Андрей, каково это, жить около моря?

Тёплый сеновал какой-то отдалённой, ветхой деревушки на окраине мира, в лесах недалеко от которой разместилась база Конни. Сделано это было на совесть, так, что даже самые подозрительные бабушки в этой деревне не подумали бы, что прямо под их носом находится огромная военная база, а двое крупных мужчин, валяющихся на сеновале поздней ночью, с радостью, уже обыденно сваливших всю работу на Милену и разглядывая звёздное небо, не какие-то местные работяги, а лидеры целой ЧВК. Тихо так, только сверчки трещат что-то на своём причудливом, непонятном никому, кроме их самих языке. Так умиротворённо, словно эти двое не были важными шишками военной организации, не были опаснейшими террористами, а просто двумя деревенскими мальчишками, смотрящими на ночное небо. — Большая Медведица, вон как растянулась — А там — пояс Ориона По очереди искали созвездия они. Пока первым не сдался Андрей. Хотя как сдался? Скорее, они просто уже исследовали глазами всё небо вдоль и поперёк, да так, что не замеченных ими созвездий не осталось вовсе. — Всё, Володь... Я сдаюсь. Выдохнул Андрей и закрыл глаза, после не увенчавшихся особым успехом попыток найти ещё созвездия. Взгляд синих глаз натыкался то на звёзды, что висели в небе особняком, то на те созвездия, что уже были найдены кем-то из них двоих. Кожу мягких щёк нежно поглаживал тёплый июльский ветерок. — Мм... Чёрт, я, похоже, тоже... После тщетных попыток найти ещё созвездия своими темно-карими глазами, в которых отражалась каждая звёздочка, Владимир тоже с неохотой признал своё поражение. — Чёрт... Я действительно тоже не вижу больше. Ладно, так и быть... Ничья. Он и сам не знал правила этой игры. Андрей тоже. Они просто искали созвездия, наперебой перечисляя их и получая от этого веселье и удовольствие. Это было действительно здорово — на вечер позабыть обо всём и поваляться на сеновале как двое деревенских мальчишек, сбежавших от родителей на ночь, пока те мирно спали. Так они пролежали в повисшем молчании несколько долгих и приятных минут. Тишину нарушало лишь пение скрипучих сверчков и редкие похрустывания сухого сена при любом движении каждого из мужчин. Лёгкий ветерок играл с выбивающимися из причёсок прядями. Рыжими и тёмно-каштановыми. Также немного колыхались пушистые травинки в стогах сена. Через небольшой промежуток такой тишины, вновь пробился тихий и хрипловатый голос Владимира. От него веяло какой-то задумчивостью, словно деревенский воздух его опьянял. — Андрей... Ты ведь родился недалеко от побережья... Так каково это — жить на море? Андрей не ожидал такого вопроса. Он, можно сказать, застал его врасплох, или что-то вроде этого... Необычный. Он даже и не особо задумывался над подобными деталями своей жизни... Всё же, океан неподалёку в детстве был такой обыденностью, которую казалось, уже не замечаешь через какое-то время. Это было таким же привычным явлением как закаты и рассветы. Как для Владимира снег зимой и жара летом... Но всё же немного поразмыслив, Андрей начал строить словами, как кирпичиками, подбирая нужные и наиболее красивые, свой ответ. — Это... Воздух... Особенный. Морской. Он очень... Влажный, солёный. Как будто морская дымка наполняет собой лёгкие... Но он не пахнет домом. Как бы мои родители ни старались сделать то место моим домом... Душа тянется в Россию-матушку... Владимир, слушая этот ответ, усмехался, чувствуя прилив гордости своей родиной. Приятно слышать подобные слова. Даже не смотря на разлуку с родным краем с рождения, Андрей подсознательно тянулся на свою истинную родину, а не на ту, в которой он просто родился. Немного ещё поразмыслив, Нолан плавно провёл пятернёй по рыжим локонам, приглаживая вспушившийся и немного торчащий подобно ежу ирокез. — А ещё там очень душно... Воздух очень влажный, от чего становится труднее дышать... Местным хорошо, они к этому привыкли, а мне было тяжеловато... Конечно, я тоже привыкал... Но всё же это было не то, что можно назвать словом "комфорт"... И жарко. Довольно жарко, да... Владимир улыбнулся этому. Хах, душно? Говорит тот, кто частенько не понимает шуток. Смешно. Но что-ж, забавно было бы увидеть этого вечно хмурого огромного танка изнывающим от жары и дышащим тяжело, как собака. — Хаха, хотел бы я увидеть, как ты таешь от жары. Думаю, это весьма интересное зрелище. — нарочно подшутил темноволосый. — ... Володь. Я тебя в этом же стоге сена закопаю. — Не посмеешь. — широко заулыбался Владимир, прекрасно зная свою правоту. — Вот же чёрт русский... Знаешь обо мне всё и видишь насквозь. — притворно обиженно сложил руки на груди Андрей и нахмурил и без того сведённые к переносице брови. — На то я и Владимир Макаров, Андрюш. Пора бы уже перестать удивляться. — с насмешкой хлопнул его по плечу русский и посмотрел на звёздное небо.