Время перемен. Kyle Alessandro/JJ

И вот Йоханнес сейчас сидит на кровати и думает о этих объятиях. Какие же у Кайла тёплые, нежные и ласковые руки. Он как будто лежал под мягким одеялом, окутывающим сердце нежностью и заботой. В этих объятиях он чувствовал тепло родных ему рук, которые проникли в самую глубину души, растворяя тревоги и страхи. Теперь у Питча осталось только ощущение безопасности и заботы внутри. Кайл согрел его, напоминая о том, что он не один в этом несправедливом мире. Этот парень как будто разделил переживания Йоханнеса, хотя тот ему ничего и не говорил. Теперь жизнь снова налаживается и приходит то самое долго ожидаемое чувство чего-то стабильного и вечного. С такими мыслями Йоханнес сидел на своей кровати, вглядываясь в телефон и отчаянно пытаясь там что-то найти. — Я ведь даже его Инстаграма не спросил, — подумал Йоханнес, после чего пошёл в наступление и решил отыскать его сам. Это не составило ему труда: ведь вбив его имя, тут же вылезла его страница. Питч не думая подписался на него. Тут его почему-то взял непонятный ему интерес и азарт узнать о Кайле больше, чем он рассказал за три часа. Джей листал его страничку, и всё, что ему удалось узнать о нём — это только второе имя Кайла и информация о том, что он уже пробовался на Евровидение в составе группы, с которой он к счастью или сожалению ушёл. Питчу было интересно спросить про ту группу, но чуть позже он переосмыслил — это было бы, наверное, слишком грубо с его стороны. Они ведь знакомы всего лишь день, а тот уже прошерстил всю его страницу. Вдруг он покажется младшему странным, и тот не захочет общаться с ним. Питч сам себя не понял: почему он так много думает о младшеньком? Кайл же стоял, глядя в стену и глупо улыбался ей. Он испытывал то же самое, что и его новый друг. Ему было так тепло и приятно на душе — что аж непривычно. Он никогда такого не ощущал. Тут же Алессандро понял, почему объятия вызвали у него такие чувства: почувствовал странную головную боль — будто кто-то стучал молоточком внутри черепной коробки. Ладони вспотели так же, как всё тело в целом; а ноги словно забили ватой — проталкивая её с каждой секундой всё глубже и глубже. Но всё-таки Алессандро смог дойти до кровати и отчаянно плюхнуться на неё. Его снова терзали сомнения и страхи: «Так незадуманно природой — это неправильно. Я моральный урод», — думал он, лёжа в своей кровати. На душе было так тоскливо и тяжело, что Кайл решил отвлечься, заглянув в телефон. Там он увидел уведомление о том, что Джей подписался на него. Ответив взаимностью и пролистав парочку его фотографий, Кайл не заметил того, как отключился — впадая в мир снов. В темной тиши ночи он стоит на краю бездонной пропасти, чувствуя, как холодный ветер пробирает его до костей. Всё снова кажется искажённым — тени движутся и шепчут его страхи, превращая их в зловещие фигуры, которые неотступно следуют за Кайлом. Он ощущает тяжесть в груди, словно груз невысказанных слов и запретных чувств, которые он боится признать себе, не говоря уже о том, чтобы рассказать о них кому-то. Взгляд Алессандро метается по мрачному пространству, где каждая тень — это его внутреннее сомнение и страх быть отвергнутым. Внезапно из темноты появляется фигура — это он сам, но с глазами, полными осуждения, боли и ненависти. Алессандро пытается убежать, но всё вокруг кажется бесконечным лабиринтом страха и отчаяния. В этом сне он ощущает безысходность — словно его истинная сущность чужда и опасна, её нельзя показывать никому и никогда. Кайл нервно взялся за голову, вырывая себе пару прядей, что-то прокричал себе под нос и быстро очнулся в реальности. Так мерзко ему ещё не было никогда. Снова этот тяжёлый груз лег ему на плечи — снова придётся мириться с самим собой, снова он делает себе хуже. Алессандро чувствовал себя полным идиотом; сказать больше нечего. После неудачной попытки заснуть Кайл ощутил тяжесть в животе. Он долго ходил и не понимал почему так — пока не вспомнил, что не ел около двух дней. Глядя на время, которое уже близилось к семи вечера, Алессандро решил сходить поесть. Он так и поступил: спустился на первый этаж, где на удивление ни с кем не пересёкся. Всё уже было закрыто. От отчаяния Кайл тяжело вздохнул — было решено перетерпеть голод до завтра. Сегодня Алессандро явно был не в ресурсе. Джей в свою очередь снова запереживал за младшего после того, как тот снова не спустился на первый этаж. Йоханнесу даже показалось в этот момент, что Кайл — фантомный и его на самом деле не существует; всё это — дурная фантазия Питча. Но из таких мыслей его вывел объект раздумий — тот стоял у него за спиной. Питч обернулся, испугался и дёрнулся, будто сразу не понял, кто у него за спиной. — Кайл, всё хорошо? Ты вообще где был весь день? Даже ни разу не поел — обеспокоенно начал его расспрашивать Йоханнес. Он действительно переживал за него; вдруг что-то случилось. И если да — то Питч вовремя бы успел прийти на помощь. — Всё хорошо, просто вымотался за неделю и отсыпался весь день — быстро что-то придумал Кайл. Ему вовсе не хотелось нагружать Йоханнеса своими проблемами; вдруг тот подумает, что Кайл — нытик и отвернётся от него — парень потеряет даже шанс на дружбу. — Можно я к тебе зайду? — на этот вопрос Кайл кивнул и начал открывать дверь. Пока он пытался открыть замок, Джей случайно прикоснулся к его рукам. И тут он снова был удивлён: казалось, сейчас он прикоснулся к шёлку — мягкому и ласкающему кожу. Йоханнес убедился: руки Кайла созданы для того, чтобы дарить тепло и уют. Они мягкие как облако, окутывающие нежностью; бархатистость пробуждала желание прикоснуться ещё раз. В этих руках точно таилась какая-то магия. Сам того не заметив, Йоханнес чуть ли не вцепился в руку Кайла, который уже открыл дверь. В этот момент он почувствовал себя очень глупо; но для Кайла было счастьем — когда его руку сжимал любимый человек. Алессандро конечно же не мог взглянуть на Питча без вопроса; но тот казался риторическим: как будто всё было понятно без слов. Кайл примерно понимал, что сейчас скажет Джей. — У тебя такие мягкие руки! Чем ты их мажешь? — И да: Йоханнес действительно не понимал что за чудодейственные крема у Кайла; ведь Питч перепробовал все — дорогие и дешёвые, но результата не было: руки оставались грубыми с красноватым оттенком. — Практически ничем особенным… От природы такие достались,— ответил Кайл; глаза у Питча расширились от удивления: как кожа могла быть такой мягкой по наследству? Нет… что-то тут было явно утаянно. Питч ещё долго расспрашивал о чём-то младшего; тот охотно отвечал и вел диалог. Парни приятно общались вдвоём на кровати. Алессандро решил прилечь; голос Йоханнеса казался ему колыбельной. Его голос — мягкий шёпот ночного ветра. Его звучание напоминало нежную волну, которая ласкает душу, убаюкивая словно маленького ребёнка. Тело казалось невесомым, готовым отдаться в волшебные чарующие объятия ночи. Кайл запомнит эту ночь как самую нежную и безмятежную в своей жизни. Так сладко он ещё никогда не засыпал. Эта колыбельная навсегда останется в его сердце.