The collar is waiting for you, pet

В самом сердце города возвышался клуб, чья репутация гремела по округе, затмевая собой прочие заведения. Здесь, в царстве чувств и желаний, одинокие сердца могли открыто заявить о своих предпочтениях, выбрав трубочку нужного цвета. Клуб был создан для тех, кто жаждал власти, и для тех, кто искал подчинения: фиолетовые трубочки предназначались для доминантов, белые — для сабмиссивов, розовые — для тех, кто ещё не определился со своим истинным «я», а чёрные — для пар, ищущих уединения и страсти. Пит, стоя на пороге этого загадочного мира, не мог поверить, что такое место вообще существует. Однако, коллеги, подогретые предвкушением, уговорили его составить им компанию. Вечер развивался вполне приятно, пока они не взяли чёрные трубочки, а у него не осталось ни одной. Высокий, но стройный, Пит сразу же привлёк внимание, и люди с фиолетовыми трубочками, словно стая акул, начали кружить вокруг него. Их взгляды, хищные и оценивающие, заставляли его кожу покрываться мурашками. — Тебе лучше выбрать трубочку, Пит, — подтолкнул его коллега, но Пит всё ещё не понимал, кем он является в этой игре страстей — доминантом или сабмиссивом. Скорее, он ещё не нашёл ответы на терзающие его вопросы, поэтому медленно потянулся к розовой трубочке, надеясь, что она укажет ему верный путь. Но, обернувшись, он увидел, как высокий, темноволосый мужчина, словно воплощение ночи, взял белую трубочку и без церемоний опустил её в его бокал. — Что, чёрт возьми, ты делаешь?! — возмутился Пит, едва перекрикивая грохот музыки. Его голос, казалось, растворялся в какофонии звуков, но мужчина проигнорировал его, схватил за руку и, словно хищник свою добычу, потащил прочь от коллег и оглушительного шума. — Ты определённо сабмиссив, сладенький, — прозвучал низкий, обволакивающий голос, эхом отзывающийся в глубине души Пита. От этих слов, как будто ударивших током, колени подогнулись, а всё тело задрожало от волнения, которое вызывало в нём это низкое, властное звучание. — Не думаю, — попытался возразить Пит, удивляясь собственной дрожи, — да и вообще, это довольно грубо — просто так совать трубочку в напиток совершенно незнакомого человека. Он попытался вырваться, сопротивляться, но, как только мужчина сделал ещё один шаг навстречу, Пит перестал соображать. Взор его, словно заворожённый, устремился только на него. Он видел лишь его тёмные глаза, словно пожирающие его душу. Ещё шаг — и Пит почувствовал дорогой, манящий одеколон и сильные пальцы на своём подбородке, сдавившие его, лишая воли. — По тому, как ты на меня смотришь, видно, что ты — настоящий щенок, жаждущий хозяина. А я… я как раз идеальный хозяин для тебя. Я научу тебя всем секретам, всему, что нужно знать, чтобы доставлять мне удовольствие. Пит фыркнул и попытался отстраниться, но тело его ослушалось. Он застыл, как пойманная птица, позволяя руке мужчины оставаться на своём подбородке, ожидая следующего приказа. — Ты никуда от меня не денешься, — прошептал мужчина, его голос, казалось, звенел в темноте. — Так что, начнём? Пит, завороженный, не в состоянии был ни пошевелиться, ни вымолвить и слова. Его взгляд был прикован к мужчине, а прикосновение его пальцев к подбородку обжигало, словно прикосновение к раскалённому металлу. — На колени, щенок, — произнёс Вегас, и Пит, словно во сне, послушно опустился на колени, их взгляды встретились, словно две молнии в грозовом небе. — Какой хороший мальчик, — промурлыкал Вегас ему прямо в ухо, и вибрация его голоса пронзила всё тело Пита, отзываясь приятным гулом где-то глубоко внутри. Внезапно Пит почувствовал, как его брюки стали ужасно тесны, стесняя движения. — Чёрт, — рыкнул мужчина, заметив выпирающий член Питу. — Рот открой, язык покажи. Пит не знал, что его ждёт, но, увидев перед собой огромный, возбуждённый член, он сглотнул, расширив глаза, в которых читался страх. — Если ты хоть чуть-чуть коснёшься моего члена зубами, я накажу тебя так, что ты и маму свою не узнаешь. — Моя мама умерла, — огрызнулся Пит, и это было ошибкой. Но резкий, болезненный шлепок по щеке заставил его замолчать. Их взгляды снова встретились, но теперь в них затаилась опасность. — Я не позволю тебе так со мной разговаривать, щенок, — голос Вегаса стал опасным, с ноткой ярости. — Сейчас я объясню, как всё будет работать, — добавил он, прикладывая свой член к языку Питу. — С этого момента ты мой. Никто не тронет тебя, пока я не разрешу. Мы выберем стоп-слово — какое-нибудь, которое ты запомнишь и скажешь, если станет слишком тяжело. А ещё, каждый раз, когда я буду переходить к чему-то новому, неизвестному для тебя, я буду спрашивать тебя о цвете. Медленно он провёл своим членом глубже в рот Питу и начал медленно двигаться, дразня его, испытывая: — Ты даже не представляешь, насколько мягкий и тёплый у тебя рот, щенок. Так он продолжал ещё несколько минут, заметив мокрое пятно на брюках Пита, выдавшее его возбуждение. Потом Вегас отстранился, наблюдая за Питом, стоящим на коленях, руки за спиной, рот открыт, язык высунут. — Какое стоп-слово? — спросил Вегас. Пит закрыл глаза и расслабился, чувствуя, как напряжение спадает с мужчины; тот расслабился и сел на небольшой диванчик в углу комнаты. — Лапша, — пробормотал Пит, и мужчина рассмеялся — не просто улыбнулся, а рассмеялся от души. — Хорошо, как пожелаешь, — добавил Вегас, заметив, что Пит кусает губы. — Что-то хочешь спросить? Пит теребил пальцами свои руки за спиной. — Как мне тебя называть? — это был первый вопрос, самый мучительный. — Что со мной будет, если я соглашусь на всё это? Я девственник, я понятия не имею, как это всё работает… — Он сглотнул и посмотрел прямо на Вегаса, сидящего на диване. — Меня зовут Пит, и я не щенок, так что тебе стоит это запомнить. Мужчина выпрямился, его взгляд стал жёстким. — Меня зовут Вегас, и пока ты на коленях, ты будешь обращаться ко мне только как к хозяину — ни больше, ни меньше. Ты будешь говорить только тогда, когда я тебе скажу, прикасаться ко мне — только с моего разрешения, и ты не кончишь, пока я тебе не разрешу. Понятно? Его голос вновь обрёл властное звучание, и Пит, подчиняясь, сглотнул: — Да, хозяин, — склонив голову в знак покорности. — Мне всё равно, девственник ты или нет. Я позабочусь о том, чтобы тебе не причинили вреда, требующего обращения в больницу, но мне нужно знать, как ты себя чувствуешь. Поэтому, когда я спрошу о цвете, ты скажешь «зеленый», если всё в порядке и я могу продолжать, «жёлтый» — если есть дискомфорт, «красный» — если тебе нужно остановиться на мгновение. А если ты скажешь наше безопасное слово, игра заканчивается, и я остановлюсь немедленно. Наконец, правила стали немного яснее, но сердце продолжало биться в бешеном ритме. — Итак, если всё понятно, раздевайся и ползи сюда, — Вегас указал между своих ног и подождал. Пит немного колебался, но всё же разделся и, встав на четвереньки, пополз — медленно, неуверенно. Но как только он оказался между ног Вегаса, тот ласково погладил его по голове. — Всякий раз, когда ты будешь меня видеть, ты будешь ждать меня так — раздетый и на коленях. Пит не посмел ничего сказать, лишь глубоко вздохнул и замер, смирившись со своей участью. Казалось, прошла целая вечность, но вдруг Вегас поднялся, подошёл к нему сзади и поднял его. — У тебя очень красивое тело, питомец, — промурлыкал он, длинными пальцами проводя по позвоночнику Питу до самой попы. — Раздвинь ягодицы для меня. Это было странное, немного пугающее требование, заставившее кровь быстрее течь по венам. Мурашки пробежали по спине Пита, когда он согнулся, подчиняясь, и раздвинул ягодицы руками, обнажая своё сокровенное. Это было настолько необычное и непривычное ощущение, что он невольно ахнул, когда Вегас коснулся его губами, оставляя на коже влажный поцелуй. — Прямо зовёт, питомец, — прошептал Вегас, и Пит застонал, ощущая, как язык Вегаса проникает в его тугое, нежно-розовое отверстие. — Чёрт… как ты вкусно пахнешь… и ты такой узкий… Вегас, не переставая дразнить, лизал, сосал, погружаясь всё глубже и глубже языком, вызывая в Пите всё больше страсти. — Возьмись за лодыжки, — промурлыкал Вегас, прижимая Пита к полу так, что у того закружилась голова. В животе Пита порхали бабочки, член напрягся, и Пит ощутил неистовое желание, когда Вегас ввёл пальцы. Вегасу понадобилось всего мгновение, чтобы растянуть его на три пальца. Пит пытался сдержать стоны, но не смог, когда длинные пальцы Вегаса коснулись его эрогенной зоны. Член Пита уже начал подтекать, и ему ужасно хотелось кончить, утонуть в этом сладостном ощущении. — Пожалуйста, позволь мне кончить, — простонал Пит, и в тот же момент получил шлепок по ягодицам, резкий и неожиданный. — Заткнись, — опасно рыкнул Вегас, проталкивая ещё один палец. — Ты не кончишь, пока я не скажу. Это было похоже на безумный кошмар, когда сперма вырвалась из его напряженного члена. — Я же сказал не кончать, питомец! — ещё один шлепок, более жёсткий, чем предыдущий. — Теперь считай. Вегас снова ударил его по ягодицам, сильнее, и Пит понял, что выхода нет. — Раз, — простонал Пит, с трудом сдерживая слёзы. Ещё удар. — Два. — Ещё удар, обжигающий. — Три. К девяти Пит уже был готов плакать, но Вегас терпеливо ждал, сохраняя хладнокровие. Горло Пита пересохло, он не мог выговорить стоп-слово, так как боялся навлечь гнев Вегаса. — Питомец, — сказал Вегас сильным голосом, требуя ответа. — Число… Ещё один шлепок, и Пит, обессилев, снова кончил, теряя контроль над собой. — Мазохист, — прошептал Вегас, снова ударив его, но нежно. — Начинай заново. Это было уже слишком. Пит не хотел снова считать, ему хотелось сдаться, утонуть в этом безрассудстве. — Один, — прошептал он, еле слышно. — Два… И так до десяти. — Хорошее тело, — промурлыкал Вегас, и Пит, обессилев, упал на пол, умоляя о пощаде. — Ты тут не потеряешь сознание, — пробормотал Вегас, поднимая Пита на ноги и унося в другую комнату, о существовании которой Пит даже не подозревал. Он почувствовал, как Вегас нежно вытирает его тёплой тряпочкой, но тут же ощутил резкий холод на нижней части тела — Вегас щедро вылил на него полфлакона смазки. Вегас тщательно смазал отверстие Пита, прежде чем ввести кончик своего члена. — Чёрт… всё ещё чертовски узко… Мне нужно, чтобы ты расслабился, питомец, — прошептал он, его голос был полон желания. Но это было проще сказать, чем сделать. Пит не мог расслабиться, чувствуя, как огромный член давит на его задницу, и чем больше он концентрировался на этом, тем сильнее сжимался, и он боялся причинить себе вред. — Значит, выбора у тебя нет, — промурлыкал Вегас, нежно поцеловав Пита, стирая все страхи. Пит тут же расслабился, подчиняясь его воле, и Вегас смог вогнать половину своего члена внутрь, заполняя всё его естество. — Такой чертовски мягкий, — простонал он, не прерывая поцелуя, прежде чем начать двигаться, завораживая и подчиняя. Пит ощутил себя на седьмом небе от счастья; голова кружилась, а боль, сжимавшая его тело, медленно уступала место нарастающему удовольствию, которое захватывало его. — Ты не кончишь, питомец, — тихо промурлыкал Вегас, выходя из Пита в тот самый момент, когда тот, схватившись за простыни, сжал их в кулаках от удовольствия. — Пожалуйста… пожалуйста, позволь мне кончить, — простонал Пит, с трудом сдерживая волну блаженства. Вегас ненавидел, когда его щеночек скулил, и это приводило его в ещё большее возбуждение. Он встал и взял повязку на глаза вместе с кляпом, готовясь к продолжению игры. — Ты слишком много болтаешь, а я не могу слушать твои красивые мольбы, — объяснил Вегас, и прежде чем Пит успел что-то сказать, он засунул ему кляп в рот и завязал глаза. Чем больше Пит пытался что-то разглядеть, тем сильнее возбуждался — темнота, как ни странно, успокаивала, пробуждая новые чувства. Но тут ему прилетел шлепок по ягодицам — на этот раз не рукой Вегаса, а чем-то другим, более острым, не вызывающим боли. — Цвет, питомец, — твердо сказал Вегас, требуя ответа. — Зеленый, — пробормотал Пит, как позволял кляп. Но тут же получил шлепок по бедру, а затем — по другому, сильнее. — Я спрашивал о цвете, питомец, — повторил Вегас, его голос звучал, как приговор. Пит не понимал, что сделал не так, поэтому, когда он снова сказал «зеленый», получил по четыре шлепка на каждое бедро, разгораясь всё больше. Пит застонал от боли, смешанной с невероятным удовольствием, его тело вздрагивало от предвкушения. — Зеленый, хозяин, — снова пробормотал он, стараясь контролировать дрожь, и Вегас, наконец удовлетворившись, вошёл в него глубже, заполняя собой всё пространство, пробуждая новые чувства. Он продолжал двигаться, а Пит чувствовал, что вот-вот кончит и умрёт одновременно, достигая пика чувственности. С громким, вырывающимся стоном он кончил ещё раз, уже не заботясь о последствиях. Невозможность видеть и нормально говорить сводила его с ума, но он знал, что Вегас рядом, готовый помочь, если понадобится, его защитник и палач. — Маленькая шлюшка… я даже не трогал твой член, а ты фонтаном брызнул, — промурлыкал Вегас, и Пит, казалось, услышал довольный смешок, что приободрило его. Но Вегас не дал ему отдышаться и поставил его на четвереньки, подчиняя себе каждое движение. Пит почувствовал внезапное давление на член, а затем холодный металл, обжигающий кожу. — Это поможет тебе слушаться, щеночек, — прошептал Вегас, его голос был наполнен торжеством. Он не стал предупреждать, что наденет кольцо на его член и вставит вибрирующую штуку ему в задний проход, от чего всё тело Пита затряслось, и он заскулил ещё сильнее. Это было почти невыносимо. Желание кончить усиливалось, Пит понимал, что должен справиться, но прикосновение губ Вегаса к спине, нежные поцелуи вдоль позвоночника до самой попы, два пальца, проникающие внутрь, и вибрирующая штуковина, всё глубже продвигающаяся внутрь, — Пит сходил с ума, его чувства были на пределе. Руки его ослабели, его разум помутился. — Мммм, — стонал он, когда Вегас добавил третий палец, усиливая ощущения. Это было почти сюрреалистично, и в самый кульминационный момент кто-то постучал в дверь, нарушив все границы дозволенного. Неприятное чувство охватило Пита. Он почувствовал, как вес сошёл с кровати, и ощутил тёплое прикосновение Вегаса, вселяющее надежду. Он застонал, даже пустил слезу — ему было ужасно унизительно. Кто-то наверняка видел его голым на кровати, словно выставленную напоказ шлюху, а он не мог ни говорить, ни двигаться как следует, всё тело было напряжено от удовольствия. Вегас, заметив перемену в настроении, увидел слёзы под повязкой Пита, сочувствуя. Он тут же выключил вибратор и вытащил его, снял кольцо с члена (от чего Пит ещё сильнее задрожал и сразу же кончил, подчиняясь велению тела), потом вытащил кляп. Пит сам снял повязку и огляделся по сторонам в панике, пытаясь понять реальность. — Кто… — заикался Пит. — Кто меня видел? — Голос его срывался, а в глазах плескался ужас, и Вегас просто обнял его, пытаясь успокоить. — Это сделал я, Пит, — тихо промурлыкал он, его властный тон исчез, уступив место заботе. Пит чувствовал только тепло и уют, исходящие от Вегаса. — К нам пришла доставка, но они не заходят в комнаты, просто стучат и уходят, — объяснил Вегас, рассеивая все сомнения. Пит всхлипнул, его губы дрожали. Он ненавидел свою жалкую беспомощность, но не знал, как ещё выразить свои чувства, и ему было стыдно за себя. — Мне нужно, чтобы ты поговорил со мной, Пит, — Вегас нежно прижал его лицо к своему и посмотрел ему в глаза. — Мне нужно знать, что случилось… Было слишком много? Он мягко погладил его щеку — Пит сильно дрожал, его чувства были растерзаны. Ему было отвратительно — сперма и смазка образовывали на его теле невидимую плёнку, и он хотел всё смыть, смыть это унижение. — Я не хочу, чтобы кто-то знал, что я здесь, что я… это делаю, — всхлипнул Пит. — Я не хочу унижения… Я хочу, чтобы только ты меня видел. Пит снова заплакал, ещё сильнее, и теперь было понятно, что вся страсть, бушевавшая несколько минут назад, улетучилась, оставив после себя смятение чувств. — Давай я приготовлю нам ванну, и мы всё обсудим там… Ты так сильно дрожишь, — тихо прошептал Вегас, заметив, как Пит всё больше холодел, его глаза выражали страх. — Я схожу, приготовлю, а ты пока укройся этим. Вегас дал ему одеяло, и Пит укрыл своё голое, грязное, покрытое синяками тело, прячась от окружающего мира. Вегас очень быстро вернулся, стянул одеяло и, взяв Пита на руки, отнёс в небольшую ванную комнату, откуда шёл пар, а воздух наполнял приятный аромат. Он погрузил их обоих в воду, продолжая держать Пита на руках, позволяя ему отдохнуть и укрыться от внешнего мира. — Ты думал, что я покажу твоё прекрасное тело кому-то ещё? — мягко спросил Вегас, давая Питу время подумать над ответом, заставляя его смотреть ему в глаза. Увидев кивок, он едва заметно усмехнулся, зная правду. — Этого не случится, пока ты сам не разрешишь, но я бы предпочёл выколоть им глаза, чем просто показать тебя. Он пожал плечами, и Пит тихонько рассмеялся, его сердце начинало оттаивать. — Что, по-твоему, ты выдержишь, Пит? — спросил Вегас, его голос по-прежнему был мягким, но с лёгким оттенком доминирования, словно напоминая ему об их договоре. — Мне хочется многое с тобой сделать, многое испробовать. Я хочу разбить тебя на части, а потом собрать заново. Я хочу поклоняться тебе, но одновременно разрушать твоё тело, а эти синяки… — Палец Вегаса нежно коснулся багровых следов на теле Пита, словно проводя по карте памяти. — Я хочу, чтобы они стали почти постоянными, никогда не исчезали, потому что только я могу оставлять метки на твоём драгоценном, нежном теле. Он промурлыкал это, и член Пита снова стал напряжённым, будто в предвкушении новых ощущений. — Мне всё понравилось, — наконец признал Пит, полностью приняв тот факт, что ему очень понравилось быть собственностью, отдаваться во власть другого человека. — Но я просто не хочу больше унижения… Этого я больше не переживу. Вегас отнёсся к его словам серьёзно, внимательно наблюдая за Питом. — А что, если унижать тебя буду я? Этот вопрос повис в воздухе, словно тяжёлый груз, и Пит не знал, как на него ответить, не знал, чего ожидать. Он никогда не думал, что Вегас способен на что-то унизительное, всё казалось игрой, но реальность была суровой. — Не знаю, — честно ответил Пит. — Но у меня есть один вопрос, который не даёт мне покоя. — Пит отстранился и сел на край ванны, его тело расслабилось. — Почему я? Вегас сначала не понял вопроса, в его глазах читалось непонимание, но потом мягко улыбнулся, его сердце наполнилось теплотой. — Я положил на тебя глаз с того момента, как ты вошёл в этот клуб, — Вегас перешёл на шёпот. — Каждый раз, когда в моём клубе появляется новое лицо, мне это нравится, это разжигает страсть, но с тобой было иначе. Видя, как ты не можешь выбрать трубочку, я захотел сам указать тебе правильную, но, как ты, наверное, заметил, терпение — не моя сильная сторона. Вегас хотел продолжить свой рассказ, но увидел, как Пит, не обращая внимания на происходящее, начал ласкать себя под водой, подчиняясь своим желаниям. — Продолжай, я хочу всё услышать… Вегас. — Чёрт, — Вегас, восхищенный, проигнорировал просьбу Пита и резко встал, обрызгав водой пол, не в силах сдержать свои порывы. Его член стоял колом, наливаясь силой, и упирался в рот Питу, желая новых ощущений, новых вершин. — Если ты играешь сам с собой, играй и со мной, — простонал он, его разум помутился от желания. Впервые кто-то настолько неопытный оказывал ему сопротивление, играя на его чувствах, но, глядя на Пита, на его приоткрытые губы и медленно двигающуюся руку (возможно, слишком медленно для его вкуса), Вегас понял, что должен подчинить его себе, заставить его подчиниться. — Ты мой, Пит, — прошептал Вегас, вонзаясь в горло Пита, даря новые эмоции. Слёзы на глазах Пита, его зубы нежно скользили по члену Вегаса, и, к его удивлению, Вегасу это не показалось отвратительным. Он чувствовал, что Пит не причинит ему боли. — Я разорву тебя на части, питомец, — промурлыкал Вегас, и его властность вновь вернулась, теперь им руководила только страсть. Пит задрожал в предвкушении, чувствуя, как его чувства обостряются с каждым мгновением. Вегас убедился, что Пит достаточно расслабился, прежде чем принялся трахать его без остановки, доводя до экстаза. Когда их тела обмякли на кровати, Пит чуть не потерял сознание, но нежный поцелуй хоть немного его взбодрил, и он лениво улыбнулся Вегасу, отдаваясь во власть своих чувств, отдаваясь своему хозяину. — Ты понимаешь, что мы знакомы всего двенадцать часов, а ты уже трахаешь меня без остановки? — прошептал Пит, его голос звучал забавно и одновременно взволнованно, как будто он не мог поверить в происходящее. Он никогда не думал, что встреча с чудаком в странном баре может быть настолько захватывающей, способной перевернуть его жизнь. Вегас сел, взяв со столика бархатную коробочку, которую Пит заметил, но не осмелился спросить о ней, стесняясь. — Мне бы хотелось тебе кое-что предложить, Пит, — Вегас внезапно стал серьёзным, и это немного напугало Пита, отчего кровь застыла в жилах. — Что? — нерешительно спросил он, не зная, чего ожидать, гадая, что же ему преподнесут. — Я должен быть честен, — тихо промурлыкал Вегас, поставив коробочку между ними, словно это был самый важный предмет в мире. — Я бывал хозяином, у меня большой опыт в этом деле… — Пит заметил, как Вегас дрожащими руками открыл коробочку, выдавая волнение. — Если ты хочешь продолжить этот… опыт со мной, пожалуйста, прими это, — его голос звучал ласково. Внутри лежал тёмно-красный ошейник с пустым местом для имени, и сердце Пита ёкнуло, словно споткнулось. Однако он всё ещё не был уверен, хочет ли продолжать, или одной ночи ему хватило. Вегас раздевал его, шлёпал, трахал без остановки, и Питу нравилось, он чувствовал себя живым, но… — Могу я подумать? — прошептал Пит, стараясь не показаться грустным и не обидеть Вегаса, выражая свои чувства. Эта ночь оказалась слишком насыщенной, и это решение требовало обдумывания, чтобы принять его. — Конечно, — Вегас закрыл коробочку и подвинул её к Питу, ожидая его ответа. Дрожащими руками Пит взял её и открыл. Вид ошейника напряг всё его тело, вызывая мурашки. — Спасибо, — пробормотал Пит, стянул с себя простыню и начал собирать одежду с пола, его движения были порывистыми. — Я свяжусь с тобой, — сказал он, и, одевшись, вышел из комнаты, надеясь, что никого не встретит по дороге, желая поскорее уйти. Коробочка в его руках становилась всё тяжелее, словно её наполняли сомнения, чем ближе он подходил к дому, тем больше она давила. Дома его ждало множество пропущенных звонков от коллег, но он был не в состоянии им ничего объяснить, гадая, что же будет в понедельник на допросе в переговорной. Он аккуратно поставил коробочку на журнальный столик и открыл. Ошейник выглядел очень красиво, даже кожа была не грубой, а мягкой, приятной на ощупь — это удивило Пита больше всего, удивляя своей элегантностью. Вегас сказал, что свяжется, но номера его телефона у Пита не было, да и он сам не был уверен, стоит ли это делать. Прошла неделя, а коробочка всё ещё стояла на столике — единственное, что не изменилось, потому что Пит определённо изменился. Коллеги пытались его допросить, но он мужественно держался, всеми силами стараясь сдержать свой порыв. Тем не менее, мысли его всё возвращались к тому мужчине, который открыл ему совершенно новый мир, его новые грани, даря ему новый опыт. Он всё ещё чувствовал его прикосновения к своему голому телу, словно Вегас был рядом, не покидая его воображение. Пит больше не мог сдерживаться. Неделя без Вегаса была настоящей пыткой, и, хотя возвращаться к человеку, о котором он почти ничего не знал, было безумием, ему это нужно было больше, чем он ожидал, с каждой секундой потребность становилась всё сильнее. Пит оделся, взял ошейник, предвкушая новые встречи, новые чувства, и тщательно запер двери, закрывая за собой старую жизнь, оставляя всё в прошлом. — Чёрт… ты совсем свихнулся, — ругал он сам себя, ругая себя, стоя перед зоомагазином с ошейником в руках, не веря в происходящее, но уже ничего не мог поделать. — Вы можете что-нибудь на нём выгравировать? — наконец, набравшись смелости после пяти минут хождения взад-вперёд и наблюдения за окружающими, спросил он, решившись. Продавец лишь улыбнулся и выгравировал всё, что хотел Пит, вкладывая свою душу. Теперь ему нужно было набраться храбрости, чтобы пойти к Вегасу, навстречу своей судьбе. — Здравствуйте… я к Вегасу, — объяснил Пит сотруднику, который сначала отказал ему во входе, но, увидев кивок одного из охранников, всё же пропустил, позволяя ему приблизиться к цели. — Чем могу помочь? — бармен мягко улыбнулся Питу, который выглядел так, словно вот-вот потеряет сознание, выдавая своё волнение, которое было сложно скрыть. — Я к вашему боссу, Вегасу. Он здесь? — спросил Пит, надеясь на лучшее. — Он в задней части клуба, но я думаю, у него сейчас нет времени, — ответил бармен, отсекая все надежды. Пит глубоко вздохнул, чувствуя, как все мечты рушатся на глазах. Всё было ясно: Вегас потерял к нему интерес и, скорее всего, уже нашёл себе кого-то нового, а Пит оказался всего лишь развлечением. — Передайте ему, пожалуйста, что Пит был здесь и хотел с ним поговорить, — мягко улыбнулся Пит, написав что-то на бумажке, скрывая свою боль. — И ещё, пожалуйста, передайте ему это, — он снял ошейник и положил его на стойку, как символ прощания. — Спасибо большое, — прошептал Пит и развернулся, покидая клуб, с трудом сдерживая слёзы. Следующая неделя была мучительной, самой страшной в его жизни. Пит чувствовал, что теряет волю к жизни, падая всё ниже. После работы его тянуло обратно в клуб — посмотреть, кто теперь новый любимец Вегаса, мучаясь от ревности, от невозможной боли. Но он никак не ожидал увидеть Вегаса перед своим офисом ранним утром в пятницу. — В-Вегас? — заикался Пит, несколько раз моргая, пытаясь убедиться, что это действительно он, что это не сон. — Питомец, — промурлыкал Вегас, не задумываясь, произнося, как приговор. — Тебе следовало подождать, — прошептал он, его голос звучал мягко, но с едва уловимой ноткой ожидания. — Мой любимец заслуживает наказания, — добавил он, вкладывая в слова всю свою страсть. Пит почувствовал странное волнение, его сердце забилось чаще, предвкушая грядущее. — Вы были заняты… не хотел вас беспокоить, — пробормотал он, стараясь скрыть свои эмоции. Вегас хитро улыбнулся, его глаза заблестели. — Я планировал купить ещё один клуб, поэтому был на встрече, а когда закончил, получил только возвращённый подарок, — сказал Вегас с притворной грустью, скрывая свою радость. Они оказались в центре внимания, и Питу это совсем не нравилось, хотелось спрятаться от чужих взглядов. — Мне нужно на работу, Вегас, — посмотрел на часы Пит, он опаздывал, и босс его точно отругает. — Как удачно, я встречаюсь с человеком из вашей компании, — усмехнулся Вегас, его улыбка была лукавой, и пожал плечами, всем своим видом показывая невозмутимость. Это было слишком странно, чтобы быть правдой, и Пит, предчувствуя неладное, не верил своим ушам. Но когда Пит вошёл в здание, Вегас проверил телефон и последовал за ним, не отставая, сохраняя интригу. — С кем ты должен встретиться? — тихо спросил Пит, заметив, что все смотрят на них, когда они шли в лифт вместе, привлекая всеобщее внимание. — Не уверен, он сказал, что будет ждать меня на пятом этаже и проведёт экскурсию, — пожал плечами Вегас, на лице его всё ещё играла странная ухмылка, как будто он всё знал. Питу не нравилось напряжение, исходившее от окружающих, словно они были в театре, исполняя свои роли. — Подожди… пятый этаж? — почти крикнул Пит, осознавая происходящее, но в лифт вошли другие люди, и Питу прижало к Вегасу, не давая и шагу ступить. Чёрт… как же он соскучился по этим прикосновениям, ощущая его присутствие. — Я скучал по тебе, Пит, — прошептал Вегас ему на ухо, его дыхание обожгло шею. — Ты даже не представляешь, как я был расстроен, когда Тала передала мне ошейник, но потом я увидел, что ты там выгравировал… Пит почувствовал, как Вегас ухмыляется и целует его в шею, вызывая дрожь по всему телу. — Встретимся сегодня после работы, пожалуйста, — тихо прошептал Вегас, потому что лифт снова остановился, и люди стали выходить. — Я так хорошо тебя вытрахаю, что ты забудешь собственное имя и будешь стонать только моё. Он нежно поцеловал Пита, прежде чем двери открылись, и перед ним появилось расстроенное лицо босса Пита, он был в гневе. — Понгсакорн! Опять опаздываешь, ты издеваешься? — его гнев пронзал воздух. Вегасу не нравилось, когда кто-то так разговаривает, поэтому он встал перед Питом, принимая удар на себя. — Это не вина Пита, а моя. Я попросил его помочь, и он помог, — пожал плечами Вегас, подмигнув боссу, который внезапно потерял дар речи, понимая всю ситуацию. — Подождите… подождите, — растерянно пробормотал босс, заметив, как Вегас переплетает их пальцы и целует Питу руку, демонстрируя свою власть. — Обещаю, больше такого не повторится, сэр, — старался звучать вежливо Пит, но в присутствии Вегаса это было почти невозможно, словно его волю подавили. — Увидимся после работы, любимый, — помахал Вегас Питу, исчезая в офисе, чтобы наконец начать работать, оставив все вопросы без ответа. Остаток дня прошёл для Пита удивительно спокойно, словно его окутала тишина, и все невзгоды ушли прочь. Никаких придирок от босса, никаких глупых замечаний от коллег, которые его не любили, все взгляды были прикованы только к нему. Словно он стал для них невидимкой или неуязвимым, став частью их мира, частью их жизни. — Наконец-то свободен, — Пит потянулся и посмотрел на часы, время шло, приближая встречу с Вегасом, которую он так долго ждал. Он должен был встретиться с Вегасом после работы, но не знал, где, потому что не хотел снова идти в бар и разочароваться. Но к его удивлению, перед офисом ждала чёрная машина, а Вегас стоял, облокотившись на неё и докуривая сигарету, его взгляд был устремлён только на Пита. — Прямо вовремя, питомец, — сказал он с игривой улыбкой, открывая перед Питом пассажирскую дверь, а затем садясь сам. — Я не могу дождаться, когда вытрахаю тебя, — голос Вегаса внезапно изменился, выдавая все его чувства. Он резко схватил лицо Пита и поцеловал его, заполняя всё вокруг своей страстью. Питу было некуда деваться, поэтому он расслабился и позволил Вегасу страстно целовать себя, даря новые ощущения. — Ты не представляешь, как мне было тяжело сдерживаться, как я был расстроен, когда увидел ошейник, как сильно хотел связаться с тобой, но ты не хотел меня видеть, — почти застонал Вегас в поцелуе, когда их губы на мгновение разошлись. — Я сегодня вытрахаю тебя до полусмерти, и ты будешь умолять о большем, — добавил Вегас, отстранившись и пристёгивая Пита ремнём безопасности. — Ещё… у тебя на следующей неделе отпуск. Твой босс не возражал, и тебя могут даже повысить за усердную работу… хотя я не понимаю, почему тебя не повысили гораздо раньше. Ты прекрасный работник, — пробормотал Вегас, закатив глаза, завёл машину и поехал навстречу их новым приключениям. Дом стоял рядом с огромным, таинственным лесом, окутанным дымкой. — Моя семья раньше здесь охотилась… теперь это частная территория, и за проход без разрешения стреляют, — небрежно бросил Вегас, но у Пита сердце ушло в пятки, словно сжалось в комок. Всё тело дрожало, и он жалел, что согласился встретиться здесь, предчувствуя неладное, понимая, что его жизнь больше никогда не будет прежней. А что, если Вегас запрёт его и будет держать как пленника, как секс-игрушку, используя его, играя с ним? — О чём ты там думаешь, в своей маленькой головке? — соблазнительно прошептал Вегас, нежно положив руку Питу на ягодицы и ведя его к дому, поглаживая его, вызывая желание. — Хочешь запереть меня здесь и держать здесь как питомца? — выпалил Пит, и, осознав сказанное, поспешно прикрыл рот рукой, выдавая свои страхи. Вегас рассмеялся, его голос был полон силы и уверенности. — Я сделаю гораздо больше, чем просто запру тебя и буду держать как питомца, не просто использую тебя. Я буду трахать тебя без остановки при любой возможности, наполняя тебя своей страстью, буду мыть, кормить и ухаживать за тобой, чтобы сделать ещё больше, а потом трахать ещё сильнее и грубее, доводя до экстаза, буду разрывать тебя на части, чтобы потом собрать заново и трахать снова, пока ты не начнёшь умолять меня остановиться, а потом — продолжить, — его слова были словно приговор, Пит уже понимал свою участь. Щеки Пита залились краской, а всё тело наполнилось трепетом. — Я хочу, чтобы ты меня трахал, хозяин, — простонал Пит, отдаваясь во власть чувств, его голос звучал прерывисто, словно его лишили воздуха. Он чувствовал, как член уже начинает подтекать от одних только слов Вегаса, и понимал, что сегодня долго не протянет, что его тело полностью принадлежит Вегасу. — Прежде чем я тебя вытрахаю, — Вегас открыл дверь и не дал Питу оглядеться, не раскрывая все свои планы. — Я хочу, чтобы ты принял душ и подождал меня в спальне, чтобы смыть все тревоги и сомнения. Он повёл Пита к спальне, к своей обители. — Ванная там. У тебя пять минут, потом жду тебя здесь, на коленях и голым, — приказывал Вегас, его голос был непреклонен. Он указал пальцем на место перед кроватью, словно обозначая границы дозволенного. — Да, хозяин, — пробормотал Пит и исчез в ванной, понимая, что всё произойдёт именно так. Через четыре минуты он был готов, вода стекала по его коже, вызывая дрожь, очищая его тело и душу. — Чёрт… ты прекрасен, — тихо промурлыкал Вегас ему на ухо, надевая ошейник, как знак их союза. — Теперь, питомец, — Вегас сел, расстегнул штаны и вытащил толстый член, его взгляд был устремлён только на Пита. — Я хочу, чтобы ты заставил меня кончить, — его голос звучал твёрдо, его взгляд был полон желания, он был полностью готов. Пит, не колеблясь, взял его член одной рукой, покорно подчиняясь, и облизал губы, желая насладиться этим моментом. — Хозяин, — простонал он, от возбуждения дрожа всем телом, чувствуя прилив страсти. Он заметил блестящее предсемя на головке члена своего хозяина и не мог дождаться, чтобы попробовать её на вкус, желая отдать себя во власть чувств. — Чёрт… питомец, — застонал Вегас, переплетая пальцы с волосами Пита и прижимая его к себе так, что тот едва не задохнулся от его члена, когда Вегас кончил ему прямо в горло, доводя до экстаза. — На колени и раздвинь задницу, — Пит почувствовал, как его разум заволакивает туман, когда он опустился на колени на кровать, раздвинул ягодицы и замер, подчиняясь воле хозяина. — Мягкий и влажный, — лёгкое напряжение пробежало по спине, когда Вегас просунул язык внутрь, вылизывая его досуха, даря новые ощущения. — Хозяин… пожалуйста, — Пит выгнул спину, чувствуя неутолимое желание, но руки крепко держали его ягодицы, не давая ему сбежать. — Я хочу твой член, пожалуйста, — он продолжал стонать, желание кончить становилось невыносимым. — Пожалуйста… пожалуйста… трахни меня, — он не помнил, как долго Вегас играл с ним, помнил только жгучую боль, когда Вегас вошёл в него, разрывая его плоть, и немедленное облегчение, когда он кончил под ним, отдаваясь без остатка. — Непослушный питомец, — Вегас шлёпнул его по щеке, напоминая о договоре, и не прекращал двигаться, даря ему новые ощущения. — Я не разрешал тебе кончать. Удар за ударом, разум Питу всё больше затуманивался с каждым толчком, попадающим в эрогенную зону, пробуждая желания. Наверное, он потерял сознание, или его душа на мгновение покинула тело, но он помнил, как последний раз кончил с громким стоном, и Вегас рассмеялся, довольный своим успехом. — Тебе теперь не сбежать от меня, питомец, — его поглотила утешительная тьма, из которой не было выхода, он попал в ловушку.