда снимает с соседней вешалки полупрозрачную футболку, что надевает поверх топа. Выглядит теперь совсем иначе и даже уже не вызывающе. Хенджину точно становится спокойней, вот только те неприятные мысли все не покидают. — почему они такое просят? — усаживается на кресло за ее спиной и с заметным отвращением задает вопрос, на что получает ответ в куда более безразличном тоне. — это мелочи, Хенджин. То, что было раньше, возмущало тебя куда сильней. Но не переживай, я с ними справлюсь, тем более, что Джинён всегда будет на моей стороне, если вдруг что. — Лин улыбается ему через зеркало и усаживается за туалетный столик, принимаясь поправлять макияж. — вы так… близки с ним? — уже не первый раз задумывается, что она, похоже, чувствует себя с ним безопасно. Да и их особые взаимоотношения и вовсе не выходят из головы после того дня, когда мужчина их там сердечками обводил, повторяя, что вместе хорошо смотрятся. Он его таким еще ни разу в жизни не видел, а Лин никак не отреагировала, будто бы то совершенная норма. — да. Я же была взята под его личное руководство. Он уделял мне о-очень много времени и много помогал. Конечно, были те, кому он периодически передавал свои полномочия, однако, они позволяли себе слишком много и надолго не задержались… — очередная улыбка озарила ее лицо, но Хенджин вспомнил лишь о том, что кто-то к ней приставал. Могла ли она упоминать того же, о ком сегодня говорил Чан? Могла ли делать это с улыбкой на лице? Вряд ли. — Ты уже видел, что я высказываю ему все свои недовольства. Он знает, что мне незачем ему врать, а потому доверяет, тем более я никого не обвиняла безосновательно. Она не знала их разговора, но ее слова будто бы были оправданием прошлых событий и ее поступков. Хенджин не жалал, чтобы она оправдывалась. — это ужасно… то, как они с тобой поступают. — как бы Лин не старалась, а все слова парня были лишь о грустном, его взгляд был серьезен и задумчив, потому она больше не пыталась говорить с ним так, чтобы поддержать хороший настрой. — всем изначально было ясно, для чего я здесь. Очередная тема для громких обсуждений и сплетен, эксперимент, привлекающий внимание. — конечно, нанять молодую девушку для участия в шоу мужской группы, запихнуть ее как постоянную ведущую и допускать на общие тренировки, изначально было не самым лучшим решением. Один сплошной риск, который осознавали все. — Пусть Джинён и старается сбавлять накал страстей, а всеже некоторые из команды не так понимают его идеи и идут на крайние меры, чтобы привлечь побольше внимания. В большой компании за всем не уследишь, потому нам нужно справляться самим… мне нужно. Она поправляет себя же, а после возникает недолгая пауза. Девушка старательно и аккуратно красит ресницы, а Хенджин незаметно за ней наблюдает и продолжает раздумывать о всех контрастах того, что он узнал и увидел. Все так странно, будто бы то, что рассказал Чан, то, что он сегодня услышал от нее, было из совершенно другой реальности. Никак не той же самой, где счастливая милая девушка была так сильно в него влюблена, что каждый раз кидалась в его объятия и пела ему столько песен о любви в каждой видеозаписи, что хранится в галерее. — я посмотрел столько видео с нами, там все всегда было так хорошо… — всеже с грустью, ведь новая реальность не оставляет приятных чувств. — ты же понимаешь, что все то, что ты снимал, это лишь часть нашей реальности? Процентов может, м-м, пятьдесят? — неуверенно произносит, когда на крутящемся стуле разворачивается в его сторону. — там правда очень много видосов, Лин. — как бы убеждая, что кто-то слишком принизил проценты счастья в их общем прошлом. Она смеется в ответ, потому как знает, о чем он говорит, а после продолжает с легкой улыбкой. — ла-адно, между нами правда было много хорошего. О-очень много хорошего. — Хенджину жаль, что такая ее ностальгическая улыбка с лица через время все равно исчезает, а сама девушка вновь отворачивается от него к зеркалу, принимаясь за свои волосы. — Но между нами всегда были препятствия. Ты уже видел и даже слышал, как выглядела наша реальность за пределами личного общения. Под «слышал» она явно имела в виду ту девушку, кто кричала ему вслед о том, что стоило забыть Лин и никогда ее не вспоминать. Это их новое общее неприятное воспоминание, и Хвану было сложно верить, что таких у прошлой пары были десятки, а то и сотни. Однако, он знал, что это было именно так. — Такие люди были везде, она лишь одна из самых смелых, кто прямо говорит, что думает. А были и те, кто просто пускал слухи, поливали грязью в интернете, заказывали эти дебильные плакаты и рекламные щиты напротив компании. Было очень много грязи… всегда. Многим кажется, что они все изначально знали, на что идут, а потому должны были быть ко всему готовы, и сейчас не имеют права жаловаться. Однако, даже если ты предупрежден, даже если уверен, что ко всему готов, что и сам можешь надумать все самое худшее, и никто тебя уже не удивит и не сможет задеть, это не значит, что постоянное давление тебя не сломает. Люди не всесильны, их терпение рано или поздно все равно заканчивается, даже если они знали, на что шли, и знали, чего им ожидать. — Ну как, мило? — слишком неожиданно для той, кто только что вела с ним столь серьезную тему, Лин подрывается с места и останавливается напротив, предлагая оценить не только ее два хвостика, что она только что заплела, но и весь ее образ вцелом. — мило. — хмыкает Хван, только сейчас осознавший, что на указание выглядеть «более пикантно» Лин совершенно забила, превратив почти что горячий образ в милый наряд с этими двумя хвостиками, заметным румянцем на щечках и кошачьими ушками. Твоя позиция вполне ясна, пошел он к черту этот ваш куратор съемок Ким Инхан. Хенджин остается доволен и тем, что его сделали главным оценщиком, и даже покрутились перед ним, чтобы разглядел со всех сторон. И тем, как Лин уверенно оставалась при всех обстоятельствах самой собой. — но мы ведь справлялись с тобой со всей этой грязью. Потому что были вместе… всегда. — завершая предыдущую тему, твердо произносит парень, только сейчас осознавший, почему она так отчаянно старалась сбежать все это время. Потому как она потеряла его. Того, с кем была против всего этого мира, и с кем была так искренне счастлива наедине. — вы чего тут так долго? — возмущенно твердит также без стука заглянувший Сынмин, кого отправили на их поиски, ведь пора бы было уже отснять вечерние кадры, пока совсем не потемнело. — уже… идем. — с запинкой отвечает Лин, ведь Хенджин заметно шокировал ее своим заявлением. Он был так серьезен, сказал такую фразу, что у нее все внутри оборвалось. А сейчас поднялся с места, точно прочитав, как она в миг расстроилась, осознав, что все их речи лишь о прошлом, о том, что уже завершилось. — обязательно возьми кофту, там холодно. — мягко и аккуратно, чтобы Лин не решилась плакать. Хенджин даже едва коснулся ее кошачьего ушка на ободке, улыбнувшись и покинув комнату, дабы дать ей немного времени побыть с собой и собраться с мыслями перед съемкой. Вот только плакать ей не хотелось. Да, его слова задели самое больное, что есть, но Лин задумалась вовсе не о том. Она вновь позволила себе вспомнить, что до сих пор хранит часть своего прошлого в тайне. В голове крутилось столько вопросов, но громче всего были только те, о чем думать она не желала, но забыть ни за что не смогла бы. Должна ли я была рассказать, что мы в итоге не справились? Что все это дошло до реальных угроз? Должна ли я была сказать ему, что в итоге на меня все же было совершено нападение? И стоит ли ему это знать теперь? Решится ли она когда-то вновь произнести это вслух, сможет ли поделиться с кем-то. Скажет ли лично ему? Она не знала и того, решится ли сама еще раз в деталях все вспомнить. Но единственное, что точно знала, что никогда не забывала все то, что с ней произошло. Взять себя в руки пришлось очень быстро, все-таки опаздывать, когда вся команда ждет, было слишком большим неуважением, Лин не могла себе позволить его проявить. А потому так шустро сбегала по лестнице на первый этаж, безусловно, натянув на себя по совету Хенджина худи, что было больше нее размера на два, а то и все три. Образ вышел уморительно милым, пусть шорты и были короткими, а футболка просвечивала. Лин даже намеренно покрутилась перед режиссером, поулыбавшись, а после сразу сбежала в сторону парней, кто уже окидывали ее довольными взглядами. В этот вечер она получит много комплиментов. И пусть ее выходку мужчина стерпел, шумно проглотил под тихие смешки со всех сторон, а от дальнейших комментариев не отказался. — встаньте вместе с Лин. Рядом, а то выглядит странно. — недовольно ворчливым тоном он поправлял в кадре всех, но за девушку цеплялся особенно. Правда, обращался к кому угодно, но не к ней напрямую. — Вы здесь как пара, все решат, что поссорились, если будете так бегать друг от друга. И на возмущения Хвана, кто переживал, что Лин и так недовольна, что участвует во всем этом по другую сторону камеры, а ее еще и вынуждают притворяться, мужчина отвечал ровно также. Тотально игнорируя чужой протест. Хенджину это не нравилось, но замолчал он не от смирения, а потому как Лин его переубедила. По своему. — почему мы должны притворяться? Вы же знаете… — хотел он было сказать, что ситуация у них сложная, да не успел. Лин, появившись чуть правее, задела плечом, обращая на себя внимание, и ткнула локтем в его руку, прося ту убрать, чтобы она могла встать поближе. — Ты не против? — чуть удивленно уточняет, ведь ее настроение минутами ранее было не самым хорошим. — хотят шоу, пусть будет шоу. — с улыбкой подмигнула в ответ Лин, и сама же предложила закинуть руку на ее плечо, привычно приобняв. — Мы ведь справимся. — не менее довольно, в то время как, не спрашивая, обняла в ответ и разместила свою кисть в кармане его широких джинс. Через время она и вовсе развернется в его руках, полноценно обняв за торс и уткнувшись лбом в плечо, а Хенджин будет также уверенно обнимать ее в ответ, прижимаясь щекой к ее голове и порой что-то поправляя. Со стороны они точно выглядят очень мило и очень убедительно. После нескольких забавных игр и конкурсов еще и их настроение явно улучшится в разы, расположив друг к другу куда лучше, чем чужие указания. Хенджин будет очень эмоционален, в особенности от того, что никак не мог победить в глупой игре, и в какой-то момент его терпение окончательно лопнет, что парень с психу пробежится кругом и поорет куда-то в сторону пустой дороги. Лин сначала с парнями с него посмеется, но после его возвращения с улыбкой притянет за кисти, обнимая себя его же руками под грудью и прижимаясь к нему всей спиной. Такие объятия успокаивают — в миг осознает парень и прижмется посильней, пока девушка и сама не против комфортной близости.

***

Первый вечер да и эти непредвиденные для Лин съемки пройдут просто безумно хорошо. По мнению Хенджина. Единственное, что его сильно смутит, убедив в том, что взаимоотношения девушки и их временного режиссера какие-то не сказать, что нормальные, так это ее комментарий к горячему танцу, который Лин просто вынудят исполнить. — нет-нет, я не могу это танцевать, у меня слишком короткие шорты! — уже не в первый раз со смехом отговаривалась девушка, пока парни, хихикая, убеждали, что лучше нее никто не сделает. Заставлять ее никто не стал бы, все были на веселе, каждый из парней уже успел тут выделиться своим выступлением под шумные авации всех наблюдающих, а Лин вот выпала мелодия от женской хореографии, где девушке пришлось бы наклоняться и даже немного крутить бедрами. Быть может, именно от того, что всем было известно, как исполняется эта часть танца, убеждать ее стали аргументами, что подсъемов во всех ракурсов уже точно не будет. Их вечер съемок уже подходил к концу, многие из стафа даже успели разойтись и за игрищами ребят едва ли кто-то следил. Все эти кадры с вероятностью в сто процентов будут подгружены где-то в параллели с титрами или общей заставкой, но никак не в основном сюжете. — пишет только передняя камера. — ответственно все проверив, заверяет лидер и стыдливо прячет глаза от девушки. Конечно же, не прекращая посмеиваться и от ее несерьезных возмущений и от предыдущего танца Минхо. — только она? Ла-адно. — поднимаясь с места, она тыкнула в камеру, чтобы знать, в какую работать. За ней, безусловно, еще смотрели. Один конкретный человек. И смотрел он пристально, пожирая девушку взглядом, что Лин ощущала на себе каждую секунду, а от того она и оставила позже тот комментарий, что смутит Хенджина. Она выскажется тихо, но посмотрит прямо на него через кадр: «смотрите внимательно, режиссер, ведь это именно то, что вы так хотели увидеть. Второго шанса не будет.» — Феликс отвернись. — еще смущаясь, Лин просит парня, кто вместе с Хенджином сидит чуть позади, а потому окажется зрителем самого интересного ракурса. Но Ликс то явно слушается, а потому даже отсаживается и прикрывает глаза рукой, чтобы не смущать еще сильней. А вот Хенджину никто смотреть почему-то не запрещал, хоть он и сидел в куда более «выгодном» положении для того, кто хотел бы подглядеть под те самые короткие шорты и увидеть самые пикантные ракурсы хореографии. На деле, Лин об этом даже и не подумала, почти что его не заметив, так как отвлеклась и стала стягивать с себя и кофту и тот милый ободок с кошачьими ушками. Никто кроме самого Хвана в полной мере не задумался о том, как странно сложилась ситуация, что его отвернуться не просили. Но он всеже старался позже отводить взгляд и не сильно пялиться, немного даже отошел, чтобы не выглядеть извращенцем, пристально наблюдающим за ней со спины, но глаза от Лин оторвать было сложно даже в таком положении. Она так игралась эмоциями, уверенно двигалась и добавляла в танец того самого шарма, что он и впрямь стал выглядеть так, словно сопровождающая песня была о чем-то горячем. Парней от комментариев просто разрывало, Хенджин же пока молчал. — ого! — Ли-ин! Ты что творишь? — ох, это слишком горячо! — кажется, у меня в груди что-то горит. Не стесняясь выкрикивали ребята, кто наблюдал за танцем со стороны камер, они же и присвистывали и хлопали, всеми силами поддерживая. Они же и получили от девушки смущенное, но достаточно громкое: «Прекратите!» со смехом и попытками Лин спрятать краснеющее лицо в ладошках. Замолчать в миг у них не вышло, обсуждения продлятся еще немалое колличество времени, они возьмутся ее пародировать, повторять каждое движение и пропевать песню, что теперь засядет у каждого в голове. А Лин, все не прекращая махать на горящие щеки руками, захочет накинуть на плечи свою кофту. Но только развернувшись, врежется в грудь Хвана, собирающегося закутать ее в ту самую кофту. От желания своего он не избавится, накроет ее плечи, аккуратно поправит, чтобы не соскальзывала, а после тихо-тихо выскажется, чтобы слышала только девушка, кто хоть и напугалась столкновения, а отходить ни на шаг не стала. — было очень красиво. И… правда горячо. — ехидно улыбаясь в конце, он оставляет горячие ладони на ее плечах, зная, что Лин сейчас в очередной раз впадет в краску и уткнется в него лбом, чтобы спрятаться. Ему нравилось, что порой он так точно мог предугадать ее реакцию, ему нравилось, что она не отталкивала, нравилось, что не боялась касаний, потому как каждый раз такие моменты их сильно сближали, позволяя почувствовать какое-то отдаленно знакомое тепло. И пусть стоять с Лин так было очень даже приятно, а всеже Хенджин уверенно перекидывает руку через ее плечо и уводит за собой в дом, где они должны будут сейчас все вместе поужинать, и где куда теплей чем на улице. Девушка точно успела немного подмерзнуть, хоть парни по очереди и грели ее руки, пока не были заняты своими выступлениями.