Хоррор квест

В тесном предбаннике хоррор-квеста "В гостях у дяди Дракулы", где пахло дешёвой краской и пластиком - мечтой токсикомана, собралась компания подростков - Чуя, Осаму, Рюноске, Гин (именинница, между прочим), Тачихара, Ацуши, Хигучи и Катай. Над их головами уныло покачивался от вентилятора пластиковый череп, держащийся на соплях (буквально), а на стенах висели плакаты с актёрами квеста в костюмах, которые, казалось, шили на уроке труда в третьем классе. — Вот честно, — начал Чуя, скрестив руки на груди, — кто вообще додумался повесить сюда этот плакат? Это что, зомби или бухгалтерша после смены? - буркнул он, кивая на изображение актёра, играющего роль вроде как безумного учёного. — Не бухти, Чуя, — лениво протянул Осаму, — ты просто завидуешь, что у тебя нет такого костюма. — Если бы мне дали такой костюм, я бы сам себя уволил, — вздрогнул Накахара, стараясь не представлять себя в этом образе. Он вернулся к разглядыванию плакатов, чтобы отвлечься от ненужных мыслей. - Ебать, а это ещё что за...?! Чуя стоял перед плакатом, яростно тыкая пальцем в изображение актёра в маске утки, привлекая внимание остальных. — Вы только посмотрите на этого клоуна! — возмутился он. — Маска утки, блять, а под ней рожа алкаша, который только что вылез из низкосортного бара! Это что, новый символ ужаса? Да его даже гуси не боятся! Какого чёрта это позорище вообще сюда поставили? Осаму, не выдержав, расхохотался: — Ну, Чуя, не злись, а то он обидится, и за тобой специально на квесте придёт. Представляешь: ты бежишь по коридору, а за тобой пьяная утка в маске — ну прямо страшнее, чем любой монстр! Чуя закатил глаза: — Да пошёл ты, Осаму! Если этот уткоалкаш появится, я его сам прибью! — Не обижай уточку, она же не виновата, что у неё похмелье! — не унимался Осаму, улыбаясь широкой лыбой. Тачихара в это время не мог отвести взгляда от администраторши квеста — девушки в юбке, которая явно нарушала все мыслимые и немыслимые дресс-коды. Он выпрямился, втянул живот и попытался изобразить на лице что-то между «я крут» и «я не дышу». — Простите, а у вас тут... эээ... часто проходят такие... эээ... страшные квесты? — спросил он, краснея до ушей, но безумно довольный собой. — Каждый день, — ответила администраторша, не отрываясь от телефона. — Только не трогайте реквизит и не орите в микрофон. Ацуши, нервно теребя рукав, шепнул Гин: — Только бы без синяков, только бы без синяков обойтись в этот раз... Если я приду домой с фингалом, отчим меня точно отпиздит до птичек над головой! Гин, несмотря на свой день рождения, уже выглядела так, будто ей хочется сбежать. — Не переживай, — Катай попытался "приободрить" её, — я тоже боюсь, плюс у меня аллергия на искусственную кровь, и если что — у меня есть уважительная причина орать. - Я вообще-то не боюсь. Я с вас всех охуеваю. - ответила Гин, искоса глядя на своего странноватого однокопссника, которого пригласила только потому, что для квеста не хватало одного человека. Хигучи, заранее вооружившись фонариком, уже строила планы по спасению всех и вся, хотя квест ещё даже не начался. — Так, ребята, если что — держимся вместе! Если увидите клоуна — бейте его первым! - по-командирски распоряжалась она, вздрагивая от предвкушения приключения (она впервые пришла на квест). Рюноске стоял в углу и пытался казаться невидимым. Он вообще думал, что будет просто поход в кино (если бы ему сказали честно, куда все пойдут, он бы остался дома). Дождавшись назначенного времени, администраторша, не поднимая глаз, начала инструктаж: — Значит так. Не трогайте актёров, не ломайте двери, не пытайтесь съесть реквизит. Если станет страшно — кричите «банан». Если станет совсем страшно — кричите «ананас», хотя это не поможет. Восьмёрка отважных нервно сглотнула. — А если мне резко приспичит во время игры? — спросил Осаму. — Тогда просто кричите, — пожала плечами администраторша. Где-то в углу зашуршал паук из папье-маше, и все синхронно вздрогнули. Чуя, не выдержав, процедил: — Это худший день рождения, куда меня пригласили, в моей жизни. — А у меня лучший, — мечтательно выдохнул Тачихара, продолжая глазеть на юбку администраторши. В воздухе повисло ощущение неловкости, как будто все одновременно вспомнили свои постыдные фотографии из выпускного альбома. Но квест только начинался, и было ясно: хуже уже не будет. Или будет? В коридоре перед началом квеста, пока администраторша возилась с ключами и пыталась включить динамик, компания столпилась вокруг Гин, как стая подозрительных голубей вокруг крошки хлеба. — Гин, — начал Осаму, склонив голову набок, — скажи честно, ты нас сюда из мести затащила или это какой-то новый способ проверить дружбу? — Да уж, — подхватил Чуя, — если ты хотела, чтобы мы все умерли от позора, то миссия уже выполнена. Можем уже разворачиваться и идти есть тортик. Гин смущённо поёрзала и опустила глаза: — Ну... мне подруга посоветовала это место, если честно. Сказала, что тут вообще-то не страшно... то есть, не стремно. Она сюда ради фоточек ходила, говорит, что тут классный свет и типа «эстетика»... - неловко ответила девушка, нервно почесывая шею. — Эстетика?! — Тачихара с сомнением покосился на облезлого манекена в углу. — Тут максимум эстетика «после пожара». — Да ладно вам, — попыталась оправдаться Гин, — она сказала, что тут будет весело, и актёры забавные. Клянусь, кринжа не будет! Только классные фото для инсты и все такое. Катай с деловым видом достал телефон: — Если я выложу фотку с этим зомби, меня точно из общего чата выкинут. — Я, если что, на всех фотках буду с закрытыми глазами, — буркнул Рюноске. Ацуши нервно огляделся: — А если я случайно испугаюсь и заплачу на фото, это тоже ради эстетики? Гин окончательно смутилась: — Ну, я думала, будет весело... и фотки красивые... - она уже сама засомневалась в своём выборе места для празднования. — Да, фотки будут шикарные, — ехидно заметил Чуя, — особенно если их потом в новостях покажут: «Группа подростков исчезла на самом уебищном квесте города». Все переглянулись, и стало ясно: теперь у каждого была веская причина пережить этот позор — хотя бы ради того, чтобы потом выложить эти нелепые фотки в сторис с хэштегом #побывалнасамомнелепомквестегорода. Дверь в квестовую комнату открылась с жалобным скрипом, будто кто-то специально смазывал петли кетчупом для антуража. Компания, сгрудившись в проходе, осторожно переступила порог. Внутри было темно, пахло пылью и чем-то подозрительно сладким — возможно, это был освежитель воздуха «Чумная пчелка не сдержалась». — Ну что, ребята, держимся вместе, — командовала Хигучи, размахивая фонариком, как дирижёр палочкой, стараясь поддерживать хоть немного адекватную атмосферу в группе. — Если кто-то по приколу схватит меня за ногу, я вам дам пизды, — предупредил Чуя. - А она у тебя есть? - кокетливо поинтересовался Осаму, после чего группа услышала символический глухой звук удара кулаком о бесстыжую плоть. Первая задачка встретила их прямо у входа: на стене висела записка с загадкой, написанной корявым почерком и с ошибками, будто её писал зомби-первоклассник. «Чтобы найти ключ от двери, Поищи там, где тьма и сырость, Где паутина и мышиный писк — Там твой шанс на первый приз!» — Это что, подвал? — испуганно спросил Ацуши. — Или чей-то холодильник, — хмыкнул Осаму. Пока все спорили, что же это за место такое, Тачихара уже пытался заглянуть под пластиковый гроб, который подозрительно скрипел. Катай, с выражением полного отчаяния, светил телефоном в угол, где висела гигантская паутина из верёвок. — Я туда не полезу, — твёрдо сказал Рюноске, — пусть Гин лезет, у неё ж сегодня день рождения. Гин, сдерживая нервный смешок, осторожно сунула руку в паутину, подсвечиваемую телефонами товарищей. Из угла раздался мерзкий писк, и на неё вылетела плюшевая мышь — видимо, кто-то из актёров решил добавить «реализма». Все дружно подпрыгнули, а Чуя едва не уронил свой телефон. — Минус десять лет жизни, — пробормотал он, зхватаясь за сердце, увидев разбитое защитное стекло на своём Huawei. В этот момент из-за шкафа с грохотом вывалилась фигура в костюме призрака — актёр, который, по всей видимости, забыл, что его плащ слишком длинный. Он споткнулся, чуть не уронив свой пластиковый череп, и с натужным воем попытался напугать компанию: — У-у-у-у! Кто потревожил мой покой?! — Мы тут просто мимо проходили, — неуверенно ответил Катай. — Простите, а вы не видели тут ключ? — добавила Гин, всё ещё держа в руке плюшевую мышь. Призрак на секунду замялся, потом театрально указал в угол, где под слоем паутины действительно лежал ржавый ключ. — Спасибо, — вежливо сказала Хигучи. — Пожалуйста, — пробормотал призрак и, забыв про свою роль, поспешил обратно в шкаф. — Это худший квест в моей жизни, — прошептал Чуя. К счастью, ключ уже был у них в руках, к несчастью - впереди ждали новые «ужасы». В следующей комнате их встретила актриса в костюме ведьмы, которая, кажется, учила свои реплики прямо по ходу дела: — Чтобы пройти дальше, ответьте на загадку... эээ... «Что всегда идёт, но никогда не приходит?» — По-моему, это зарплата, — хихикнул Осаму, толкая локтем Рюноске. — Нет, это время, — подсказала Гин, довольная как ребенок своей смекалкой. Ведьма закивала и открыла следующую дверь, чуть не уронив свою шляпу. — Проходите... эээ... смертные! В коридоре уже слышались новые скрипы, а впереди замаячила тень следующего актёра. Но теперь компания шла чуть бодрее — если уж эти «ужасы» и должны были кого-то напугать, то только своим неуклюжим исполнением. В следующей комнате их ждал новый «кошмар» — актёр в костюме вампира, который был настолько бледен, что, казалось, просто упал лицом в муку. Рюноске чем-то напоминал. Он стоял в углу, облокотившись на гроб из пенопласта, который безбожно скрипел, и старательно пытался выглядеть зловеще. — О, граф Дракула собственной персоной, — с сарказмом объявил Чуя, всплескивая руками,— Давайте, фотосессия, пока он не рассыпался в пыль. Девчонки тут же оживились. Хигучи и Гин начали позировать с вампиром, делая селфи и командуя: — Давай, сделай страшное лицо! — Нет, ещё страшнее! — Вот, теперь ты - как я по утрам! Вампир старался, как мог, но выглядел скорее как обиженный кот, чем как повелитель ночи. Осаму и Катай тоже встали в кадр, изображая жертв, а Тачихара, конечно, всё это время грезил об администраторше в мини-юбке. В это время Ацуши, решив, что фотосессия — это не для него, осторожно отошёл к кровати в углу комнаты. Он даже не успел понять, что происходит, как снизу вылезла чья-то рука, схватила его за лодыжку и с неожиданной силой потянула вниз. — ААААААААА! — завизжал Ацуши, утекая под кровать. Под кроватью его встретил очередной актёр — на этот раз в костюме зомби с пластиковой челюстью и глазами, нарисованными маркером. От шока бедняжка сжал все мышцы и... смачно пукнул прямо в лицо зомби. В комнате повисла гробовая тишина. Даже вампир перестал позировать, сочувственно глядя на напарника в ловушке газовой камеры. Зомби под кроватью на секунду замер, потом сдавленно простонал, отпустил Ацуши и с видом человека, потерявшего смысл жизни, уполз из-под кровати к двери и смылся нахуй с видом тяжелобольного, которому осталось жить меньше часа. Ацуши вылез из-под кровати, растрёпанный и красный как рак. — Простите... я... это... — начал он, но Чуя уже катался по полу от смеха. — Вот это я понимаю — оружие массового поражения! — сквозь слёзы выдавил Осаму. Хигучи, сдерживая смех, подошла и подала Ацуши свободную руку, второй зажимая нос: — Ну что, герой, фотку с зомби хочешь? — Нет, спасибо, — простонал Ацуши, — Я слишком близко с ним познакомился... Вампир в углу тихо перекрестился и решил держаться от этой компании подальше. За следующей дверью их встретило распутье, где они поделились на три команды.

***

Гин, Хигучи и Рюноске осторожно вошли в первую дверь, которая с глухим стуком захлопнулась за их спинами, стоило только перешаггуть порог. Комната напоминала палату психбольницы из дешёвого ужастика: облупленные стены, железные кровати, паутины, свисающие с потолка, и подозрительно чистые «окровавленные» халаты на вешалках. — Ну и антураж... — пробормотала Хигучи, светя фонариком по углам. — Гин, помогай мне искать подсказку, и постарайся не наступить на этот... эээ... мозг из поролона? Гин осторожно заглядывала под кровати и трогала всякие бутыльки, а Рюноске, как обычно, занял позицию наблюдателя в самом безопасном и темном углу, стараясь не дышать и не привлекать лишнего внимания. Вдруг дверь распахнулась, и в комнату ворвался актёр в полосатом халате и с растрёпанными волосами, изображая безумного санитара. Он начал носиться по палате, размахивая руками и издавая странные вопли: — ААААААА! Поймайте их! Они сбежали из палаты! — и тут же кинулся за Гин и Хигучи. Девчонки, визжа и хохоча, метались между кроватями, а актёр с энтузиазмом их догонял, периодически застревая в бинтах на полу. В какой-то момент он остановился, заприметив Рюноске, который всё это время стоял в углу, как элемент мебели. — Ты чего тут встал?! — возмутился актёр, приняв парня за своего напарника, — Почему не ловишь этих чертовок? Они убегают! Рюноске, ни капли не удивленный, только пожал плечами: — А зачем? — Как зачем?! — актёр уже сбился с роли, — Нам и так уже премию второй раз не выплачивают за раздолбайскую работу, а ты стоишь, как шкаф! Давай, бегай уже за ними! Рюноске обречённо вздохнул, посмотрел на Гин и Хигучи, которые уже отдышались за кроватью, и, неуверенно помахивая руками, изображая орла, начал бегать за ними по комнате, на ходу изображая что-то среднее между зомби и роботом-пылесосом. — ААА, меня догоняет Рюноске! — театрально закричала Хигучи, подыгрывая. Гин, давясь смехом, добавила: — Только не хватай меня за ногу, а то я тоже могу... как Ацуши! Актёр, довольный, что теперь у него «команда», с энтузиазмом продолжил носиться по палате, а Рюноске, смирившись со своей новой ролью, старался не отставать, хотя и выглядел так, будто мечтает прыгнуть в объятия тому паралоновому гробу. За время беготни Хигучи всё-таки успела найти под подушкой бумажку с подсказкой и, размахивая ею, крикнула: — Нашла! Всё, хоррор-команда, на выход! Рюноске с облегчением бросился к двери, а актёр, махая им вслед, крикнул: — Хорошая работа, напарник! Заходи почаще! - ... Девчонки, хихикая, вытащили Рюноске из палаты, и команда двинулась дальше по квесту, обсуждая, кто дальше будет «главным психом».

***

Вторая команда — Чуя и Осаму — бодро синхронный маршем шагнула в следующую дверь. За ней скрывалась комната, стилизованная под гараж: по углам валялись покрышки, на стенах висели ржавые инструменты, а в центре гордо красовался винтажный мотоцикл с облупленной краской. — О-о-о, вот это вещь! — восхищённо воскликнул Чуя, тут же бросившись к мотоциклу. — Смотри, Осаму, это тебе не твой велосипед с корзинкой! Он моментально запрыгнул в сиденье, изобразив сурового байкера и начал «газовать», издавая ртом звуки двигателя. Осаму, лениво прислонившись к верстаку, ухмыльнулся: — Ого, Чуя, ты так уверенно оседлал мотоцикл… Может, попробуешь позу наездницы? Только, пожалуйста, не на моих бёдрах, а то я ещё не готов к такому экстриму. Чуя не растерялся — соскочил с мотоцикла, подошёл вплотную к своему другу-уебану и душевно так отвесил Осаму звонкий подзатыльник: — У тебя что, инструкция по пошлостям встроена с рождения? — Конечно, — с невозмутимым видом ответил Осаму, потирая лоб. — Это мой природный дар - шутить пошлостями. Обменявшись любезностями, Парни разбрелись по гаражу в поисках подсказки. Чуя заглядывал в коробки с инструментами, Осаму ковырялся в ящике с болтами, комментируя каждую находку: — Вот это, наверное, ключ от твоего сердца… Ой, нет, это просто гаечный. Чуя только заёбанно вздыхал, закатываю глаза или кидаясь в него, что под руку попадёт. Вдруг в комнате резко погас свет. Всё погрузилось в кромешную тьму, и только где-то в углу послышался подозрительный скрип. — Осаму, если это твоя очередная шутка, я тебя этим ключом… — начал Чуя, но тут раздался чей-то зловещий смешок из темноты. — Я вообще-то рядом с тобой стоял, — тихо ответил Осаму, — но если тут появится маньяк с бензопилой, я сдам тебя ему первым. В этот момент по полу что-то зашуршало, и оба замерли, пытаясь рассмотреть хоть что-то в темноте. — Чуя, если что, я всегда тебя уважал, — внезапно прошептал Осаму, вцепившись в Чую что есть мочи. — Заткнись и ищи выключатель, — так же шёпотом ответил Чуя, на всякий случай прижимая к себе гаечный ключ, как меч. В темноте гаража стало по-настоящему жутко, и оба поняли: вот теперь им обоим пизда. (там будет сцена с битами и уткой, которую прокомментировал Чуя ещё в начале квеста) В комнате было так темно, что Дазай всерьёз задумался: не ослеп ли он случайно от страха? Где-то вдалеке - в других комнатах пришлушенно слышались истеричные вопли их друзей — кто-то явно переигрывал в роль жертвы, а кто-то, возможно, уже всерьёз подумывал о завещании. — Чуя, ты где? — прошептал Дазай, осторожно двигаясь вдоль стены в поисках выключателя. Он уже сто раз пожалел, что они разделились в этом гоебвном гараже. Куда спокойнее было бы держаться за ручку своего боевого друга, чем ползать одному по стеночке хер пойми где в поисках хер пойми чего. В этот момент его нога зацепилась за что-то мягкое и подозрительно длинное. Он рухнул на пол с таким грохотом, что даже актёры в соседней комнате наверняка вздрогнули. Твою ж мать! Бинты размотались... Да, это оказались его бинты, которые уже жили своей жизнью: один конец пытался обвиться вокруг тесака, другой — угрожающе тянулся к потолку, словно хотел повеситься от безысходности. — Чёртова темнота, — пробормотал он, ощупывая пол. Вместо спасительного выключателя его пальцы нащупали свои же бинты — те самые, что обычно держались на нём, как на мумии. Сейчас же они, кажется, решили устроить побег и разбрелись по всей комнате, как дети на каникулах, пока он ползал в темноте гаража. Дазай попытался собрать их обратно, но те только сильнее путались вокруг его рук и ног - как проводные наушники, честное слово! В этот момент в темноте раздался до теплоты в сердце знакомый голос: — Дазай, ты там живой? Где ты? — Чуя осторожно шёл на звук, вытянув руки вперёд, как зомби из дешёвого фильма. — Осторожнее, тут… — хотел было предупредить Дазай, но не успел: Чуя наступил на бинт, поскользнулся и с матом рухнул прямо на Дазая. Теперь оба лежали на полу, запутанные в бинтах, как два ролла из суши-бара. — Ты что, бинтами весь лабиринт заминировал? Когда, Блять, успел?! — прошипел Чуя, пытаясь высвободить ногу, которая, кажется, была магическим образом уже связана с шеей Дазая. — Это не я, это бинты сами по себе! — оправдывался Дазай, одновременно пытаясь завязать бинт на руке и не задушить Чую. В этот момент дверь распахнулась, и в комнату ввалился актёр в маске... Ух, Блять! Только не это! Он сделал один шаг — и тут же оказался в ловушке бинтов, как в липкой паутине. Пытаясь сохранить достоинство, он попытался зловеще зарычать, но вместо этого заорал, увидев масштаб катастрофы: — Да что за… Кто тут паутину натянул?! — Это не паутина, это бинты! — хором заорали Дазай и Чуя, уже не разбирая, чьи руки и ноги где.

***

Третья команда — Катай, Тачихара и Ацуши — бодро шагнула в свою дверь, за которой обнаружился детский тир. Всё выглядело подозрительно мило: разноцветные мишени, плюшевые утки, и даже автомат для стрельбы из детских пистолетиков. Но атмосфера не совсем для малышей — в углу подозрительно поблёскивали розовые пушистые наручники, а на стене висела табличка «Смейся, пока можешь». Катай подошёл к мишеням, задумчиво разглядывая одну, похожую на директора их школы, когда вдруг из-за ширмы выскочил актёр в маске клоуна. С ловкостью, достойной олимпийца, он схватил Катая за плечи, обмотал его верёвкой и привязал к стене, как элемент новогодней гирлянды. — Э-эй, ребята, вы чего?! — возмутился Катай, когда Тачихара и Ацуши в панике унеслись в следующую комнату, даже не оглянувшись. — Мы тебя не бросаем! — крикнул Ацуши, захлопывая дверь. — Когда вернёмся, выскажешь нам все, что думаешь! — добавил Тачихара. - Они - точно твои друзья? - с сочувствием спросил клоун у побежженного. - ... В следующей комнате, которая была подозрительно похожа на предыдущую по антуражу, но поменьше раза в два, у выживших началась паника от чувства дежавю. Ацуши, бледный, как мел, держал дверь изо всех сил, пока актёр-клоун пытался её открыть с другой стороны: — Давай, Тачихара, миленький, найди хоть что-нибудь! Я не хочу снова оказаться под кроватью! Тачихара метался по помещению, хватая всё подряд, пока не заметил рычаг на стене. Он рванулся к нему, но в этот момент прямо перед ним материализовался ещё один актёр — на этот раз в костюме жуткого стрелка с огромными нарисованными усами. — БУ! — заорал актёр. Тачихара от неожиданности подпрыгнул, поскользнулся На холодном линолиуме и неудачно рухнул лицом прямо на пах актёру. В комнате повисла гробовая тишина: даже Ацуши перестал орать, а клоун за дверью - дёргать дверь, будто остро чувствуя мужскую солидарность. — Эээ... вообще-то я по девушкам, — с достоинством сообщил Тачихара, поднимаясь. Актёр не выдержал и заржал так, что чуть не упал сам: — Ну ты кадр! Давай, помогу, пока ты не передумал! Он помог Тачихаре повернуть рычаг, и дверь с лязгом открылась. — Спасибо, мужик, и... обойдусь с последним. — пробормотал Тачихара, стараясь не смотреть актёру в глаза. — Да не за что, — всё ещё смеясь, ответил актёр, трепля парня по плечу. — Только в следующий раз предупреждай, куда будешь падать! Тачихара аж перекрестился, подумав о вероятности пересечься в реальной жизни с этим человеком. Примечание - он не умел креститься до этого. Ацуши, дрожащими руками отпуская предыдущую дверь, выдохнул: — Всё, пошли быстрее отсюда, пока этот квест реально не превратился в шоу Четыре гейских свадьбы! Они выскочили в тёмный коридор, забыв, что где-то там до сих пор привязан Катай, который уже от безысходности начинал вести душевные беседы с мишенями.

***

Компания первой группы тем временем осторожно шагнула в следующую комнату. Здесь их встретила атмосфера, до боли знакомая каждой бывшей пионерке (или пионеру): длинные ряды душевых кабинок без дверей, облупленные крашеные стены и подозрительно чистые постсоветские швабры в углу. — Боже, это же как в том самом лагере! — чуть не прослезилась Гин, доставая телефон. — Да тут даже запах такой же... — Хигучи вдохнула и поморщилась. — Только тут, кажется, ещё и тараканы пластиковые. Но это даже к лучшему! Девушки тут же устроили очередную фотосессию: одна позировала с полотенцем на голове, другая делала селфи на фоне душевой кабинки, изображая «лагерную эстетику». Рюноске, решив, что его участие в кадре необязательно, прошёл дальше к ряду раковин и посмотрелся в зеркало. Привёл в порядок волосы, поправил воротник — и вдруг заметил в отражении что-то странное, не похожее ни на себя, ни на девчонок. — А?.. — только и успел выдохнуть он, как из зеркала на него уставился кто-то с белой маской свиньи. От неожиданности Рюноске резко отшатнулся и рухнул назад — прямо в стоящую за его спиной ванну?? , где уютно устроился актёр в костюме мрачного поросенка. Тот молча обнял парня за талию, словно старого друга. Рюноске, не проронив ни слова, попытался встать, но актёр с неожиданной ловкостью ухватил его за штанину. Рюноске дёрнулся — и встал на пол, но уже без штанов, которые остались в крепких руках маньяка. В этот момент Гин и Хигучи, закончив фотосессию, подошли к умывальникам и застали картину маслом: Рюноске, стоящий посреди комнаты в одних трусах внизу, а из ванны торчат подозрительные ноги. — Рюноске, чем ты тут занимаешься? — удивилась Гин. — Почему ты без штанов? — краснея, спросила Хигучи. Рюноске, с непробиваемо похуистичным лицом, коротко объяснил ситуацию, а актёр, выглядывая из ванны и подпирая кулаком подбородок, нараспев добавил: — Штаны верну и выпущу вас, если споёте гимн Японии! Без национального духа — никуда! Гин и Хигучи переглянулись, пожали плечами и, не особо стесняясь, затянули гимн, стараясь попасть в ноты. Рюноске, подрагивая от ветерка сами знаете где, неохотно подвывал на фоне. Актёр, сдерживая смех, нехотя отдал штаны Рюноске. Тот натянул их так буднично и спокойно, будто в школу собирается. — Кстати, штаны у тебя просто огонь, — заметил актёр, — где такие купил? — Не скажу, — буркнул Рюноске, — а то ещё раз снимете. Девчонки, давясь смехом, потащили его к выходу, а актёр с уважением махнул им вслед: — Молодцы! Вот это командный дух! И только когда дверь за ними закрылась, из душевой донёсся сдавленный хохот. *** Актёр попытался вырваться, но только сильнее запутался, и теперь вся троица напоминала гигантский клубок паучьих нитей, который катался по полу, издавая звуки, достойные хоррор-комедии: визг, ругань, отборнейший мат, и в перерывах отчаянные попытки договориться. — Если кто-то сейчас включит свет, я официально уеду в монастырь! — простонал Чуя, ощущая свою левую руку где-то между ног Дазая. — А если кто-то это снимет, я подам в суд за моральный ущерб, — добавил Дазай, тщетно пытаясь прикрыть бинтами краснеющее от стыда лицо. В конце концов, они начали кричать так громко, что мимо проходящие актеры, вместо того чтобы насторожиться, решили, что это часть их квеста, и прошли мимо комментируя друг с другом: «Вот это хоррор, вот это экшн!» — Блять, Дазай! Ты что, бинты в IKEA покупал? Почему они такие крепкие?!! — задыхаясь, прошипел Чуя, пытаясь вытащить руку, которая почему-то уже оказалась в штанине его друга. — Молчи, иначе бинты обидятся и начнут душить нас по-настоящему, — сдавленно ответил Дазай, одновременно пытаясь завязать бинт на руке и не задушить Чую. Парни с новой силой накинулись друг на друга, зыбыв о затруднительном положении и запутались еще сильнее в порыве драки. Теперь все трое напоминали арт-объект современного искусства: актёр с утиной башкой, Дазай, который отчаянно пытался натянуть бинты обратно на лицо, и Чуя, у которого бинт затянулся вокруг уха, а клюв утки упёрся прямо в лоб. — Кря-кря… пацаны… — сипло прошептал актер, - Вообще-то вы тут не одни. Я планировал через полчаса уйти с работы с зарплатой, а не психологической травмой. - А ты вообще молчи, алкаш в фетишистком костюме! - опомнился Чуя, вспоминая к своему величайшему сожалению предсказание Дазая в начале квеста и пнул ориентировочно в глаз утку. — Это не квест, а какой-то цирк уродов, — простонал он. В этот момент в щёлку двери выглянул, кажется, их друзья - Осаму точно заприметил лицо Гин. Ребята увидели этот пиздец на выезде — и, даже не сговариваясь, развернулись и молча пошли дальше, мол, эти дауны не наши. — Эй! Куда вы?! — заорал Чуя, но было поздно: звук их шагов затих вдали, оставив троицу наедине с бинтовым кошмаром и поднадоевшим кряканьем наркомана в костюме. Вдруг в темноте что-то скрипнуло, и в противоположной стороне понемногу стал проявляться неоново-красный просвет, как от двери. Актёр-утка завизжал так, что маска чуть не слетела с головы. Чуя попытался отползти нахуй в сторону, чтобы не оглохнуть, но бинты потянули его обратно, а Дазай, хохоча от неконтролируемой истерики, махал бинтами на руках, как белым флагом. — Я не хочу умирать в компании утки и бинтов! — вопил не сдерживаясь, Чуя, схватившись руками за голову. — Я всегда мечтал о необычной смерти, но не настолько же! — жутко хохотал, словно кашлял, Дазай, давно потеряв связь с реальностью. Актёр-утка, на миг забыв о своём плачевном положении, попытался вскочить и убежать, но его клюв застрял между бинтами и ботинком Чуи, опрокинул его обратно на пол. Он начал истерично крякать, вызвав нервный тик и дискотеку века у Чуи. В этот момент дверь полностью распахнулась, и в комнату влетела организаторша квеста, обрамляемая красным свечение из коридора - видимо, запасного выхода. Она услышала странные звуки и решила проверить, всё ли нормально у пацанов, но только увидела представшую перед ней картину: — гигантский клубок из бинтов — актёра-утку, всего в паутине бинтов, в положении кверху жопой, жующего клювом маски щиколотку Чуи — Дазая и Чую, примотанных друг к другу в пикантных позах - Эмм, пацаны, это хоррор-квеста, а не шибари-пати. - ошарашенно напомнила девушка, не особо уверенная, что стоило это вообще говорить. — Это не мы, это бинты! — отчаянные хором заорали все трое. Администраторша развела руками: — Ага, поверила. Ладно, сейчас принесу ножницы, а то это пиздец какой-то. Через 5 минут она вернулась с большими садовыми ножницами и приступила к делу. Знала бы она, что ей предстоит... Если бы на помощь ей не явился пришедший на звук подросток из их компании, девушке пришлось бы до ночи провозиться с попавшим в ловушку несчастными. Спустя 10 минут парни и наркоман в фетишистском костюме были спасены. От счастья они все переобнимались, позабыв все обиды друг на друга. — Поздравляем! Вы прошли уровень "Бинтовый апокалипсис". Ваш приз — психологическая травма и бесплатный сеанс у психиатра! - подколола администратора, поднимая ножницы и собираясь на выход из комнаты. — Я официально больше не играю в хоррор-квесты, — объявил Чуя, поднимаясь с пола и идя следом за спасительницей. — Зато как время пролетело! — мечтательно пробормотал Дазай, обматываясь остатками бинтов, как шарфом и следуя на выход за остальными.

***

Ацуши и Тачихара, уже морально надломленные предыдущими испытаниями, осторожно вошли в следующую комнату, напевая себе под нос что-то вроде молитвы в манере церковного хора: — Пусть не будет кринжа, пусть не будет кринжа, пусть не будет кринжа-а-а~ Внутри их ждало помещение, напоминающее детскую игровую комнату-лабиринт прямиком из торгового центра: разноцветные трубы, горки, ванна с мягкими кубиками, сетки и даже пластиковый домик с надписью «Добро пожаловать, малыши!». Но всё это здесь выглядело жутко не по возрасту и вообще очень подозрительно. Тачихара, забыв обо всём на свете, моментально рванул наверх по плетеной лесенке, с радостным воплем запрыгивая на верхний ярус. На самом верху он начал дурачиться, ползать по трубам и вообще делать вид, что его вообще нет - сразу видно, безнадёжно сошёл с ума. Ацуши же, наоборот, наученный горьким опытом, осторожно осматривал нижний уровень, стараясь не наступить ни на что подозрительное. Его взгляд зацепился за детский трёхколёсный велосипед, стоящий в углу. Он подошёл, задумался, и тут... — БУ-У! — раздался скрипучий голос за спиной. Ацуши подпрыгнул от шока, огланулся, убедился, что это не шутка Тачи, и, не раздумывая ни секунды, сел на велосипед и помчался по кругу комнаты, отчаянно крутя педали и визжа, как чайник на плите. Актёр в костюме клоуна с длинными рукавами гонялся за ним, периодически спотыкаясь о мягкие кубики. Тачихара наблюдал за этим сверху, стараясь быть невидимым, но тут за его спиной возникла девушка-актёр в образе утопленницы: длинные сальные волосы, дешёвое белое платье с вб, тяжёлый взгляд заебавшегося студента в сессионную неделю из подлобья. Она медленно поползла к нему, а Тачихара, вместо того чтобы бояться и убегать, попытался закадрить: — О, привет, красавица, ты тут одна? Может, покажешь мне, где выход? Девушка-утопленница, на секунду замерев, басом ответила: — Я вообще-то парень. Теперь пришла очередь Тачихары на секунду зависнуть, а потом, стараясь повторно не терять достоинства, рвануть прочь по лабиринту. К несчастью, актёр оказался очень быстрым и вскоре почти нагнал его. Тачихара резко остановился, тяжело дыша. — Ты чего не бежишь? — спросил актёр, поправляя парик. — Я устал, — признался Тачихара. — Может, минутку просто постоим? Они постояли в тишине, отдышались, потом актёр махнул рукой: — Ладно, побежали дальше! Внизу Ацуши, не сбавляя темпа, наяривал круги на велосипеде. Вскоре к нему присоединился и Тачихара, запрыгнув сверху и приземлившись прямо на плечи Ацуши. — Погнали, дружище, газу! — крикнул он, держа друга руками за голову, чтобы не упасть с его хрупких плеч. Теперь они вдвоём, один на велосипеде, другой верхом на его плечах, пытались уехать от сразу двух актёров — клоуна и утопленника. Но актёры все же оказались проворнее: быстро поймали их и, под аплодисменты невидимой публики, выдвинули условие: — Хотите выйти? Тогда спойте под Бузову. Ацуши и Тачихара переглянулись, вздохнули и, не особо сопротивляясь, начали: — Моё сердце — птица, в твоей грудной клетке... - неловко затянул Ацуши, пританцовывая на всякий случай. - На ветку с ветки, с ветки на ветку... - подхватил Тачи. Актёры, умирая от смеха, открыли им дверь и выпустили наружу. — Ну что, — тяжело выдохнул Тачихара, — это был худший и одновременно лучший квест в моей жизни. — Главное, чтобы никто не снял это на видео и не выложил на Ютуб, — простонал Ацуши, оглядываясь на клоуна с длинными рукавами.

***

Гин, Хигучи и Рюноске бодро шагали по коридору, обсуждая, как теперь жить с травмой душевых комнат и излишне патриотическим настроем, когда вдруг их внимание привлекла одна подозрительная дверь. Из-за неё доносились такие вопли, что даже пластиковые тараканы на стенах решили переселиться в другой квест. — Это что, финальный босс? — шепнула Хигучи. — Или кого-то пытают, — добавила Гин, на всякий случай доставая телефон для сторис. Рюноске, как самый смелый (ну, или самый занбавшийся), осторожно заглянул в щель между дверью и косяком. Девчонки тут же прильнули рядом. Им открылась картина, достойная психоделического сна после трёх бутылок виски 200летней выдержки и пачки фенибута: Посреди комнаты, заваленной бинтами, как после битвы в отделении травматологии, в невообразимом клубке извивались Дазай, Чуя и какой-то нефор в маске утки, купленной в фикс працсе по скидке в «Всё по 49 йен». Парень в маске был закручен в бинты так, что выглядел, как ролл «Филадельфия», Дазай пытался перекусить бинты зубами, а Чуя... просто беспомощно лежал под ним, привязанный бинтами своей жопой к его. Нефор-утка беспомощно хлопал крыльями и истошно орал: — Спасите! Я не хотел быть уткой! Я вообще-то гот! — Да заткнись ты, пернатый! — вопил Чуя, — Дазай, ты что там, решил завязать меня там на бантик?! — Я пытался развязать нас, честно! — пыхтел Дазай, — А теперь у меня судорога языка, Чуя, давай тоже, кусай бинт! — Я не буду ничего кусать, я не собака! — орал Чуя. — Я не утка! — в отчаянии квакал нефор. Вдруг Дазай заметил девочек в щели двери: — Эй, кто там?! Помогите! Гин, Хигучи и Рюноске переглянулись. — Мы это не видели, — твёрдо заявила Гин. — Точно, это не наши дауны, — добавила Хигучи. Рюноске молча перекрестился и последовал за девчонками, про себя извиняясь, что не помог. — Быстрее, пока они не вырвались и не начали бинтовать нас! - засмеялась Гин, утягивая за собой Хигучи.

***

В холл квеста, где всё ещё пахло пластиком, дешёвыми чипсами и вселенским стыдом, въехали двое на детском трёхколёсном велосипеде: Ацуши крутил педали, а Тачихара, как король, все еще восседал у него на плечах, размахивая найденной где-то в лабиринте плюшевой змеёй. В холле уже сидели Гин, Хигучи и Рюноске. Девчонки с трудом сдерживали смех, а Рюноске выглядел так, будто только что вернулся с войны. — Это что вообще?! — прыснула Гин, указывая на их транспортное средство. — Приз за выживание, — с иронией ответил Ацуши. — А где Катай? — вдруг заметила Хигучи, оглядываясь. В этот момент над их головами повисла зловещая тишина. Все дружно переглянулись и одновременно ахнули: — КАТАЙ!!! — Мы же обещали его забрать! — воскликнул Тачихара, хлопнув себя по лбу так, что чуть не слетел с плеч Ацуши. — Он до сих пор в тире… — простонал Ацуши, — наверное, уже подружился со всеми мишенями… — Или стал частью экспозиции, — предположил Рюноске, вставая с дивана и намекая, что нужно бы пойти на поиски не дошедших до победного конца. — Ладно, — решительно сказала Хигучи, соскакивая с кресла, — операция «Спасти Катая» начинается! — Только на этот раз давайте не будем разделяться, — простонал Ацуши, слезая с велика, когда Тачи бодро спрыгнул с его плеч. Ребята всей толпой ринулись обратно вглубь квеста, оставив в холле трёхколёсный велосипед, который теперь, кажется, тоже нуждался в психологической помощи. Операция «Спасти Катая» началась с эпичного прорыва через коридоры квеста и распугивания актёров. Тачихара, вооружённый отломанной манекенской ногой, размахивал ею как световым мечом, отгоняя особо надоедливых актёров. Гин, не уступая в боевом настрое, отобрав у него плюшевую змею, с боевым кличем размахивала ей перед носом очередного зомби. — Эй! Это был мой трофей! — возмущался Тачихара, отбиваясь ногой от клоуна. — Она теперь моя! — парировала Гин, крутя змеей, как лассо, перед собой. Ацуши, решив не испытывать судьбу, просто крепко держался за руку Хигучи, которая уверенно вела всю группу вперёд с фонариком в руках, как настоящий лидер. Рюноске же по дороге задержался у комнаты, где до сих пор раздавались истеричные крики Осаму и Чуи, и, вздохнув, решил всё-таки попытаться их вызволить (или хотя бы поверить, что оба не сойдут с ума). Остальные влетели в тир, где их встретила сцена, достойная психо сцены из хоррор фильма: Катай сидел на полу, обняв мишень с нарисованный искусственной кровью улыбкой, и тихо напевал себе под нос гимн СССР. Вокруг валялись стрелы-присоски, а в противоположном углу робко сидел клоун-актёр, который не знал, смеяться ему или вызывать подмогу. — Катай! — закричала Гин, размахивая змеёй. — Мы пришли тебя спасать! Катай медленно поднял голову, его взгляд был полон вселенской тоски и лёгкого сумасшествия. — Вы... вы настоящие? — спросил он подозрительно, — Или вы тоже из этих? - и кивнул головой куда-то наверх. Тачихара и Ацуши подняли головы к потолку, сьитые с толку. — Мы настоящие! — заверила Хигучи, — Идём с нами! — Я разговаривал с уткой... Она сказала, что я теперь часть их коллектива, — мрачно сообщил Катай, поглаживая мишень. — Здесь безопасно. Здесь никто не поёт бузову... — Всё, хватит, — решительно сказала Гин, — Мы тебя вытащим, хочешь ты этого или нет. — А если уточка расстроится нападёт? — шёпотом спросил Катай. — Я её ногой! — пообещал Тачихара, размахивая манекенской конечностью. — А я змеёй! — добавила Гин. — А я... просто уйду уже отсюда, — признался Ацуши. Хигучи аккуратно взяла Катая под руку и повела к выходу, остальные встали стеной между ним и тиром. По пути Катай постоянно бормотал: — Я был хорошей мишенью... Я никого не подвёл... — Всё-всё, — успокаивала его Хигучи, — теперь ты снова человек. Приходя в себя. — А можно мне оставить одну мишень? — спросил Катай, с надеждой глядя на Гин. — Только если не будешь с ней разговаривать! — строго сказала она. Так, с плюшевой змеёй, манекенской ногой и полуразрушенной психикой, они гордо повели Катая к выходу, где их уже ждал трёхколёсный велосипед и Рюноске с администраторшей, отпаивающие Осаму и Чую чаем с ромашкой. — О, смотрите, египетские экспонаты вернулись! — тут же воскликнула Хигучи, тыкая пальцем в Дазая и Чую. — Осторожно, не распакуйте их раньше срока, — подхватила Гин, — а то проклятие квеста перейдёт на всех! — Ну что, мумии, как там в гробнице? — хихикнул Тачихара, размахивая ногой манекена. Чуя посмотрел на всех так, что даже плюшевая змея съёжилась: — Идите вы все, — процедил он, — если кто-то ещё пошутит про бинты, я вас сам замотаю и сдам в музей. В этот момент Рюноске, который всё это время контролировал, что парни не поедут кукушкой, молча подошёл к креслу в углу, сел, обнял себя за колени и начал тихо рыдать, как персонаж из дорамы. Все на секунду замолчали, пока Ацуши не попытался его приободрить: — Эй, всё нормально, мы же выжили... — Я больше никогда не пойду ни на чей день рождения, — сквозь слёзы выдавил Рюноске, — даже на свой.

***

В холле квеста царил настоящий бедлам: кто-то нежно обнимал плюшевую змею, кто-то сексуально держал в руках манекенскую ногу, третий украдкой шептался с мишенью, кто-то плакал, что теперь боится велосипедов, кто-то прост устало плакал... Наконец в середину холла вышла администраторша — всё такая же невозмутимая, как и в начале, только теперь с легким нервным тиком В правом глазу. — Поздравляю вас с успешным прохождением квеста! — наигранно бодро объявила она, хлопая в ладоши. — Вы проявили командный дух, креативность, и... эээ... невероятную способность петь под бузову и доводить актёров до депрессии. — Спасибо, — с улыбкой сказал Катай, — а приз за лучшую мишень где получить? — А мне можно оставить бинты вам на память? — спросил Дазай. - А я бы забрал эту ножку с собой... - усмехнулся Тачи, поглаживая ногу. — А я бы хотел забрать отсюда свою психику, — простонал Ацуши. — А я — эту змею, — заявила Гин. — А я — просто хочу домой, — завыли волком Чуя и Рюноскэ. Администраторша на секунду задумалась, потом выдала: — Ну, если что, у нас есть купон на локацию партнёра — «Психологическая реабилитация». Там мягкие стены, пледы и бесплатный чай. — Запишите нас всех, — устало сказал Чуя, потирая виски. — А меня два раза, — добавил Рюноске, не прекращая рыдать. В этот момент кто-то из актёров попытался выйти попрощаться, но, увидев кислые лица подростков, тут же спрятался обратно. И вот так, со змеями, ногами, мишенями и полными штанами ощущения испанского стыда за все произошедшее, ребята покинули квест, твёрдо решив: На следующий день рождения — только суши и караоке!