На крыше

Скрипнула створка окна. Юный Тиберно приподнялся на кровати, резко распахнув голубые глаза. На перилах балкона сидела стушевавшеяяся фигура. - Разбудил?.. - вместо приветствия спросил знакомый голос. - Разбудил. - подтвердил Бенволио, удобнее усаживаясь на кровати и склонив белокурую голову на бок, с интересом принялся следить за копной черных кудрявых волос, живущей будто бы своей жизнью, под влиянием ветра, движений хозяина и отблесков луны. Обладатель приковывающей внимание причёски спрыгнул с перил и прошёл в комнату, прикрывая за собой дверь на балкон. - Как день прошёл? - спросил Меркуцио, оглядывая знакомое помещение. - А ты почему не появлялся? - вопросом на вопрос ответил Бенволио. - Были дела. - Выглядишь хреново. - А не ты ли говорил, что я всегда прекрасен? - Наследник Петруччо, натягивая немного безумную "беззаботную" улыбку, всё же бросил встревоженный взгляд в зеркало. Волосы были ужасно растрёпанны, на лице не было макияжа, зато был полупрошедший синяк на скуке и, кажется, засос на шее, ближе к ключицам. Яркие зелёные глаза, в которых обычно черти плясали, казались какими то уставшими, и если и были там черти, то они только плелись друг за другом по кругу и ворчали на мир. Одежда выглядела так, будто её не снимали на протяжении трёх дней, как минимум. Выглядел он действительно хреново. - Волио, приглашаю тебя на прогулку по крыше. - Прямо сейчас? - Конечно. Бенволио вздохнул и вылез из кровати. Не то что бы он хотел спать, к тому же он уже привык к таким заходам передруга и уже смирился. Он надел голубую, в цвет герба Монтекки, кожанку прямо поверх пижамной рубашки и подошёл к выходу на балкон. На крышу взобрались по пожарной лестнице. Уже усевшись у края, блондин подал голос. - Что сегодня случилось? - Отец. - вкрадчиво и неохотно сказал парень. - Даже если этого урода не посадят, я не собираюсь больше жить с человеком который... В общем, дядя отсудит опеку, я уговорю. - Ты сам ушёл? - помедлив уточнил Бенволио. - Я не знал куда ещё идти. Дядя бы не принял меня вот так, ты его знаешь, он человек серьёзный, к нему если идёшь - то как на парад и только в часы приема. - черноволосый и зеленоглазый уставший человек усмехнулся доставая пачку сигарет и закуривая. - Я мог прийти только сюда, к вам. Ромео.. Не знаю, он, наверное как всегда сидит в мыслях о лучшей жизни. А ты в это время ещё не спишь, но и не так занят ванильными мечтами. Поэтому.. Вот я здесь. - Я говорил, что ты можешь приходить всегда, когда тебе будет нужно. - пожал плечами Тиберно, незаметно отмахиваясь от клубов приторного дыма вишнёвого чапмана. - Всё равно.. - неопределённо сказал Меркуцио. Повисла пауза. Сигарета дотлела и полетела вниз. - Слушай.. - Я хотел.. Они оба замолчали, оба застигнутые врасплох одновременным желанием заговорить. В конце концов Меркуцио тихо засмеялся, в своей обычной манере. - Говори уже. - Моё.. Не так важно, говори ты.. - Я тебя люблю. Снова тишина. Только на этот раз более тягучая и максимально давящая. Бенволио замер, вскинув брови смотря на Меркуцио, замершего, смотря ему в глаза. И эти глаза-изумруды будто гипнотизировали. Поддавшись этому действу, Бенволио даже подумал.. не послышалось ли ему? Меркуцио сказал именно то, что сказал? Может он имел ввиду что-то другое? - Что? - Бенволио кое как заставил себя говорить. - Ничего. - делла Скала моргнул и магия глаз пропала. Он отвернулся и потянулся к пачке, лежащей рядом, намереваясь взять ещё одну сигарету. - Подожди, я.. - Бенволио сглотнув, в порыве хватает черноволосого за предплечье. - Да? - Да. - Что "да"? - Я.. Всмысле, да, я тоже, тебя люблю... Блять.. - блондин согнулся пополам пряча лицо в ладонях и утыкась лбом в колени. - Херово, наверное, получилось, да? - усмехнулся Меркуцио. - Я про признание. Ромео всё время говорит о том, что это всегда должно быть так возвышенно и торжественно. Я, наверное, должен был взять тебя за руку, сказать, что если ты не скажешь, что любишь меня, я не переживу этого и сброшусь с крыши.. Но ты же знаешь, что это не так. Знаешь ведь? - Если бы ты так сказал, я бы в ответ признался тебе, потом оттащил бы от крыши и хорошенько врезал по лицу за такие угрозы. - серьёзно сказал Бенволио, выпрямляясь. - Почему то я так и думал. - хмыкнул Меркуцио. Он медленно перевёл взгляд на беловолосого и немного улыбнулся, гладя на то, как он смотрится в холодных лучах луны, очерчивающей черты его лица, его бледную кожу, белые волосы, как отражается в честных и нежных голубых глазах.. - Я сегодня говорил, какой ты красивый? - Сегодня нет. - Ты безумно красивый. Тиберно невольно расплылся в лёгкой улыбке. - И что по плану Ромео должно бы было произойти дальше? После признания? - спросил он, не скрывая насмешки в вопросе. - Ну.. Мы должны были бы слиться в долгожданном поцелуе. - Если так посмотреть.. Такой исход мне нравится. Меркуцио наклонился к нему, и медленно, как будто спрашивая разрешения(что было совсем не в его духе), поцеловал. Закрыв глаза Бенволио подался немного вперёд. Им было далеко не впервой целоваться. Оба имели репутацию бабников и одним из увлекательнейший занятий было засосаться на глазах у как можно большего количества людей, а потом разгуливать по городу в обнимку с какой нибудь красоткой и убеждать всех, что ничего такого не было. И кто же думал, что такие детские шалости могли вылиться во что-то большее? Меркуцио отстранился первым. - Значит, это правда. - Да. - Я люблю тебя. - Я тоже тебя люблю.. Люблю.. - тихо повторил Бенволио и улыбнулся. - Ты прав. Как то нереалистично получилось. Но мне так даже больше нравится. - Мне тоже. И они рассмеялись. В компании друг друга. Избитый жизнью черноволосый парень, с чертями в глазах, забывший о нескончаемом желании курить и биться головой о стену, и лунный юноша, являвшийся воплощением ночного спокойствия и вовсе забывший о том, как ещё утром думал о верёвке.