Sæx

На свою неожиданную вечеринку Хуа Чэна заманил его школьный друг Хэ Сюань, сказав, что будет весело. На него это не было похоже, ибо для Хэ Сюаня весело — это когда вокруг на километр нет людей, а перед тобой стол завален едой на месяц вперёд. А тут вдруг куча народа, громкая музыка, алкоголь рекой и в каждом углу его немаленькой квартиры обжимаются парочки. А посреди всего этого безобразия стоял Хэ Сюань и с загадочной улыбкой позволял себя целовать и обнимать его новому парню, Ши Цинсюаню. «Ну все, Карась приплыл на нерест, расходимся ребята», — посмеялся про себя Хуа Чэн. Хуа Чэн считал себя не скучным и довольно общительным человеком, но за следующие полчаса он так и не смог с кем-то построить нормального диалога, ибо, как оказалось, Хэ Сюань забыл его предупредить, что вечеринка была преимущественно для парочек. А Хуа Чэн, хоть и пользовался популярностью, но в данный момент был одинок. Поэтому, выпив пару стаканов пива, он решил заглянуть на кухню в поисках чего покрепче. Зайдя на кухню, Хуа Чэн замер. За высокой барной стойкой, стоя к нему в профиль, стоял потрясающе красивый парень. Белая простая футболка натягивалась на сильных плечах, когда тот подносил стакан с чем-то к розоватым, просящим поцелуя, губам и затем ставил его обратно на стол. Мощная спина сужалась к талии, переходя в аккуратные сочные ягодицы. Крепкая булочка, как называл таких парней Хуа Чэн. Сам он был очень высоким, худым, считал себя несуразным, хотя ходил в качалку и нарастил неплохие мышцы. Но если от природы тебе не дана красивая жопка, особо сильно ты ее не накачаешь. Поэтому вместо упругого орешка, как он сам говорил, сзади он носил две костяшки, обтянутые кожицей. Хуа Чэн обладал природным шармом и даром соблазнения уровень демон, поэтому, расправив плечи, вальяжной походкой подошёл к парню, облокотился очень близко от его руки и низким голосом, выдыхая пары алкоголя, произнёс: — Твоей маме, случаем, зять не нужен? — и сладко улыбнулся. Парень поднял на него глаза — Хуа Чэн тут же утонул в этом тягучем карамельном омуте — и прошёлся по нему взглядом от макушки до ботинок, хмыкнул и проговорил мягким и спокойным голосом: — Начнём с того, что моих родителей уже давно нет в живых, и мама вряд ли сейчас сможет оценить фактурность и дерзость кандидата. К тому же, я не женихаюсь с первыми встречными, дьявольски красивыми парнями. Но от приятного собутыльника на столь веселой вечеринке не откажусь. Во время речи парня напротив Хуа Чэн успел пожалеть о своей дерзости, посочувствовать о потери родных, покраснеть от прямых комплиментов и удивиться концовке фразы. Он похлопал глазами, состроив невинное выражение лица, затем широко улыбнулся. — Я буду только за распить бутылочку за хорошей беседой. Хуа Чэн, — он протянул руку для знакомства. — Се Лянь, — новый знакомый пожал руку в ответ. Они стащили из холодильника тарелку с сырно-мясной нарезкой, два небольших багета, а из бара бутылку коньяка. Устроились прям там же, на кухне, подложив для мягкости подстилки со стульев. Почти до рассвета они провели время на полу, облокотившись спинами на барную стойку. Смеялись, пили прям из горла, отрывая зубами поочередно багет и следом запихивая кусочки колбасы и сыра. На удивление, им было легко в компании друг друга: никакой неловкости, провисания диалога, даже когда они на время замолкали, тишина не напрягала, наоборот, давала насладится послевкусием последнего разговора. А потом снова, перебивая друг друга, они делились историями из жизни.

¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸

Хэ Сюань, выпроводив гостей, очень удивился, обнаружив на кухни двух сладко посапывающих мужчин в обнимку друг с другом. Он усмехнулся и не стал будить, даже одеялом не прикрыл, вот такой он гостеприимный хозяин, да.

¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸

Утреннее пробуждение было не самым лучшим в жизни Хуа Чэна: тело затекло, голова гудела, дико хотелось в туалет. Но на его коленках, пуская сонные слюни, посапывал Се Лянь. Хуа Чэн умилился картине, слегка потряс того за плечо. Се Лянь громко всхрапнул и резко сел, ойкнул и схватился за голову. — Недоброе утро, гэгэ, — хохотнул Хуа Чэн, от чего в шее неприятно кольнуло. Он сморщился и потёр больное место ладонью. — Да уж, мы вчера неплохо так посидели, — криво улыбнулся Се Лянь. — Перед Хэ Сюанем неудобно. — Ему не привыкать, в его квартире и не такое происходило, — хмыкнул Хуа Чэн. — Тебя подвезти? Я на машине, — спросил он, поднимаясь на ноги и протягивая руку Се Ляню. — Было бы неплохо, — тот ухватился за протянутую руку, и его потянули наверх, ставя на ноги. Хуа Чэн довёз Се Ляня до дома и они обменялись телефонами. После этого каждое утро начиналось с ненавязчивого: Горячий собутыльник: Гэгэ, доброе утро! Как спалось?

Булочка с гвоздями:

Доброе утро! Очень хорошо

и спокойно, спасибо :)

¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸

              Зная своего друга как облупленного, да и послушав кое-что о Се Ляне, Хэ Сюань не сомневался, что эти двое уже через пару дней, максимум неделю, будут мять простыни и друг друга дома у одного из них. Оба были молоды, горячи, не стеснялись озвучивать свои желания, в том числе, что касалось постели. Но ни через месяц, ни через два, и даже ни через три, ребята даже не поцеловались. Хэ Сюань по первой решил, что Хуа Чэн сломался, но, когда увидел, как тот щенячьими глазками смотрел на Се Ляня и как ласково звал его гэгэ, понял, что друг вляпался по самую маковку. Он попросту влюбился. — Мы потеряли такого человека, — обратился Хэ Сюань к запечённой куриной ножке, потом отхватил большой кусок и с набитым ртом добавил: — Но это уже не мои проблемы.

¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸

Ши Цинсюань уже час хвостом ходил за Се Лянем и все пытался выяснить, отчего его друг, всегда такой смелый, просто не затащит этого горячего красавца в постель, и получил лаконичное с ним все по-другому. Цинсюань долго рассматривал своего друга, после чего с лёгким подколом произнес: Влюбился чтоль?. Се Лянь опустил глаза, невнятно пробубнил может быть и слегка порозовел щеками. Цинсюань на это лишь поцокал и быстро застрочил кому-то сообщение: «Ты был прав, Хэ-сюн, эти двое, словно подростки, боятся дыхнуть в сторону другого. Поможем или оставим все как есть?» Ответ пришел короткий, но понятный: «Пусть сами разбираются.»

¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸

Почти полгода они ходили вокруг да около, пока однажды Хуа Чэн все же не набрался смелости сделать первый шаг. У них с Се Лянем намечался очередной вечер за просмотром кино с пивом и чипсами. Пока гость возился с распаковкой закуски, Хуа Чэн прошёл в свою комнату, достал из шкафа увесистый и продолговатый кейс, открыл и достал инструмент. Се Лянь как раз доставал открывашку для пивных бутылок, когда из глубины квартиры раздались звуки саксофона. Се Лянь замер, подумав, что Хуа Чэн по приколу включил столь неуместную под пиво композицию, но вскоре понял, что это не запись, а живая игра. Он отставил бутылки, вышел с кухни и пошёл на звук мелодии. Дверь в спальню оказалось приоткрытой. Зайдя в неё, Се Лянь так и застыл на пороге: в приглушенном свете ночника, в пол-оборота к нему стоял обнажённый по пояс Хуа Чэн. Обычно собранные в хвост, косу или пучок волосы, свободно ниспадали на плечи. Джинсы, низко сидящие на худых бёдрах так и манили стянуть их совсем. Се Лянь никогда не думал, что саксофон настолько сексуальный инструмент, а Хуа Чэн, играющий на нем, настолько соблазнительный. Губы Хуа Чэна так обхватывали мундштук, щёки раздувались и напрягались, а пальцы проворно бегали по клавишам, что в голове Се Ляня из мыслей осталась лишь одна: В койку! Срочно!. И, когда их взгляды пересеклись, он, не думая, сорвал с себя футболку, джинсы с бельем и полетел в объятия демона-искусителя. Хуа Чэн только и успел быстро снять сакс с шеи, подхватить Се Ляня под бёдра и упасть с ним на кровать, вовлекаясь в жадный поцелуй. Се Лянь никогда раньше не чувствовал себя настолько голодным до поцелуев, прикосновений, интимной близости. Он кусал вспотевшую и покрасневшую кожу на шее, царапал ногтями чужую спину и плечи, сжимал своими сильными ногами худые бёдра Хуа Чэна и не стеснялся стонать так, что вибрировали стены и завидовали все соседи.

¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸¸♬·¯·♩¸¸♪·¯·♫¸¸

— Почему ты не говорил, что играешь на саксе? — спросил Се Лянь, лежа на груди Хуа Чэна. — Если бы я знал, что тебя это так заводит, то притащил бы его на ту вечеринку, — довольно заулыбался Хуа Чэн. — Я бы тебе не дал на первой встрече, — Се Лянь нахмурился. — А на второй? — с лукавством поинтересовался Хуа Чэн. Се Лянь покачал головой. — По правде говоря, я не знаю на какой из встреч мы бы даже поцеловались, потому что я боялся тебе признаться, — Се Лянь потупил взор, рисуя хаотичные линии рядом с пупком Хуа Чэна. — В чём признаться, гэгэ? — заинтересованно спросил тот. — В том, что я в тебя влюблён, — щёки Се Ляня тронул легкий румянец. — И я в тебя тоже, — Хуа Чэн неловко рассмеялся. — Хорошо, что я всё же осмелился сделать шаг первым, хотя, признаться, не был уверен, что ты всё правильно поймешь. Боялся, что ты посмеешься, скажешь, что я ерундой занимаюсь вместо того, чтобы настраивать телек. Или ещё хуже, посчитаешь меня извращенцем и сбежишь, заблокировав мой номер телефона. — А вместо этого я на тебя набросился, — хихикнул Се Лянь. — Я рассчитывал максимум на поцелуй и объятия. — Чувствую себя озабоченным, — смутился Се Лянь. — Не надо, — Хуа Чэн приобнял его, притягивая ближе, и чмокнул в губы. — Так даже лучше. Теперь можно не бояться, а просто наслаждаться друг другом. — Знаешь, у меня что-то пропало настроение смотреть кино, — расстроенно произнёс Се Лянь. — А что же ты хочешь? — обеспокоенно спросил Хуа Чэн, начиная паниковать, что испортил вечер своей игрой. — Sax, sex and you, — коротко ответил Се Лянь и накрыл чужие губы сладким поцелуем. И Хуа Чэн расслабился и наполнился уверенностью, что всё он сделал правильно.