Наша судьба... [Вставьте текст]

Lord, I'm one, Lord, I'm two

Lord, I'm three, Lord, I'm four

Lord, I'm 500 miles

From my home...

500 miles — Peter, Paul and Mary

После апокалипсиса экспедиции стали неотъемлемой частью жизни людей. Старые, давно известные места приходилось изучать по-новому. Обвалившиеся здания, поросшие растительностью постройки, провалы в дорогах — все это делало местность совершенно новой и неизученной. Порой экспедиции занимали несколько дней. Несложные, буквально туда и обратно. Бывало, что на них уходило по неделе или две. Возвращались с таких уставшими, иногда ранеными, но зато с ценными ресурсами. А бывало, что группы пропадали и на месяца... Долгие, даже мучительные. В отдаленных районах ориентироваться было ещё труднее. Припасы тоже не вечные. Рано или поздно кончались, на всю группу не хватало. Но отчего в длинных походах тяжелее? Неизвестность, время, что они занимают, голод или опасности на каждом шагу? Это, несравненно, важно. Эти пункты губят многие экспедиционные группы. Но страшнее всякого все же остаётся жажда. Жажда не по воде, а ещё более мучительная. Страшная не оттого, что делает физически немощным, а из-за того, насколько просто ломает человека изнутри. И имя ей было тоска. Тоска по дому, по семье, по малой родине. Это необъяснимое чувство, которое, ты думаешь, обойдет тебя стороной, но все же настигающее в самый неожиданный момент. Ким Рок Су сидел на земле, палкой вырисовывая план передвижений прямо на почве. Они застряли тут на месяц. Пропитания ещё хватает — им повезло, маршрут вел через промышленные фабрики. Но безопасность никто не отменял. Поэтому он продолжал и продолжал придумывать безопасные пути обхода, стараясь не отклоняться от основного маршрута. Сидя тут, среди бесконечных обломков, парень мечтал снова оказаться на защищённой базе, в своем крыле. Даже она не обещала комфортных условий, но чувство безопасности ценилось в их дни превыше всего. Его взгляд лег к участникам группы, суетящимися над местом их будущего ночлега. Постепенно темнело. Нужно справиться с этим прежде, чем солнце окончательно скроется за горизонтом. Рок Су потянулся до скрипа костей, разминая спину. Все тело было уставшим. Постоянные передвижения с места на место давали о себе знать. Тяжело вздохнув, он достал карту из-за пазухи. Ее наметка и обозначение условных знаков было его ответственностью. Взяв карандаш, Рок Су принялся делать пометки на карте. Он не знает, сколько времени прошло, но когда его похлопали по плечу, солнце практически село. Стоило развернуться и перед глазами оказался образ улыбчивого Чхве Чон Су. Мечник раззадоренно указывал себе за спину. — Пошли уже! Наши все приготовили, — он посмотрел на карту в его руках, — Ты за этими чертежами все обсуждения сейчас пропустишь. — Сомневаюсь, что они будут важнее карты. — Просто пошли уже, — скривил лицо парень. В лагере было тише, чем в первые дни. Скопленная усталость чувствовалась в сгорбленных спинах, сжатых походках и вялых движениях. Среди них выбивалась одна фигура. Прямая спина лидера группы служила ярче любого ориентира. Возможно многие заставляли себя идти вперёд только из-за этой вечно ровной осанки. Привычно плюхнувшись рядом, Чхве Чон Су вызвал лёгкую улыбку у старшего товарища. Ли Су Хек кинул на парня взгляд глаз с еле заметными морщинками. Вопреки словами Чхве Чон Су, практически никого у небольшого огня не было. Люди, не занимающиеся дежурством давно поспешили скрыться где-нибудь, чтобы отоспаться. Только редкие часовые похаживали взад-вперед, выслеживая потенциальные опасности. Расценив тишину как знак, что разговор не завяжется, Ким Рок Су вновь достал карту. Он практически физически мог чувствовать два взгляда, наблюдающих за его работой. — Как много мест мы уже обошли... — прозвучало сверху. Подняв глаза, парень столкнулся с немного рассеянным взглядом лидера группы. Он изучал карту, всматриваясь в уже немеченные детали. Там фабрика с припасами, там разлом, там потенциальная точка появления монстров. Чхве Чон Су и Ким Рок Су переглянулись за его спиной. Конечно, каким бы выносливым этот человек ни был, усталость сказывается и на нем. Она была помножена на ответственность за целую группу людей. Ему, как лидеру, всегда приходилось быть стержнем для других. Немного подумав, парень снова свернул карту. — У вас нет никаких задач? Предупредив о своем уходе остальных, трио вышло за пределы лагеря. Парни, заинтригованные поведением младшего, заваливали его вопросом. Конечно же, не получая никакого ответа. Шли недолго. Соседнее здание, относительно уцелевшее и сохранившее свой первоначальный вид. Они поднялись по лестнице, следуя за Рок Су. Парень вывел их на самую крышу, по пути, наконец, объясняя: — Обратил на него внимание, когда мы только подходили. Подумал, здесь будет спокойно, — он повел плечом, — внизу слишком суетливо. Трое человек подошли ближе к краю крыши. Ли Су Хек опёрся на ее изгородь, глубоко вдыхая уже ночной воздух. — Звёздно сегодня, — отметил Чон Су. Соглашаясь с ним, остальные подняли глаза в небо. Они молчали до тех пор, пока самый старший из них не заговорил. — Знаете, я нахожу смешным то, что мы обходили столько мест, — он обвел глазами землю под ногами, зацикливаясь на лагере внизу, — но даже теоретически они не могут стать нашим домом. По целому ряду причин. Каждый человек скучал по своему дому. В условиях апокалипсиса по старому, возможно давно разрушенному дому. Он находится теперь так далеко... Чон Су подпер ладонями подбородок. Он тоже порой вспоминал родные места. Наверное, ничто иное не было похоже на них. Поля, дома, люди, в конце концов. Слушая их слова, Ким Рок Су просто пожал плечами. В нем не было уверенности в том, что у него существовало понятие дома раньше. Ни одно место, в котором он бывал, не могло в полной мере стать им. Но... — Не думаю, что это что-то физическое. Он положил руки на ограждение, а голову на них. Три человека, оперевшиеся на изгородь, такие разные и все же как-то сошлись. На губах Ли Су Хека появилась слабая улыбка, когда он повернулся к нему потрепать волосы. — В чем-то ты прав, малец. Они спускались вниз в тишине. Но внутри уже точно появилась уверенность, что их собственным домом стали не каркас и крыша. И потом, через много лет, когда стены становились слишком холодными для одного человека, взрослый Ким Рок Су вспоминал те дни. Ах, как же теперь далек его дом. И теперь, ни одна карта не способна привести к нему. Потому что его больше не существует.