Зелье для сна

~

В первый раз, когда Поттер засыпает при нем Северус почти не верит глазам.  Конечно, в этот последний послевоенный курс они оба немного подуспокоились. Поттер вел себя лучше на его уроках, лишь иногда ведя с ним перепалку в насмешливом тоне, забавляя окружающих. Северус не злился на это. Он наслаждался этим, по правде говоря, хотя бы на мгновение погружаясь в их шаткий мир прошлого.  Поттер больше не был наглым глупым мальчишкой. Теперь он мог позволить себе улыбку в его сторону, колкость, закатывание глаз, но не это. Он итак заходит последним в кабинет, виновато пожимая плечами. Рональд Уизли уже занимает место рядом с Грейнджер, Уизли-младшая садится с Лавгуд, Лонгботтон с Томасом, даже Драко, который удивительным образом оказался на этом курсе, не смотрит в сторону Поттера.  Поттер засыпает ближе к концу урока, и Северус, совершенно обескураженный, делает вид, что не замечает этого. Он склоняется над своим столом, краем глаза следя за недовольной Грейнджер и за Уизли, который за руку тянет сонного Гарри за дверь, когда урок подходит к концу.  — Ваш Избранный уснул прямо на моем уроке, — жалуется Северус Минерве и портрету Альбуса.  Минерва ухмыляется, подливая ему чай в чашку, а Альбус смеется:  — Разве вчера слизерин не играл против гриффиндора? Вероятно, мальчик просто устал.  — Ваш мальчик, — намеренно выделяя совсем уже неподходящее прозвище выросшему Поттеру, — уже давно не играет в квиддич. Он их тренирует, чему там уставать? — Я поговорю с ним, — соглашается Минерва, и они меняют тему.  Северус все еще не может поверить, что снова должен возиться с Поттером. 

~

Через неделю Поттер становится похожим на Пивза. Смуглая кожа будто на тон становится бледнее. Исхудавший за этот месяц, с мешками под глазами он едва напоминает себя настоящего.  Северус буквально видит, что тот намеренно бросает больше толченных зубов дракона в котел, и виновато смотрит в его сторону. Сложно сказать, чего именно он добивается, но по его замедленной реакции и движениям Северус быстро принимает одно единственное верное решение: — Отработка, мистер Поттер. В пятницу после ужина.  Гарри кивает и даже не думает возразить. Зато возразить пытается младшая Уизли, пока Грейнджер глазами не заставляет ее замолчать.  Защитница, как же.  Вечером того же дня Северус неохотно плетется в кабинет директора. Он понятия не имеет, что могло ей понадобится в столь поздний час, но послушно поднимается по закрученной лестнице.  Минервы в кабинете нет. Зато есть повернутая в сторону портрета Альбуса деревянная скамья с Поттером на ней.  — Добрый вечер, профессор, — улыбается он и сдвигается на край скамьи, уступая ему место рядом с собой.  — Что-то срочное, Альбус? Через два часа отбой, я бы хотел вернуться к проверке домашних заданий.  Поттер заметно грустнеет и широко зевает, смущенно прикрывая рот ладонью. Мерлин, даже его ладони стали больше. Когда он успел стать таким взрослым? — Присаживайся, Северус. У меня нехорошие новости.  Северус нехотя опускается рядом с Поттером всем телом остро ощущая его присутствие. От него веет теплом и тонким сладким ароматом чего-то вроде шампуня или мыла, но Северус запрещает себе даже думать об этом.  — В Министерстве неспокойно, о чем ты, вероятно, уже в курсе.  Северус кивает, и Гарри рядом с ним тут же оживляется.  — О чем речь? — Видишь ли, мальчик мой, наши опасения подтвердились: кто-то собирает сторонников Тома.  — Для чего?  Гарри немного разворачивается, чтобы смотреть на них обоих, и его колено теперь задевает колено Северуса.  — Мы не знаем, Поттер, — выдавливает из себя Северус, пытаясь абстрагироваться от неожиданно приятного касания.  Гарри и раньше делал подобное. Он вставал слишком близко к нему на нескольких встречах в честь победы, жжался к его боку на праздничных ужинах в большом зале, а еще как-то даже попытался обнять его. Объятие долго не продлилось — всего на несколько секунд его руки повисли на его плечах. Гарри отстранился сразу же, как только Северус замер, даже не пытаясь пошевелиться в ответ.  — Я просто рад, что вы живы, профессор, — мягко улыбаясь произнес тогда он и скрылся за дверьми его палаты в Мунго.  Гарри рядом с ним снова зевает и возвращает его в настоящее.  — Кингсли сообщил нам об этом еще в октябре, когда черные метки стали появляться в небе над Лютным. Всего пару раз, но аврорат смог поймать одного из них.  — Кто это был?  — Мы не знаем, Гарри, — выдыхает Альбус, раскидываясь на своем стуле.  Гарри снова меняет положение, прижимаясь к его боку ближе, когда Альбус начинает рассказывать им о провальных вылазках аврората.  Северус молчит, задумчиво глядя в сторону других портретов, которых Альбус усмотрительно заслонил от них оглушающим.  Северус много раз слышал эти истории. Вместо этого он думает о том, что что-то явно меняется в их отношениях. Поттер его больше не бесит, скорее, наоборот, что, по сути, только ухудшает ситуацию. Да и сам Гарри явно чувствует себя теперь расслабленнее рядом с ним.  Северус тяжело вздыхает, и Гарри наклоняется к нему. Его голова вдруг опускается ему на плечо, и Северус замирает.  Альбус продолжает ругать аврорат и министерство, совершенно игнорируя непозволительные действия Поттера.  — Альбус, — шипит Северус, привлекая его внимание.  Дамболдор улыбается и замолкает, почесывая пятерней свою бороду.  — Мальчик чувствует себя в безопасности рядом с тобой, — тихо говорит он. — Дай ему хотя бы несколько минут.  Поттер намеренно кладет голову ему на плечо и засыпает. Северусу немного щекотно в местах, где теплое дыхание Поттера касается его шеи, но он не шевелится.  В конце концов, несколько минут выливаются в целый час, который они с Альбусом вполголоса обсуждают возможные планы новых последователей Темного лорда.  — Гарри лучше не уходить из замка, пока они не поймают их всех. — Предлагаешь посадить его на цепь? — хмыкает Северус, и Поттер неожиданно резко вскакивает на ноги.  — Я- Он вертит головой и трет пальцами глаза под своими круглыми очками.  Северусу пытается не думать о том, как прохладный воздух замка неприятен по сравнению с теплым спящим Поттером у левого бока. — Извините, сэр, — выдыхает он, плюхаясь обратно на скамью рядом с ним.  Альбус задумчиво рассматривает их обоих. Если бы он мог, он бы вышел из-за рамки, чтобы рассмотреть их еще ближе, это точно.  Северус встает на ноги и расправляет плечи, затекшие после долгого сидения в одной позе.  — Отработка в пятницу, Поттер, — напоминает он и уходит. Перед тем как выйти за дверь он слышит сдавленное: «он убьет меня» и тихий смешок Альбуса.  А еще его левое плечо немного пахнет чем-то сладким. 

~

— Ну, что? — ухмыляясь, спрашивает Поттер, стоя у его стола. — Драить котлы руками? Мыть полы? Или сразу запустите в меня банкой с тараканами?  — Хорошая идея, но, — бормочет Северус, не отрывая глаз от очередного бездарного эссе, — банки с тараканами нет, но есть с флоббер-червями. — Северус поднимает голову и даже позволяет себе улыбнуться. — Живыми, между прочим.  Поттер, все такой же бледный, явно не спавший больше суток, тоже улыбается ему.  Северус не понимает, что именно изменилось, но вся его злость исчезла, испарилась в тот самый первый день, когда он снова увидел Поттера за гриффиндорским столом в этом году. Повзрослевшего, вытянувшегося, а главное — живого.  — Иди за мной, — велит он, поворачиваясь к стене. Он мягко толкает ее ладонью и в ней вырисовывается дверь в его покои.  Они молча идут по длинному коридору и перед ними появляется еще одна дверь.  — Надеюсь ты понимаешь, что здесь ничего нельзя трогать?  Гарри заходит за ним в комнату и шумно выдыхает. Он кивает и вертит головой, разглядывая полки. — Это ваша потайная лаборатория? — Минерва любезно выделила мне этот уголок в этом году, — зачем-то делится он, проходя к стеклянному стеллажу.  — Я рад за вас, — говорит Гарри совершенно искренне, и Северус оглядывается на него через плечо. Гарри ловит его взгляд и улыбается. — Правда! Здорово, что вы снова можете заниматься любимым делом.  Северус достает с одной из полок маленький пузырек и черный кинжал и подходит к Поттеру. Тот все еще улыбается. — Тебе и правда нужно поспать, Поттер. Ты несешь ерунду. Тот лишь хмыкает и разглядывает кинжал в его руке. — Хотите завершить начатое Томом? Северус прищуривается и склоняет голову в бок. — Я бы с удовольствием, но Минерва знает, что ты со мной. Дай мне свою руку. Гарри закатывает рукав рубашки и послушно вытягивает руку вперед. Он вздрагивает, когда Северус касается его холодными пальцами, но молчит. — Я сварю тебе зелье, — говорит Северус, поглаживая большим пальцем синие венки на бледном запястье Гарри. — Никакого привыкания, но для этого мне понадобится твоя кровь.  — Будет больно, да? — косясь на кинжал в его руке, спрашивает он. — Да. Это темный артефакт. Будет больно и заживать будет долго, но я не настаиваю. — Ай, режьте, — пожимает плечами Поттер. — Потерплю. И он действительно терпит. Гарри не издает ни звука, он даже не дергается, когда кинжал вспарывает его кожу.  Северус поджимает губы. Очевидно, Поттер ни единожды сталкивался с чем-то более худшим, чем это, но подобное безразличие даже немного пугает. Поттер стойко выдерживает еще несколько минут, пока Северус разливает кровь по необходимым пузырькам и наколдовывает для них определенную температуру.  Он молчит все время, пока Северус не сворачивает в том же длинном коридоре в другую дверь.  — Это ваши покои!  Северус усаживает его в кресло у небольшого камина, и Гарри послушно ждёт его.  — Дай мне свою руку. Порез все еще кровит, но уже меньше, и то маленькое полотенце, что Северус дал ему в лаборатории, пропиталось насквозь его кровью.  Северус осторожно берет его за запястье и откручивает крышку мази свободной рукой.  — Она снимет боль, но заживать все равно будет очень долго. Будет лучше, если ты будешь спать с вытянутой рукой.  Гарри долго наблюдает за тем, как его пальцы медленно втирают мазь в края пореза, и тихо бормочет себе под нос: — Я все равно не буду спать.  На мгновение они встречаются взглядами, и Северус отворачивается первым, не выдерживая знакомой зелени в его глазах.  Он закрывает крышку мази и садится напротив Поттера, изучающе поглядывая на него.  — Почему ты не спишь? — Кошмары.  — Почему именно сейчас?  — Они стали.. более детальными.  И Северус понимает, что большего он сегодня не услышит.  — Посиди еще немного, — говорит он, прежде чем встать с кресла.  Альбус был прав, кажется, Поттер действительно расслабляется рядом с ним, потому что он вдруг становиться заметно вялым и необщительным.  Северус подходит к книжной полке, намереваясь выбрать что-нибудь легкое, и слышит негромкий стук. Северус оборачивается и видит, что очки Поттера падают на пол. Его голова наклонена, лицо, наконец, расслаблено, а рука послушно вытянута в сторону.  Поттер засыпает в его гостиной.

~

— Профессор Снейп! Северус выставляет руку вперед, пытаясь удержать Грейнджер от падения, но Уизли оказывается быстрее него.  Он хочет возмутиться их неожиданному визиту, но Грейнджер так сильно напугана, что Северус лишь сжимает губы.  — Мисс Грейнджер, что случилось? — Гарри пропал, сэр, — говорит вместо нее Рон, все еще придерживая девушку за талию.  — Как давно? — сдержанно спрашивает Северус, открывая дверь своих покоев перед ними, и они вдвоем следуют за ним к его рабочему столу.  — Сегодня днем. Северус косится на каминную полку, где на пыльном циферблате часов стрелка ползет за полночь и недовольно рявкает: — Почему вы пришли только сейчас? Гермиона, наконец, принимает присущий ей воинственный вид, отталкиваясь от рук Рона и выпрямляя спину.  — Аврорат уже начал поиски, но- — Аврорат — кучка идиотов! — не выдерживает он, смахивая со стола непроверенные домашние задания и призывая нелбоходимые колбы из лаборатории. — Вы должны были немедленно оповестить меня! — Гарри бы не хотел беспокоить вас, — тихо замечает Рон, усаживаясь на подлокотник одного из его кресел.  Северус уверен, если бы Уизли не был сломлен пропажей друга, он бы никогда в жизни не ступил за порог его покоев.  — Мне потребуется ваша помощь, мисс Грейнджер.  Гермиона тут же встает рядом с ним, собирая волосы в хвост и засучивая рукава.  — Мне необходимо- Договорить он не успевает, потому что из его камина появляется Кингсли.  — Добрый вечер, Северус. Рон, Гермиона, — кивает он им и проходит к его рабочему столу. — Кажется, ты уже в курсе.  — Зачем ты пришел? Одежда Кингсли выглядит непривычно нерашливо и весь его вид просто кричит о том, что поиски идут напрасно все это время.  — Мы нашли трех людей, которые видели его похищение. Гарри был в Лютном, когда это случилось.  — Что он там делал? — задает вполне себе резонный вопрос Уизли, но Северус одним взглядом заставляет его замолчать. Не время. — Что тебе известно о похитителях?  — Именно за этим я и пришел. Один из них невысокого роста и с длинной рыжей бородой, а другой — совсем седой и со шрамом на щеке. Нам сказали, что у него была очень короткая палочка. Это все, что нам изв- — Я знаю их, — тихо говорит Северус, и все замирают. — Они не были Пожирателями, но выполняли всякую грязную работу. Вряд ли они способны на настоящее убийство, но для чего он мог им понадобиться? Северус призывает еще несколько необходимых вещей, и Гермиона понимает его без слов, тут же протягивая руки к деревянной доске и ножу.  — Мелкими кусочками, — указывает Северус, выкладывая из коробочек ингредиенты.  — Северус, — растерянно зовёт его Кингсли, когда тишина затягивается. Его голос ломается, и Северус поднимает на него глаза. — Так что нам делать? — Ты должен пообещать мне, что ни аврорат, ни министерство не узнают о том, что мы будем делать.  — Что бы это ни было, — обещает Шеколболт. И в целом, прошлое вполне себе показало, что ему можно доверять даже в подобных вопросах. Рон тоже подходит к ним ближе.  — Гарри страдает бессонницей. К нему вернулись кошмары и я начал варить ему зелье на основе его крови, так что у меня есть несколько ее капель.  — Вы будете готовить поисковое зелье? Да и на крови волшебника! — ахает Рон, но тут же тушуется под недовольным взглядом Гермионы. Северус кивает. — Это займет около часа. Мисс Грейнджер поможет мне, а мистер Уизли, — Северус бросает на него недовольный взгляд, и парень неловко улыбается ему, — будет молча сидеть в углу. Я сообщу тебе, как только оно будет готово.  Кингсли замолкает, переваривая услышанное. Вероятно, он раздумывает над тем, сколько сейчас законов нарушают они четверо. Темная магия, редкие ингредиенты, кровь другого волшебника — за все это легко можно попасть в Азкабан. И за покрывательство подобного — тоже. — Было бы здорово иметь пару капель вашей с Гарри крови. Ваших тоже, — тихо говорит Кингсли спустя некоторое время, и Северус, правда, удивлен.  — Только не в министерстве.  Кингсли понимающе хмыкает: — Разумеется. Поделись своей кровью с тем, кому доверяешь. Просто на всякий случай.  Кингсли растворяется в пламени камина, они с Гермионой продолжают работу над поисковым зельем. Из головы еще долго не выходят слова Кингсли. Кому кроме Гарри, он бы мог доверить подобное?

~

Их оказалось гораздо больше, чем они планировали. Северус краем глаза видит, как Кингсли вызывает еще больше авроров, обезоруживая нападающих.  Их тут сотни. Озлобленных, верящих в идею воскресить Темного лорда. Некоторые даже склоняют голову при виде Северуса в знак восхищения, чем, конечно же, он и пользуется, оглушая и связывая их. Идиоты. Зелье безошибочно приводит их к захолустью в глуши незнакомого леса. Дом буквально разваливается, трещит по швам, как и нервы Северуса, который шаг за шагом ломится глубже, пытаясь найти Поттера первым.  И он находится. Северус облегченно вздыхает видя его вполне себе целым. Гарри стоит на своих двух, также сражаясь с этими идиотами, поверившими в свои силы. На мгновение их взгляды пересекаются, и Гарри расплывается в измученной улыбке, пропуская летящее в него заклятье.  Какой-то старик бросает в него конфундусом, и Северус сбивает его с ног тем же. Сзади он слышит голоса и топот прибывших авроров и не раздумывая бежит к Гарри. Обессиленный он падает прямо в руки Северуса. Северус не выдерживает, и они оба оседают на холодный пол. Он успевает подхватить его голову, и Гарри хрипло смеется, расслабляясь в его объятиях. Северус не может перестать гладить его по волосам.  — Осторожно! — кричит Рон, пробиваясь к ним. Он загораживает их спиной, отмахиваясь от летящих в них заклинаний.  — Что болит? — Северус нетерпеливо колдует над ним диагностирующие, в поисках смертельных ран, но Поттер в порядке. Ничего серьезного.  — Я почти сбежал. Дважды! — хвалится он, отстраняясь и приваливаясь спиной к стене. Гарри тяжело дышит, на его лице и шее глубокие кровоточащие порезы и Северус ловит себя на странной мысли, что хочет провести по ним языком.  Он нехотя отодвигается от него, но все еще чувствует потребность в прикосновениях, просто чтобы убедиться, что Гарри жив. Он кладет ладони на согнутые колени Гарри, и тот улыбается.  — Дважды, Поттер? — Ага. В первый раз меня оглушили со спины. Второй раз — вы видели. Этот старик никак не хотел отцепиться от меня, но я бы и сам справился. Честно! — Уверен, ты бы справился, — бормочет Северус и зачесывает его волосы назад, и Гарри прижимается щекой к его ладони, расплываясь все в той же измученной улыбке. — Я немного выспался тут, пока был без сознания, — признается он, пытаясь встать на ноги. Северус тут же подает ему руку, и Гарри приваливается к его плечу.  Рон бросает короткий взгляд на них и двигается вперед с вытянутой палочкой.  — Они сильно ударили меня по голове, когда я пытался сбежать в первый раз, так что я провалялся без сознания несколько часов. Вот и силы появились. Ну, это тот старик мне сказал, пока вы не оглушили его.  — Надо было запустить в него непростительным, — шипит Северус, придерживая Гарри одной рукой.  Рон тут же бросается к ним, но Гарри отмахивается от его помощи, забрасывая одну из рук за шею Северуса, а второй цепляясь за свою палочку.  Северус уверен, что Поттер вполне цел и может идти самостоятельно, но эти касания и поддержка необходимы им обоим. — Как вы меня нашли?  Рон косится на Северуса, и тот кивает.  — Мы с Гермионой сразу побежали к Снейпу, эм, профессору Снейпу.  — Сразу? — возмущается Северус, игнорируя фамильярное обращение.  — Почти сразу, — соглашается Рон и отмахивается от очередного летящего в них заклинания.  Северус бы и подумать не мог, что может доверить свою безопасность Уизли, но тот и правда прекрасно справляется.  — Хорошо, — бормочет Гарри в его плечо и зевает.  Рон остается помогать аврорам, не смотря на запреты Кингсли. Гарри осматривают колдомедики министерства, и тот заверяет их, что в больничном крыле Хогвартса его быстро поставят на ноги.  — Ты ведь не ляжешь в больничное крыло? — Неа, — ухмыляется Гарри, и его взгляд затуманен из-за недосыпа.  — Тебе нужно отдохнуть. Готов аппарировать? Гарри цепляется за предплечье Северуса и так и не отпускает его, пока окончательно не проваливается в сон все в том же кресле у камина в его гостиной.

~

Он не помнит, как снова оказался здесь. Мраморные стены Малфой-мэнора давят со всех сторон. Он бродит по длинному коридору в поисках Люциуса, пока не натыкается взглядом на плачущую Нарциссу возле знакомых силуэтов на полу.  Северус задерживает дыхание и движется ближе, узнавая их. Драко и Гарри.  Нарцисса качает головой из стороны в сторону и треплет Драко по светлым волосам, пытаясь привести его в чувства. Но глаза Драко закрыты. Он бледен больше обычного и его грудная клетка не движется. Он мертв, понимает Северус.  И Гарри тоже.  — Драко? Гарри? — зовет он, но ни тот, ни другой, очевидно, не отзываются.  Северус переводит все свое внимание на Гарри и не может сдержать рвущегося из горла всхлипа. Он падает на колени и проводит ладонями по груди Поттера, пытаясь найти в нем хоть какие-то признаки жизни.  — Что произошло? — сдавленно спрашивает он, обращаясь к плачущей рядом Нарциссе, но она даже не смотрит в его сторону, продолжая качать головой.  Северус приподнимает Гарри за спину, облокачивая его на свою грудь, все еще пытаясь услышать его теплое дыхание. На него вдруг накатывает воспоминание, как он также прижимал Поттера к себе совсем не давно, вытаскивая из лап кучки идиотов, возомнивших себя Пожирателями. — Гарри! — пробует он еще раз. Разве Северус уже не спас его? Знакомые зеленые глаза подернуты мутной пленкой и смотрят в потолок мимо него. Северус понимает, что страшные всхлипы, которые доносятся до него сквозь шум крови в ушах — это его собственный плач.  Он прикрывает глаза Гарри трясущимися пальцами и припадает к его лбу губами. Собственные губы пылают от контраста с ледяной кожей Гарри, и Северус начинает дрожать. Вдруг все вокруг замирает. Нарцисса перестает плакать, отползая от тела Драко к стене. Она смотрит за плечо Северуса округленными от ужаса глазами и сжимает до бела губы.  Северус уже знает, кто стоит позади него. Он чувствует знакомый липкий страх повисший в длинном коридоре Малфой-мэнора. Но держа в руках холодное тело Гарри, он вдруг понимает, что даже собственная смерть уже не пугает его.  — Мой верный слуга оказался предателем, — шепчет Темный лорд, и этот шепот проникает ему под самую кожу. Его метка на руке начинает гореть.  Северус сглатывает, но не оборачивается. Поттер в его руках будто бы цепенеет, и Северус сжимает его крепче, заслоняя его спиной от Воландеморта даже после смерти.  — Смотри на меня! — кричит он, но Северус не шевелится, украдкой смотря на Нарциссу у стены.  Она в ужасе переводит взгляд на бузинную палочку из-за его плеча, кончиком которой Воландеморт касается метки на его руке. Северус видит, как змея начинается извиваться и ему становится по-настоящему страшно. — Смотри на меня! Но Северус не смотрит, потому что Гарри в его руках вздрагивает, привлекая все его внимание, и его губы начинают шевелиться. Северус прислушивается к нему и различает едва слышное: — Профессор.  — Смотри на меня! Смотри на меня!  Северус зажмуривается, пытаясь прийти в себя, но крики Лорда давят на него, мешают слушать то, что пытается ему сказать Поттер. Он прижимает его ближе к себе и, наконец, различает отчетливое: — Северус.  И тело Гарри растворяется в воздухе. Северус безуспешно пытается поймать его, пока его собственные ладони не стискивает кто-то другой.  — Северус! Он просыпается.  Северус просыпается в собственной кровати. Его ночная рубашка липнет к влажной спине, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Метка пылает, но Северус не решается даже взглянуть на нее.  Его ладони действительно кто-то держит, и это Поттер, целый и невредимый. Ну, почти.  Северус моргает несколько раз, пока глаза, наконец, не привыкают к свету маленького люмоса над головой, и разглядывает Гарри перед собой. Раны на шее и лице почти зажили, он взъерошен, но выглядит гораздо лучше обычного.  Он выспался. Он выспался в его кресле.  — Кошмар? — мягко спрашивает Поттер, все еще держа его ладони в своих. Он без очков, и Северус может разглядеть каждую морщинку вокруг этих знакомых глаз.  — Я разбудил тебя? — Да, — пожимает плечами Поттер, и, наконец, отпускает его. Ладони буквально ноят, снова мечтая о ласке. — Ты звал меня во сне. Сначала я решил, что ослышался, но потом ты закричал и начал махать руками. Я испугался, что ты навредишь себе и, вот.  Северус прикрывает глаза и вжимается в подушку головой, все еще видя перед собой моменты сна. Краем уха он слышит шуршание простынь и одеяла с левой стороны кровати. Вид бледного безжизненного тела Гарри настолько глубоко заседает в сознании, что он игнорирует неправильность происходящего.  Он сжимает и разжимает кулак левой руки и тут же распахивает глаза, когда Гарри тихо произносит:  — Глациус. — Что ты- О! Гарри держит в руках скомканный платок покрытый ледяной коркой из-за  действия чар. Он переворачивается на правый бок и мягко прикладывает его к метке на его руке.  Такое простое на вид заклинание, на самом деле, показывает его истинную силу. Гарри не просто владеет им, он еще и в состоянии использовать его вполсилы, чтобы не навредить Северусу еще больше. — Иногда мне снится, что у меня она тоже есть, — шепчет Гарри, все также мягко касаясь платком его руки. — Обычно ничего серьезного, просто весь сон я смотрю на ползущую по моей руке змею, пока не просыпаюсь от храпа Рона с соседней кровати.  — И это помогает? — догадывается Северус.  — Ты мне скажи.  Северус действительно чувствует облегчение, не смотря на то, что боль в руке с самого начала ненастоящая.  Гарри шепчет заклинание и платок исчезает в воздухе. Он откидывается на соседнюю подушку и, кажется, совсем не чувствует смущения происходящим. Северус решает, что после сегодняшнего сна, это даже к лучшему.  Как бы сильно он не боялся себе признаться в этом, но сегодня он не хочет оставаться один. И оставлять Гарри одного тоже не хочет.  — Что еще тебе снится? — спрашивает Северус, не особо надеясь услышать ответ.  Он уже пытался разузнать подробности его снов, но Гарри менялся в лице и увиливал от ответа.  Так что Северус кивает в темноту комнаты, смотря перед собой в потолок, пока Гарри все-таки не отвечает: — Смерть. Мне постоянно снится смерть.  Не смотря на то, что признание явно дается ему сложно, голос его тихий и ровный.  — Я снова и снова вижу как умирает Седрик, как умирает Фред, Римус, Дора и… Сириус. Мне снится, как умирают Рон и Гермиона, будто он добирается и до них тоже. Я вижу, как он направляет на них палочку и произносит заклинание и потом, — Гарри шумно сглатывает, прежде чем добавить: — я понимаю, что все это время это был я. Я убил их всех. Я навел на них палочку и я сам произнес непростительное.  — Ты не виноват в их смерти, — говорит Северус также тихо, прекрасно понимая, какую вину он может чувствовать.  — А еще мне снишься ты, — говорит Гарри, игнорируя его. Твердость в его голосе бросает Северуса в жар. Это не просто случайное признание, это обдуманный риск. — И каждый раз я не успеваю. Твоя теплая кровь на моих руках, твои пустые глаза. Я кричу Гермионе, но она не двигается, не произносит заживляющее, не останавливает кровь. Мне снится, что мы оставляем тебя лежать в Визжащей хижине, а потом она сгорает до тла и тебя больше нет.  Гарри глубоко вдыхает и прочищает горло. Его голос хрипит на последних словах, и Северус тянется к руке Гарри, обхватывая его пальцы своими.  — Но ты успел, Гарри, — шепчет он, поворачивая голову в его сторону. — Все закончилось.  Гарри тоже смотрит на него. И этот взгляд знакомых повзрослевших глаз заставляет все пылать изнутри.  — И я тоже боюсь потерять тебя, — добавляет Северус.  Гарри крепче сжимает его пальцы и сползает ниже, укладывая голову на его плечо.  Это ужасно интимно, держать его за руку в темноте своей собственной спальни. Северус пытается убедить себя, что сердце пускается в бег не из-за его близости, а из-за неправильности происходящего, но не может себя обмануть. Что-то явно ломается между ними сегодня. Что-то недосказанное, пережитое ими обоими играет с ними злую шутку, привязывая друг к другу ужасно неправильными чувствами.  Северус уверен, что как раньше уже не будет. А он редко ошибается.  Они засыпают только под утро, латая раны друг друга тихими разговорами о прошлом, извинениями и признаниями.  Гарри ни в какую не выпускает его руку из своей, но дальше невидимой границы не переходит. Это всего лишь невинное прикосновение, способ поддержки. Он и засыпает держа Северуса за руку, и к этому очень легко привыкнуть.  И не смотря на тяжелые откровения ночи утро встречает Северуса легкостью. Собственная совесть молчит впервые за долгое время, а на губах играет улыбка. Ее невозможно прятать, глядя на сонного, взъерошенного, и такого живого Гарри рядом.  Они неспешно завтракают, прячась все в той же спальне от остального замка, а потом Гарри уходит к себе. И за долгое время именно этим утром Северус впервые чувствует себя по-настоящему живым.