Зайка

Но он.. не умер? Теплая кровь алым ручейком стекала к уху, каплями выбивая счет на ковре. Запутанные локоны спадали на бледное, словно поганка лицо. Журналист лежал.. лежал и слушал гул серцебиения. Головная боль истерически требовала внимания, подавая болезненные импульсы. К горлу подступила тошнота, а голова шла кругом будто ветая в другом пространстве. Жгучее ощущение в глазах мучало журналиста, будто в них насыпали горсть песка. Стены всё так же плыли, но тьма к счастью отступила. Внезапно, паника, тошнотворное чувство чего-то в горле заставляло голову идти кругом. Руки взялись дрожью. Вдруг тошнота подошла к моменту пика. Адреналин вскочил до пульса в висках и тот рванул в ванную комнату. Панически хватаясь за углы и стены Линч прилетел к ванной. А затем грязь. Вязкая смердящая жёлчь что вышла с него в унитазе. Мерзко. На удивление, после того как жижа странного цвета вышла их его рта, стало немного легче. Наконец-то он смог вдохнуть полной грудью и успокоится. Глаза в тот момент беспомощно закрылись, однако, видимо, этого делать всё-таки не стоило. Земля внезапно ушла из под ног, от чего голова в очередной раз взялась кругом и затошнила. Но, как только глаза разомкнулись, фантомный комок всё-таки ушел вглубь пищевода. Стало немного спокойнее, но кисловатый вкус жёлчи во рту так и напрашивался смыть себя прохладной водой. Уже немного менее дрожащими руками, брюнет открыл кран с водой. Холодные струйки воды приятно обволокли его лицо, попутно смывая большую часть напряжения. Даже не вытираясь полотенцем, Егор криво побрёл в глубь дома спотыкаясь. Шел куда ближе — на кухню. Точнее, будто кто-то другой вел его за собой. Хоть и стало немного легче, но подсознательное ощущение что коридор ехал быстрее его, не покидало ни на секунду. В какой-то отрывок времени, он будто выпал с пространства, но когда очнулся — уже сидел за стулом на кухне. Во рту стало странно сухо и пусто. Вспомнился тот сладковатый странный вкус пряного дыма во рту. Он знал где всё лежит, но в то же время пытался всеми силами отрицать это. Такие же странные, как этот дым мысли, напрочь отбили то здравомыслие, которое итак было на исходе. Но сколько бы он не сопротивлялся самому себе, это никак не повлияло бы на конечный исход. Егор неуклюжими движениями распахнул верхний шкафчик на уровне вытяжки. Печенье, кофе для особого гостя, чай, соль — всё не то. Куда делся сверток? Глаза закрывались, руки судорожно болтались в пространстве, а мозг вовсе не собирался переваривать информацию что подавали ему глаза. В один момент, Линч победно хмыкнул. Нашел. Рука также небрежно залезла в карман, неаккуратно разыскивая зажигалку в тканевых просторах тесного кармана. Щелк. Ещё щелк. Зажигалка напрочь отказывалась работать. Он уже задумывался по этому поводу, пора бы уже купить новую или заправить хотя бы эту. Впрочем, кому не плевать? Всё равно, хоть и худо бедно, но зажигается же. Наконец-то, за очередным щелчком, раздался звук горения бумаги и сушенной травы. Как же я скучал за этим звуком. Жгучее ощущение предвкушения обняло его со спины. Стало даже немного тревожно, он настолько сильно ждал этого. Из-за вкуса дыма во рту, его губы, что сжимали косяк между собой, расплылись в нелепой улыбке. Но в моменте, уровень серотонина в крови перегнул палку и он сомкнул глаза. Он правда пытался остаться в сознании: резко открывал глаза, тряс головой и руками — всё равно не помогало. Даже хлистал себя по голове несколько раз. Все попытки остались четными. Линч и сам не заметил как уснул. Тогда стало так мягко и приятно, как не было никогда. Было даже ощущение перехода в другой мир. В книжный мир морфея. В реалиях было все не так приятно и красиво. Его щека грубо облокотилась о стол, а тлеющий косяк вовсе выпал и рассыпался. Прошло время. Час, два, три, четыре — неважно. Прозвенел очередной звонок в дверь, но Линч даже не шевельнулся: сон был настолько крепким, каким не был уверенные дня 4 или больше. Ещё один. Третий. Четвертый. Спустя недолгой долбёжки в дверь — она незаметно тихо открылась. Далее топот, трение обуви об пол, тихие вздохи — зд есь явно был человек.