Стук сердца

      10 часов вечера. Зима. В городе фонари освещают улицу. Видно из окна плохо, но все же видно. Лена сидит на подоконнике и разглядывает каждого проходящего мимо её дома парня. В голове сплошной Маяковский:

Вы думаете, это бредит малярия?

Это было,

было в Одессе.

«Приду в четыре», — сказала Мария.

Восемь.

Девять.

Десять.

      Вот также и у Лены: «Восемь, Девять, Десять». Очередная слеза приготовилась скатиться по щеке, но, вдруг, она застыла. Сердце застучало: «Он». А «его», в свою очередь, освещал фонарь, и… слеза преспокойненько упала.       Лена уткнулась головой в стекло. Окно было холодное. Лена это почувствовала. Надо же, она ещё может что-то чувствовать. И опять Маяковский:

И вот,

громадный,

горблюсь в окне,

плавлю лбом стекло окошечное

Будет любовь или нет?

Какая -

большая или крошечная?

      «Будет — не будет; любит — не любит» — думала Лена. Потом отошла от окна. Проверила — ходить ещё может. Голова не кружится. Лена жива!!! Это радует.       На столе догорали свечи. Жаль. Лена представляла себе, что ОН их задует, когда придёт время. Не пришло. Время. И ОН. Где ОН? С кем? Почему не с ней? Господи, как же плохо!       Лена включила свет, задула свечи, надела шубу, шапку и сапоги. Вышла из квартиры. На улице было хорошо. Ветра не было. Лена подняла голову. Подумала о том, что «если звезды зажигают — значит — это кому-нибудь нужно?». Мимо проходят пешеходы. Что там у каждого внутри? Может тоже самое, что и у Лены — ничего, пустота. Ещё сегодня утром была надежда, мечта, ожидание. Да, ожидание…       Кстати, это одно из самых непонятных человеческих чувств. Ничто так не терзает нервы как оно, но, с другой стороны, ожидание праздника лучше самого праздника.       Как же легко можно разрушить мечту, а счастье ещё легче. Раз и нет. Пустота вместо бьющегося сердца. Почему? Зачем? Ответ прост: «Значит это кому-нибудь нужно». Значит — нужно. Но вот кому? Уж явно не Лене, а о других она не так уж сильно и заботится. Следовательно, никакой пользы из сегодняшнего дня Лена для себя не извлекла.       «Все, что ни делается — все к лучшему». Лена не была с этим согласна. Ну что хорошего, если человек страдает? Тратит на это время и нервы. Вздор, чепуха. К лучшему только хорошие новости и радость, а остальное это хуже. Это не правильно.       Лена из тех людей, кто считает, что человек — это самое разумное существо. И в награду за это он должен быть счастливым. Просто обязан и всё тут.       Глупости, сейчас все эти мысли неуместны. Сейчас нужно думать о другом. О чем? О том, как начать завтрашний день. О том, как закончить сегодняшний. В общем, о том, как жить дальше. Жизнь без него тоже казалась глупостью и существованием, а не жизнью. Если нет его, то нет ничего: ни мечты, ни надежды, ни цели. До сегодняшнего дня была цель       Он делал больно. В сердце как будто торчал нож. Сейчас его нет. Его вытащили вместе с сердцем. И теперь на том месте пустота… Опять не о том. Как жить с пустотой вместо сердца? Как? А жить-то надо. Плохо, хорошо — не важно. А важно жить. Всего лишь. Как просто. И как сложно. А что тут сложного? Он всего лишь не пришел на встречу. И все. Бывает хуже. Это ещё цветочки. Но, с другой стороны, какая разница, что у человека за несчастье, главное, ему плохо. А почему и как — не важно.       Стоп. Лена далеко ушла от дома. Надо вернуться. Она пошла обратно. Все было спокойно. Так же, как всегда, но не так. Лена чувствовала.       Она поднялась на свой этаж и увидела Его. Он сидел на корточках и спал. Лена подошла, толкнула в бок. Он проснулся.       — Ты где была так долго? Я тебя ждал, ждал…       И сразу все мысли улетучились. И философия о жизни, и стихи Маяковского. Ничего не было. Был только стук. Стук бьющегося сердца…