Карточный лис

      — Так, ещё немного...       Лис склонился над большой, пузатой, прозрачной колбой. Язык высунут от сосредоточенности и нетерпения. На пузе болтался старый, заляпанный, плохо закреплённый фартук. На руках были старые резиновые перчатки, а на глазу — монокль, в котором дрожало пламя под колбой.       — Мухомор сушёный, с чистой зелёной поляны, — пробормотал он и опрокинул в кипящую колбочку гриб.       — Кошачья мята свежего помола... — прошептал Лис. Несколько измельчённых растений шлёпнулись в колбу.       — А также — забродившие ягоды, — с довольным прищуром подцепил он пинцетом несколько ягод и бросил их к остальным ингредиентам.       Ингредиенты начали растворяться, колба издала мурлыкающий звук.       — Ха-ха-ха! Вот это будет ядерное пойло! — воодушевлённо вскинул руки вверх товарищ Лис.       Потом он чуть ли не в упор прислонился к кипящей колбочке, в которой уже булькала фиолетовая жидкость. Он жадно смотрел на результат своего эксперимента. Ливень долбил по окну как бешеный, разбавляя бульканье колбы. Но Лису было всё равно. Ну то есть абсолютно. До тех пор, пока…       ТУК-ТУК-ТУК! Раздался громкий и настойчивый стук в дверь.       — Ну кого там, чёрт подери, принесло именно в этот момент?! — взорвался Лис и сдёрнул с себя фартук.       Уши его дёрнулись от раздражения, а нос начал подрагивать, будто локатор в поисках жертвы.       — Если это опять ты, почтальон-манульчик... тебе не сдобровать! — прошипел он, направляясь к двери.       Он резко дёрнул ручку… и за дверью был не манульчик.       — Ну не-е-е-ет... — протянул Лис, закатив глаза к потолку. — Зачем же ты пришёл, мой каторжник? — С прищуром он осмотрел фигуру на пороге.        Там стоял силуэт в маске ворона, в длинном чёрном плаще, с раскрытым зонтом, спасавшим его от ливня.       — И я рад тебя видеть, — приглушённым голосом ответил парень в маске.       Он принюхался. Казалось, его глаза под маской чуть скривились от специфического запаха.       — Ты что вообще там кашеваришь?       — Не-не-не-не-не-не, — Лис моментально затараторил перебивая его, подняв указательный палец и ткнув им в грудь собеседника. — Ты мне зубы-то не заговаривай! В прошлый раз, когда ты пришёл, мне пришлось три дня размышлять о деревянных кубах! О кубах! У меня, между прочим, занятия есть и поважнее!       Он продолжал что-то бурчать, махать руками и разводить философию на ходу.       Позади Лиса что-то вдруг засвистело. Ворон пытался вставить хоть слово, указать на свист — но безуспешно. И вдруг громкое...       БДЫЩ!       Колба взорвалась с величественным грохотом, и в воздух взметнулся густой фиолетовый дым.       Лис мгновенно умолк. Он медленно обернулся и грустными глазами проводил клубы дыма, которые лениво выветривались в приоткрытую форточку. Его мордашка прошла путь от ярости, достойной ядерного апокалипсиса, до трагической скорби тысячелетнего одиночества. Он шумно втянул воздух, как будто пытался вдохнуть весь смысл жизни заново.       — Так я пройду или нет? — раздался за спиной спокойный голос.       Лис приложил лапу ко лбу.       — Как будто бы тебе нужно моё разрешение, и ты не можешь просто взять и зайти, — проворчал он.       Он повернулся в сторону двери… но там уже никого не было. Ворон мирно вешал мокрый плащ на крючок справа от входа.       — Да, не нужно. Но вежливость — превыше всего. Разве не так? — спокойно ответил он, отряхивая капли дождя.       — А-а-а! Вежливость превыше всего, да?! — Лис насупился, вытянул губы и сделал хищное лицо.       — Ты хоть представляешь, сколько я собирал эти ингредиенты, чтобы синтезировать лисью мяту?! А ты пришёл и всё испортил! — взорвался он на последнем слове, размахивая лапами.       — Лисью... мяту? — переспросил Ворон с недоумением.       Он махнул рукой, сдаваясь, и опустился на ближайший стул.       — Говори уже, зачем пришёл. — Лис отмахнулся, как будто обсуждение этого визита было делом давно проигранным. — Если ты здесь, значит, у тебя, как всегда, «гениальная» идея ко мне. А у меня, как всегда, не будет выбора.       — И мне снова придётся заниматься какой-нибудь... Неинтересной. Скучной. Мучительной! Чепухой...       Он резко развернулся, прищурился, и начал ярко жестикулировать, предсказывая дальнейшее развитие событий:       — «О, Лис, помоги мне! У меня тут тайны, загадки, кошмар из зеркального леса!» — передразнивал он жалобным тоном. — А у меня, между прочим, были планы! Великие планы! По синтезу! Лисьей! Мяты!       — Зачем же так категорично, — невозмутимо произнёс парень в маске, опускаясь в кресло рядом. — Может быть, я хочу предложить что-то другое.       — Ага. Да, да, да! — тут же вскинулся Лис, откидывая назад уши. — А я хочу сходить к стоматологу… но я, в отличие от некоторых, реалист!       — Нет, то, что я собираюсь предложить, тебе всё-таки понравится. — Парень в маске склонил голову набок. — И это более реалистично, чем сходить к стоматологу.       Лис лениво глянул на него из-под полуприкрытых век, медленно моргнув.       — Ну давай, удиви меня.       — Я отдам тебе перо.       Лис недоверчиво выдохнул через нос.       — Ну да, очень смешно, — фыркнул он и уже собирался засмеяться, но тут встретился с абсолютно серьёзным взглядом собеседника.       — Подожди… ты серьёзно? Прям вот отдашь? И без ограничений?       — Почти без ограничений, — поправил Ворон. — Некоторые всё же будут. Но вмешиваться — нет, не буду.       — Ни слова больше!       Лис подскочил с места, он спешно переоделся в свой наряд: белоснежная рубашка, чёрный пиджак, и шляпа, конечно же, с лёгкой небрежностью съехала набок, обнажив одно ухо.       Ворон заметил, что в шляпу он что-то засунул... Кролика? Или… пусть лучше останется загадкой.       — Так скорее же, к великим свершениям! — воскликнул Лис, уже распахивая дверь наружу, в поток всё того же дождя. — По дороге всё расскажешь!

***

      Приближающиеся шаги эхом отдавались в узком коридоре. Дверь скрипнула, отворившись внутрь, вырисовывая в свете лампы две фигуры.       — Нет, ну скажи честно! — всё не унимался Лис, не сводя глаз с кубика Рубика, который ловко крутился в его лапах. — Откуда такая мания всё контролировать? Неужели ты не веришь, что я способен соблюдать правила?       Парень в маске ворона молча щёлкнул выключателем. Свет залил небольшое помещение — наблюдательную рубку, нависшую над сценой. Отсюда можно было видеть любую репетицию.       — Ага. А коровы очень любят кататься на льду, — сухо бросил Ворон, проходя к окну. — Дай тебе волю, и ты устроишь фейерверк даже на похоронах.       — Ты слишком плохо обо мне думаешь, — отозвался Лис, убирая кубик в карман. — Безумие... людям интереснее всего, особенно когда они в нём могут поучаствовать.       Последнюю фразу он произнёс особенно лукаво, сверкая глазами.       Ворон только покачал головой:       — Даже не буду спрашивать, что ты задумал. Главное — помни о правилах.       Он достал из внутреннего кармана своего плаща перо, золотистое, с алым основанием и бросил Лису.       Тот поймал его с изяществом уличного фокусника.       — Ну неужели! — сияя, прошептал он. — Когда я могу приступать?       Ворон ничего не ответил, только махнул рукой, мол, иди сюда. Лис прищурился, но послушно сделал несколько шагов и встал рядом у окна.       Снизу, за толстым стеклом, раздавались звуки на сцене. Но не совсем обычной...       Там был зимний еловый лес.       Посреди этого — скамейка. На ней — белобрысый парень в тёмном пальто. И рядом с ним девушка. Рыжая шуба, маска лисицы, спина прямая, взгляд в сторону.       Лис медленно выдохнул, с искренним восхищением прильнув к стеклу:       — Какая красотуля... — протянул он, позабыв про всё на свете.       Он навис над окном, уши дернулись, нос шевельнулся от внутреннего волнения.       — У тебя есть её номер? — обернулся к Ворону.       — Во времени, в котором она живёт, телефоны есть не у всех. Успокойся ты уже, — устало ответил Ворон, не отрывая взгляда от сцены.       — А-а-а, — протянул Лис, — ничего ты не понимаешь в романтике и женской красоте.       Он надувшись отвернулся и снова уставился вниз. На секунду внизу повисла тишина.       И тут…       Голос девушки на сцене слов не разобрать.       И в следующее мгновение... Мрак.       Через несколько секунд лампы вспыхнули вновь. Когда темнота рассеялась, перед ними раскинулась пустая сцена театра. Голый дощатый пол, кулисы с краю, мягкий свет ламп пробегал по пыльным канатам и старым декорациям. Тишина, нарушаемая только еле слышным гулом оборудования.       — Ну, а теперь твоя очередь. Развлекайся. И постарайся ничего тут не сломать, — сказал Ворон, поправляя ворот плаща.       — Ты даже не… — начал было Лис, но не договорил.       Сбоку послышался хлопок крыльев. Он обернулся, но рядом уже никого не было.       — Показушник, — буркнул он.       Лапа скользнула в карман. Он достал перо покрутил в пальцах, прищурился. Потёр подбородок, прикидывая, с чего начнёт. Затем направился к выходу.

Контроль передан

***

      Громкий звук прожекторов, их яркие лучи вырисовали фигуру лиса на сцене. Тот поднял голову, почесал подбородок и посмотрел прямо в камеру.       — Вы ещё не устали от претенциозности этого генерала зануды? — сказал Лис, поправляя пиджак. — Нам с вами нужна атмосфера, в которой нам будет комфортно и весело, не правда ли?       После его слов он поднял руку и щёлкнул пальцами. Свет прожекторов снова погас, погрузив сцену в темноту. Спустя несколько секунд её прорезал яркий разноцветный свет неона. Вместо деревянной сцены читателю предстал бар в неоновом оформлении. За прилавком стоял Лис, довольно оглядываясь по сторонам. За его спиной красовалась яркая красная вывеска.

«Карточный Лис»

             — Ну так ведь лучше, не правда ли? — с улыбкой спросил он, опустившись под стойку. — Что будете? Вино? Виски? А может быть, абсент?       Лис поднялся из-за бара, держа две бутылки в лапах, а одну в зубах. Хвостом он ловко поставил два стакана: один — перед собой, второй — напротив.       Он поставил все бутылки на стойку, звякнув стеклом о дерево, и без особой церемонии откупорил одну из них. Резкий аромат мгновенно вплёлся в воздух. Лис налил себе полный бокал до краёв, а потом, не глядя, ухватил первую попавшуюся бутылку и плеснул нечто сверкающее в стакан напротив.       — Не знаю, что вы предпочитаете, — весело сказал он, держа бокал двумя пальцами. — Буду импровизировать!       И без тени колебаний он осушил свой бокал залпом. Стекло грохнулось обратно на стойку, а сам Лис, довольно крякнув, облокотился на высокий стул и закинул ноги прямо на барную поверхность.       — Знаете, что самое интересное? — начал он, устремив взгляд куда-то за кадр, туда, где, по его логике, сидел читатель. — Я не хочу писать никакую историю.       Он взял бутылку, налил себе ещё.       — Знаете почему?       Пауза. Он вращал бокал, наблюдая, как жидкость стекает по стенкам.       — Потому что, как бы ни старался автор, даже самый красивый, самый закрученный рассказ в итоге оказывается... ну, знаете, чем-то вроде спектакля, который ты смотришь из зала. Он может быть гениален. Но вы, — он постучал по столу когтем, — вы не внутри. Вы не чувствуете того, что могли бы чувствовать. Потому что вы — зрители.       Он нарисовал в воздухе рукой плавный круг, как будто очерчивая рамку сцены.       Допив содержимое стакана, Лис с удовольствием поставил его на стойку. Сложил лапы, сцепив пальцы замком, и весело оскалился.       — Но что, если... убрать эти ограничения? — его голос заиграл. — Что если именно вы станете теневым автором этой истории?       Он щёлкнул пальцами. Камера мигнула — и вместо объектива появились пара человеческих рук. Ваши руки.       — Ну, нужно же вам как-то выбирать. Правда ведь?       Он снял шляпу и вытащил из неё колоду карт. Одним ловким движением, высыпал их себе в лапу и начал мешать. Карты с характерным звук, щёлкали друг о друга.       — Вот как мы поступим, мои хорошие, мои ненаглядные.       Он не переставал мешать.       — Я даю вам четыре карты. Каждая — это символ пути. Вы смотрите на них, внимаете, сравниваете. Какая из них наберёт больше голосов по той дорожке и двинется рассказ. Даже если это будет полный жанровый хаос! Да! Слёзы, клоуны и космические вампиры не проблема!       Он хохотнул.       — А если никто ничего не выберет? Ну и ладно. Мне же меньше хлопот. Никакой истории — никакой ответственности. Я вообще ничего не обещал, так ведь? Никто не разочаруется.       Лис с шумом выдохнул, вытащил из колоды четыре карты, развернул их веером между двумя пальцами и бросил их на стойку прямо перед читателем.       — Вот. Развлекайтесь.       Он сграбастал все бутылки — как он вообще умудрился унести, неизвестно. Лис кивнул, подмигнул, и испарился.       Осталась только неоновая тишина бара, и четыре карты на столе.       А ваши руки сами собой потянулись к ним:       Карта «Арлекин»       На потрескавшемся фоне сцены, где шёл когда-то спектакль, висит маска. Её лицо раскрашено в радость и горе — одна половина улыбается так, что зябко, другая — плачет так, будто её слёзы уже кого-то утопили. На заднем плане видны сломанные марионетки, а в воздухе — конфетти, застывшее в полёте.       Подсказка: Эта карта не врёт. Она смеётся. Смеётся, пока режет. Всё будет очень… живенько.        Карта «Всевидящее Око»              Пространство, в центре которого пульсирует красный глаз. Он не моргает. Он никогда не моргает. По бокам — две большие руки. На каждом пальце — узелки. Некоторые старые, другие свежие. От них свисают нити. А вокруг — страницы со словами, которые сложно прочитать, не отдав что-то взамен.              Подсказка: Ты хочешь знать всё? Ты уверен, что сможешь контролировать это?       Карта «Чернота»       Ничего. Ни рамки, ни рисунка. Просто гладкая, чёрная поверхность.       Подсказка: Вы ждали подсказку? Не сегодня. Эта карта молчит.       Карта «Карусель»       Цветастая карусель посреди безграничного поля. Лошадки, слоны, драконы и чайники — все крутятся в безумной пляске. Вокруг — гирлянды, огни, конфетти и леденцы на палочке.       Подсказка: Ах, вот это — мой фаворит! Цвета, музыка, бесконечное кружение! Ты ведь любишь аттракционы, правда?

Выбор за тобой.