Кардиотренировки

Сегодня у Чанбина день кардио. С утра он немного позанимался в зале, а сейчас, ближе к вечеру, когда все дела сделаны, он бегает в парке возле дома. Пробежка — как глоток свежего воздуха. Она помогает отрезвить голову и заколить выдержку. Хоть Чанбин никогда не любил бег, но его упёртость заставляла каждый раз идти в парк и заниматься нелюбимым делом. Лёгкие горели, но он продолжал бежать, будто преследовал цель. Сегодня бежать чуть легче — дома его ждёт любимый, готовящий вкусный ужин, а Чанбин пообещал часик побегать и вернуться. Поэтому час прошёл довольно быстро, и измотанный Бин возвращается домой, допивая воду из бутылки. — Чанни, я дома! Парень снимает кроссовки и медленно проходит на кухню, откуда доносится аромат еды. Попутно он скидывает с себя липкую футболку и бросает ее на диван в гостиной. — Как же вкусно пахнет, — Чанбин целует в щеку парня, оглядывая фронт работы. — Когда будет готово? — Но я только начал готовить, Бинни... — Чан смущённо опускает взгляд вниз на талию, где покоятся его руки. — Извини, я думал, ты будешь позже. — Я хотел вкусно покушать! — Чанбин разочарованно хнычет, слабо бья Чана в грудь, на что получает поцелуй в нос и тёплые объятия. — Крис, я весь потный, не надо меня обнимать. Попытка выбраться из объятий не увенчалась успехом. Чан сильнее прижал к себе младшего, очаровываясь его видом. — Я сейчас схожу в душ, и будем миловаться сколько хочешь. На просьбу Чан никак не реагирует, лишь сильнее прижимается носом к шее, вдыхая "человеческий" запах. Он проводит языком по выпирающей венке на шее и оглаживает мокрые лопатки, сжимая бока. — Зачем тебе душ, когда есть я? — он подталкивает Чанбина в сторону гостиной, провожая до дивана, которого вскоре касается тело Бина. — Я могу вылизать тебя. Его пробивает дрожь, когда перед ним такой Чан. Властный Чан, которого так любит Чанбин. Чан, которому невозможно отказать. — Крис, не начинай, я устал, — тихо просит Чанбин, но тут же шумно вбирает воздух, потому что его грудей касается горячий язык. Он выводит узоры, извивается будто змея и касается розовых бусин, вызывая волну мурашек. — Крис, правда... Я потный, неужели тебе и впрям нравится? — Очень нравится, — Чан оставляет россыпь поцелуев от шеи и до живота, разбавляя это невидимое созвездие парой ярких отметин, — Мне нравится твой запах, он такой "настоящий"... Чанбин чувствует, как его щеки начинают гореть. Он не может поверить, что Крис так заводится от его пота и запаха тела после тренировки. Да, Бин и сам частенько не даёт помыться Чану после тренировок или идёт вместе с ним, но это другое! Он тянется ближе, обнимая за шею, и просит поцелуй. Чан целует медленно, но жадно и требовательно. Он вылизывает всего Чанбина, не оставляя и частички нетронутого места. Они отрываются с громким чмоком, успокаивая дыхание. — Фу, ты напускал мне в рот своих слюней, — Бин подхватывает ткань футболки, призывая её снять, что и делают в ту же секунду. Крис лишь усмехается и укладывает роскошные, сильные ноги, открытые благодаря шортам, к себе на плечи. Чанбин закатывает глаза, но послушно разводит ноги, позволяя Чану дотронуться до уязвимого места. Когда маленькие клыки с шершавым, мокрым языком проходятся от коленки, преодолевая путь по ляжке, и до выпирающей тазовой косточки, Чанбин коротко взвизгивает, смыкая ноги вместе. Но Чан не даёт им сомкнуться, раздвигая их своими массивными руками, на которых проступают венки. Бин стонет, запрокидывая голову, вцепляясь пальцами в волосы Чана. Эти руки когда нибудь сведут его с ума, да и шея, на которой венки напрягаются, когда тот тягает железо. Крис медленно водит языком по внутренней части бедра, дразнит, заставляя Чанбина извиваться и просить большего. Он то прикусывает нежную кожу, то обводит языком, то слегка касается кончиком носа. Бин готов взорваться от напряжения. — Я так сильно люблю твои бёдра, твои пухлые ляжки. Мой член шикарно бы смотрелся между ними, — Крис наклоняется, буквально сгибая младшего, и мокро целует, играя с его языком и сталкиваясь зубами. Чанбин чувствует, как член Криса твердеет, прижимаясь к его бедру, и стонет в поцелуй. — Хочешь посмотреть на это? Бин, как заворожённый, кивает, не совсем понимая о чём идёт речь, на что получает нежный поцелуй в щеку. — Милый, ты со мной? — Чан поглаживает разомлённую тушку перед собой. — Да, всё хорошо. Ты можешь сделать это. Крис довольно улыбается, отстраняется и поднимается с дивана, увлекая за собой Чанбина. Тот послушно следует за ним, все еще немного одурманенный ласками. Они перемещаются в спальню, где младшего сразу же опрокидывают на кровать, нависая сверху. Многострадальческие ноги перемещают на их заветное место, а Чан устраивается между ними и прижимается носом в бугорок в шортах. Чанбин чувствует, что и без того мокрые шорты становятся насквозь пропитанными слюной старшего, и заливается пунцовой краской, когда эти шорты подхватывают зубами и спускают до колен. Дальше уже вместе с боксерами ткань летит на пол, а Чан выуживает из под подушки флакон смазки. — Мой малыш такой мокренький, так сильно любит прелюдии, да? — Чан медленно скидывает остатки своих вещей. На это зрелище ноги Чанбина неконтролируемо разъезжаются, и их приходится ловить. — Я мокрый, только потому, что это ты вылизал меня всего, как щенок малый, — Чанбин усмехается, откидываясь впервые за весь вечер на мягкие подушки. — Это я - щенок? — шепчет Чан, прикусывая мочку его уха. — Ты скулишь подо мной, как щенок, просящий ласки. Крис подхватывает парня, перемещая его в сторону большого зеркала в полный рост. Смазка, согретая в тёплых ладонях, обильно стекает по массивным бёдрам вниз, капая на пол. Венистые руки обхватывают тело с двух сторон, не давая выбраться из плена. — Смотри, — шепчет Крис ему на ухо, прижимаясь своим возбуждением к ягодицам. — Наши тела идеально дополняют друг друга. Чанбин не может смотреть в зеркало — это зрелище слишком сильно его смущает и возбуждает, но сильные руки заставляют поднять голову выше. — Ты должен смотреть, милый, — Бин видит как между его ляжек виднеется красная головка, которая то появляется, то скрывается в кремовой плоти. Чанбин стонет, запрокидывая голову. Он видит как его шея покрывается яркими засосами и чувствует, как толчки участились. Немного сложно, стоя, сводить ноги, но когда член Чана так идеально смотрится между его бёдер, Бину уже на всё наплевать. Так и хочется, чтобы этот член прошёлся меж ягодиц и толкнулся вперёд, но не сегодня. Сегодня это медленная пытка, которую возненавидел и полюбил Чанбин. — Ты сводишь меня с ума, — шепчет Чанбин, и его голос дрожит от возбуждения. Он слышит такое же тяжелое дыхание Криса у своего уха. Чан впивается когтями в его бёдра, ускоряясь. Чанбин не сдерживается, громко стонет, выкрикивая имя Чана. Он поддаётся навстречу, опираясь всем телом о зеркало. Его соски ноют от недостающей ласки, поэтому Бин трётся ими прямо о зеркало. Тело бьется в конвульсиях, и он чувствует, как к горлу подступает волна оргазма. Кажется смазки достаточно, но Крис выливает весь флакон, и слышатся пошлые хлюпанья, которые смущают еще больше. Он рычит младшему в шею, и Бин чувствует как напрягается тело сзади. Ноги предательски дрожат, а бёдра сводит, но Чанбин лишь утыкается лбом в зеркало, умоляя двигаться быстрее. Внезапно Чанбин чувствует, как его тело пронзает разряд тока. Он кричит, изгибаясь в руках Криса, и изливается прямо на зеркало. Чан рычит ему в ухо и заканчивает следом, пачкая спермой бёдра Чанбина. Они шумно вбирают воздух, приходя в себя, валятся на пол не в силах дойти до кровати и просто лежат, переплетясь конечностями, тяжело дыша. — Это было... потрясающе, — Чанбин утыкается в шею, поглаживая мокрую спину старшего, и невесомо целует туда же. Между бёдер липко, но Бину слишком лень сейчас что-то с этим делать. — Теперь мы пойдём в душ? А еще есть хочется... Чан широко улыбается, одаривая слух своим смехом. — Конечно пойдём, а потом я накормлю тебя вкусным ужином.