^-^
5 августа 2025 г., 14:41
Теплый день Курограда. Теплый, но пасмурный. Жители спешат на работу, жизнь идет своим ходом!
Даже сам Куромаку, сидит и разбирает бумаги, издает указы, и заниматься «взрослыми» и «неинтересными» делами.
Кабинет, как обычно, прибран, лишь неаккуратно разбросаные комки бумаги, с неудавшимся соглашениями портят картину идеальности. Частые удары пальцев по клавишам разрушают тишину. Идеальную тишину. Ничего в этом мире не идеально... Но не все это понимают... Ничто и никто не будет великолепно прекрасным! Даже, вроде бы, идеальный поряд в кабинете - не идеальный! Пыль... Бактерии ... Даже в голове и мыслях порядка не будет! Ни-ко-гда!
От мысли Куро оторвал стук в дверь. Привычно идеальный:
- Войдите! - прозвучало сухо. Как обычно. В кабинет зашел Курон, с лицом на котором нет ни одной эмоции. Мальчонке всего 16, а уже главный помощник и гонец Куромаку. Он постоянно присутствует на съездах правителей, постоянно ходит с поручениями. Даже до других государств!
- Товарищ Куромаку! Приказ был доставлен в Зонтопию! - Говорит Курон, хотя сам понимает, что проще было по видеофону созвониться. Куромаку смотрит на него с презрением:
- А в Фелицию?- вопрос прозвучал строго, даже слишком. Без эмоциональное состояние сменилось на испуганное:
- в Ф-Фелицию..? - переспросил младший, голова поникла, он осознал ошибку.
- то есть не сходил?.. Ты хоть понимаешь важность твоей работы ?! Ты - слуга! - Куромаку стал зол, сжатые кулаки, брови показывали все недовольство правителя.
- Я вас понял, товарищ Куромаку... Сию же минуту исправлю! - младший убежал из кабинета. Но даже это не меняло состояние младшего: круги под глазами, шатающие ноги, и глаза, которые вот вот заплачут от боли.
Вы наверное спросите - а что с Куроном? А наш маленький помощник настолько вымотан, что не спит третьи сутки, постоянно работая, обувь, которая уже потерлась, начала натирать мозоли. Каждый шаг давался «малышу» с болью и вызывала слезы, которые тот успешно держал.
Вскоре Курон начал хромать...
***
Через несколько часов пошел проливной дождь. Куроград буквально утопал в слезах облаков, а Курона все еще нету во дворце...
Куромаку, хотя ему не свойственно, но проявил тревогу к помощнику:
«Ливень... А он наверное, как обычно, без зонтика.. »
Думал тот отложив впервые документы. За окном кабинета показалось хромающая тень. Он буквально вылетел к дверям дворца с зонтиком в руках.
Тень хромала... Чувствовалась боль в каждом движении ... Прямо к этой тени выбежал Куромаку с криком:
- Где ты шлялся?!? Небось опять в карманах карамель из Фелиции?! - Тот открыл зонтик и начал идти на встречу к маленькому комочку, тот его совершенно не слышал!
- Ты меня не слышишь?!?! - Тот подошел очень близко, накрывая мокрого гонца зонтиком. Капли стекали по форме гонца и просачивались под нее. Перед глазами встал силуэт правителя:
-Т-товарищ Курома... - все что успел сказать малыш перед тем, как рухнуть на колени в лужу. Ноги окончательно перестали слушаться. Теперь Курон начал чуть ли не биться в истерике.
Показаться так перед его «идеалом» - Позорище!
Куромаку с непониманием смотрит на него. Поправив очки, строго сказал:
- Немедленно встань! И так весь промок! Не хватало того, чтобы ты заболел!
Курон не мог выполнить приказ, впервые... Впервые сидит коленями в лужах...
Впервые «не» идеален...
Куромаку зол, но он сдерживает порывы, сжимая зонтик и накрывая гонца.
В голове прошелся импульс.... Тот, который заставил его опуститься на корточки и поправить его фуражку. Куро медленно взял его за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. Тот же пытался убрать «неидеальное» состояние со своих глаз, впалых щëчек....
- Ты чего расплакался? - прозвучало очень мягко и наигранно. А Маку по другому просто не умел, ему не свойственны эмоции. Но сейчас... Гонец в непростом состоянии:
- Извините, Товарищ Куромаку!.. Я мне так не подобает... - Начал тараторить тот. Куромаку же берет малыша под ручки и не теряя времени, понес его во дворец.
Гонец прижался в убитом состоянии... Он с детства знал : такое поведение закончится плетью по рукам... Спине.. . И всему телу в сборе....
Куромаку, чувствуя легкость в «убитом» организме, даже ранее не думал, о том, что малыш совсем не кушал в последнее время и не спал, тело обмякло и приобрело бледный оттенок. Глаза.. Заплаканые, хотя обычно безразлично пусты.
Они зашли в залу Куромаку, тот положил тельце на кровать, а сам сел рядом:
- Что случилось? - сказал старший мягко, но нотка строгости была в голосе.
- Извините, пожалуйста!.. Я... Я.. - младший начал запинаться в собственных мыслях. Куромаку мягко посмотрел на гонца. В мыслях проявилась собственная вина:
-не извиняйся. Просто, что с тобой произошло? - Куромаку нежно положил руку на плечо младшего. Слезы Курона растопили тот «идеальный» лед в душе Куромаку. Слезы капли на щëчки, мокрые ноги отозвались судорогой в ступенях и икрах. Младшему ,наверное, и не надо отвечать на вопрос, именно сейчас нужна лишь забота, но не идеальная, а обычная- человеческая.
Куромаку переводит руки на ладони гонца. Исцарапаные и маленькие. Совсем не сказать, что это ладошки 16-тилетнего мальчика. Большими пальцами тот гладит царапинки и мозольки ручек Курона:
-Что-то болит? - Куромаку разорвал тишину. Курон, не желая, чтобы Куро слышал его дрожащий голос вновь, медленно показывает на ноги. Куромаку отпускает ладошки и спускается с кроватки, оглядывая ножки, снимая его ботиночки :
«совсем потерлись ... Я даже как-то и не замечал... »
Только сейчас додумался Куро. Ботиночки снялись с трудом. Сразу взгляду правителя пристали изтертые в кровь ноги:
- Это давно у тебя?! - с огромным удивлением сказал Маку, Курон же тихо кивнул, вытирая слезы. Куро даже не представлял ранее, что его гонец в таких ужасных условиях. Маку резко поднялся и пошел в сторону к двери. Курон даже не посмел спросить куда пошел правитель, лишь повернул голову.
Куромаку вернулся за считанные секунды в руках была баночка перекиси водорода и ватка с бинтами. Глаза Курона начали бегать по его рукам, оглядывая каждый предмет:
- Т-Товарищ К-Куромаку... Это лишнее... Все... Все нормально... - начал хоть как-то отказыватся Курон. В глазах прочитался страх, по всему телу - дрожь. Куромаку по-доброму хмыкнул, хотя ранее не встречал такой фобии у гонцагонца:
-Это обязательно, дабы предотвратить заражение. Или ты боишься? - последняя фраза была догадкой, но правдивой. Он медленно открутил крышечку перекиси водорода и начал капать на раненые ноги. Жидкость зашипела, из уст гонца донесся стон. Гонец пытался скрыться все видимые признаки боли, глаза Куромаку, будто врача, сверлили взглядом ранки :
-Ай!! Больно!! - не выдержал Курон, слезы потекли сильнее. Куромаку остановился, поднял взгляд, в глазах проявилась доброта. В мыслях маленького крутилось, что за это, плеть будет ложиться тяжелее к его телу. А впрочем терять ему нечего в таком состоянии. Разревелся, как маленький, так еще и на помощь жалуется...
-Подуть на ранку? -В голосе чистая доброта и ни капли строгости. В ответ приходит положительный кивок. Куромаку медленно начинает дуть на шипящую жидкость и нежную кожу. Малыш тихо морщится, но сейчас не от боли.
После обработки, Маку открывает бинт с тихой фразой :
- теперь перебинтуем и все... Только в следующий раз скажись хотя бы... Больно ведь поди...
Ему ответил тихий всхлип, напоминающий фразу:
-извините....
Куромаку изменился в лице, в голове крутилось, что тут мальчик не причем... Вина короля:
-тебе незачем извиняться... - он начал накладывать бинт, аккуратно прикладывая кусок марли к ранам.
Вскоре ноги были забинтованы:
-не туго? - спросил Король для уверенности.
-неа- тихо просипел Курон. Это ведь правда, с такой заботой накладывать бинт и наложить его туго- нереально.
Слезы отошли на второй план. Наверное именно сейчас паренек мечтал о объятьях. Куромаку прижал гонца к себе, будто прочитал мысли младшего. Странное чувство безнаказанности берет обоих трефовых:
- Извини... Я о тебе раньше и не думал на 92,8% ... В этом моя погрешность. - возвращается к своим цифрам Куромаку.
-Да никто из нас в итоге не идеал.... - заключил гонец. Куромаку положил руку на животик Гонца... Худенький животик. Медленные поглаживания настолько успокоили Курона, что малыш просто уснул.