"Моей героине".

Двое молодых людей бегут по полу - разрушенным коридорам Мраморного Дворца. - Напарница, не отставай! - Конечно! Где-то в стороне, там позади,осталось всë и все. Дань Хэн остался позади, как бы больно не было Стелле при мысли об этом. Позади осталась Гиацина, давшая клятву держать небо. Остались позади Трибби, Мидей и где-то, на другом конце моря цветов Кастория. Остался в воспоминаниях безумный профессор Анакса, чей вклад позволил сейчас им быть здесь. Осталась позади Цифер, старуха с косой и в чёрном плаще из детских сказок оказалась быстрее. Или как в нашем случае, мечник. Аглая с самого начала стояла позади. Тянула золотые нити, ведя всех по пути. Вперёд. А впереди были лишь Фаенон и Стелла. Им нужно было быстрее попасть в вихрь сотворения и закончить этот кошмар. Точнее, это должен был сделать Фаенон, а Стелла.. Когда они приближались к купальне Спаситель почувствовал, как задолжали его руки. Он лжец. Врал напарнице прямо в лицо, но ради её же блага. Такой герой, как она, просто не мог погибнуть здесь. Не может он точно вспомнить, сколько бессонных ночей провёл глядя в небо и думая, что где-то там его героиню кто-то ждет. Она не только его. Она герой для всех. И все ждут её. Её семья, друзья и тысячи незнакомых ему лиц, лелеявших девушку, как свою спасительницу. Да, ему было больно. Он пытался бороться с этим, но отпустить её теперь было как потерять частицу себя. Однако он уже прожил это однажды, вытерпит снова. Он уже терял все. Семью, друзей,товарищей Златиусов. Он сможет отпустить и её. Даже если снова заплачет, хоть и клялся этого не делать. Даже если снова ударит кулаком и землю, разбив его в кровь. Даже если снова упадет на колени, протянет руку в небо и шепотом попросит, что все это оказалось лишь его бредовым сном. Он сможет, даже если потом жизнь его станет другой. Если красок и бойкой серовласой воительницы в ней не станет, он обязан. Это и ради нее. Фаенон утешал себя. По крайней мере, пытался. Учительница Трибби однажды рассказала ему, что когда все уйдут, они встретятся снова в качестве созвездий и широком небосводе. И снова будут вместе. Пусть это было эгоистично, но мужчина молился, чтобы Стелла тоже была там. Он забрала ядро Оронис. Теперь она должна быть связана с этим местом. Сначала ему не нравился этот факт. Он беспокоился, что она застрянет здесь не по своей воле и станет несчастна. Однако теперь этот факт стал маяком надежды средь высоких волн чёрного океана из чернил и крови. - Мы на месте! - радостно и резво кричит девушка, указывая на дверь Фаенон молчит. Хочется молчать перед тем, как сказать самые тяжёлые и болезненные слова. Они подбегают в двери. Стражи уже ждут их. Фаенон благодарит их на тяжёлый труд. - Хорошо, я пошел... Первопроходец тоже под вашим присмотром. Все, он сказал это. Теперь, назад уже нельзя. Он должен сознаться во всем. - Чего? Фаенон, что это значит? Ты мне что-то не рассказал? Его лицо кривиться, будто в глотке застряло что-то горькое. - Стелла, я... Я принял решение. Прости.. Прости, я не сказал тебе об этом. Я действовал на своё усмотрение, прошу, прости меня.. Последние слова он прошептал, их услышала только она. Он повернулся к ней. Медленно. Все движения стали тяжёлыми для него. А увидев искреннее непонимание в её глазах, он сжался. По спине прошёл холодок, а кулаки сжались так, что Фаенон впервые за долгое время почувствовал физическую боль. Все, чего ему хотелось сейчас, это упасть перед ней на колени и безудержно просить прощения, до тех пор, пока она не скажет такое желанное : "Я понимаю, Фаенон. ". - Фаенон, что происходит...? Он вздыхает, ему хочется поскорее выпалить все эти слова и уйти, чтобы она больше не видела его. Не сейчас. Не таким ранимым и уязвимым. - Знаешь, Стелла... Дань Хэн рассказал мне о некоторых ваших приключениях. Больше всего мне запомнился Белобог и Пенакония. Однако, это ведь не все, да? Тебя ждет ещё много подобных приключений... Стелла, я не могу позволить тебе умереть здесь. Не могу, слышишь? Я попросил Ликурга починить ваш вагон, чтобы вы с Дань Хэном могли сбежать. Обратно, к семье... К людям, которые вас ждут. Он сжимает руку на груди. Девушка смотрит на него, а потом отвечает : - С чего ты взял, что я умру? Я имею право остаться с тобой! И имею право увидеть завершение этой миссии Освоения! Он еле заметно улыбается. Эта прекрасная упрямость. Как же он хотел сейчас сказать ей : "Да, прошу, останься. Не уходи от меня, прошу. ", но он не имел такого права. - Ясно... Я ожидал, что ты не согласишься со мной. Тогда прошу, просто прими это. Ненавидь меня, презирай, но просто живи. Живи, и этого мне будет достаточно. Пока жива будешь ты, жить буду и я. А если я умру, то точно спокойно. Он обращается к стражам. - Заберите её в безопасное место и приглядывайте за ней, она может попытаться сбежать. - Погоди, что?! Стелла пытается сделать шаг вперед в нему, но её перехватывают и тянут назад. - Фаенон, ты вообще в своём уме?! Зачем ты это делаешь?! Он не смотрит ей в глаза, однако девушка может заметить как двигаются его губы, он шепчет. - П.. то.. у - чт... л.. лю... - Что? Стелла пытается удержаться на ногах, чтобы услышать, что он говорит. - Потому что люблю. - уже чуть громче говорит он, и не успевает девушка хоть слово сказать, кричит. Кричит ей и всему миру. Чтобы даже покойники слышали, все, кто считал его таким идеальным и не похожим на людей. - Потому что люблю! Я люблю тебя! Люблю, люблю, люблю! Его глаза начинают мокреть и он понимает, что нужно идти. Он в последний раз смотрит на девушку и замирает, когда видит её слезы, её улыбку и ответный кивок, значащий только одно. Ему умереть хочется. Она ведь тоже его любит, а он... Он уже ничего не может поделать. Он сохранит эти чувства в себе, чтобы даже в следующей жизни любить. И ждать только одну. И чтобы она это знала, он оставляет перед дверью письмо, зная, что она сюда ещё вернется. И чтобы точно поняла, что письмо ей, подписывает, моча пергамент слезами: "Моей героине".