Что теперь изменится?

Жизнь в Пилтовере шла своим чередом. Бывали дни, когда казалось, что все настолько гадко, что это никогда не сможет стать похожим на нормальный мир. Хотя, никто так и не мог представить какой он, нормальный мир. Бывали дни обычные, ничем не примечательные, как говорят, с серединки на половинку. Такие дни сливаются в общую массу, и становится не понятно, вчера ты ел на завтрак розовый пончик, или же позавчера. Таких было большинство и у большинства. Но бывали и такие дни, когда кажется, что живешь в самом настоящем раю, и кроме этого рая больше ничего не надо. Что любопытно, в одно и то же календарное число у разных жителей города мог быть и рай, и ад одновременно. А это значит, что сам город не виновен в их отдельном восприятии, он просто есть. И вот, конкретно сегодня, Кейтлин пребывала в самом райском расположении духа. Она тихонько насвистывала себе под нос какую-то незатейливую мелодию, улыбалась одним уголком губ прохожим, усмехнулась, глядя как уличный кот стащил огромную рыбину из лавки. Она ни слова не сказала ни коту, ни лавочнику, пускай сами разбираются в этом маленьком происшествии. Сегодня девушка наконец-то освободилась от забот пораньше и спешит домой отмечать маленькую красивую дату. Уже два года она гордо носит статус жены, и знает, что Вай точно что-то приготовила. Ведь убежала та со скоростью света мелькая пятками, и пытаясь скрыть хитрую улыбку. Но от Кейтлин ничего не скроешь. Именно из-за этой хитрой улыбки Кейт и спешила домой и нет одновременно. Ей очень хотелось поскорее вернуться, но зная свою жену, нужно было дать хотя бы немного побольше времени, а заодно забрать подарок, который был припрятан у Джейса. Поэтому девушка то почти бежала, то медленно шла, рассматривая фасады зданий, и удивляясь как много она не замечала раньше. В лаборатории, как всегда, существовал легкий беспорядок, но не было ощущения бардака. Одна из стен была полностью черной, но не выглядела темным пятом потому, что практически вся была покрыта какими-то уравнениями. На столах лежали детали и чертежи, в одном углу скопилась куча непонятого лома, а в другом стоял стеллаж со множеством прототипов, пока еще не совсем понятно, чего именно. Кейтлин бывала здесь редко, но она не помнила, чтобы хоть когда-нибудь эта комната выглядела иначе. Девушка оглянулась несколько раз, но ни Джейса, ни Виктора так и не обнаружила. Пару раз окликнула, никто не отозвался. Тогда Кейт зашагала к маленькой дверце в одной из стен. Она знала, что там есть еще одно небольшое помещение, и может быть парни там, но просто ее не слышат. Теоретически, можно было бы просто подождать, но практически ей не терпелось поскорее оказаться дома. Это был один из немногих дней в ее жизни, когда она была очень нетерпелива. Кейтлин открыла дверцу и сразу же сощурилась от яркого света. Стены все были словно зеркальные, мелко исписанные серебряными знаками, значками, картинками, рунами. По центру комнаты светился шар, и отражаясь от стен, свет усиливался практически невыносимо, до слезящихся глаз. Шар был будто живой. Он увеличивался и уменьшался, словно дышал. А еще, тянул тонкие ниточки к нарисованным картинкам и обратно, всякий раз после этого немного меняя форму. Он завораживал, манил, хотелось его коснуться, в нем утонуть. - Не трогай! Выходи оттуда!! Голос Джейса донесся до Кейтлин откуда-то издалека, как будто из-под толщи воды. Но разум все-таки включился, и девушка сделала шаг назад, а потом еще один. Двигаться удавалось с трудом, ноги не слушались, все тело стремилось к самому центру. Но Кейт все-таки дошла до двери, и уже собиралась потянуть за ручку, как одна из ниточек коснулась ее груди, зашипела, и испарилась. Это никак не ощущалось, просто волна тепла прошлась по всему телу, и все закончилось. Даже наваждение испарилось, поэтому девушка отпрыгнула назад и резко хлопнула дверью с громким стуком. - Эй, ты как, все нормально? - Джейс смотрел на нее испугано, и даже как будто насторожено. - Да, да, абсолютно нормально. Что это было? Когда вы успели? - Одна из последний разработок, скорее даже эксперимент. Мы еще не знаем к чему все это, так, только догадки. Но туда можно заходить только в отражающем костюме, невозможно представить, что было бы, если бы ты была там дольше. - Предупреждать надо. Что стоило сказать, Кейтлин, мы там растим незнамо что, не суйся. Свинтус! - Так кто же знал, что ты полезешь? - Ладно, где подарок то? Я за ним пришла, и мне уже спешить надо. - Сейчас. И Джейс пошел копаться на одной из полок, напевая при этом какую-то песню со словами "сердце, сердце ты жестокое". Кейтлин хотела усмехнуться и вставить что-то в ответ, но не смогла. Резко все тело бросило в жар, пульс бешено застучал в ушах, ноги подкосились. Девушка медленно сползла по стене, покрываясь холодным липким потом. Последнее, что она помнила – это как друг несется к ней, попутно что-то сваливая со столов, потом отключилась. Когда снова пришла в себя, она все так же полусидела на полу, а Джейс тряс ее за плечи, с самым перепуганным выражением лица, какое она у него только помнит. - Кейт, Кейт, Кейт, Кейт!!! Очнулась? Как ты себя чувствуешь? - Никак. В смысле, обыкновенно. Надолго я вырубилась? - Секунд на двадцать. - Значит, не надолго. Есть теории что со мной может быть? - Пока ни одной. Но на самом деле, может быть все, что угодно. Мы помещали туда разные материи, но даже с одними и теми же, результат в итоге получался иной. Суть в том, что мы дали ядру свободу, и наблюдаем как оно этой свободой распоряжается. На данном этапе пытаемся выявить закономерности, но их пока нет. Ты не представляешь как я за тебя сейчас переживаю. - Ладно. Поживем, увидим, чего паниковать заранее. Помоги лучше встать. Не то, чтобы Кейтлин на самом деле нужна была помощь, она действительно чувствовала себя просто отлично, но все равно опасалась, что слабость может повториться. Поэтому, вставала аккуратно и у стенки. Но опасения были напрасны, так хорошо, как сейчас, она, возможно, никогда себя не ощущала. Она еще какое-то время постояла облокотившись, прислушиваясь к состоянию во всем теле, как вдруг резко выпрямилась и слегка побледнела. - Не может быть. - Что такое? - Я сейчас приду. И Кейтлин вылетела из мастерской со скоростью, практически равной пулям, которые она выпускает из ружья. "Так, прямо, потом налево, и здесь еще раз налево. Черт, черт, черт!!! Да ну нет. И здесь еще раз направо. Черт!!!" Так сильно спешила она в уборную. Когда упрямая защелка на двери в кабинку наконец-то закрылась, Джейс, все это время бежавший за девушкой, сначала услышал тихое шуршание одежды, а потом громкую череду витиеватых ругательств. Он в жизни не слышал, чтобы Кейтлин так выражалась, он даже не знал, что она так умеет. - Эй, что у тебя случилось? Ты меня пугаешь, открой дверь. - Не буду я ничего открывать. Хотя теперь уже не совсем понятно можно или нельзя тебе на меня смотреть. Но все равно не буду. - Так, ты пугаешь еще больше. Хотя бы объясни, что происходит!! - Ну, как тебе сказать... – Кейтлин сильно замялась, пытаясь подобрать нужное выражение, и в итоге не придумала ничего лучше, чем выразиться максимально прямо. – У меня теперь есть член. Тот самый, которого не было с рождения, и которого быть не должно. – Говорила она с раздражением всё громче и громче. – Конечно, да, вроде как сама виновата, но я злюсь! Я чертовски зла. На тебя, на это ваше ядро в частности и на мир в целом! - А это… Как бы сказать… Все остальное на месте? В смысле то, что было. - Да, как ты выражаешься, все остальное на месте. Есть хотя бы какие-то предположения, как это дело исправить? Я никогда не хотела быть парнем. Даже не думала об этом. Как теперь вообще с этим жить. – Кейтлин уже начала успокаиваться, но в ее голосе все еще слышалась раздражительность, хотя теперь уже больше похожая на обреченность. - Честно, я пока не представляю как тебе вернуть твой так сказать вид. Как я и говорил, ядро само решает, что делать, мы создали именно такую модель. Я могу теоретически предположить, как у него это получилось сделать. Но практически решить задачу в обратном порядке, я пока не знаю как. Дверь щелкнула, открылась, и вышла сильно раскрасневшаяся Кейтлин. Девушка гордо поправила челку и глубоко вздохнула. Было видно, что она изо всех сил старается держать себя в руках. - Ладно. Мне уже давно пора домой, а теперь еще сильнее пора. И не навыдумывай тут ничего!!! Брови у него поползли. Я ни за что не прикоснусь к ней, пока вот это вот с моим телом. Просто... – Кейт кашлянула и слегка отвернулась. – Брюки адски жмут, больно. Джейс попытался подавить смешок, вышло не очень, и поймал на себе такой взгляд, что он был бы совсем не против провалиться сейчас куда-нибудь, можно даже сразу в ад. - Смешно тебе? Очень тебе смешно? А вот мне не очень. Во-первых, у меня совершенно нет подходящей одежды. Во-вторых, неизвестно насколько я застряла в этом состоянии. И в конце концов, меня жена дома ждет, и я планировала провести этот вечер незабываемо. А теперь я даже не знаю как ей обо всем этом рассказать. - Ну так может не обязательно отменять планы? - Тебя сейчас закопать? – Девушка посмотрела взглядом, полным ярости, и Джейс окончательно перехотел как-либо и когда-либо еще заикаться на эту тему. - Ладно тебе, я пошутил. Если для тебя это настолько серьезно, я больше не подниму эту тему. - Настолько. - Хорошо, понял. Давай тогда, иди домой. В любом случае сейчас мы точно ничего не решим. Я даже не знаю сколько времени нужно, чтобы решить. Но так или иначе, ты теперь наш самый любопытный и важный образец, бросим все силы на поиск ответа. - Ну спасибо. Подарок то отдай мне. - Точно! Они вернулись в лабораторию, Кейтлин забрала сверток, и уже уходя развернулась, пристально посмотрела на друга очень долго, и сказала: - Ни-ко-му. Понял? Ни одной живой душе, ни слова об этом. Иначе я не ручаюсь за дальнейшую благополучную судьбу того, что у тебя есть от рождения. - Обижаешь, я бы и так никому ничего не сказал. Ну, разве что Виктору, мне нужна его помощь. - На это я согласна. Кейтлин коротко приобняла на прощание, и ушла так быстро, как только смогла. Но дома она появилась все-таки не так скоро, как хотелось бы. Все-таки пришлось зайти купить несколько вещей прямо сейчас потому, что и психологически, и физически в обтягивающих брюках было просто невыносимо. В итоге, до входной двери девушка добралась ближе к закату, и застыла. Она так и не знала, что сказать, как объяснить, поймет ли Вай, останется ли все как раньше. Нет, как раньше уже не будет, во всяком случае какое-то время точно. И осознание этого факта отдавало болью, грустью и страхом. В конце концов Кейтлин рывком открыла дверь, словно отдирая плотно прилипший пластырь. В доме пахло чем-то сладким, тихо играла какая-то мелодия, на стенах появился причудливый узор, который она раньше не видела. Присмотревшись, девушка поняла, что он немного движется. Навстречу вышла Вай. Слегка взлохмаченная, улыбающаяся, в одних лишь брюках на голое тело. Она часто ходила так по дому, каждый раз рождала этим сотни бабочек, и этот раз не стал исключением. Кейт была готова исчезнуть в другую вселенную от смущения, не думала она, то когда-либо будет беспокоиться о подобных вещах. - Привет. Я думала, что тебе удастся пораньше прийти. Устала? Жена подошла, обняла крепко, в нос ударил знакомый запах, родивший в миг множество воспоминаний и фантазий. Хотелось все забыть, но не моглось. Кейтлин слегка чмокнула в щеку и отстранилась. - Мне нужно тебе кое-что рассказать. Но сначала я очень сильно хочу зайти в душ. - Ты какая-то странная, и пугаешь. Что рассказать? - Это долгая история, все немного сложно, подождешь? - Да, хорошо. Ты ведь голодная? Я погрею пока что-нибудь. - Спасибо. А чем это так пахнет сладко? - Я испекла несколько капкейков. Кейт рассмеялась и поцеловала теперь уже по-настоящему, едва не сгорев от этого поцелуя. - Спасибо. Я скоро вернусь. Она едва сдерживалась от того, чтобы не бежать. От Вай и под холодную воду. Как-то теперь с этим придется жить. Она просто надеется, что привыкнет, а еще надеется, что привыкать не придется. Ледяные струи скатывались по телу, кожа покрылась мурашками, зубы начали стучать, мысли становились все яснее. Девушка успокаивалась. Как вдруг в дверь постучали, и та, что за дверью спросила: - Я зайду? Первая мысль была: нет, не сейчас, не сегодня, никогда. Но ее пришлось отмести усилием воли. Все равно надо рассказать, и как следствие, показать. Так пусть лучше прямо сейчас. - Да, заходи. Тихий хлопок двери, два шага и тишина. Кейтлин отвернулась, но спиной чувствовала на себе обеспокоенный взгляд. - Что случилось? Ты обычно себе такую баню устраиваешь, а сейчас вон стоишь, дрожишь. Я не могу просто сидеть там в одиночестве и ждать. И вообще, ты простудишься, если так и продолжишь стоять в этой ледяной воде. Может ты не заметила, но тебя не было уже очень долго. Поэтому я и пришла. - Да, кое-что действительно случилось. – Ее голос дрожал, как и все ее тело. И сейчас уже было не понятно, это от холодной воды, или от того, что она собирается сказать. – Я не знаю, что ты будешь чувствовать по этому поводу, поэтому мне немного страшно. Это не навсегда, скорее всего не навсегда, но я не знаю насколько. Девушка медленно повернулась и застыла, закусив нижнюю губу. Вай приподняла бровь, хмыкнула, слегка нахмурилась, снова хмыкнула, и снова приподняла бровь. Весь ее вид говорил о полной озадаченности, но никак не неприязни, и Кейтлин немного выдохнула. - И как же так получилось? Он ведь, как это… Настоящий? А то, что … - Да, я осталась такой же, за исключением этого дополнения. – Она глубоко и обреченно вздохнула. – И да, настоящий. Более чем. Полностью я в этом убедилась, когда ты встретила меня… - И как же так вышло? Нет, ладно, это все потом. А то ты окончательно окоченеешь. Вай подошла, повернула кран с горячей водой, и поставила свою жену под струи греться. Ее не волновало, что она сама намокнет и намокнут брюки. Сейчас ее волновал только тот факт, что Кейт стоит дрожащая с посиневшими губами и трясущимися руками. Перепуганная, поникшая, отчужденная. - Вот так, все хорошо. Согреем тебя, искупаем. Ты ведь не мылась, просто стояла тут, даже шампунь не взяла. Я сейчас принесу. Она говорила тихо, и мягко гладила по спине. Зашлепала босыми ногами по плитке, оставляя после себя лужи, взяла в охапку несколько баночек, вернулась. Сначала осторожно намылила голову, потом спину и ноги, а когда хотела обойти, Кейтлин уперлась лбом в стену и зашептала: - Нет, нет. Не смотри, я не хочу, чтобы ты смотрела. Вай развернула ее сильно, но нежно. Положила голову на свое плечо, крепко обняла. Она слышала тихие всхлипы, а еще, чувствовала причину такого поведения жены. - Все хорошо, не плачь, все хорошо. Если ты хочешь, я уйду, оставлю тебя, подожду на кухне. Но я хочу, чтобы ты знала, я не вижу в том, что с тобой происходит, ничего плохого. В смысле, я не люблю тебя меньше, ты все так же мне нужна. Любая ты, понимаешь? На один день ты теперь такая, или на целую вечность, мне все равно. - Знаешь, как я тебя хочу? Знаешь, как сильно я этого хочу? И дело не в нем, совсем, абсолютно. Но я не могу так, не могу с этим. Мне так сложно. Ты стоишь совсем рядом, ты обнимаешь меня, а я не могу. Пожалуйста, дай мне время. Не думай, что я от тебя отстраняюсь. Просто… Просто я не могу представить, что я буду чувствовать, что ты будешь чувствовать. Потому, что это не мое тело, я никогда не хотела такое тело. И ты, ты выбрала меня, у тебя жена, не муж. Я не могу, все слишком сложно. Не могу. Даже просто чтобы ты видела меня такой, мне сложно. – Она продолжала всхлипывать и вздрагивать все время, что говорила. Сердце Вай сжималось, но она не знала, чем еще может помочь или успокоить. - Ладно, давай тогда так. Я сейчас пойду, а ты останешься. Ты успокоишься, со всем, так сказать, разберешься. Только обещай мне, что больше никакой ледяной воды. И я тебе еще раз скажу, что для меня ты это ты, и не важно, как ты выглядишь, и что у тебя там есть, а что нет. Мне важно то, что ты чувствуешь, и я не хочу, чтобы ты плакала. Я никуда не денусь, я с тобой. А сейчас нам просто нужно привыкнуть, что пока все так. Может быть ненадолго, а может быть навсегда. Привыкнуть к этой мысли и успокоиться. И даже если навсегда, ты все равно нужна мне, понимаешь? Потому, что это ты. Потому, что я люблю тебя. А пока я пойду, хорошо? Поставлю чай, накрою на стол, буду тебя ждать. Вот только штаны придется снять здесь, но ты можешь отвернуться. Кейтлин тихо рассмеялась и кивнула. - А что у нас со стенами такое? Я заметила какой-то рисунок. - А, это Джинкс подарила пару устройств. Это проекция, в темноте вокруг зажигается целая вселенная. Выглядит фантастически, хотела как раз сегодня тебе это показать. Уже стемнело, так что выходи скорее. - Хорошо. После этого дня, когда все случилось, прошло около трех месяцев. Всевозможные эксперименты Джейса пока так и не увенчались успехом. Они осложнялись еще и тем, что нельзя было напрямую взаимодействовать с объектом, это была предосторожность. Но и теория с возможной минимальной практикой не далеко зашла. Кейтлин уже почти смирилась, что ей придется провести в этом состоянии намного дольше времени, чем хотелось бы. Она научилась жить с этим телом, или по крайней мере не конфликтовать. Научилась подбирать правильную одежду, принимать правильные позы, и когда все становилось совсем плохо, научилась успокаиваться и думать о другом. Правда, среди полицейских все равно прошел слушок, что с ней что-то произошло, но она не обращала внимания на эти слухи. Единственная проблема, которая занимала ее мысли все свободное время от рабочих – это отношения с Вай. За три месяца они стали походить больше на подруг, чем на пару. Легкие поцелуи и щеку, нежные объятия по вечерам, очень редкие, но такие же легкие поцелуи в губы. Кейтлин не могла себе позволить большее. Она так отчаянно желала, но не могла смириться с тем, что жена будет даже смотреть на нее в подобном виде. Не говоря уже о чем-то большем. Почему ей была настолько противна эта мысль, она сама не знала. Но может от того, что их выбор с самого начала был продиктован тем, кем они являлись, женщинами. Абсолютно все, от запаха и внешнего вида, до ощущений на кончиках пальцев и кончике языка. Это был их выбор, и иной они сделать не могли. И тем, что она прикоснется к Вай, имея такое тело, перечеркнет этот выбор, запутает, вывернет наизнанку. Иногда Кейтлин спрашивала себя, а что будет, если так останется навсегда? Но в действительности она не хотела знать ответа на этот вопрос, почти все возможные ответы на него чертовски пугали. Она цеплялась только за мысль, что все это если и не скоро, то когда-нибудь закончится. Сегодня она снова засыпала отвернувшись, после легкого поцелуя перед сном. Глаза никак не закрывались, мысли путались и мчались со скоростью, превышающую возможность их обдумать. Вдруг она почувствовала, как Вай приблизилась к ней, обняла со спины и закопалась носом в волосы у шеи. Эти маленькие действия родили тысячи чувств, пронзивших все тело, словно иглы. Они еще долго так лежали, пока Вай не зашептала. - Мне тебя так не хватает. Мне так сильно тебя не хватает… - Да, я знаю, прости меня, прости… Мне тоже. Так сильно. - Пожалуйста… Я прошу тебя, пожалуйста… Поцелуй меня так, как ты умеешь. Прижми к себе, как ты это делала, когда царапала мою спину. Ты ведь знаешь, что я вся твоя. Что бы ни случилось. А ты моя, тоже что бы ни случилось. Ты не противна мне. Я желаю тебя так же, как и раньше. - Я сама себе противна, и не могу с этим ничего сделать. – Ответила Кейтлин еле слышно. - Дай на тебя посмотреть. Я так соскучилась. - Я не могу… Прости. Я не могу. - Тогда я не буду включать свет, здесь так темно. Хотя бы почувствовать тебя можно? – Рука Вай опустилась до края кофты и Кейтлин ощутила кончики ее пальцев на своей коже. Они касались мягко и осторожно, поднимаясь к груди. Из-за этих прикосновений вырвался стон. Как давно она этого не чувствовала. – Разреши мне касаться тебя, целовать тебя. Я так сильно хочу поцеловать каждый сантиметр твоего тела. Каждый. После этих слов Вай мягко отодвинула волосы и едва дотронулась губами шеи, а потом еще раз, и еще, все сильнее. И Кейт почувствовала, что щеки у той мокрые. Она развернулась и крепко обняла. - Прости меня. Мне так страшно, и я сама не знаю, чего так сильно боюсь. - Все хорошо, слышишь? И сейчас хорошо, и будет хорошо. Ты нужна мне, ты очень сильно мне нужна. Не отворачивайся от меня, не нужно. Кейтлин очень долго молчала, мелко дышала, было слышно, как быстро и громко бьется ее сердце. А потом сказала: - Поцелуй меня. И Вай поцеловала. Задыхаясь, кусая губы, запуская руки в волосы, а потом и снова под кофту. Наверное, это был самый горячий и долгий поцелуй из всех, что они помнили. Потом Вай встала, парой движений стянула с себя пижаму, вернулась совсем нагая, как было когда-то. И, пытаясь справиться с дрожью в руках, начала расстегивать пуговицы. Все, что оголялось, она сразу же касалась губами. Мягко и нежно. Приподняла жену, окончательно стянула кофту, а потом и шорты. Теперь, находясь напротив, совсем без одежды, они замерли. - Я люблю тебя, так сильно люблю, как сама не думала, что умею. – Вай шепчет очень тихо, щекочет своим дыханием, снова и снова сносит плотно возведенные стены. – Ты прекрасна, ты знаешь это? Она проводит кончиками пальцев от плеча к груди, по ребрам, по бедру и до колена. А потом обратно. Касается осторожно там, где может дотянуться. Как будто с трепетом, как будто держит хрупкую драгоценность. - Ты – единственная бездна, в которой я готова и хочу утонуть. – И снова целует. Так нежно и мягко, что сама Кейтлин не помнит, когда та была такой в последний раз. - А ты – единственный рай, который я готова принять, даже если он вышел из ада. Вай целует. Щеки, лоб, подбородок, шею, ключицы, плечи, пальцы, грудь, живот. Она спускается все ниже, слушая громкое дыхание и тихие стоны. Она наслаждается этим. - Нет, не надо, только не там. - А ты помнишь, я казала, что хочу поцеловать каждый сантиметр твоего тела? Я действительно этого хочу. Потому, что это все еще ты. И я люблю тебя, и все твои сантиметры. Они на секунду замерли и громко расхохотались. И если до этого момента Кейтлин все еще была сильно обеспокоена и напряжена, то сейчас, отсмеявшись, она вдруг поняла, что успокоилась. Это была одна из тех черт, которую она очень ценила в своей жене. Способность рассмешить и расслабить в абсолютно любой момент. Кейт резко привстала и страстно поцеловала, запутывая волосы и почти не выдыхая. - Хорошо, хорошо… – Шептала она сбивчиво, пытаясь отдышаться. – Я говорю тебе ДА. На все, что ты захочешь, говорю тебе ДА. - И я говорю тебе ДА абсолютно на все, что захочешь ты. - Тогда… Я хотела бы… Я… Можно?.. Я хотела бы… - Можно. Я же уже сказала, все можно. Вай снова целовала, снова касалась всего, до чего только может дотянуться, на этот раз Кейтлин отвечала ей тем же. Она больше ни о чем не думала, в ее голове был только один момент, сейчас. А потом еще раз сейчас, и еще, и так до бесконечности долго. Из ее губ вырвался громкий стон, когда Вай исполнила ее желание. Это были совершенно новые ощущения для обеих, не знакомые. - Ты дрожишь. Неужели так страшно? – Вокруг них полная темнота, но Вай сказала это явно слегка улыбаясь. - Нет, совсем не страшно. Но, между прочим, ты тоже дрожишь. - Я не знаю почему. - Я тоже не знаю. Сначала очень и очень медленно, едва дыша, осторожно, а потом все быстрее и громче, они отдавались друг другу, этому моменту, эмоциям, чувствам и ощущениям. Комкали простынь, кусали губы, звучали в тишине эхом, повторяя друг друга снова и снова. Говорили фразы, от которых бросало в жар, любовь и желание. Растворялись. Эту ночь они не смогут забыть никогда, по многим причинам. Они не забудут. Наутро Кейтлин чувствовала себя потрепанно, слегка стыдливо, но счастливо. Она не обнаружила жену рядом с собой, но зато услышала далекие звуки с кухни, и пошла туда. Прямо так, как проснулась, не прикрываясь халатом или брюками. Что само по себе уже говорило о том, что она смогла отпустить ситуацию окончательно. На кухне обнаружилась Вай, в точно таком же виде. Та стояла спиной, что-то тихо напевала и, судя по звукам и запаху, разливала сваренный кофе в чашки. Она была такой красивой, привычной, родной, особенной, естественной и притягательной, что Кейтлин захотелось подбежать к ней и крепко обнять. А может быть и не только обнять, но она не успела двинуться, Вай обернулась. - О, доброе утро. Я как раз собиралась к тебе идти с завтраком. О… – Она сделала несколько медленных шагов навстречу, улыбаясь хитро и немного хищно одновременно. – Как приятно осознавать, что ты хочешь меня с самого утра. - Заткнись. – Кейтлин рванула, прижала жену к столешнице, страстно поцеловала. – Заткнись... Она желала, отчаянно нуждалась, за все дни и месяцы отчужденной пытки. Она опустилась на колени, заставила Вай дрожать, стонать и хотеть еще. А потом встала, развернула ту к себе спиной и вошла. Столько раз она видела эту картинку в своей голове, столько раз прогоняла безуспешно. А теперь, из-за того, что видит ее в реальности, сходит с ума. Она не может остановиться, не хочет, не будет, и знает, что не только она утонула в этом. После этой ночи все изменилось. Хотя они сами еще не знали насколько. Возможно, им следовало остаться дома на несколько дней, или уехать в какой-нибудь отпуск. Потому, что состояние второго медового месяца не отпускало. Не отпускали мысли, образы, ощущения, как будто погрузившие их в самое начало. Однажды их чуть не застал коллега, Кейтлин забыла закрыть дверь, пришлось сначала тихо прятаться в подсобке, а потом громко смеяться. После этого дверь она закрывать не забывала. Дни летели, а они наслаждались. Чем именно? Свободой, которую смогли подарить друг другу, настоящими чувствами, благодарностью, пониманием, что на самом деле значит «навсегда». Они перестали замечать, что что-то изменилось, просто остались собой. Джейс шутил, что на самом деле в итоге сделал шикарный подарок. Кейтлин не разделяла этого мнения, но больше не злилась на подобные высказывания. Отчасти она была даже согласна. Это был действительно подарок, узнать, насколько сильно ее любят. Спустя примерно четыре месяца с того момента, как она по неосторожности стала частью эксперимента, настал день, который девушка не забудет никогда. Так же, как и в тот раз, она возвращалась домой поздновато. Сегодня ее задержали дела, а еще, маленькая цветочная лавка по пути. Кейтлин часто ходила мимо, а в этот раз почему-то остановилась и, размышляя всего секунду, купила небольшой букетик. Она не знала названия этих цветов, ей просто понравился нежный синий цвет бутонов. Вай ждала дома, при виде протянутого букета сначала хмыкнула, а потом очень тепло улыбнулась и бережно поставила его в вазу. Все было как обычно, они ужинали, болтали о пустяках, собирались спать. Но Кейтлин упорно чувствовала, что что-то не так. А когда вышла из душа, застала жену у окна, смотрящую куда-то вдаль черного неба. - Что-то случилось? Ты сегодня какая-то очень рассеянная. – Она подошла, встала рядом и взяла за руку. Вай сжала пальцы в ответ. - Я даже не знаю, как тебе это сказать. - Неужели ты тоже случайно побывала в лаборатории? Они громко рассмеялись, и обеим дышать стало легче. - Нет, расслабься, все с моим телом в порядке. – Она слегка задумалась, и добавила. – Ну, можно сказать. - В каком смысле? - Кейт, ты когда-нибудь думала о детях? В смысле, мы говорили с тобой об этом, конечно, но теоретически. Но ты когда-нибудь серьезно задумывалась о том, хочешь ли ты детей, своих детей, и как это будет? - Не знаю. Сложно представить то, что маловероятно. А ты? Ты хочешь? - Я тоже не знаю. Я никогда серьезно не задумывалась. Все, о чем я думала, было так поверхностно, и так незрело. Я не знаю, готова ли я к тому, чтобы быть матерью. Мне это казалось таким далеким и абстрактным, но вот сейчас я думаю об этом вполне реально, и все еще не знаю. - А чем вдруг навеяны такие мысли? Вай немного помолчала, сжала руку еще крепче, как будто бы даже слегка выдохнула. - Кейтлин Кираман, у нас будет ребенок. - Что? - Это правда, у нас будет ребенок, я беременна. - Правда? - Говорю же. – Вай повернулась, немного рассмеялась, видя ошарашенные глаза, поладила по макушке. – А чего тут удивляться? Мы же с тобой совершенно ни о чем не думали, когда делали все, что делали. Как считаешь, стоило думать? - Да… То есть! Нет! Нет, определенно нет! Да, то есть я хочу, не удивительно, или удивительно. Не знаю, я запуталась… - Эй, ну чего ты плачешь, что такое. – Вай нежно смахивает слезы со щек, но они продолжают стекать не останавливаясь. - Я не знаю, они сами. Я… Я счастлива, наверное. Обескуражена, выбита, обеспокоена, но больше счастлива. Знаешь, я ведь хотела, но это были недосягаемые мечты, я про них почти забыла. А еще… Мне страшно, что этого не хочешь ты. - Нет, нет, хочу. Просто, я не знаю, как теперь быть. Какой быть, и какими мы теперь будем. Все ведь теперь изменится, да? - Нет, не все. Я люблю тебя, это точно не изменится. И, я думаю, мы как-то разберемся, справимся. Ты и я. А еще, люблю его, или ее. А еще, обними меня. Твои объятия тоже не изменятся. Хотя… Может быть на время. Они звонко рассмеялись. Что-то поменяется, а что-то нет. В любом случае Джейс оказался прав, нелепая случайность оказалась подарком. Спустя еще пару недель Кейтлин снова заглянула в лабораторию. Она не говорила, что придет, поэтому, ее никто не ждал. Но ей именно это и было нужно. Она решила проверить теорию, которую обдумывала в последнее время. Она помнила тот самый день, когда все началось, день годовщины свадьбы. Тогда все ее мысли были о жене, и именно в тот момент, когда она открывала дверь, в голове стояла несбыточная картинка, которая теперь становится реальностью. Кейтлин сразу же об этом позабыла, мало ли что бывает в голове, но сейчас думала об этом все больше. А потому, на этот раз, старательно представив, что она хочет, решительно вошла туда снова. Все было так же, как и тогда. Яркий свет, живое ядро, невыносимое притяжение к центру. Но она поборола его и просто вышла, когда поняла, что получила то, чего хотела. А точнее, отсутствие того, чего не должно было быть. Джейсу она так и не рассказала о своем открытии, на все его вопросы отмахивалась, и говорила, что просто решила попробовать, и вышло случайно. Может быть, это было неправильно с ее стороны. Но она решила беречь чудо, а еще, сохранить возможность исполнения желаний в тайне. Мало ли, что кто-то может нажелать. Вай на ее новый-старый вид усмехнулась и прокомментировала в своем стиле: - Скучать не будешь по славным денькам? - Нет. Ну, разве что совсем чуть-чуть. - Вот и я, разве что совсем чуть-чуть. И обе почти одновременно подмигнули друг другу и улыбнулись.

***

Спустя три года

Хлопнула дверь, и в дом, словно вихрем, ворвался звонкий голос. - Ей, мелочь пузатая, беги сюда. Тетя Джинкс приехала, принесла интересное! Из-за дверного проема показалась голова Кейтлин, а затем и она сама. - Только я прошу тебя, пожалуйста, давай не как в прошлый раз. Не оставляй ей ничего, что может навредить мебели, или по крайней мере ей самой. Мы шкаф от краски до сих пор так и не отмыли, между прочим. - Дзиииииииии Из-за угла выбежал «самолетик», приземлился прямо в руки смеющейся девушки, и этот двойной вихрь унесся куда-то наверх. Кейтлин только улыбнулась и махнула рукой. Что в их жизни изменилось точно, так это беспорядка стало больше. К ней подошла Вай и обняла. - Ну что, ты собралась? - Правильнее спросить, собрались ли мы. - И как, мы собрались? - Определенно да. - Умница! – Вай чмокнула в щеку и в нос. - Знаю. - Ну что, пойдем прощаться? - А стоит? Они когда вдвоем, вообще ничего не замечают. Не разнесли бы тут за три дня дом, и то хорошо. - Тут ты права. Значит выходим? - Ага. Девушки подхватили две сумки и быстрым шагом устремились к вратам. Это будут прекрасные три дня отпуска, они еще сами не знают где окажутся.