Ты будешь моим,кайл!

Кайл, ты проснулся... Он подошёл ближе и снял кляп с моего рта. Мгновенно из моего горла вырвался тихий стон. — Какого черта, Картман?! Что ты задумал? — спросил я, дрожа от страха. Он присел на корточки, чуть наклонившись вперёд. В руках он держал моё лицо двумя пальцами — аккуратно, словно бережно храня его в своих ладонях. Его взгляд был полон нежности и трепета, глаза сияли мягким, любовным огнём, а губы чуть приоткрылись — будто он собирался сказать что-то важное или просто наслаждался моментом. Я не мог даже пошевелиться — мне было страшно. А вдруг этот идиот убьёт меня?! Или изнасилует?! — Чёрт, жид, почему ты такой красивый?! — произнёс он. Я не успел сформулировать свою мысль: его губы вдруг коснулись моих. Он поцеловал меня! Его язык прикоснулся к моему. Я отчаянно пытался вырваться из этих «нежностей». Я не педик, чёрт возьми! — К-картман?! Ты что творишь?! — чуть ли не крича, произнёс я. Мой голос дрожал, а глаза были пустыми. — Кайл, я люблю тебя. Ты будешь моим. Нам никто не помешает. Это бред! Что за хрень?! — Чего?? Ты же ненавидел меня! — воскликнул я. — Ну бывает такое, Кайл. Ненавидел-ненавидел… А потом встал член. Бред… Он врет! Это розыгрыш, я уверен! Эрик подошёл ко мне ещё ближе: — Кайл, а ты меня любишь? — Нет! Я не педик, идиот! — ответил я. Его это явно не устроило. Он тихо зарычал — словно кот. — Я услышал тебя, Ка-йл. — он поднялся вверх и вернулся уже с ножом… С ножом?! — Картман? Не делай этого! — попытался я остановить его. Но прежде я успел договорить, как Эрик ударил меня ножом по руке! — Аах! — закричал я. — Картман! Пожалуйста… Мне больно! Он снова ушёл с ножом и оставил меня истекать кровью. Минут через десять он вернулся с аптечкой. — Ка-йл, покажи мне руку. Я мотнул головой, слёзы текли рекой, тело дрожало, а рука жгла от боли. Тут Картман зашипел и уже с силой схватил мою руку, сделав боль ещё сильнее. Я схлипнул и уставился в пустоту. Обработав рану, он снова прикрыл мне рот кляпом и вышел. Я начал продумывать план побега — я не могу оставаться тут. --- Я сидел в темном подвале, окружённый тьмой и глухими стенами. Цепь туго обвила мои запястья, не давая ни малейшей возможности пошевелиться. Каждое движение причиняло боль — металлический зажим впился в кожу, а холод сковывал мои руки. Картман ушёл, оставив меня одного. Тишина была пронзительной — только тихое шуршание ветра за щелями и редкие капли воды, падающие с потолка. Я пытался понять, есть ли шанс выбраться отсюда, но цепи были слишком тугими. Мои руки не слушались — я был полностью беспомощен. Внутри всё сжалось от страха и отчаяния. Я знал: если он вернется — всё закончится ещё хуже. Надежды на спасение не было. Единственное, что оставалось — Конечно, вот продолжение с учетом вашего описания: --- И всё же, я продолжал ждать и надеяться на чудо. Но понимал — никакого чуда не произойдет. Я сам предоставлен себе, заперт в этом темном подвале, связан и беззащитен. Внутри меня росло ощущение безысходности: чем дольше я здесь, тем меньше шансов на спасение. Я знал, что родители вскоре заметят мою пропажу. Они начнут искать меня, волноваться, звонить друзьям и полиции. Но пока этого не произошло — я остаюсь один в этой тёмной ловушке, полностью зависим от судьбы и своих собственных сил. Может быть, когда-нибудь всё закончится. А пока — единственное, что мне остается — ждать и надеяться на лучшее… хотя внутри я уже давно перестал верить в спасение. ---