«Любовь на двоих»

— Сей, идём на поле. Всего на тридцать минут, — голос Рео звучал мягко, будто предложение не требовало отказа. — Зачем? — лениво отозвался Наги, не отрывая взгляда от телефона. Его пальцы скользили по экрану, он даже не пытался сделать вид, что заинтересован. Рео сел рядом, закинул локоть на колено и смотрел не на экран — на самого Наги. Наги был не из тех, кто бегает по утрам. И уж точно не из тех, кто пылает желанием мяч погонять по полю без повода. Он был… другим. Странным. Закрытым. И именно поэтому Рео всё ещё был рядом. Именно поэтому ему было важно. — Потому что ты нужен команде, — отозвался он, будто оправдываясь. — Я тебе не нужен, — отрезал Наги. — А команде и подавно. Слова укололи. Чуть. Слегка. Но уже не так, как раньше. Рео давно привык к иголкам в голосе Наги — и к тому, что за ними пряталось. Он всё ещё надеялся, что это просто маска. — Я просто хочу провести время с тобой, — сказал Рео. — Даже если ты просто будешь стоять в воротах, а я пинать мяч. Это вызвало реакцию. Наги повернул голову. Его серые глаза задержались на лице Рео. На секунду. Дольше, чем обычно. Почти пристально. — Странный ты, — только и сказал он. — А ты — ленивый, — усмехнулся Рео. — Но всё равно со мной. --- На тренировку они так и не пошли. Наги остался валяться в комнате, а Рео просто сел рядом и читал книгу. Это было похоже на тишину между сердечными ударами. Что-то большее, чем дружба. Меньше, чем признание. Но с каждым таким вечером, с каждым пренебрежительно брошенным «отстань» и каждым взглядом, в котором было больше, чем Наги хотел признать, Рео всё глубже проваливался. Он перестал звать его на поле. Он начал просто быть рядом. И именно тогда всё пошло иначе. --- Однажды вечером, когда воздух был тёплым, как после грозы, а окно в комнате Наги было распахнуто, Рео понял: он влюблён. Это не был всплеск. Не вспышка. Это было как дождь, который начинается с капель. И вот ты уже насквозь. Он влюбился в моменты молчания. В то, как Наги говорит «тупо» вместо «интересно». В то, как он морщит лоб, когда проигрывает в игру. В то, как он медленно, но всё же откликается на тепло. Рео не говорил об этом. Ещё нет. Но Чигири всё давно понял. --- — Ты же понимаешь, да? — спросил Чигири, закинув мяч в сетку. — Он не отталкивает тебя. Он просто не знает, как тянуться в ответ. — А если он не умеет чувствовать? — Тогда ты научишь его. Рео долго смотрел в небо, прежде чем произнёс: — Я просто боюсь, что разрушу всё, что между нами есть. — А если ты не скажешь — разрушится само. --- Признание пришло спонтанно. Без плана. Без повода. Они сидели на крыше, и Наги ковырял в чашке с лапшой, будто был где-то очень далеко. Рео не выдержал. — Сей, мне нужно тебе сказать. — Слушаю, — привычно отозвался тот. — Я влюблён в тебя. Лапша осталась нетронутой. Ветер пошевелил пряди волос на его лбу. А потом Наги встал и ушёл. Молча. Даже не посмотрел в глаза. --- «Сердце бьётся так живо, будто впервые учится чувствовать.» Почему? Наги не знал. Он просто бежал. И теперь избегал. --- После этого — пустота. Не сообщения. Не обедов вместе. Не утренних «эй, ты как спал». Рео искал его. Ждал. Надеялся. Но Наги словно исчез. Он избегал его — и это было хуже отказа. Он не мог встретиться с ним несколько дней, А затем Рео нашёл его. в старом спортзале. Там пахло пылью, мячами и прошлым. Наги сидел на скамье, уставившись в пол. Он даже не вздрогнул, когда дверь скрипнула. — Ты меня избегаешь, — голос Рео звучал ровно. Но пальцы дрожали. — Почему? Тишина. Потом — выдох. — Потому что я не знаю, что с этим делать. — С чем? — С тобой, — ответил Наги, наконец поднимая глаза. — С твоими чувствами. Он выглядел так, будто извиняется за то, что живёт. Усталый. Обороняющийся. — Рео… я не умею любить. — Никто не умеет с первого раза. — Нет, — покачал головой Наги. — Ты не понял. У меня нет этой любви, которую ты хочешь. Которую ты заслуживаешь. Я... я пустой. Я не чувствую так, как ты. Не горю. Я... сломан, может быть. Или просто не человек, которого ты ищешь. Его голос был глухим. Глаза — стеклянными. Рео подошёл ближе. Опустился перед ним на колени. — А если я не ищу того, кто будет любить "правильно"? — Тогда ты с ума сошёл. — Может быть. Но знаешь что? Моей любви хватит нам двоим. Я не прошу идеальных слов. Мне не нужны признания. Мне нужен ты. Даже если ты думаешь, что пустой — я заполню тебя собой. Наги смотрел на него, будто не верил. Будто хотел верить — и боялся. — Я не знаю, как держать. — Просто не отпускай, — прошептал Рео. Он поднялся. Взял лицо Наги в ладони. И медленно, бережно наклонился, коснувшись губами его губ. Глаза Наги расширились. Щеки покраснели. А сердце... Сердце снова бьётся. Так, будто снова дышит. Поцелуй был… тихий. Словно шелест листьев. Но за ним — тысяча несказанных слов, месяцев молчания, бессонных вечеров и затаённой надежды. Наги не шевелился. Только дышал. Рвано. Глубоко. Когда поцелуй закончился он посмотрел на Рео. Он был красный до кончиков ушей. Мило. — Это неправильно, — выдохнул он. — Тогда я никогда не хотел правильного. Рео провёл пальцами по его шее, по ключицам, и только тогда Наги сделал первый шаг — обнял его. Неуверенно. Неловко. Но схватил. Как тонущий. Рео прижался. Губы к виску. Пальцы — в волосы. — Сей, — шепнул он. — Ты не обязан чувствовать то же. Но если ты хоть что-то чувствуешь… хоть крошку — пожалуйста, не отпускай. — Не отпущу, — прозвучал ответ. Почти неслышно. — Даже если не понимаю, зачем держу. --- Утро выдалось тёплым. Воздух лениво плыл сквозь приоткрытое окно, в комнату заглядывало мягкое, обнадёживающее солнце. Всё было спокойно. Слишком спокойно, как для того, что случилось накануне. Наги открыл глаза первым. Непривычно. Обычно Рео будил его — голосом, прикосновением, запахом кофе. Сегодня он лежал рядом. Тихо. Повернувшись на бок. Улыбаясь во сне. И только тогда Наги осознал, что между ними… нет воздуха. Он держал Рео за руку. И не отпускал даже во сне. Опять, сердце бьётся как сумасшедшее. Как будто пытается сбежать. — Доброе, — услышал он хрипловатый голос. Рео медленно открыл глаза и сразу же потянулся — не к телефону, не к чашке, а к нему. К Наги. — Ты не сбежал, — сказал он, будто удивлён. — Ты спал на моей руке. Я не из-за чувств остался, — пробурчал Наги. — Лжец, — усмехнулся Рео и ткнул пальцем ему в щёку. Он светился. Внутри. Из глаз. Из пальцев. Из каждого взгляда. А Наги чувствовал себя… непонятно. Лёгким? Неловким? Слишком тёплым? — Так... — начал он, медленно приподнимаясь на локте. — Мы теперь... кто? Рео на секунду замер. А потом, вместо ответа, потянулся вперёд и коснулся его носом. — Теперь ты мой. У Наги сбилось дыхание. — А если я не умею быть "твоим"? — Тогда я научу. Он прижался лбом к его лбу. И шепнул: — Но ты уже начал. Вчера. Когда остался. --- В этот день они не пошли на тренировку. Рео заказал завтрак прямо в комнату. Наги ел медленно, не отрывая взгляда от того, как Рео рассказывал про утреннюю пробежку, которая в итоге закончилась на скамейке с кексом и чашкой кофе. И только через час он осознал, что впервые за долгое время не думает, как надо себя вести. Он просто был рядом. --- Вечером, когда Рео снова взял его за руку перед сном, Наги не отдёрнулся. Он прошептал: — Я всё ещё не понимаю, как это работает. — Не надо понимать, — ответил Рео. — Просто будь. И в ту ночь, впервые за долгое время, Наги уснул с ощущением, что он — где надо. --- Рео не успел даже заметить, как в его жизнь снова вошла привычная суета: тренировки, тактические собрания, шумный голос Бачиры в коридоре и Чигири, вечно таскающий его за руку в столовку. Всё как раньше. Почти. Только Наги больше не был просто фоном. Он стал — центром гравитации. Рео ловил себя на том, что смотрит на него на поле чаще, чем на мяч. И что всё сильнее не хочет делить это чувство с миром. --- — Эй, Рео! — окликнул его кто-то с третьей скамейки, в момент, когда тот заполнял график занятий. — А? — Ты с Наги встречаешься? Вопрос был брошен шуткой. Но весь зал смеялся. Один парень — из другой команды, с наглой улыбкой и цепким взглядом — подошёл ближе. — Просто вы стали слишком… липкими. Я бы тоже не отказался от такого напарника. Особенно с такими глазами. Рео не успел ничего сказать. Потому что сзади уже стоял Наги. Серые глаза — холодные. Поза — будто в нём включили режим "убить/сохранить". — Повтори, — сказал он. — Что? Это просто шутка, — фыркнул парень. — Повтори. — Да не кипятись ты, — неловко рассмеялся тот и сделал шаг назад. — Мне-то что, не моя же игрушка. Рео никогда не видел, чтобы Наги напрягался так. Пальцы сжались в кулак. Плечи — камень. Он схватил Рео за руку и вывел из зала, даже не оглядываясь. --- — Что ты делаешь? — выдохнул Рео, когда они оказались в коридоре. — Забираю тебя. — Зачем так резко? — Потому что я не знал, что умею злиться, пока не увидел, как кто-то на тебя смотрит так. — Так — это как? — Как будто он может иметь тебя. Как будто ты ничей. Рео замер. А потом подошёл ближе. Взял Наги за ладонь и приложил к своей груди. — Я всегда был твоим. — Но я всё ещё не знаю, кто мы, — честно прошептал Наги. — И не уверен, что имею право ревновать. — Тогда слушай: имеешь. Потому что я не просто с тобой — я за тебя. Всегда. И тогда Наги взял и коснулся его губ. На этот раз — твёрдо. Уверенно. На глазах у прохожих. И Рео не отшатнулся. И вот опять «Ты рядом — и сердце будто не бьётся, а дышит тобой.» — Он тебе кто? — глухо повторил он. — Никто. — А я? Рео не колебался ни секунды: — Ты — мой. --- "Иногда сердце знает то, чего разум объяснить не может."