Недосказанности

Отворив дверь,Слава выдохнул лишь тогда, когда почувствовал под спиной ее холодную твердь. Боже,ну за что ему это? Зажмурившись и постояв так минуту, он чуть ли не вынужденно рухнул на кровать, уже готовясь к самому худшему. Как и ожидалось, сначала он без сна катался по белоснежным покрывалам. Потом боролся с кондиционером, ведь температура воздуха казалась ему то жаркой, то холодной. Около часа ночи он ,наконец ,задремал. И карусель пестрых картинок вновь завертелась перед глазами.  Сон. Он идет по длинному коридору, на стенах которого висят разные картины. И на каждой из картин был изображен человек который кричит.Вокруг очень холодно,а он идет в одной рубашке, от чего тело зябнет.Слава идет босиком, и что то мокрое начинает касаться его ног. Актер смотрит вниз, где темно красная жидкость уже касается его щиколоток. Кровь? Бам. Он летит в водоворот этой самой жидкости а приземляется на гору масок. В воздухе летают обрывки текстов и сценариев его ролей. Со спины его что то толкает и Слава кубарем летит вниз по горе. Картины вновь меняются. Он сидит на сцене и пытается отдышаться. Свет направлен на него, а рядом стоит огромное пианино. За ним спиной к нему сидит женщина в белом платье и венке в волосах, наигрывая собачий вальс. Ноги уже ватные,а он встает и медленными шагами подходит ближе. Слава кладет руку ей на плечо – ее голова разворачивается на 180 градусов и безумное лицо его жены смотрит прямо на него. Он кричит.  Осев на кровати и пытаясь отдышаться, Славка чуть ли не рвет ворот рубахи дабы дать кислороду поступать к нему в глотку. В глазах все еще стояло выражение лица жены. Ужас…По спине и лбу стекает ледяной пот, от которого рубашка неприятно прилипает к груди и спине. В ушах звенит и сквозь звон он слышит три удара в дверь. Может он не проснулся еще? Дрожа всем своим телом он аккуратно ступает на пол и на негнущихся ногах подходит к двери. В душе теплится доля сомнений по поводу того, стоит ли вообще кому то открывать и в состоянии ли он с кем то контактировать,но игнорируя их Слава давит на ручку двери и открывает ее.  На пороге, к его огромному удивлению, стоял Дима. Он по всей видимости переоделся в домашнюю одежду,ибо на нем красовалась белая футболка и черные штаны. Экстрасенс не спешил начинать диалог, лишь переминался с ноги на ногу и нервно почесывал шею. Черноволосый не спешил смотреть ему в глаза. Напрягало.  — Доброй ночи. Ты чего тут?– нервно сглотнув прежде чем заговорить, Слава старался придать себе вид вовсе не напуганного человека которого разбудили. В тоне голоса нет и намека на дружелюбие. Чепур скрестил руки на груди и вздернул подбородок лишь чтобы почувствовать хоть каплю уверенности в своем собственном доме.  — Ты в порядке Слав? – не то чтобы он был обеспокоен. Дима просто услышал крик и .. почувствовал что то нехорошее.И пришел. Все. — В полном. Что у меня может быть не в порядке? – Актер нахмурился и поджал губы. Допустить позора в собственном доме он не мог, тем более перед ним. — Ты кричал. И от тебя страхом так и прет.– бесцеремонно протиснувшись в комнату актера и оставив ее хозяина стоять на пороге с перекошенным от возмущения лицом, Димка завел руки за спину. Изначально он вообще не понимал зачем пошел к Славе. Но еще до его криков он чувствовал что то то не так.  — Какого..бля,тебя ебет? – повысив голос, перед этим инстинктивно закрыв дверь и встав спиной к ней, Слава решил переходить в наступление. Он уже давно смирился с тем что без агрессии отвечать этому малолетке не сможет - тот чертовски бесил, причем абсолютно всегда. — Нет. Просто зашел удостовериться что хозяин дома коней не двинул. – улыбнувшись Славе, Димка невольно подумал что очередной шуткой про смерть вполне мог взбесить актера, чему был бы несказанно рад. Хоть что то кроме холода и презрения с его стороны. — Просто если ты, вдруг, надумаешь, то я могу и от ночных кошмаров избавить.. Те, кто хоть раз мучился бессонницей или бесконечно повторяющимися кошмарами, которые преследуют тебя каждую божью ночь понимают что испытывал Славик, так еще и после смерти близкого ему человека. Хотя была ли она ему близка? Отношения с женой,Катей, которую звали как и двоюродную сестру,приехавшую к нему с его матерью, у них под конец брака стали безусловно натянутыми. Чувства остыли давно, но так как они оба были медийными личностями, ни одна, ни другой карьеру себе рушить не хотели, поэтому развод был не самой удачной идеей, что делать они и не собирались. Однако отношения у них как у друзей были очень теплыми, поэтому горе утраты он почувствовал вполне. А когда она начала гоняться за ним в царстве Морфея ему стало совсем тошно. — Иди ты, колдун недоделанный. – отрезал Слава, отводя взгляд. Как бы не хотелось этого признавать, но если бы кто-то мог избавить его от этой участи, он бы возможно и принял помощь.Но явно не от Дмитрия. Ни за что. — Избавитель мне тут нашелся.  Дмитрий, словно не услышав колкостей в его сторону, дружелюбно ему улыбнулся и двинулся на него. Уже через пару шагов, сопровождаемых явным злорадством со стороны чернокнижника, между ними осталось расстояние не больше двадцати сантиметров. Дима по-кошачьи склонил голову, слегка щурясь, словно от надоедливого солнца что светит по утрам в глаза.  — Ты слишком напряженный, Слав. Попробуй посмотреть на все это под… другим углом?) — его голос уже практически перешел на шепот, а глаза не отрывались от глаз актера. Провокация, не более. У Матвеева были кое-какие соображения на этот счет, но он решил оставить их при себе до поры до времени.  Эта ухмылка, красовавшаяся на бледном остром лице, этот спокойный тон, это развязное положение тела, словно кричащее что ему не до мирских делишек, все поведение этого засранца жуть как бесило Славу.  — Под каким, мать его, углом? — из горла непроизвольно вырвался рык, являвшийся естественной реакцией на предложение черноволосого. — Глянул бы я на тебя.. — Ну.. ты же не был счастлив с этой женщиной, ведь так? — в глазах плясали насмешливые чертики. Выводить Славу было в сто раз круче любой наркоты, с учетом того что чернокнижник не употреблял.  — И по твоему нужно радоваться что она умерла? — расстояние само собой сокращается между их лицами, воздух в комнате накаляется. Однако к его собственному удивлению, Слава ничуть не бесился. Воспринимал это скорее как светскую беседу с не очень приятным ему господином. А с какого черта он его вообще еще не выгнал? Он и сам не знал.  — Ну что ты сразу все в штыки воспринимаешь? Скажем так… Реагируй так словно ее и не было в твоей жизни. Всяко лучше чем само бичевать себя каждую ночь. — пожав плечами, он изобразил на лице понимание, мол я все это уже прошел, пользуйся цельными советами.  На секунду Слава даже опешил. Потом к голове так и прихлынула ярость. В его голове просто не укладывалось как человек на полном серьезно может говорить.. такие вещи!? Каковы моральные ценности этого человека ?  — Пошел прочь. — Зрачки Чепурченко сузились и он с отвращением поглядел на чернокнижника. А тот все стоял и лыбился. Задумал, гаденыш, что то.  И вправду. Напоследок еще раз улыбнувшись, Димка подтолкнул Чепура к ближайшей стенке , от чего тот зажмурился, и следом вновь прильнул к нему.  — Ты чего удум.. — Слава не успел договорить, ведь крепкая рука с длинными тонкими пальцами закрыла его рот, а лицо напротив вновь расцвело в улыбке.  — Расслабься, Слав… Левой ладонью прижимая недоумевающего блондина к стене, Дима больше ничего не говорил и правой рукой уже расправился с ремнем на чужих брюках. Брыкавшийся и что то пытавшийся возразить Слава обхватил чужую руку в попытке оторвать ее от себя, но та так плотно прижимала его к стене, что возможности освободиться он более не видел. Брюнет встал на колени, параллельно стягивая светлые штаны со Славы, не мешкал ни секунды, не давая актеру ни на секунду опомниться. Следом вниз потянули и боксеры.  Чепурченко глядел на Диму с широко распахнутыми глазами, активно хлопая ресницами. Упустив момент когда его оставили полуголого , он ошарашено рассматривал черную макушку Матвеева. Остановившись лишь на секунду он поднял глаза, встретившись глазами с актером и довольно сощурился. Разом нахлынувшая на него волна возбуждения прошлась от пяток до макушки, заставив Славика всем телом взгрогнуть и зажмуриться,отворачивая голову в сторону и не желая даже глядеть на обезумевшего Дмитрия. Проведя рукой туда- обратно по органу белобрысого, вырвав у того хриплый стон, Дима не думая взял его в рот. Вначале вобрав всего половину он медленно двигал головой, желая помучить Чепурченко. Двигаясь в одном темпе, он то и дело останавливался, упиваясь жалкими стонами оппонента. Слава, запрокинув голову наверх и то и дело закатывая глаза искусал себе всю руку, стараясь сдержать рвущиеся наружу крики. Другой он царапал плечо Димы.Матвеев уже не прижимал его к стене зная, что сопротивляется тот не планирует. Проходясь по каждой венке славиного члена, он то бешено ускорялся, заставляя актера срываться на крик и зажимать себе рот ладонью, то двигался в невыносимо вязком темпе. Лишь изредка поднимая взгляд на бедного извивающего Славу,Дима встречался с томными голубыми глазами, которые застилала пелена возбуждения и довольно улыбался, с еще большим усердием принимаясь вылизывать чужой член Слава, чувствующий что уже скоро приближается к разрядке, попытался оттолкнуть от себя Диму, толкая того в лоб. Получив на это отрицательный трях головой он разочаровано выдохнул.С громким протяжным стоном кончив через три-четыре толчка и излившись в рот экстрасенсу, Слава чуть не рухнул, однако был подхвачен ловкими ручками первого. Взглянув на ненавистного ему чернокнижника , который с довольной миной проглотил его собственное семя,он дрожащим голосом прошептал. — Идиот.. — Тебе не понравилось?.. — С деланно-наивным видом спросил он, не сдержал улыбки. Заботливо усадив актера на пол возле той же самой стены, он отстранился и облокотился на противоположную ему стену, скрестив руки на груди.  — Ты.. — подобрав под себя ноги, Чепур с ненавистью и смущением смотрел вверх на Диму.  — Ты давай тут, а я пойду. — и не сказав более не слова, Дима,довольный , вылетел из его комнаты,оставив Славу в одиночестве переваривать события ближайших 20 минут.