Падение империи Рэрити

Усталые, опущенные веки скользнули по синим радужкам, когда толчок привёл Рэрити в чувство. Она ахнула, когда шок от того, что почти заснула, заставил её проснуться. Еë испуганные глаза оглядели комнату. Перед ней стояла швейная машинка, её жужжащие моторы гулко отдавались в тихой, полутëмной комнате. Солнце давно село за занавешенные окна; лунный свет пробивался сквозь плотную ткань, висевшую на них. Тихий вздох сорвался с её губ; она постаралась сделать его как можно тише. Синие радужки переместились к часам, прибитым к стене над чем-то похожим на закрытую пробковую доску. Пробки нигде не было видно, только кое-где виднелись небольшие бежевые пятна. Остальное было погребено под приколотыми листками бумаги с каракулями и заметками. Давно забытые идеи на чёрный день. Некоторые были смяты, порваны и потрëпаны, как будто идеи были написаны в спешке... Но, продолжая смотреть на пробковую доску, Рэрити почувствовала, как к горлу подкатывает комок. Это был уже не тот комок, который образовывался, когда она пыталась подавить свою гордость и продолжать работать, или когда она слышала крики масс, которые жаловались на её работу... её искусство. Нет, у этого куска был привкус горечи и ненависти. Она судорожно вздохнула, пытаясь унять поток мыслей, которые хотели вырваться наружу, когда она приблизилась к доске. Небольшая мысль закралась ей в голову, когда зажëгся рожок, осветив тёмную рабочую комнату. Так много ненужных и неиспользованных идей останется на этой доске. Она даже заметила, что на уголках пергаментных листов начала собираться пыль, показывая их возраст. Она посмотрела на дату в углу одного из них. 5 лет. Прошло 5 лет с тех пор, как она набросала эту идею. 5 лет она была забыта и отброшена в сторону. 5 лет прошло с тех пор, как она почувствовала, как творческий потенциал изливается из её головы и воплощается в видения и образы красочной ткани, переплетенной тончайшей строчкой, и всё это из-под её собственных копыт. Но сейчас? Ну, это было не так. Сначала она создавала предметы, а потом... разбиралась со сложными деталями. Она брала творения Рэрити и следила за тем, чтобы они были доступны широкому кругу людей. Она могла бы гарантировать, что каждая пони в Эквестрии будет носить только самую последнюю и лучшую одежду от фирменной моды Рэрити. Она бы обеспечила прибыль и богатство. "...Просто твори, Рэрити. Это всё, что тебе нужно делать. Я позабочусь об остальном". Рэрити подавила сожаление, вспомнив тот разговор и то, каким беззаботным и невинным он казался. Тогда всё казалось намного проще, чем сейчас. Это звучало как блестящий план. Рарити становилась старше, и, будучи в душе художницей, она хотела сосредоточиться только на создании этого: на процессе создания модного искусства. Она возьмёт на себя все формальности, всё остальное. В конце концов, она была моложе. Ещё один вздох. Тиканье часов, казалось, эхом отдавалось у неё в ушах, когда она отвернулась от пробковой доски и рассеянно посмотрела на закрытую дверь в другом конце комнаты. Свет флуоресцентных ламп, падавший снизу, падал на копыта Рэрити, растекаясь по ковру. Рэрити задумалась, сколько времени прошло с тех пор, как она в последний раз выходила из комнаты. Обычно она приносила еду с собой, чтобы сосредоточиться, но, учитывая время и растущую боль в животе, Рэрити решила рискнуть. Она вернулась к швейной машинке. Несмотря на то, что на нём болтался кусок ткани, швы были аккуратно сшиты - качество, присущее только законченному ансамблю. Она закончила с четырьмя нарядами, которые требовались от неё в тот день. Конечно, она могла бы просто уйти, быстро спуститься вниз и- Шаги копыт. Они доносились из-за двери. Рэрити почувствовала, как у неё сжалось сердце, когда она услышала их. На лбу у неё выступили капельки пота, когда она бросилась обратно к швейной машинке. Рог Рэрити засветился, когда ткань и иголки поднялись в воздух и прикрепились к голому манекену, стоявшему неподалёку. Ткань была разложена, булавки вставлены, и наряд приобрел форму. Простое красное платье с белыми оборками, которые расширялись по краям. По её обычным меркам, это было слишком просто, слишком скучно, но когда новая и захватывающая мода имела значение, когда она должна была нравиться всем пони? Это напряженное чувство вновь возникло, когда она попыталась закрыть глаза, чтобы успокоить нервы. Когда всё стало так плохо? Когда это стало их реальностью: это пустое, зависящее от действий состояние бытия? Когда Св- Дверь с громким стуком распахнулась, заливая комнату светом. Рэрити не осмеливалась взглянуть на дверь, продолжая прикреплять ткань на место. Старшая единорожка знала, что нужно не высовываться и сосредоточиться на работе. Она услышала, как стук копыт стал громче, а затем внезапно смолк. Пауза показалась ей слишком долгой, и она, наконец, оглянулась через плечо. "...Тебе нравится?" Тишину нарушил хрипловатый голос Рэрити. Она почувствовала напряжение в комнате, от которого у неё по спине пробежали мурашки. Когда ответа не последовало, она снова закрыла глаза, молясь о том, чтобы хоть какой-нибудь ответ был простым. Когда этого всё ещё не последовало, вздох за её спиной заставил её плечи опуститься в знак поражения. Резко обернувшись, свет из коридора ударил ей в глаза, ослепив её. Она вздрогнула, когда её взгляд снова сфокусировался и упал на белую кобылу-единорога. Она стояла перед ней, глядя вниз, светлые волосы розовых и пурпурных оттенков были аккуратно уложены, а упругая кожа и мех скрывали морщинки. Именно тогда Рэрити поняла, почему стояла тишина. Маленькая светящаяся коробочка. Эта чёртова, проклятая вещь. Рэрити разочарованно поджала губы, глядя на отвлекающее внимание убогое приспособление в копытах пони. "Свитти?" Спросила Рэрити, изо всех сил стараясь подавить раздражение, закипавшее у неё в горле. Младший, белый единорог, поднял одно копыто, словно желая закончить разговор, который так и не успел начаться. "Дерьмово выглядит." Пробормотала она, не отрывая взгляда от маленькой коробочки. "Я же говорила тебе, нам нужна одежда, которая понравится всем пони." Тон Свити был таким отстранëнным от её собственных слов; они звучали скучно, лишёнными чувств и теплоты. Она сосредоточилась на устройстве в своём копытце. Он продолжал светиться, а зелëные глаза кобылы были приклеены. Он вспыхнул огнями, отбрасывая глубокие тени на лицо младшей кобылы, но именно в этот момент Рэрити заметила морщинки в уголках глаз своей сестры. Она задумалась о том, как много на самом деле изменилось, когда увидела, что истинный возраст её сестры наконец-то открылся ей. Рэрити снова подождала, надеясь, что сестра продолжит, но тишину нарушил только скрежет маленькой коробки. Еще один вздох. "Это... то, что понравится всем пони." Настаивала Рэрити. "Откуда ты это знаешь?" Наконец, кобыла подняла голову, выйдя из транса. "Ты спрашивала кого-нибудь из пони?" Эти слова больно кольнули Рэрити, когда она снова почувствовала ноющий комок в горле. "... Ну, нет, потому что кое-кто поставил меня на очень строгий график." Рэрити фыркнула в ответ. "Может, я могла бы попросить кого-нибудь позволить мне-" "Послушай, ты просила меня о помощи, и, чтобы быть уверенной в том, что ты участвуешь в Неделе Моды, тебе нужно подготовить эти наряды". Свечение на устройстве погасло, в результате чего свет в коридоре отбрасывал резкие тени на всю комнату. "Я сделала именно то, о чём ты просила!" Рэрити закричала, боль и разочарование вырвались на поверхность, но облегчение было недолгим. Тон её голоса... Она знала, что это уже слишком. Сначала она вздрогнула, а потом отступила на шаг. Её магия прекратилась; булавки, иголки и ткань упали на пол позади неё. Она встретилась взглядом с сестрой, и страх начал овладевать ею. Неделя Моды была важным событием, и все пони это знали, но, покачав головой, Рэрити почувствовала, как на неё накатывают волны беспокойства. "Прости!" Выпалила она, осознав свою ошибку. "...Тебе нужно лекарство?" Это был простой вопрос. Никто и не предполагал, насколько испорченными были эти слова, когда они слетели с губ молодой кобылы. Слова были холодными и бесплодными. Белая шерсть встала дыбом, когда вопрос повис в воздухе между ними. Это была жестокая, опустошающая правда, которая продолжала преследовать Рэрити. Она не могла функционировать вне этих стен, по крайней мере, без посторонней помощи. Она могла продолжать заниматься искусством только с её помощью. Она знала это уже давно, особенно после того, как начались боли. Эта бесконечная, невыносимая боль, которая пробирала её до костей и не отпускала целыми днями. Как она могла создавать видения в своём воображении, если эта парализующая боль была там? Магия могла действовать только так далеко... "...И ты уверена, что это поможет?" "Да. Только одну. Сейчас. Это всё, что я могу тебе дать на данный момент..." Снова этот безжалостный комок в горле. Это была её тюрьма. Если она хотела, чтобы ее творения стали реальностью, это должно было стать её судьбой. Возможно, ей стоило прислушаться к этой старой, потрëпанной, рыжей кобыле, когда всё это начиналось. Когда это была еще простая проблема, а не сложная, взаимосвязанная камера пыток, созданная ею. "...Мы становимся слишком стары для этого, Рэрис. Давай позволим "молодым" взять верх, пока мы наслаждаемся нашими золотыми годами. Я уверена, что Свитти сможет просмотреть книги и предприятия..." Рэрити прикусила щеку, вспоминая свой наивный ответ в тот день. Теперь она чувствовала себя полной дурой. Сверкающие синие океаны в ответ уставились на юную единорожку, но быстро исчезли за морщинами, которые были скрыты тенями. "Да, я хочу получить своё лекарство." Это было всё, что сказала Рэрити, развернувшись и возобновив свою работу. Рог засветился, иглы взмыли в воздух и продолжили вплетаться в прозрачную ткань, в то время как она пыталась подавить бурю эмоций, захлестнувшую её разум. "Хорошо." Ответила Свити Белль. Она почувствовала, как в комнате что-то изменилось, когда рассматривала другие детали, прикреплённые булавками к манекенам. Каждый из них был выполнен в одном цвете с белыми и чёрными вставками по краям. Она не понимала, почему вкусы современных пони становятся все более и более простыми, но ставки не позволяли ей сомневаться в этом. "Я принесла тебе ужин." Коротко добавила она, поднимая в воздух накрытый поднос и ставя его на ближайший стол, при этом сдвигая ткань. "Спасибо." Пробормотала Рэрити, не поворачиваясь, чтобы посмотреть на сестру. - Ты можешь забрать их все, как только я закончу с этим. Суровый тон Свити дал понять, что Рэрити закончила разговор. Свити раздраженно вздохнула и закатила глаза. Стрессовая ситуация действовала ей на нервы. Она согласилась на это соглашение 5 лет назад, и за это время Рэрити превратилась в настоящую затворницу. Её сестра должна была оставаться в этой комнате изо дня в день, чтобы ей приносили еду, а пони приходили и уходили, когда ей заблагорассудится, и всё же она вела себя именно так. Такова была благодарность, которую получила Свити. Если бы не она, Рэрити оказалась бы на улице, и бизнес бы- Маленькая чëрная зеркальная коробочка ожила в её копытце, осветив комнату. Внимание Свити вернулось к ней. Новые планы. Новые благотворительные мероприятия. Новые пресс-туры. Ещё больше показов мод. Для неё было важно присутствовать на каждом из них и помогать им, поскольку она была лицом модной империи Рэрити. Она взглянула на свою сестру, которая продолжала накладывать ткань на неподвижную фигуру. Это была деликатная операция, с которой мог справиться только такой опытный пони. "Настоящий талант". Сказали бы некоторые, но Свити Белль было все равно. Все таланты в мире не имели значения, если за ними не стояла финансовая стабильность. Младшая кобыла развернулась и вышла из комнаты. Дверь тихо щëлкнула, закрывая и запирая сестру в комнате. Ещё один вздох. Она задумалась, сколько ещё ей придется это терпеть. Покачав головой, она ещё раз взглянула на устройство, и её взгляд упал на заголовок электронного письма: "Последняя линия модной одежды Рэрити..." Она с трудом сглотнула, размышляя, не купить ли ей замок для двери сестры.