Не отпускай меня

На улице постепенно теплело – весна начала заявлять о себе и радовать приятной погодой. Холодный ветер сменялся на более теплый, и вместе с тем яркое солнце все сильнее припекало. Ён Хи после недавней панической атаки с новыми силами принялась за подготовку к экзамену. Хоть до него оставалось еще много времени, девушка уже активно прорешивала тесты и ходила в подготовительную школу, находившуюся неподалеку и имеющая не слишком завышенный ценник, так что родители могли себе позволить оплачивать эти занятия, хоть и всего дважды в неделю. Но и этого было достаточно, ведь Чон всегда училась хорошо, и школьная программа для нее не казалась сложной. По правде говоря, она справилась бы и сама, но с репетиторами было просто-напросто спокойнее. – Ён Хи, тебе надо поесть, ты уже несколько часов с этими тестами не расстаешься, – говорит отец, усаживаясь за столик на веранде перед закусочной рядом с дочерью. Погода позволяла поставить столики на улице, что хозяева, собственно говоря, и сделали. Ён Хи нравилось заниматься здесь, потому что свежий воздух хорошо помогал сосредоточиться, хотя теплая погода, наоборот, в противовес соблазняла девушку все бросить и ничего не делать. К счастью, выдержки и внутренней дисциплины у неё было достаточно для того, чтобы этому соблазну не поддаться. – Да-да, я только дорешаю, – бормочет Ён Хи, отмахиваясь от мужчины, всем видом показывая, чтобы тот ей не мешал. – Хотя бы чай попей, отвлекись, – все же не теряя надежды, говорит он, однако смиренно встает со стула и удаляется обратно внутрь помещения, чтобы помочь жене обслужить немногочисленных клиентов. Ён Хи все же сдается и поднимает взгляд на стоящую перед ней кружку, после чего обхватывает двумя руками и делает глоток горячего травяного чая, что неприятно обжигает язык и горло. В висках ощущается неприятная пульсация от количества решенных заданий по математике, которой Ён Хи уделяла особенное внимание, поскольку планировала поступать на техническую специальность. Перед глазами уже плыли и текст, и цифры, так что любые последующие попытки что-то решить вряд ли бы увенчались успехом. «Пожалуй, на сегодня и правда хватит», – тяжело вздохнув, она отставила кружку в сторону, чтобы убрать со стола книгу и исписанные вдоль и поперек тетрадные листы. Заморачиваться и складывать их аккуратно не было ни желания, ни сил, поэтому Ён Хи просто сгребла все в кучу и отодвинула к краю стола, расположив тяжелую книжку с тестами сверху, чтобы листы не улетели при первом же дуновении ветра. – Привет, подруга, как подготовка? – прямо над ухом раздается голос Хёнджуна, после чего его лицо появляется в поле зрения девушки, так как он быстро, но вальяжно и ненавязчиво, присел рядом, по излюбленной привычке ставя очередную новую сумочку на стол. – Ты прям как сорока, – оглядывая аксессуар с блестящей цепочкой, говорит Ён Хи и усмехается. – Прошу без зависти, родная, – отмахиваясь, как от надоедливой мухи, отвечает на язвительное замечание подруги рыжий, – Ни привета, ни ответа, я в шоке. Лишь бы задеть мое самолюбие. – Ой, будто тебя так сильно заботит мой процесс подготовки. Говори зачем пришёл. – Какого ты ужасного мнения обо мне, – восклицает Хёнджун и обиженно отворачивается, всем видом намекая на то, что Ён Хи нужно извиниться. Та, конечно, не противиться и говорит то, что парень хочет услышать, лишь бы быстрее успокоился. – Извинения принимаются, – сухо кидает он и поворачивается обратно лицом к подруге, – Но справедливости ради, я пришел попроситься на ночевку. Один день, – гнев сменился на милость, и Хёнджун уже смотрел на девушку молящим взглядом. – Ты снова поругался с отцом? – интересуется Ён Хи, хоть и уже знает ответ. Хёнджун из небольшой, но достаточно влиятельной семьи. Мама казалась Ён Хи приятной женщиной, по крайней мере она так себя показывала те немногие разы, когда девушке удавалось побывать в гостях у друга, да и сам парень плохо никогда не отзывался о родительнице. Про отца ничего хорошего сказать было нельзя, поскольку он был какой-то важной шишкой в правительстве, но Хёнджун никогда в подробности не вдавался – ему было всё равно. Он, как и требовалось от него, старался не отсвечивать нигде на публике, чтобы не вызвать народных возмущений и всеобщего порицания, однако его внешний вид не всегда соответствовал ожиданиям главы семьи. На этой почве и случались стычки, в результате которых Хёнджун просто уходил из дома и несколько дней ютился в маленькой комнате лучшей и единственной подруги. – Ой, даже не хочу говорить об этом, – парень всегда старался делать вид или, может, так он просто убеждал себя в том, что ему абсолютно все равно на эти ссоры и мнение отца, однако совершенно очевидным было то, как больно было ему каждый раз. Ён Хи, конечно, все это видела, но в душу без приглашения не лезла, вместо этого старалась быть рядом и дарила столько поддержки, сколько могла. В прочем, любовью в доме Чон Хёнджуна окутывали все члены семьи. – Иди переоденься, а потом будем ужинать, – говорит Ён Хи, поднимаясь из-за стола, – И захвати вот это, кинь где-нибудь в комнате, но не на пол! – девушка вручает рыжему стопку бумаги прямо в руки, когда он также поднимается, отчего немного тянется вниз вслед за весом макулатуры. Сцена, конечно, была несколько преувеличена в силу особенности характера Хёнджуна, однако стопка в действительности была тяжелой. – Совсем не жалеешь своего бести, – хнычет он, но всё же плетется за подругой, которая отправилась на кухню оповестить родителей о госте. В закусочной, как и обычно, царила ужасная духота, от которой моментально бросало в жар после весенней вечерней прохлады на улице. Мама и папа Ён Хи в поте лица трудились на кухне и, кажется, кое-как справлялись, поэтому девушка, по зову совести, спросила, чем может помочь. А помочь, к её сожалению, было чем. – О, ты, наконец, закончила, – радостно говорит женщина, чуть отвлекаясь от готовки, – Ставь кружку в раковину, потом разберемся. – Ён-и, дорогая, подменишь меня на кухне? А я отвезу заказ, а то там курочка уже стынет, – просит мужчина с мольбой в глазах, на что Ён Хи морщится. – Блин, давай я лучше отвезу заказ. Он же только один? – темноволосая подходит к пакету и смотрит на бирку, в которой указан адрес, – Тем более совсем недалеко, я справлюсь. – Дорогая, ты уверена? – обеспокоенно спрашивает мама, хватая дочь за руку, чтобы та посмотрела ей в глаза, – Может ты лучше со мной на кухне, тут? – И правда, Ён Хи, ты даже не до конца восстановилась, – к диалогу подключается не менее обеспокоенный отец. – Эй, ну хватит носиться со мной, как курица с яйцом, – возмущается девушка, – Все нормально, тем более я уже ездила пару раз на мопеде и мне уже не так страшно. – Но…, – не унимается мама, однако Ён Хи ее моментально перебивает. – Мам, все будет хорошо, я обещаю, – она берет руки женщины в свои и смотрит прямо в глаза, – Я же должна как-то возвращаться к нормальной жизни и помогать вам с доставкой. – Это наш бизнес, и ты нам ничем не обязана, – вмешивается отец. – Ну всё, хватит, вас сейчас вместо мяса съедят недовольные клиенты. Я буду на связи и, если что – сразу позвоню, – Ён Хи хватает пакет, целует маму в щеку и вылетает так быстро, насколько ей позволяет нога, чтобы родители не успели еще что-то возразить. После аварии, случившейся чуть меньше года назад, в которую она как раз попала на чертовом мопеде по вине водителя на дорогой машине, решивший не соблюдать правила и проехать на красный, девушка боится ездить на мопеде. Ей очень повезло, если это слово применимо к данной ситуации, – она отделалась лишь серьезным переломом ноги, после которого приходится восстанавливаться до сих пор, трещиной в позвоночнике и легким сотрясением – голову спас шлем. Именно из-за этого Ён Хи и завалила экзамен: больницы сменялись судебными разбирательствами с водителем, который, конечно, вышел сухим из воды, отстегнув приличную сумму денег. Семейство Чон не стало идти наперекор избалованному богатею, просто приняв предложенную сумму денег, потому что в ином случае для них все могло закончиться плохо. Первое время, когда Ён Хи, наконец, вернулась к обычной жизни, она вообще на мопед не садилась, но прошло какое-то время и перебороть страх на какую-то часть у неё все же получилось. Вот только теперь ездит она очень медленно и максимально аккуратно, насколько это вообще возможно. – Ничего не бойся, просто будь аккуратнее и смотри по сторонам, – шепчет девушка себе под нос, садясь на мопед и надевая шлем. Ещё несколько секунд она собирается с мыслями, прежде чем завести мотор. *** – Простите за опоздание! Возьмите ваш заказ, – Ён Хи протягивает пакет, когда она, наконец, смогла добраться до пункта назначения, хоть и не без труда. Дверь неспеша открылась и из квартиры, надо заметить, находящейся в приличном районе, который сильно отличался от того, в котором жила девушка, посыпались ругательства. – Черт, почему так долго? Чтоб я еще раз…, – высокая девушка, вышедшая принять заказ, запнулась на полуслове, увидев ту, кто перед ней стоит, – Ён Хи? – Простите за опоздание, возьмите ваш заказ, – повторяет Ён Хи еще раз, чуть тряхнув пакетом перед глазами клиентки, которой по невероятно «счастливому» стечению обстоятельств оказалась Сэ Бёк, при этом ни на секунду не стирая улыбки с лица, хотя теперь удерживать ее было труднее. Девушка приходит в себя и, в конце концов, забирает пакет, после чего Чон спешит удалиться подальше, чтобы избежать лишнего разговора. В этот раз спасаться придется самой, и никакой Хёнджун не придет на помощь. «И когда она сюда переехала?» – мысленно возмущается Ён Хи, параллельно проклиная то, что вообще настояла на доставке. – Стой, – Сэ Бёк хватает уходящую бывшую за руку, пытаясь удержать ее на подольше, – Давай поговорим. – О чём? – Ён Хи вздыхает и сдаётся, понимая, что так или иначе диалога не избежать. Она полностью поворачивается и смотрит снизу вверх прямо в чужие карие глаза. – Давай зайдем ко мне, я живу одна, – Сэ Бёк смотрит молящим взглядом, сжимая руку сильнее, – Пожалуйста. – Ладно, у тебя пять минут, а то у меня еще куча заказов, – врёт Ён Хи, чтобы точно не задержаться. Они проходят в просторную тускло освещенную квартиру. У входа был встроен большой шкаф-купе с зеркалами вместо дверей, а далее следовал небольшой коридор с тремя развилками. Сэ Бёк пригласила Ён Хи в кухню-гостиную. Хозяйка квартиры включила основной свет и теперь гостья смогла нормально разглядеть светлый кухонный гарнитур, небольшой круглый стол, а также уютно обустроенную гостиную в таких же светлых оттенках. Везде очень чисто и приятно пахло, в стиле Сэ Бёк. – Так, о чем ты хотела поговорить? – Ён Хи аккуратно садится за стол, боясь даже представить сколько вся эта мебель может стоить. Вообще в общество богатеев, которые её окружали всю старшую школу, она попала случайно. Просто то была единственная адекватная, которая находилась не слишком далеко. Родители, понятное дело, не хотели отдавать ее в совсем пропащую школу, тем более с такими-то оценками, поэтому пришлось ходить в такую. Нельзя сказать, что это был негативный опыт, потому что учились там не только подобные Сэ Бёк, Сэ Ми или Хёнджуну, но и менее статусные и даже такие как сама Ён Хи. Вот только угораздило ее все же сблизиться именно с этими тремя. – Мне так жаль, – начала Сэ Бёк после недолгого молчания, – Прости, что всё так сложилось. – Уже два года прошло, – вздыхает Ён Хи. Извинения ей были не нужны, потому что обиду она и правда не держала. Вместо этого хотела лишь оставить прошлое в прошлом, правда, пока получалось совсем плохо, – Я уже всё забыла. – Ты даже не спросишь почему? – искренне недоумевает Сэ Бёк, на что гостья лишь пожимает плечами. – А какая уже разница? Изменить мы все равно ничего не сможем. Ты уже сделала то, что сделала. – Тогда, могу ли я рассчитывать на то, что мы снова начнем общаться? – дрожащим от волнения голосом спрашивает хозяйка квартиры. Такая уверенная и холодная Кан теперь тряслась от переживаний, словно загнанный щенок в угол. Такой она была только с ней. – Зачем? Сэ Бёк, ты сделала свой выбор два года назад, так зачем пытаться склеивать разбитую вазу? – Ён Хи не хочет продолжать разговор, поэтому встает с места и собирается покинуть квартиру, однако Сэ Бёк её нагоняет, снова хватая за руку, снова чтобы не дать уйти. – Пожалуйста, я не прошу многого. Простое общение, – все тот же молящий взгляд, – Прошу, дай мне шанс. – Опять будешь скрывать меня ото всех? – девушка устало выдыхает и вырывает руку из твердой хватки. Сэ Бёк отрицательно качает головой и зарывается одной рукой в короткие волосы, сильно натягивая их, чтобы отвлечься от душевных переживаний и переключиться на физическую боль. – Я больше не общаюсь с матерью, поэтому скрываться не нужно, – как-то виновато говорит она и отводит взгляд в сторону. – Ладно, какая мне вообще разница? – спрашивает скорее у самой себя Ён Хи, – Мой номер не менялся, так что можешь писать. Но если будешь пытаться зайти дальше простого общения, то в этот раз порву все связи я. – Хорошо, – Сэ Бёк, конечно, соглашается на условия и, наконец, отпускает гостью. В действительности, сейчас ей было достаточно только этих договоренностей, однако она искренне верила в то, что сможет переубедить Ён Хи в собственных суждениях. Не зря же она все это время хранила её номер. Гостья быстро прощается и уходит, в то время как Сэ Бёк провожала её взглядом, пока та не скрылась за поворотом, ведущим на лестницу. Фигура девушки исчезла и вместе с собой забрала все чувства, что Кан испытывала. Внутри лишь опустошение и, наверное, безысходность. «Как же я скучаю, Ён Хи…», – думает она то, что так хотела сказать, но так и не решилась. В руке вдруг завибрировал телефон, выводя из транса, в который она впала, глядя в глубь коридора. На экране светилось «Папа», так что Кан тут же ответила на звонок и вышла из квартиры, закрывая за собой дверь. Внутри находиться не хотелось, вместо этого Сэ Бёк не хватало немного воздуха и прохлады, которая помогла бы освежиться и, в конце концов, прийти в себя. – Привет, пап, – начинает она, опираясь на балконное ограждение, чуть вытягиваясь вперед, чтобы посмотреть вниз. Зачем? Сэ Бёк и сама не знала, однако по привычке делала так всегда. – Привет-привет, – радостно здоровается мужчина в ответ, – Как у тебя дела? Я перевел денег тебе на карту, видела? – Всё хорошо. Видела, спасибо, – Сэ Бёк по очереди отвечает на каждый вопрос, как всегда спокойным ровным тоном. – Ты хорошо кушаешь? – отец спрашивал это не для галочки, а потому что действительно беспокоится за дочь. Он прекрасно понимает, что, кроме него, о ней некому позаботиться. Сэ Бёк пришлось порвать все связи с матерью, но совсем не по собственному желанию. Просто её мать оказалась слишком самовлюбленной и с очень раздутым эго настолько, что даже не смогла принять факт того, что её дочь поступает на медицинский факультет, чтобы пойти по стопам отца, а не за нереализованной мечтой своей матери. – Да, пап. – Сэ Бёк, ты мне звони почаще. Ты же знаешь, я всегда жду тебя, – радостный тон отца сменился на чуть более спокойный и, кажется, даже грустный, – Я скучаю. – Я тоже, – девушка поджимает губы и делает глубокий вдох, чтобы не заплакать, хотя противные слезы уже белой пеленой застилали глаза, – Но ты же знаешь, у меня учеба. Обещаю, что приеду на каникулах. – Конечно, – мужчина замолкает, и Сэ Бёк тоже. В разговоре повисла пауза, что так нужна была девушке, чтобы прийти в себя и успокоиться. Кан поворачивается на 180 градусов, чтобы опереться на ограждение спиной, как вдруг её взгляд встречается со взглядом темных глаз её старой знакомой. Сэ Ми. «Что, черт возьми, эта дура здесь делает?» – проносится в голове Сэ Бёк и прежние чувства, что её наполнили от разговора с отцом, вдруг испарились, сменившись на жуткое раздражение. Мужчина что-то начал рассказывать, вроде, о том, как прошел его день, он смеется, а значит что-то смешное, так что Сэ Бёк наигранно смеется, хотя на самом деле не вслушивается ни в единое слово. Она твердо двигается вперед, чтобы скрыться в квартире, однако бывшая подруга преграждает путь, не давая пройти ни влево, ни вправо. – Хорошо, что ты отдохнул сегодня, а то так много работаешь, – Сэ Бёк цепляется за обрывки фраз, которые слышала, и отвечает как-то безучастно, а затем как бы невзначай зевает. – Давай, иди ложись спать. И позвони завтра, как освободишься, – отец первым решается закончить разговор, – Спокойной ночи. – И ты старайся на работе не задерживаться. Спокойной ночи, – говорит девушка, после чего кладет трубку и, наконец, переключает все внимание на Сэ Ми, – Чего тебе надо? – Хочу поговорить, – твердо отвечает она, не отводя взгляд ни на секунду. – А я не хочу, – Кан продолжает противиться, – Просто, прошу, отвали от меня. Почему ты вообще решила, что именно сейчас подходящее время для разговоров? – Ну ты же с Ён Хи снова общаешься, а я? Чем я хуже?! – Хан повышает голос и хватает брюнетку за руку. – Чёрт, Сэ Ми, хватит бред нести, – Сэ Бёк вырывается из хватки и отходит чуть назад, со злостью глядя на собеседницу, – Проспись, а потом подумай, что, блять, с тобой не так, – терпение кончилось, после чего Кан грубо отодвигает бывшую подругу в сторону и уходит в квартиру, громко хлопая дверью, в очередной раз оставляя Сэ Ми ни с чем.