Тайна страсти

      Древняя Корея. Нередкие войны между государствами и, конечно же, у многих правителей есть и свои информаторы. Без них совершенно никак. Только в королевстве Юнги такие пресекались быстро, не позволяя провести внутри деревни и дня. А ко дворцу уж тем более не подступиться. И все почему? Даже местные жители не понимали, как их правитель так легко находит лишнего?       А ответ к этой загадке прост. Его информатор действительно профессионал, ведь за несколько лет не удалось выяснить, кто же этот благодетель.       Поздней ночью в покои к правителю входит он. Юнги его ждал достаточно долго. Днем информатор не появлялся, поскольку был договор: их время — ночь. Ночь — время переживаний, волнений. Для них еще и время откровений. — Наконец-то, — оборачивается Мин, взглянув на него. — Заждались, Ваше Высочество? — усмехнулся парень, приземляясь в кресло. На лице его играет улыбка милая, яркая, а еще много чего скрывающая. — Хватит ёрничать, Хосок. — Юнги шёл прямиком с балкона в сторону своего информатора. — Какого черта так долго? — Ох, ну простите, — ухмыльнулся довольно Чон, взяв в одну руку кубок. Только ему дозволительна такая наглость. — Спешу сообщить, что планируется бунт. В деревню проник чужак, который подначивает всех против тебя. — он отпивает из кубка вино, смотря своими глазами за шагами правителя. — Кто? Имя. Из какого королевства? — рыкнул Мин, не сильно обрадовавшись этой новости. — Ким Тэхен. У него еще татуировка тигра на шее. — Наследник Ким. Вот же сволочь. Только власть получил, уже лезет куда не просят. — Тот самый милый мальчишка? Не ожидал, конечно. Хотя.. Каковы родители, таков и сын, — хмыкнул Хосок, отставив кубок и осматривая уже привычный интерьер покоев Юнги. Убранство в золоте, покои темные. — Он не милый, Хосок. Тэхен ужасно хитер как Сокджин. Один в один. — Юнги убрал часть свитков по местам, решив оставить этим мысли на потом.       Хосок поднимается с места, подходя к правителю, пока он и не слышит этого. Или делает вид, что не слышит. — Как думаешь, стоит ли сейчас говорить о них? — голос Чона всегда сладкий словно патока. Растекается в крови, лишая здравых мыслей. — Вы слишком много нервничаете, Ваше Высочество. Наслышан, что к вам в покои уже давно никто не заходил. — руки Хосока ложатся на плечи Юнги, мягко массируя их. И все же был один нюанс в их отношениях — Чон выше. Это удобно, но бесило Юнги. — Может быть стоит немного расслабиться? — приблизившись к уху правителя, Хосок обхватывает одной рукой его шею, заставляя поднять голову.       Из уст Юнги доносится тихий стон, а длинные светлые волосы рассыпаются по плечам. Невероятно красиво, а главное, что сильнее заводит. — Что-то добавишь, Юнги-я? Или перейдем к самому главному? — Чон дразнит. Испытывает терпение. Знает, что Юнги любит действия, а не разговоры. — Хосок, быстрее, — фыркнул он, чувствуя, как чужие руки снимают роскошное одеяние, а потом, как самое, что не есть, драгоценное в его жизни, опускает на кровать, нависая над ним.       Юнги с особым удовольствием и радушием принимает все поцелуи, что расходятся по шее, плечам и ниже. Но скучать ему не дают. Руки Хосока ловко обхватывают чужие бедра, устраиваясь между ними и сжимая. Хосок знает, как сильно нравится Юнги, если все сделают за него.       С каждым элементом одежды, покинувшим их тела, обстановка накалялась сильнее. Она располагала к себе. Тянула их друг к другу как магнитом. Хосок в последнее время действительно заходил не часто, от чего Юнги стал тосковать и ходить совсем хмурым. Но сейчас в умелых руках Чона он был более, чем доволен.       Гель из каррагинана всегда лежит поблизости. Мин никогда не знает, когда придет его информатор. Сам к себе не прикоснется, слишком много мороки и "Хосок сделает в несколько раз лучше". Каррагинан же переправляли через поставки из Китая. В частности именно этот гель по личному заказу Юнги. А для личных утех или кому-то, уже не дело чужих. — Ты так прекрасен, Юнги-я, — улыбался Хосок, оставляя дорожку из поцелуев на плечах Юнги, одновременно проникая одним пальцем. Все же отсутствие информатора долгое время сказалось на том, насколько же сейчас узок вход. Словно в первый раз. Хосок разрабатывает медленно, тягуче, давая насладиться каждой минутой. Каждый стон Юнги был тихим, порой отрывистым, но от этого не менее красивым.       Последующая подготовка давалась уже не так тяжело. Анус Мина поддавался на каждое движение пальцев Хосока, вызывая табун мурашек и столь приятные и желанные ощущения. Но все же, Чон Хосок не будет собой, если не заставит своего Правителя немного помучиться от этих самых пальцев. Ему нравилось доводить Юнги до всхлипов, которые сам Мин не выносил, но его выдержка всегда ломалась под натиском Хосока. — Как самочувствие, Ваше Превосходительство? — хмыкнул Чон, намеренно попадая по необходимой точке, тем самым вызывая более звонкий и яркий стон, что эхом раздается в покоях, не выходя за их пределы. — Хосок! — вскрикнул Мин, выгнувшись в спине. — Прекрати неме.. — его перебивает очередное давление по простате, превращая речь в смешанный комок из слов. — Что-что? Простите, Ваше Высочество, я немного не расслышал, не могли бы вы повторить? — Чон умело орудует пальцами, замены ему не найти, это уж точно. Юнги это знал, хотя порой и было невыносимое желание придушить его. Юнги на него недовольно взглянул и только недовольный рык смешался с очередным стоном. Протяжным и столь нежным. Хосоку нравился такой Юнги. Разнеженный, растрепанный, со сбитым дыханием. Что может быть лучше?       Пальцы покидают и без того замученного Юнги, сменяя их на нечто большее. Чон нависает над Правителем, опираясь руками по обе стороны от него. Волосы Юнги рассыпаны по кровати так аккуратно, а в слабом освещении они отражали блеск будто золото.       Мин расстроено смотрит, когда чувство наполненности оказывается утеряно. Но тут же эту пустоту заменяет Хосок, медленно погружаясь в него полностью. — Чон! — вскрикнул Мин, вцепившись в плечи Хосока. Ногти оставили слабые отметины, но это не критично. Юнги можно все, точно также, как и Хосоку позволен любой доступ к Правителю. — Капризные нынче короли пошли, — усмехнулся Хосок, совершая пробный толчок и слыша довольное мычание Юнги. — Медленно и нежно или быстро и грубо? — Мм, не знаю. — вновь показывает свой характер Юнги. Он не любит решать. Только если это не касается королевства. Но с Хосоком. С ним он любит отключать свой разум, ведь все сделают и решат за него. — У вас был выбор, Ваше Высочество, — хмыкнул Чон. Он полагал, что услышит именно такой ответ.       Темп изначально размеренный, медленный, но только для того, чтобы разнежить его, задурманить разум, прежде чем извести окончательно. Хосок хитёр не только в своей работе, но и наедине с Юнги. И Мин в очередной раз попался на уловку, срывая голос от темпа, что набирал обороты с каждым разом без шанса улизнуть. Твердая хватка Хосока просто не даст этого сделать. — Я слышал, что вы совсем обозлились в последнее время, Ваше Высочество, — хмыкнул Хосок, сжимая бедра Юнги и попадая четко по простате. — Х-хосок, п-п.. Ах! — руки вцепились в спину его подчиненного, оставляя красные полосы вдоль лопаток. — Ох, неужели вы еще в состоянии говорить, Ваше Высочество? — следом за вопросом темп становится грубее, резче, а слишком частое соприкосновение с заветной точкой выжимает из Юнги последние силы.       Перед глазами звезды от того, насколько их дурманит долгожданный оргазм. То, о чем бредил Юнги последние несколько недель, и наконец-то он получил желаемое.       Хосок ощущает это приятное давление. Все же он слишком любил Юнги, а провести с ним время, удовлетворяя его капризы — мечта. Хосоку нравился этот капризный Юнги. В частности доводить его до того состояния, когда он еле говорит. А может и вовсе только мычит.       Чон выходит из тела Юнги, оставляя лишь приятную пустоту. Много времени на небольшой приход в себя не потребовалось. Все же нужно позаботиться прежде всего о Юнги.       Сам Мин только лениво поглядывает и довольно улыбается, как Хосок нежно и мягко стирает их последствия любви влажным полотенцем, оставляя легкие поцелуи на его бедрах. — Я надеюсь, что ты больше не будешь меня оставлять на такой долгий период, Хосок, — фыркнул Юнги, притягивая информатора к себе ближе. — Постараюсь, Ваше Высочество, но ничего обещать не могу, — улыбнулся привычно Хосок, заключая Юнги в свои объятия. — Как сильно я люблю тебя, Юнги. Даже такого капризного. — Так может за мои капризы и полюбил? — ухмыльнулся Мин, чувствуя, как пальцы Хосока приятно зарываются в его золотистые волосы. — Может быть и за них, Юнги.       И все же засыпать в объятиях друг друга куда приятнее, нежели в гордом одиночестве.