Коля и Толя

Близился конец четверти, а это означает только одно- учителя озвереют и устроят полугодовую аттестацию. К сожалению, мои опасения были не напрасны и в один ничем не примечательный вторник Лидия Михайловна, ведущая русский и литературу у параллели десятых классов, объявила о четвертной контрольной посвященной теме её любимого классицизма, который за все годы обучения мне так и не удалось понять. Я громко выдохнул прямо после её слов, на что она сделала замечание: -Громов, ещё одно замечание и ты будешь писать работу не только по этой теме, но и по сентиментализму, которую я разработаю персонально для тебя, ясно?- её грубый голос прокатился по классу и мне стало не по себе. Кто-то тихо хихикал надо мной, а Толя кинул быстрый взгляд и полез в пенал за какой-то бумажкой. Через четверть минуты он протянул её ко мне, и я смог прочитать написанное: “Давай сегодня сходим в библиотеку?”. Не думая, киваю и продолжаю слушать эту клушу, поехавшую на своём предмете. Не то чтобы я не любил литературу, просто для поступления мне нужно было усердно налегать на русский, обществознание, информатику и ,конечно, на физическую культуру, поэтому мне совсем не хотелось разбираться во всех этих дактилях и аллегориях. После уроков, пообедав в столовой, Толя вёл меня в библиотеку. Я бывал там пару раз, беря книги на уроки, но особо часто не появлялся, предпочитая чтение в онлайн. Корешки всех размеров и цветов располагались на старых и слегка пыльных деревянных стеллажах, в отдалении стояли столы со стульями, обшитыми красными чехлами, а на самом входе стояла стойка библиотекарши, пожилой женщины со светлыми короткими волосами и полными розовыми щеками. Со всех сторон она была закутана в горшки с цветами, стопками книг и картами читателей, так что можно было увидеть лишь её голову. -Мальчики чего вам?- тонкий, совсем девичий голосок раздался из-под этой кипы. -Ничего особенного, Елена Николаевна, просто хочу помочь другу с подготовкой к аттестации. -Ох, ты такой добрый мальчик, Толя. Кстати, без тебя тут всё совсем уж паутиной обросло, хоть иногда заглядывай, а то без твоей помощи я совсем не справляюсь- женщина похихикала и снова уткнулась в свои бумажки, мы же прошли в глубь полок в поиске каких-то книг. После, он сел за один из столов и жестом указал мне на соседний стул. Сев, Толя достал свою тетрадь со всеми записями по литературе и открыл страницу почти в самом начале. -Думаю, стоит начать с самых азов.- он ткнул пальцем на лист- Эта таблица, тебе надо запомнить, что классицизм делится на “низкий” и “высокий” штиль. К низкому относятся: комедия, басня и сатира, а к высокому: трагедия, поэма и ода. Я смотрел на него, как на полоумного и Толя разом всё понял. -Ясно, надо начать с того, что такое классицизм- он потёр висок большим пальцем и перечитал определение, записанное в тетрадь.- Короче, классицизм — это культ разума, чёткое деление героев на положительных и отрицательных и всегда есть конфликт, либо ума и чувств, либо воли и долга. За пример можно взять “Горе от ума”... Так началась лекция длиной в час. Хотя это было неимоверно скучно, зато я понял смысл всех этих терминов и классификаций. На деле мне даже нравилось сидеть в этом тесном и пыльном помещении, ведь напротив сидел Толя и мне казалось, что я мог преодолеть все трудности, даже вторую лекцию, на тему “сентиментализм”. -Ну что? Ты запомнил хоть что-то?- он уже и сам был измучен своими разглагольствованиями, так что я кивнул и увидел улыбку напротив. За окном уже стемнело, всё же на дворе декабрь, так что это легко объяснимо. Время летит так быстро, что теперь я не задумываюсь о том, как бы слинять с очередного классного мероприятия или о том, как бы остаться незамеченным своими одноклассниками. Напротив, Толя подтянул меня в свою компанию и теперь в моей жизни были Глеб, Артём и Рома. Они оказались довольно приятными собеседниками, но всё же на переменах я старался увести Толю за собой в какой-нибудь тёмный закуток под лестницу, либо к запасному выходу. Оставшись одни, мы много болтали, хотя я совру, если скажу, что мы ограничивали себя только диалогами. Зачастую мои руки ложились на его талию, а Толя под моим напором опирался на стену, после чего чмокал меня сначала в лоб и нос, а потом в щёки и в губы. Уж слишком мило он себя вёл со мной. Пару раз нас почти поймали учителя, но, слава Богу, всё обошлось. Хотя по школе все от мала до велика судачили о наших отношениях. Честно, мне было так плевать на их мнение, ведь я люблю этого дурака: его улыбку, с очаровательными клыками, то, как он жестикулирует, рассказывая про свой поход в магазин и то, как он помешан на играх, правда, он может часами не затыкать рот. Мы уже вышли из библиотеки и успели одеться в гардеробе. С неба летели пышные хлопья снега, которые вальяжно и неспешно пролетали мимо нас и опадали на землю. Ветра не было, поэтому снежинки даже не думали кружиться и плясать в хороводе, они просто разбивались о твёрдый наст, но некоторым везло больше и им удавалось спастись, упав на своих товарищей. Во всей этой снежной кутерьме, мой взгляд приковывало к себе лишь лицо Толи, а точнее шарф, прикрывающий две трети его головы. Его волосы заметно отросли и ему это чертовски шло, хотя стрижка “пай мальчика” мне тоже нравиться. Думаю, если он подстрижёт ирокез, то всё равно будет самым красивым существом на всей планете. После этой мысли я невольно усмехнулся и взъерошил его волосы, которые намокли от растаявшего снега. -Эй, не делай так, а то будут колтуны.-Толя остановил мою руку, и мы смотрели друг другу в глаза. Расстояние потихоньку уменьшилось, я осмотрелся по сторонам и поцеловал его губы спешно и сумбурно, чтобы никто нас не увидел и не прервал. Его горячее дыхание обжигало щёки, покрасневшие, то ли от холода, то ли от смущения, а лисий взгляд проникал в самые тёмные закутки нутра и зажигало внутреннее пламя. -Толь, я люблю тебя- так же неожиданно сорвалось с моих губ, но я не стал стесняться или отпираться, ведь он уже целовал меня в ответ и обжимал перчатками овал моего лица. -Я тоже. Тоже люблю тебя. Постояв ещё так какое-то время, мы наслаждались каждой секундой, ведь знали, что скоро наступит время идти по домам. Прижав его к себе, я мог слышать каждый вдох и биение сердца, такое спокойное и умеренное, что я готов был уснуть стоя вот так. Но Толя нарушил мой покой и попытался легонько оттолкнуть от себя, я не стал сопротивляться и дал ему пространство. Его взор был направлен на меня и мне даже не приходилось наклоняться, чтобы посмотреть в его глаза. -Коль, мама предложила встретить новый год у нас. Обсуди это с тётей Валей, а ещё позови Володю, она хочет видеть всех “бывших соседей”.