Sargasso/Саргас

Фрэнк наконец-то смог долго стоять на ногах без посторонней помощи, правда, с тростью, но это уже было большим достижением, если учитывать, сколько мужчина пролежал в кровати. Он не хотел показываться на глаза сыну немощным инвалидом, поэтому весь год работал над собой. Только Лонгботтом делал это не ради того, чтобы увидеть Невилла, а за тем, чтобы убедить его в том, что ему нужен родитель, который даст совет в трудный час. Сам мужчина не додумался бы до такого, если бы около полугода назад не случился разговор с Дамблдором... - Фрэнк, мальчик мой, - директор прибыл в дом, где теперь жила Августа со своим сыном, - рад видеть тебя в добром здравии... Бывший глава рода не обманывался речами старика, так как уже знал, с чьей подачи на него и Алису напали Лестрейнджи. Чистокровные через миссис Лонгботтом донесли до мужчины подробности суда над пожирателями, поэтому магу не составило труда сложить два плюс два. - Вы же не просто так явились сюда, сэр? Волшебники расположились в гостиной, куда Августа подала им чай со сладостями. - Да, мальчик мой, понимаешь, меня беспокоит твой сын, вернее его поведение и выбор друзей... Так Лонгботтом узнал о том, что Невилл очень даже хорошо чувствует себя на Слизерине, общается с чистокровными наследниками, в особенности с Саргасом Блэком, который являлся сыном пожирателя, и Дафной Гринграсс. Услышав про последнюю, Фрэнк вместе с Августой заскрипели зубами, так как понимали, что там вряд ли только дружба. Им очень не понравилось это обстоятельство. -...Я хочу, чтобы ты повлиял на своего наследника, мальчик мой, - продолжал Дамблдор, - если он снова повернётся к свету, то на Слизерине начнутся волнения. - Он обязательно поговорит с Невиллом, Альбус! - тут же отрезала миссис Лонгботтом. - Я обещаю! - Надеюсь на тебя, Фрэнк, - по-отечески улыбнулся старик, - в память об Алисе ты должен повлиять на мальчика, ведь вы оба хотели, чтобы сын стал таким же гриффиндорем как вы сами... Эти слова директора повлияли на окончательное решение мужчины, так как жену он любил до сих пор, и неважно, что она без сознания, а также помнил о том, о чем они мечтали. - Хорошо, сэр, я поговорю с Невиллом... И вот сейчас Фрэнк стоял на платформе девять и три четверти и ждал Хогвартс-экспресс, на котором должен был приехать его сын. Поезд прибыл через несколько минут, и из него стали выходить студенты. Мужчины высматривал своего ребёнка, которого видел лишь по воспоминаниям своей матери, и ожидал совсем не то, что увидел. Вместо милого пухлого мальчика волшебник лицезрел высокого крупного парня с широкими плечами, во взгляде которого не было той зашуганности, что он демонстрировал перед первым курсом. Фрэнк понял, что Невилл стал самостоятельным, возмужал и не нуждается в поддержке взрослого человека, что крайне не понравилось бывшему аврору. Но факт того, что его сын выходил под руку с блондинкой, черты лица которой явно унаследованы от Гринграссов, а также в компании молодого человека, явно похожего на Блэков, невероятно взбесил мужчину, отчего последний направился к подросткам, пробираясь сквозь толпу. - Невилл! - крикнул старший Лонгботтом, который был уже практически около компании. Третьекурсник повернул голову в сторону отца и даже бровью не повёл. - Нам нужно поговорить... - Придётся подождать... Да как он смеет ставить мне условия?! Фрэнка разозлило это обстоятельство. - Нет, Невилл! Ты немедленно идёшь со мной! Или... - Или что? - выгнул бровь Лорд Лонгботтом наподобие того, как это делает декан Слизерина. - От рода отрежешь? Так у тебя ничего не получится, ведь ты не являешься главой рода... Толпа начала прислушиваться к разговору отца и сына, узнавал все новые подробности о семье гербологов. Уже завтра в газетах появится информация о том, что студент Хогвартса в таком юном возрасте смог стать Лордом, чему не будут довольны родственники последнего и Дамблдор. - Неважно! - запвопил Фрэнк, у которого сорвали тормоза от того факта, что он не является самым главным в роду. - Я запрещаю тебе... - Силенцио! - Невилл остановил поток ругательств, которые его отец хотел обрушить на Дафну и Саргаса. - Если я услышу хоть какое-то оскорбительное слово в сторону моих друзей или невесты, то вызову тебя на дуэль. Ясно? Старший Лонгботтом потрясенно смотрел на сына, не веря, что тот посмел защищать пожирательских отродий, тёмных магов, а не своего родного отца. Глядя в удаляющуюся спину третьекурсника, Фрэнку ничего не оставалось, как отправиться к камину и покинуть платформу под осуждающие взгляды окружающих...

***

- Нев, ты в порядке? После инцидента на платформе Саргас пригласил друга к себе, чтобы успокоиться и выпить чая, а может, что-нибудь покрепче. Зеленоглазый догадывался, что Фрэнк не просто так явился на вокзал, чтобы поговорить с сыном, он был уверен, что на это его подстегнула Августа или Альбус. Если намерения старухи понятны, то вот директору зачем это? У него же есть Герой, который пока не брыкается и ведёт себя так, как от него хотят. Может, Дамблдор хотел рассорить Невилла со всеми слизеринцами?.. - Я в порядке, Сар, - вздохнул Лонгботтом, - просто в голове не укладывается поведение моего отца... Он ведёт себя как Джеймс Поттер... - Невилл, я думаю, что мистер Фрэнк остался в том возрасте, когда его лишили рассудка, - Блэк старался говорить осторожно, ведь его родные были виноваты в случившемся с Лонгботтомами и, можно сказать, сиротстве друга, - он ещё мыслит так, как это делал тогда. - Не нужно меня успокаивать, - здесь же была и Дафна, которую отец отпустил ненадолго в Блэк-хаус в связи с обстоятельствами и которая сейчас поглаживала по плечу своего жениха, - знаешь, я даже благодарен твоим родственникам за случившееся... Невилл считал, что не будь той трагедии, которая произошла в восемьдесят первом, то рос бы он с родителями, но вот род Лонгботтомов исчез бы навсегда, ведь парень превратился бы в Предателя Магии и Крови. -...если бы я не встретил тебя, Сар, и продолжал бы слушать бабушку, то стал бы вторым Роном Уизли. При упоминании последнего все замолчали, так как тот хоть и был Осквернителем, но такой судьбы не заслужил. Так считали все, кроме Лестрейнджа. Они просто не знают, на что был способен этот урод, а их семейка итак держится уже столько лет на плаву за счёт невинных жизней магглорожденных...

***

- Рабастан... На следующий день после того, как Гермиона приехала в Лондон на каникулы, она сразу же отправилась в Лестрейндж-менор к своему жениху, которого не видела полгода. Девушка очень скучала по нему, поэтому стремилась быстрее оказаться рядом с ним. Выйдя из камина, ведьма сразу же попала в объятия любимого. - Дорогая... - прошептал он ей на ухо, которого легонько коснулся губами, отчего у Дагворт-Грейнджер побежали по телу мурашки. - Я скучал. Кстати, младший из братьев Лестрейндж сейчас выглядел не сорокалетним мужиком, повидавшим многое в своей жизни, а двадцатипятилетним молодым человеком, от которого так и несло жаждой жизни и магией. Гермиона до последнего не знала, что её жених собирается пить эликсир на основе философского камня, иначе она бы ему запретила это делать, потому что девушку итак все устраивало. Когда она увидела Рабастана молодым, то потеряла дар речи, а потом в волшебнице проснулась ревность, так как она поняла, что на него только так вешались девицы в свое время. И даже сейчас, когда слизеринка находилась в его объятиях, она ощущала, пускай и не сильное, но чувство собственничества, которое требовало присвоить этого самца себе. - Я тоже, - вздохнула шатенка, немного отстраняясь от мужчины, - у меня есть кое-какая идея, только выслушай, пожалуйста, хорошо? Лестрейндж чувствовал, что его девочку раздирает любовь, отчаяние и ревность. О последнем он не напоминал невесте, хотя ему было приятно, что его ревнуют, так как понимал, что этим может обидеть и оттолкнуть от себя ведьму. По правде говоря, Рабастан сам неистово переживал, что его Гермиона уйдёт к другому и старался об этом не думать, желая побыстрее сыграть свадьбу. До неё ещё два года... В договоре было указано условие, по которому девушка должна была получить основное образование в виде экзаменов после пятого курса обучения в Хогвартсе, поэтому магу оставалось только ревновать и ждать дня, когда он сможет сделать ведьму полностью своей. - Обещаю, любимая. Когда Лестрейндж услышал то, что предложила ему Грейнджер, то не мог поверить своим ушам. - Ты уверена? Это очень большая нагрузка... - Я знаю! - Гермиона была раздражена, так как хотела своего партнёра, самоудовлетворяясь в душе. - Я уже готова к сдаче экзаменов! Рабастан не мог не восхищаться своей девочкой, ведь та прямым текстом заявила, что ей через три месяца пятнадцать и она хочет сыграть свадьбу после торжества, сдав летом основные экзамены. Мужчина был готов зацеловать шатенку до потери пульса, но понимал, что вряд ли тогда остановится. - Хорошо, милая, но думаю, что стоит поговорить с твоими родителями на эту тему и Саргасом, все-таки он у нас главный. Если он даст разрешение, то... - Все потом! - нетерпеливо сказала Гермиона, подталкивая жениха к дивану и усаживаясь к нему на колени. - Лучше поцелуй меня! Рабастан тут же выполнил просьбу любимой, грубо впившись в её губы и поглаживая женские бедра. Мерлин! Какая же она сладкая!.. Его руки блуждали везде - шея, грудь, живот, задница, бедра, промежность, не переходя грань, отчего девушка млела и постанывала, а через какое-то время начала призывно покачиваться на коленях... - Герми, я же не железный... - та соблазнительно узмыльнулась. - Ты так собиралась меня уговорить на скорую свадьбу? Ну, держись... Лестрейндж подхватил на руки невесту и понёс на второй этаж, где можно было скрыться от посторонних глаз и лучше поизучать друг друга, не замечая притаившихся в теми брата и невестку. - Никогда не видел его таким, - прошептал своей жене Родольфус, - не представляю, каким он будет, когда доберётся до главного блюда... - Перестань! Твой брат счастлив! - Беллатрикс возбудилась от увиденного, поэтому ей нетерпелось отправиться в спальню и заняться продолжением рода. - И вообще, у тебя есть кое-какие обязанности прямо сейчас!..

***

- Гарри, я могу с тобой поговорить? Сириус, прожив с Эванс под одной крышей полгода, пока крестник со своей невестой находился в Хогвартсе, был готов лезть на стенку от того, что не может прикоснуться к женщине как мужчина. Тем более Лили родила девочку в начале апреля, и картина, как она кормит грудью, навсегда отложилась в голове волшебника. Ему было плевать, что отцом ребёнка являлся Джеймс, так как он был готов принять желанную волшебницу вместе с дитем, усыновив последнее. - Конечно. Что тебя беспокоит, Сириус? Бывший Блэк рассказал о своей проблеме, опасаясь негативной реакции крестника, но её не последовало. - Я вижу только один выход, - вздохнул парень, который был абсолютно не против брака своего крестного, что выигрывал у отца по всем пунктам, и матери, - вам нужно пожениться... - Ты что?! - воскликнул пораженно Бродяга. - Цветочек не согласится! Она любит Джеймса... - Не забывай, она ушла от него, - возразил зеленоглазый, - я могу поговорить с мамой... - Не нужно, - качнул головой мужчина, - она будет против... - Может, ты не будешь решать за меня, Сириус?! В столовую вошла Лили, глаза которой метали молнии, а волосы разметались в стороны. Ну, и фурия... От вида женщины в таком состоянии, Блэк просто растаял и не смог сказать ничего вразумительного, глядя на подругу влюбленными глазами. - Мам, - Гарри перевел все внимание ведьмы на себя, - так ты согласна выйти замуж за Сири? Кстати, развод состоялся после рождения Розы, именно так назвала свою дочь Эванс, и не обошёлся бы без скандала со стороны Джеймса, если бы Гарри не пообещал устроить ему проблемы на работе. Имя мальчика-который-выжил имел свой вес в обществе, которым гриффиндорец собирался воспользоваться. Но этого не потребовалось, поэтому Поттер-старший подписал бумаги о разводе, нелицеприятно высказавшись о предателях и грязнокровках, отчего Лили разревелась, ведь в который раз убедилась, что её уже бывший считал магглорожденных лишь мусором. - Ты правда готов удочерить Розу? - Да, Цветочек, - просипел мужчина, продолжая пожирать ведьму глазами, - причём, кровно. Бутончик не будет иметь никакого отношения к Джеймсу... - Я согласна! - всхлипнув рыжевоосая кинулась на шею к мужчине, который тут же заключил ее в объятия. - Я тоже тебя люблю, Сири... Гарри вышел из столовой, оставив будущих супругов наедине, чтобы не мешать им целоваться, и отправился к Энни, которая уже пару часов сидела в библиотеке. Там он застал её, склонившейся за очередным фолиантом по зельеварению, отчего парень расплылся в улыбке. - Ты не устала, милая? Блондинка подняла голову от ветхих страниц и посмотрела на жениха, смущённо улыбнувшись. - Немного. - Не хочешь прогуляться?..