По ту сторону

«Не скажу» Действия происходят в 1–3 сезоне. Николь была обычной девочкой, которая по ошибке попала в команду к ребятам — Лукас, Дастин, Уилл, Оди, Макс и, конечно же, Майк — душа компании. Он сам её создал ещё в далёком детстве. К сожалению, она не застала то время, когда происходило всё это — демогоргены, Изнанка, истязатель. Они справились и без неё, но Николь даже не видела этого вживую. Зачем ей этим интересоваться? Её бесят эти ваши «сказочки». Ну разве такое возможно? Ха-ха. Но в этих историях, которые для девочки были просто сказочками, её кое-что волновало — загадочное существо, похожее на… цветок? Только с зубами и мерзким видом. С него всё и началось, забавно. Он не только устраивал месиво, не попадался в ловушки. Он был умнее. Что-то на уровне человека — быстрый, ловкий, умный, внимательный. Николь это цепляло. В плане того, что все остальные «рассказы» она пропускала мимо ушей, но когда речь шла о нём — слушала очень внимательно. Она не знала почему, может, самая интересная часть истории? И вот обычный день, диалог, времяпровождение команды. Мальчики играют в DnD, девочки что-то обсуждают, а Николь решила пойти в туалет. Она молча сидела, думала и пришла к мысли, что в её жизни нет ничего «особенного» или интересного, в отличие от ребят, кстати. Она чётко решила: раз нечего делать — она пойдёт и сама себе устроит приключение. Девочка даже не знала, и близко, как, где его искать, как найти и тому подобное. Да и тем более, разве это всё не закончилось? Чтобы нарыть больше информации, она, вернувшись с уборной, решила расспросить мальчиков, но те были слишком заняты. Даже Уилл, который готов был помочь каждой мухе, лишь отмахнулся и продолжил играть со своими друзьями. Тогда она подошла к девочкам — они ведь не так сильно заняты? И да, они не отказались. — Эй, Оди, Макс. Девочки вместе обернулись и резко замолчали. Макс посмотрела невозмутимым взглядом и не слишком громким голосом произнесла: — Да? — Мне нужно… ну… можно… А ведь Николь не продумала, как сформулировать мысли и как отвечать на вопрос «зачем?». Паника взяла своё, но она решила не отпускать тему, раз уже начала. — Мне нужно больше информации о… бля. — О ком? — Димо… Демо… Демогоргене! Выдохнула она с облегчением и молча уставилась на своих друзей. Макс посмотрела обеспокоенным взглядом на Николь и неравнодушно спросила: — А тебе зачем? Что-то случилось? Последнюю строчку она произнесла тихим, даже озадаченным голосом. — Мне просто нужно. Расскажите. Макс переглянулась с Оди, и они молча продолжили смотреть на неё. Оди придвинулась чуть ближе, отвалилась на ближайшую подушку и начала свой, так сказать, «рассказ». Николь выдохнула с облегчением и уселась рядом, внимательно слушая. — Короче говоря… Она начала свой рассказ. — Этот мир… он не единственный. Под ним, как отражение в треснутом зеркале, существует другой. Мы называем его Изнанка. Мир мёртвый, тянущийся, будто паутина из гнили и страха. Там нет солнца. Нет звуков, кроме собственного дыхания и шороха… шороха чего-то большого. — Ты можешь попасть туда, — выдохнула Оди. — Иногда по ошибке. Иногда — если рядом появился разлом. Такие трещины не всегда видны. Они могут быть в лесу, в стене старого дома, даже под школой. Тонкие, почти невидимые — до тех пор, пока ты не шагнёшь туда. — Но главное — не портал. Главное — то, что по ту сторону. — Ты слышала о нём, мы говорили. Она замолчала. В подвале стало тихо, не считая мальчиков, которые рубились, крича периодически: «Кидай кость!», «Уилл, кидаю огненный шар! Быстрей!», «Демогорген вас настиг!» — это она слышала чаще всего, конечно, от Майка. Он был ведущим игры. Оди наконец вдохнула и продолжила свой рассказ: — Он не человек. Он не думает, как мы. Он чувствует — запах, тепло, страх. И когда ты боишься — он уже идёт. Он не торопится. Он играет. Смотрит из темноты, скребётся когтями в стенах, шепчет в проводах. И когда ты наконец решаешь, что всё показалось… он за спиной. — Возможно, ты задаёшься вопросом: можно ли его убить? — Да, конечно можно. Но только если у тебя есть огонь, электричество или чистое безумие. Он почти неуязвим. Пули только злят. А если ты просто спрячешься — он не уйдёт. Он будет ждать. Всегда. Потому что время в Изнанке другое. Там неделя — как один вдох. А вдох — это всё, что ему нужно, чтобы схватить тебя. — Будь всегда готова к его появлению. Если свет мигнёт — прячься скорее, хотя лучше просто беги. Прятки не помогут. Если за стеной шорох — не зови никого. И если вдруг ты увидишь цветок без лепестков, который медленно раскрывается — это он, он тебя настиг. Оди замолчала, а потом усмехнулась, похлопав Николь по плечу. — Ну, вот так вот. Ха-ха. Она немного помрачнела, но продолжила: — С моими силами легче, без меня они вряд ли бы жили. Она обернулась на всех своих друзей, указывая взглядом. Николь поняла намёк и просто нервно посмеялась. — А зачем тебе, кстати? Найти его хочешь? — Нет! Нет, ты что. Я же не дура, понимаю риски. — Окей. Она встала со своего места и направилась обратно к подружке, и через пару секунд неловкой паузы они снова начали разговор о чём-то своём. Девочка выдохнула и направилась вверх по лестнице. — Стой! Ты куда? Она обернулась, и, конечно же, это был Майк. Чей же ещё? Его же дом. — Я, ну… в ванную комнату. Майк посмотрел на неё спокойно. — А, иди. Он неловко обернулся к своим друзьям, на что те рассмеялись над Майком и его паникой. — Не смешно! А если бы у вас по дому ходили — вы бы молчали? Он произнёс это обиженным голосом, и друзья ещё сильнее начали смеяться и стебать его. Николь лишь молча ушла, не проронив даже смешка, ей было не до этого. Есть дела поважней этих идиотов. Николь поднялась по лестнице. Шаги отдавались в пустом коридоре. Свет в доме был приглушённым, словно сам воздух стал чуть плотнее. Всё казалось обычным, но не совсем. Она прошла мимо знакомых дверей и на мгновение остановилась, глядя на окно. Темнота снаружи была глухой — ни огонька, ни луны. Небо будто стерли. Она дошла до ванной, закрыла за собой дверь и присела на край ванны. Мысленно прокручивала рассказ Оди — Изнанка, Демогорген, тонкие трещины между мирами. Всё звучало жутко, но чёртовски интересно. Даже если наполовину — сказка. Что, если половина — правда? Николь посмотрела в зеркало. В нём отражалась она — та же самая «обычная» девочка, но внутри будто уже началось что-то. Её глаза уже не были такими, как раньше. В них разгорался интерес. Ну и где находятся эти «врата в тот мир» или, например, «трещины»? Она задумалась. Лес — после Уилла страшно туда ходить. Школа… нет, туда она лезть не будет. По крайней мере, пока. Она включила воду в раковине и внимательно посмотрела на свет над зеркалом. Он чуть мигнул. Совсем чуть-чуть. Но достаточно, чтобы она замерла. Было ли это совпадением? ⸻ Спускаясь по лестнице, она услышала, как внизу Дастин кричит: — “Я кидаю спасбросок! Быстрей, пока он не утащил нас всех!” Она чуть усмехнулась. Неужели они и правда когда-то почти погибли? Словно игра — это просто… маска, чтобы не вспоминать ужас. — Эй, Николь, — снова голос Майка. — Ты чего такая тихая? Всё нормально? Мысленно её уже бесил Майк. «Ой, ты куда?» «Ой, ты зачем?» Но через мгновение она кивнула. — Ага. Просто думаю, что ты странная сегодня. — Сегодня? Он хмыкнул, будто готовится выдать что-то очень «умное». — Окей, странная чуть больше, чем обычно. Николь лишь цыкнула и показала Майку фак, на что тот молча обернулся назад и больше не поворачивался. Оно и к лучшему, задолбал. Через время она остыла, Майк перестал бесить, ну и, наконец-то, девочка смогла подумать о том, что ей нужно — найти тот мир, с этим «монстром». Может, он и не монстр, как его описывают. Николь не знала, что ищет — место, ответ, монстра или просто… ощущение чего-то настоящего. Её будни были серыми. Даже среди этих странных ребят, её новых друзей, она оставалась как бы сбоку. Словно в сериале, где все играют главные роли, а она — случайно попавшая в кадр. Она смотрела, как мальчики смеются над глупыми шутками, как Макс и Оди шепчутся между собой. Она была здесь. Но всё равно чувствовала себя чужой. Вечер подходил к концу. Кто-то залипал в комиксы, кто-то уже начал зевать. Николь взяла свой рюкзак и, не особо попрощавшись, вышла на улицу. Майк что-то крикнул ей вслед, но она даже не обернулась. Хватит на сегодня. :таймскип: Ночь в Хоукинсе всегда казалась ей странной. Тихой. Слишком. Луна, казалось, намеренно избегала этого города. Дома, деревья, улицы — всё будто застывало после девяти. Только ветер. И редкие огоньки окон. Николь шагала вдоль дороги. Неспешно. Она знала, куда идёт. В глубине, где-то под кожей, в голове, в груди — было ощущение: надо туда. Она не могла объяснить. Но ноги несли её. Лес. Уилл провёл там дни. Пропал. Ей почти никто не говорил об этом прямо, все понимали — у Уилла травма, ему будет неприятно. Ей говорили лишь, что он пропадал, и его нашли. В общем, поверхностно. Но что именно с ним случилось, не рассказывал никто. Оди и Майк, конечно, знали лучше всех. Николь перешагнула через старую ограду. Ветки хрустели под ногами. Туман, лёгкий, как пыль, поднимался от земли. Фонарика у неё не было — только пару спичек, которые она захватила из дома. Свет от них казался нелепым в этой черноте. — Это просто деревья, просто тени. Просто твои мысли, — прошептала она себе, но всё равно крепче сжала плечи. Она шла всё глубже. Остановилась. Что-то не так. Не было ни шороха, ни звука. Даже ветер стих. И снова — тот самый воздух. Густой. Словно сама реальность чуть провисла. Она сделала ещё шаг — и замерла. Спичка жалостно заморгала и потухла. — Блин… — она достала коробок спичек и зажгла новую. Перед собой она увидела лишь дерево, но оно было странным… каким-то, не таким, как обычно. Она подкралась ближе — и вот, то, что она искала: те самые «врата» — огромная, слизистая и мерзкая дырка. Запах исходил — мягко говоря, не очень. Но это то, что она искала. — Оно. Девочка выдохнула и с удовольствием, и с чувством победы просунула руку туда, но не с первого раза вышло. Первый слой — просто слизь, другие — как стенка из кожи. Ужас. Она всё-таки пробилась, и её рука полностью оказалась в этой густой темноте, где маленькими кусочками шёл… снег? Пыль? Что это, чёрт возьми, такое? После её руки она начала пролезать и сама в это отверстие. Не очень-то и приятно это выглядело. Когда она уже полностью пролезла — была вся в слизи непонятно кого… липкая и грязная. Как только она оглянулась по сторонам — застыла на месте и была в непонимании. Это был тот же самый лес — только всё вокруг было тёмно-синее. В небе шторм, какие-то страшные звуки. Но это было в точности место, откуда девчонка и вылезла. Только всё заросшее и в этой мерзкой слизи… — И что это такое, мать твою? Она не на шутку испугалась и начала очень жалеть о содеянном. Но было слишком поздно. Ноги и разум кричали: «Нельзя отступать!» И она лишь смирно пошла, хотя понимала, что выхода нет. За ней никто не вернётся, даже не узнает, что она тут. Вот дура. И ведь взаправду никому не сказала. :таймскип: Она уже дошла до середины Хоукинса, выбравшись из леса. Она была уверена — ещё пару часов тут, и она сойдёт с ума. Всё идентично, но окна разбиты, двери выбиты. Вместо светлого неба и яркого освещения от солнца — лишь шторм и тёмно-синий воздух с пространством. В небе что-то красное, чёрное, огромное и очень жуткое. Она быстро поняла, что это была странная идея, но что-то её тут держало. Она не хотела отступать — хотя понимала, что этому всему скоро конец. И ей самой.  — И гд… Не успела она договорить, как услышала всхлипы и шорох из соседней стороны. Николь быстро обернулась — и увидела то, чего и… ждала. Он был… другим. Демогорген не выглядел как обычное чудовище из фильмов. В нём не было тупой ярости или бездумной агрессии. Он двигался не как зверь, а как хищник, уверенный в себе. Медленно, точно, почти красиво. Будто знал, что у него есть всё время мира. Тело — высокое, сухое, вытянутое. Мышцы под кожей будто переплетались с чем-то чужим, органическим, как у растения. Голова — без глаз, вместо лица — цветок из плоти, раскрывающийся в лепестки. И в каждом — зубы: мелкие, острые, частые. Неестественно правильные, будто у машины. Его кожа — чёрная, серая, местами багровая, словно влажная и склизкая, как после дождя. Но ни капли воды не падало — это был он сам, живой, как гриб, как что-то, что выросло не из природы… а из гнили. Но больше всего Николь зацепило не это. Он смотрел на неё, хотя у него не было глаз. Она чувствовала — он изучает. Не бросается, не рычит. Просто стоит. Смотрит. Внимает. И в этой тишине… он казался не монстром, а кем-то, кто тоже ищет. Николь стояла. Она видела его. Голова пульсировала. Всё происходящее кричало: «Беги!», — но она стояла. Как дура. Он сделал шаг. Тяжёлый, с хлюпающим звуком. Она не отступила, только глубже вдохнула. Он был рядом, почти на расстоянии вытянутой руки. — Ты… правда существуешь, — прошептала она. Не вслух — внутри себя. Он будто услышал. Его голова — или то, что её заменяло — наклонилась. Николь вдруг поняла: он смотрит. Как? У него нет глаз. Но она чувствовала на себе его взгляд — изучающий. Острее ножа. Глубже ночи. Он начал обходить её по кругу. Тяжело ступал. Слышался шорох мха под ногами. И она — вдруг ясно — почувствовала, что не одна в этом теле. Что он чувствует, как она дышит. Как замирает сердце. Как ей не страшно, а интересно. — Ты думаешь. Ты не просто хищник. Она повернулась за ним. Не резко — просто следила. Рука сама поднялась. Медленно. Не угрожающе. Не для удара. Он замер. «Лепестки» слегка дрожали. Как будто он… чувствовал тепло? Внимание? Медленно, очень медленно он приблизился. Его коготь — тонкий, как лезвие — чуть-чуть коснулся её пальцев. Остро, лёгким нажимом. На коже будто прострелило электричеством. Но она не дрогнула. Контакт. Одно короткое прикосновение. И всё. Он отступил. Два шага назад. Потом ещё — и исчез в тумане. Тихо, как будто растворился. Осталась только тишина и её дыхание. Николь опустила руку. На пальцах — красная, будто ожоговая метка. Не кровь. Не царапина. Что-то иное. Тёплое, пульсирующее. — Он… не убил меня, — выдохнула она громко. И улыбнулась. Наконец-то. Что-то настоящее. Но она быстро понимала, что стоит выбраться с этой дыры — и как можно быстрей. Девочка со всей дури рванула к тому дереву. Но там… ничего не было? Что? Она не на шутку испугалась и словила приступ паники. Но не как все — она была не рассеяна. Быстро сообразив ситуацию, она рванулась прямиком в город. Обыскивала всё в поисках «ворот»: обыскала дом Уилла, Майка, всех её друзей, обыскала полицейский участок, библиотеку — пусто. Ничего нет. В последнюю очередь она вспомнила про школу, и, отчаявшись в порывах паники и нарастающих слёз, рванула туда. Она знала этот город как свои пять пальцев. Забежав в школу — было очень странное чувство. Всё синее, в слизи, без людей… Она прошла на второй этаж по лестнице, к главному залу — но там пусто. Она пробежала все кабинеты, но там лишь были обычные стены и щупальца этого места. Николь, отчаявшись, уселась на пол и, прижав руки к своим коленям, просто молча начала плакать. Пока не услышала какой-то звук. Очень громкий, который резал ей уши — хотелось взять подушку и придушиться ей, чтоб не слышать это. Она резко вскочила и в порыве эмоций выбежала в зал, откуда и доносились звуки. Но ничего не было. И никого. Уже почти развернувшись, она увидела красный свет. Знакомый. Где-то она его видела. Она резко обернулась — и заметила огромную дыру в стене. Не такую огромную, как вы себе представили. Чуть меньше, чем её рост. Она подбежала — и по пути зацепилась за пол. — Вставай, дура! — крикнула она сама себе и, резко вскочив, подбежала к дырке. И вот — это была та самая дырка, через которую она сюда и попала. Она резко вытерла слёзы рукавом и просунула свою руку — опять же-таки, было невыносимо мерзко, и хотелось вытянуть руку обратно. Но она понимала — желание жить доминирует. После пробитой дырки в этой… ткани? Дырке? Она быстро и шустро пролезла, лишь напоследок обернувшись. Но последнее, что она увидела — того чудика. Демогоргена. Она с ещё большим страхом отбежала от дырки, попятившись назад. И на её глазах она затянулась — и след простыл. Будто бы она сходит с ума. Но она была уверена — это правда. Но тут её мозг заполонила более важная мысль: она — в школе! Мать вашу, в школе! В таком виде, в таком месте! Она побежала к выходу из зала и, выйдя на задний двор школы, уселась на пень. И только спустя время она заметила, что на улице всё ещё темно — так же, как и было. И в её голову резко ударила фраза, которая всплыла в голове от Оди: «Потому что время в Изнанке… другое. Там неделя — как один вдох у нас». Девочка пришла в шоковое состояние, когда осознала, что время почти не двинулось. Единственное, что она могла предпринять — она побежала со всей силы к дому Майка, где сидели её друзья. Она была вся в грязи, слизи и… крови? Откуда? Это её наименьше всего волновало на данный момент. Вбежав в дом, все обернулись на неё, и после пары секунд — у всех поменялись лица. Майк и его команда мальчиков — просто были в шоке и не понимали. Макс — тоже. И лишь лицо Оди отличалось. Она поняла, что случилось, но лишь молча отвела взгляд. — Что случилось?! — обеспокоено выкрикнул Уилл, будто единственный тут в недоумении. Следом подключились и все мальчики. — Терт, что эт… — Что случилось?! — выкрикнул Майк, пытаясь перекрикнуть Дастина, который даже не закончил. И нет, он не волновался за Николь, он волновался, что его родители увидят её в таком состоянии, и будет очень много вопросов. Ведь он за «главного», потому что это всё у него дома. Николь лишь молча поднялась вверх, чтобы пойти в ванную. Но её опередил парень: — Нет! Нельзя, чтоб тебя так видели, — брюнет подбежал к лестнице. — И что ты мне предлагаешь делать? — лишь недовольным тоном произнесла девчонка, на что Майк лишь фыркнул и задумался. А правда, что делать? — Пойдём ко мне, я недалеко живу, — произнёс Дастин шепелявым голосом, у него нет пары зубов — Беззубый. — Нет уж, откажусь. — А что ты предлагаешь делать?! — произнёс уже истеричным голосом Майк. Но девочка призадумалась, и, вместо того чтоб отнекиваться, лишь молча согласилась. :тайм скип: Она приняла душ и, одевшись, вышла в коридор. Она глянула на мальчика и, накинув куртку, молча вышла из дома. — Ты куда? — он лишь крикнул ей это вслед. — Домой. — Нет, пошли к Майку. Николь цыкнула и, поняв, что просто так «сухой» из воды она не выйдет, перенаправила в сторону и попёрла к Майку в дом. «Что за кретин? Сейчас ночь поздняя, а он всё ещё сидит? Как его родители не прогнали?» — подумала девочка, подходя к дому Майка. И вот, они уже у дома Майка. Она больше не вся в слизи, а в нормальном состоянии. Только башка мокрая — пофиг. Она вошла на порог, и первое, что она услышала, зайдя внутрь, было, конечно же: — Жесть, что случилось? Ты была в Изнанке? — спросил Майк. После его слов обернулись все и смотрели прямо на Николь. — Да, — выдохнула спокойно она. — Как ты выбралась? — тихо спросила Оди, будто единственная понимала опасность этого жуткого места. — Там была… дырка? — неуверенно покачала головой девочка. — И… через слизь и всякую другую гадость я вышла. Она с отвращением начала прокручивать эти моменты, когда думала, что это конец, и до конца своих дней — она останется там, в Изнанке. В ебанной Изнанке. — Николь, мы можем поговорить? — произнесла Оди, словно и без слов догоняла ситуацию. — Ага. Она молча поднялась по лестнице, и, как только Майк захотел заикнуться, она лишь захлопнула дверь и направилась в ванную. Майк ахуел. Оди, лишь усмехнувшись, поднялась следом за ней, постучав в дверь. — Заходи. — Ага. Что случилось? — Ну… Она пыталась всё вспомнить, но будто бы мозги отшибли. Отчасти так и есть. — Этот… монстр, он не набросился на меня. Он… изучал меня? — начала она свою историю. — И… когда подошёл вплотную, оставил это. Она открыла для девочки свою руку, где была пометка от него. Демогоргена. Та лишь взяла её за руку и начала рассматривать, будто бы впервые видит царапку. — Странно. — Да! Я думала, уже конец… но… Она чуть погрустнела. — Он не похож на монстра… он будто бы другой… Её подруга лишь напряглась и с поднятой бровью посмотрела на неё с вопросом: что? — Да, бред. Но я чувствую — он не такой, как вы думаете. Оди лишь молча хмыкнула. — А… ну. — Можно я пойду? — спросила девочка и встала со своего места. Николь посмотрела на неё с непонимающим лицом. — Э… Иди. Оди молча ушла и закрыла дверь, оставляя Николь одну. А она лишь задумалась ещё больше. — Почему он меня не тронул? Что со мной не так? Или с ним?.. — подумала она вслух. Следующие дни её не покидала мысль о нём. Да, бред. Но что-то её зацепило. Но — она не знала, что… Продолжение следует