Жёлтое плато

Неся в руках бумажные пакеты ,рыжеволосый мужчина останавился у истерзанного листовками столба. Этот столб ,как и тысячу таких столбов, хранил в себе историю Парижа или хотя бы его часть. На одном новом клочке восклицалось «С новым 1968 годом!», на другой искали человека, следующая была монифестом нарисованным от руки и множество других пазлов из истории жизни незнакомых друг другу людей. Его скользящий вгляд остановился на одном печатном листе. Парень стоял по середине пешеходной дорожки, отчего серая масса прохожих была не в восторге. Он уцепился взглядом за поклеенное, поверх старых клочков, объявление. В нём жырными буквами было подчёркнуто – «Нужен официнант» и ниже был указан номер куда звонить. Накоплений осталось совсем немного поэтому он почти что на ходу без мешканья сорвал объявление ,точнее кусочек с номером. Обрывок зашуршал у него в руке и скрылся в кармане домашних брюк. С этим внезапный поворотом событий он повернул вниз по оживлённой улице мимо волны протестующих. Открыв дверь своей небольшой студии он протиснулся с бумажными свёртками продуктов и неряшливо разулся будто хотел избавить ступни от батинок. Ноги ощутили облегчение. Несмотря на погоду за окном в его неубранном жилище было прохладно. Вспомнилось как он удачно урвал эту студию около центра, во время дефицита жилья так ещё за каких-то двести шестьдесят франков в месяц, не считая комуналку конечно же! На небольшой кухоньке свалив с себя рутинную ношу, он решил что ему срочно нужен горкий, свеже-сваренный кофе. Чиркнув спичкой по коробку та зашипела зажигая газовую горелку. Взгромоздив на плиту на половину полную турку он решил не ждать у плиты а сразу пойти и позвонить. Вдруг уже заняли. Он подошёл к своему телефону, тому самому, через который он не может дозвонитьсядо Манон. Он всё ещё скучает по ней. Сначало он смотрит на диск с цифрами потом на смятый обрывок бумаги. Мысленно он надеялся что его кофе не выкипет прежде чем он закончит разгор. Мельком поглядывая на бумажку а затем продолжает крутить телефонный диск Роди вспоминает название ресторана. Кажется «La Gueule de Saturne»*? Вспомнив это он усмехнулся –похоже у владельца тонкое чуство чёрного юмора. «Ресторан, говорят, солидный так может и зарплата будет выше? Будет жало терять такой шанс». На другом конце послышались глухие гудки. Трубку взял некий Винсент Шарбонно, владелец ресторана. Голос был сухим и монотонным,будто он вычитывал мемориальную колонку в газете. Говорит чтобы Роди пришёл, и желательно сегодня же. На вопрос парня – «во сколько ?» , он бросил трубку. Ламори озадачено смотрел на трубку издающую короткие сигналы. Это было странное но приглашение на собеседование. Ладони вспотели. Несмотря на то что ему нужна работа он вышел в том в чём недавно ходил в магазин. «Одежда чистая и кажется день уже удался» –думалось ему. Провернув связку ключей в замке он услышал двойное щёлканье. В руках он предусматрительно держал паспорт и вид на жительство, для официанта этого было достаточно. От открыл дверь и над головой зазвенел колокольчик. Осмотревшись он подошёл к угловатой кассе. Не зная как привлечь к себе внимание он просто нажал на настольный звонок надеясь что его услышат. «Хм,простой но со вкусом, ничего лишнего, может хозяин бистро минималист?» На встречу к нему идёт мужчина среднего телосложения в поварском, белом кителе. При ближнем рассмотрении тело было жилистым но не хлипким, под глазами лежали тени. Роди улыбнулся более преведственее чем его будущий собеседник. Никогда раньше он не видел таких чёрных как дёготь глаз. «Может он азиат?» Как оказалось нет: обычный француз по имени Винсент Шарбонно. Следущее что он услышал от него было : — Боже, до чего же эти студенты шумные, всё никак этот балаган не стихнет. — Ну-у лично я замечаю это только ближе ко сну. – Роди невольно потёр шею. Ему показалось что с разговором будет туго, от чего волнение усилилось.Мужчина перевёл на него взгляд. Потом сложил руки на груди как бы отгораживаясь. — Это Вы наш новый официант? – Роди опешил. — Стойте... а разве собеседование проходить не надо? Просто по раз‐ — Вам нужна работа? – голос у него был сухим,он будто выдавливал из себя каждое слово — А мне нужен работник, посмотрю на ваши способности в процессе. — Как там Вас, ещё раз напомните? — Роди Ламори.–Он удовлетворённо качнул головой и жестом указал следовать за ним. Помедлив на одном месте, Роди прошёл через большой зал с круглыми, как белые тарелки столами и увидел двери принадлежавшие предполагаемой кухне. Уже подходя к дверям был слышен стук ножей об деревянные доски, звон посуды и стрекочущего масла. Там было душно от немыслемого количество запахов. Пахло очистками лука и картошки, мойкой, оливковым маслом на котором один из поваров готовил поджарку, пахло затхлой тряпкой, сырой рыбой и яблоками, возле раковин был смердящий запах отходов несмотря на то что в ведре мусора было немного, пахло сладкой выпечкой и хрустящим хлебом ещё пахло каким то горким дымом но едва заметным среди прочего. Со всем этим спектром не справлялись даже четыре вытяжки. Повара лишь изредка поглядывали на новичка, некоторые просто игнорировали. — Это кухня, сюда будешь относить и приносить заказы гостей, поваров попусту не отвлекай, разговоры на рабочем месте– он достал из кармана чёрных брюк пачку сигарет «Gitanes»* и ловко выудил одну. Роди чуть не разинул рот от удивления : «Какой человек имеющий ресторанное дело при этом являясь шефом может курить прямо на кухне!?» – подумал он. Винсент невозмутимо стряхнул пепел на пол и продолжил — я терпеть не стану. Уволю даже не раздумывая. Он сделал новую затяжку затем добавил – По левую сторону мой кабинет и подсобка с мясом а на против туалет для персонала. Не смей ходить в туалет для гостей. Работа с восьми до семи, оклад за месяц триста двадцать плюс чаевые – он выдохнул дым – если работать будешь хорошо оклад может и подняться, ну так как? – наконец его монотонное перебирание слов закончилось. Роди прочистил от скручивающего дыма горло, некоторые повора заитересованно оборачивались на новичка. Увидев замешательство на лице новичка Винсент просит взглянуть на документы и Роди безропотно протягивает их ему. С зажатой между губ догорающей сигаретой он задумчиво хмурится словно читает написанное от руки и умехнувшись проговорил себе под нос — Ламори, хех..., поэтично. – Мне начинать работать с сегодняшнего дня? Винсент медленно перевёл свой усталый взгляд с паспорта на настенные часы. Циферблат показывал три часа дня. — Пожалуй, завтра и начнёшь – он сново посмотрел на Роди, вернул ему документы и протянул ему руку из вежливости – не опаздывать ,запомни,стажеровка ровно в восемь уже в ресторане. — Не опоздаю э-э шеф тоесть-. — Винсент. — Ну да – он нерешительно но крепко сжал холодную руку своему теперь уже работодателю, другая рука смущённо протёрла шею. Они попрощались. Чувство комка в горле не отпускало его всю дорогу к многоквартирному зданию где он жил. На утро вся напускная вежливость Винсента испарилась как туман над Лондоном. С порога парня встретили громкие угрозы звучащие с кухни. С пышащей яростью он тыкал несчастного мужчину в разбитую посуду. Пожалуй что-то подобное Роди слышал только пожилого преподаватель истории, во времена когда он ещё учился в колледже. Каждый раз когда прогрессивные студенты заводили разговор о вкладе женщин в историю или идее анархизма – что процветает и по сей день, он вспыхивал как бингальская палочка. Для него Жанна Д'Арк была как для Винсента тарелка – причиной возгорания. Дело дрянь. Пасть Сатурна схлопнулась когда Роди отдал последние накопления за жильё и деньги стали нужнее ему вдвойне. Это означало что в ближайшее будущее он не уволиться даже если начальство будет относится к нему как к чернокожему в Америке сороковых. Винсент это не хмурый и усталый шеф-повар а как понял Ламори – шаткий,опасный механизм и стоит, например, пойти подчинённому в разрез его ожиданию, его шестерни бешенно загудят превращаясь в мясорубку. Подумать только – всего лишь тарелка и он уже во весь голос орал на мужчину средних лет угрожая ему расправой. Молчаливость повара не давало парню покоя поэтому Роди осторожно перетянул внимание на себя: — Я могу убрать это и купить новую, раз она была так важна Вам. Морщины между бровей сгладились, взгляд медленно перешёл на только что вошедшего в помещение. В чужих глазах блеснули молнии. Комната начала плыть. Ламори вдруг ощутил всю тяжесть взглядов на него. Его прошибло лёгким холодком. Неловкая тишина заполнила всё помещение кухни. Сейчас наниматель выглядел гораздо устрашающе. С виду спокойный, даже расслабленный но во взгляде мерцало что-то металлическое. — Ты... . Что с галстуком и где форма? – он читал о таком в приключенчиских книжках. Каменный идол – монуметальный и вездесущий. Его боялись и воздавали кровавые подношения. «Куда я попал...» – подумал Роди и проглотил мысль когда в него хлёстко прилетела полотняная тряпка с пришитыми к ней лентами. Формой оказался застиранный фартук. Развернув его он наспех обтянул вокруг талии и завязал в тугой узел. На это кто-то из стола поваров расмеялся: — А снимать в конце смены ты как его будешь, м, новенький? – по парню было видно что сам работал он здесь от силы две смены так как ничуть не побоялся выкрикивать неуместные коментарии в присутствии шефа. «Да чего же смелый» – саркастичный голос не унимался – «Ещё не хлебнул того чего наверняка наглотались остальные». Винсент развернулся на смельчака от чего тот побелел приземлившись обратно в реальность. С бесстрастным видом он вернулся к Ламори. — Начинай работать, тряпки в уборной под раковиной, протрёшь ими столы пока клиентов нет, усёк? – твёрдый голос разрезал затишье. Густая шевелюра положительно качнулась и этого было достаточно. Роди мог поставить сто франков наличкой на то, что слышал тихие молитвы когда уходил в зал. Негромко напевая и понемногу делая свою работу он слышал, как из-за толстых стен кабинета гудели два голоса. —Кого же увольнят– Роди не смог разобрать ни единого слова. Он вздрогнул когда вслед за громким рокотаньем послышались глухие удары. Что-то тяжёлое отскачило от стены и в дребезги разбилось об деревянный пол. Напряжение ушло тогда, когда из кухонных дверей вылетел тот самый безликий смельчак. Не было и намёка на синяк или ссадины. Повар быстро направился к выходу, сбрасывая с себя рабочий фартук, бубня себе под нос француские ругательства. Это было через чур. Ламори, держа в руках тряпку, провожал взглядом всбешённый силуэт. Скрипнула барная* дверь. Это был Винсент с совершенно непоколебимым видом, поправляя и без того манерную причёску . Вольяжно, неторопливо перешагивая с ноги на ногу, как кот. Он снова курит. — С такими только так.– Он перевёл взгляд на взволнованные, мышино-зелёные глаза.— Со столами всё? — А? Ну д-да ,уже как пять минут назад.– От мутного взгляда начальника парень почуствовал напряжение в желудке и желание отстраниться. — Это конечно в твои обязанности не входит но можешь мне кое с чем помочь?- Роди громко сглотнул. В кабинете лежали толстые стёкла пепельницы в мешанине серой золы и множество окурков. Осколки опасно переливались на свету. Подняв взгляд от пола, туда, где как ему показалось слышался удар, широкими от изумления глазами уставился в одну точку. На стене тянулись паутина трещин. Роди представил что концы трещин это лапки неведомой австралийской твари и сейчас оно оживая, нападёт на него. Он слегка попятился назад. «Всего лишь трещина» – успокоил себя парень. Узорчатые обои были испорчены. Вся картина напоминала драку при помощи пепельницы в дорогом, подпольном барделе. Роди никогда не бывал даже в самых злачных. — Так...мне это убрать? — Поакуратнее с осколками— безразлично выдавил из себя Винсент и вышел из кабинета. «Столько драмы из-за тарелки а сам разгрохал об стену тяжеленную пепельницу»–иронично подметил про себя Роди. —Этот человек явно не в себе. Взяв в уборной из угла метлу и раскопав из под чёрной от плесени раковины савок, он проскользнул через душную кухню обратно в мрачный кабинет. Комната нуждалась в сквозняке. На противоположной стене весел большой портрет женщины. Покатые плечи, мелкие морщинки на лбуи между бровей и такие же чёрные, словно дыры, глаза какие он видел совсем недавно. «Должно быть его родствиница или даже мать». Роди пальцами сгрёб большие части пепельницы складывалось их по одному в савок. В процессе он всё же получил пару царапин. Пустяковые полосы. Ладони Роди и без того были в мелких шрамах о когтей кошек, от сучков когда в детстве лазил по деревьям, от драк или просто от неуклюжести. Из за веснушек было трудно разглядеть отметины. Остальную стеклянную крошку которую он не смог сгрести в савок он в наглую смёл кучку под ковёр. Уборка была его нелюбимой стязёй следовательно Роди поступал именно так перед каждым приходом Манон – просто сгребал вещи в шкаф а мусор под ковёр. Всё просто. Выкинув пепельницу и её содержимое, Роди спросив у женщины отбивающей мясо местоположение шефа на что она без слов указала на зал. Он надеялся что найдёт его у кассы но оглядываясь понял зал пуст. Неожиданно из под кассы показывается Винсент с тонкой книгой в руке. — Думал что найду её в кабинете но оказалось прошлый стажёр, тупица, оставил её на полке под кассой.– Винсент протянул ему небольшую книжецу с симпатичной коженной обложкой «Меню». В ней были первые блюда, второе, "морской раздел", на последней странице поместились десерты и напитки с очень лирическими названиями отсылающими на культовые произведения искусства. Например «Сад земных наслаждений» – раздел с первым, во втором он выхватил глазами «Ван Гог в провансе» – овощной суп, это вызвало у Ламори глупую улыбку, к примеру «Салат Моне», десерт «Рождение Венеры» или напиток «Тающие часы». — Разберёшься по ходу, стажировка закончится тогда когда будешь в нём разбираться. — М-м, к слову, а... а что случилось с тем поваром, просто интересуюсь?– лицо Винсента помрачнело, желваки выступили на висках. — Тому что разбил блюдо влепил штрафа другого уволил само собой, будешь шибко говорливым тоже уволю. Вдруг он обнажил серебрянные часы на руке посмотрел и принял задумчивый вид. Он уже не смотрел на него когда говорил. — Так, уже поздно, давай напомню что входит в твои обязанности ещё раз, первое – встречать гостей и провожать их до столика, предлогай им впервую очередь то, что в наличии или не успели продать, второе– убираешь столики, выносишь мусор и к закрытию моешь полы в общем зале. Запомнил? Переваривая информацию ему вдруг смертельно захотелось спросить: — А что если я разобью тарелку?– он досадно понял что произнёс фразу в слух. На миг в безмятежной черноте появилась смесь нежданного удивления и раздражённости. — Тарелки или любая другая утварь которая понесла ущерб от тебя будет выплачена из твоего кармана. Конечно, ничего обычного– дабавил он более раслабленно–, особенно на кухне но я терпеть не могу разгребать эту бюрократию в конце каждого месяца и отсчитывать по бумажкам что эти олухи умудрились разбить за это время! Он понял намёк Винсента что лучше лишний раз не раздражать и тогда он вполне сойдёт за по обыкновению строгого шеф-повара. Главное не злить. Брякнул колокольчик на двери оглашая звуком о первом госте за это утро. Тучный мужчина в серой, полуживой от натяжения, жилетке с тонкими полосками и с пиджаком балтающимся у него в руках. Он пыхтел протерая платком пот с красного словно испёкшегося лба. Роди отпустил разговор о тарелках и подлетел к дородному гостю. Он любезно предложил ему столик у окна и тот согласился. Между вопросом «Что будите заказывать?» и рекламированием непроданных блюд, гость вклинил небольшой разговор в ходе которого он сказал что работает банкиром а от того что не успевает поесть часто заглядывает сюда. Гость говорил растановочно, с паузами, еле поворачивая языком при этом пыхтя как вздутый чайник. Банкир подметил что впервые видет здесь «рыжеволосого парня», он предположил что официат новенький поэтому усевшись со старческим кряхтение наглядно рассказал и показал, проведя, толстым как шпикачка пальцем, по одной их страниц меню, что у него подразумевается под "как обычно". Под зорким взглядом своего босса Роди устремляется обратно на кухню прихватив меню. Передав указание одному из поваров он уходит обратно в зал. В его послужном списке уже имелась работа официантом благодаря этому он справлялся как мог, знал. Самое главное –это энергичность а дальше уже хорошая память и аккуратность. После банкира который оставил ему неплохие чаевые была ещё женщина с короткой заливкой и двое мужчин которые, как показалось Роди, были хорошо знакомы с его боссом. День проходил однотипно, иной раз даже скучно. От скуки он начал драять бокалы и пересчитывать чёрные клетки на шахматном кафеле. Было настолько тихо что каждое "чик" стрелок настенных часов било по мозгам. Ближе к вечеру в «Пасть Сатурна» заглядывали только парочки и те, кому вечно некогда поесть в кругу семьи. Любовные столики мазолили парню глаза. Всякий раз, когда Ламори подходил обслуживать эти столики он не мог скрыть за натянутой улыбкой толику зависти и тоски. Его разум подкидывал образ Манон. В глубине души он всё надеялся, представлял что вот-вот и они так же будут сидеть в каком нибудь ресторане или кино и просто болтать. Обмениватся лёгкими касаниями, смеятся как будто появилось второе дыхание, держатся за руки. Быть вместе... «Быть» казалось таким далёким для него. Но он не опускает руки ,он не хочет их отпускать. Усомниться значит забыть её а Роди боялся этого больше всего. На мгновение поднос выскальзнул у него из рук и он на лету зажал его в объятиях. Он облегчённо выдохнул отлепливая от себя мокрое металлическое дно. «Хорошо что подносы тут железные а не какие нибудь вычурные как меню: стеклянные или скажем фарфоровые» – облегчённо выдохнул. Сытые гости уже рассходились. Роди уже сладостно представлял как ввалится в свою студию, обессиленный рухнет и забудется в сне. Парню оставалось только вынести мусор и вымыть полы. Зловонный мешок был настолько велик что он просто волочил его по земле. Пока ещё не вымыли полы можно. С ноги отрывая чёрный ход и кидая мешок в зелёный бак он комично отпрыгнул когда наткнулся на бледную, в вечернем мраке, физиономию своего начальника. Винсент лишь хмыкнул, косясь на досмерти напуганного официанта. Облакатившись об стену здания он неспешно потягивал свои, уже пришитые Ламори к его образу, сигареты «Gitanes» и вопросительно изогнув бровь выдыхает весь дым в сторону парня. Тот возмущённо кашляет и отмахивается. — Зачем в лицо!? — У тебя такой вид будто курящих никогда не видел.–невозмутимо ответил ему Винсент. — Скорее привидений.– Ворчиливо возразил официант. Винсент ничего ему не ответил. —Давно курите?– взгляд скользнул сначало на Роди потом задумчиво уставился в небо. — Не могу сказать точно,но когда начал, вкуса я уже не чуствовал. Роди в замешательстве свёл брови к переносите будто что то перебирая в голове. — Вкуса еды? Но как так! Вы же довольно известный шеф-повар в Париже!? — И-ро-нично– протянул он– но так сложилось, даже слепой может писать шедевры– добавал он горько усмехнувшись. Они с минуту помолчали. Роди был из той категории людей что не выносили любое затишье в компании хотя бы ещё одного человека помимо себя. Винсент же в равном образе не выносил безостановочные разговоры выбирая в приоритет тишину и уединение. Докурив до фильтра он раздражённо покосился на Ламори. — Чего стоишь? Скоро будем закрываться. Парню дважды повторять не надо.