«хирург?»

В темноте скрипят шаги — тень несёт с собой беду, На полу лежат куски — сердце, лёгкие в бреду. Пальцы, губы, ком ладоней — всё, как розы на снегу, В этой мерзости и боли он нашёл свою игру. Скальпель пляшет, словно кисть — каждый срез ему как стих, «Ты не плоть, ты мой эскиз», — он шепчет, дыша поверх. В белом плаще, средь стекла и стали, он, как бог среди частей, В каждом вскрытом идеале — грань великой из вестей. Он — Дотторе, ум Фатуи, гений, демон, палач, Он расчётлив, как наука, и в изыске нету плач. Он не мучает — препарирует, точен каждый поворот, Он ведь верит: человек — это не душа, а плод. Печень — тёплый акцент мазка, селезёнка — вензелёк, Глаз зрачком блестит слегка — будто в трауре цветок. Он поёт себе вполголоса, в такт дрожащим клапанам: «В каждом нерве — симфония, в шрамах — формула из тьмы». На бетоне кровь — как рамка, труп — не жертва, а сюжет, Жизнь — не дар, а механизм, где ошибка — это грех. Он несёт в себе катарсис: боль — основа для идей, Плоть — холст тончайших правил, где бессмертие — средь теней. И когда придут за ним, обнажив клинок в ответ, Он прошепчет, глядя в бездну: «Я не демон. Я — Пророк. В каждом вскрытом организме — мир, изъятый из оков. Если Творец забыл про нас — я создам своих богов».