Черновики

      Сюжет третьего фика по ГП.       Стоял предпоследний теплый летний день две тысячи семнадцатого года, большинство учеников Хогвартса все еще были на каникулах со своими родителями. В замке остались лишь те немногие, кто не хотел покидать столь прекрасное место.       Беллатриса прогуливалась по коридорам замка, задумываясь о чем-то своем. Ноги сами привели женщину к башне книги и пера. Белла открыла дверь и прошла внутрь. Внутри комнаты, в которой она оказалась, даже спустя почти тысячу лет все оставалось прежним — пара свечей на стенах, небольшое кресло, перед которым стоял стол, на нем находились Книга Доступа и Перо Приема, артефакты, без которых деятельность школы была бы невозможной.       Белла подошла к креслу и села в него. Вдруг книга открылась, а перо что-то быстро записало. Среди прочих, Мракс увидела имя и фамилию, явно не принадлежавшие к списку Священных Двадцати Восьми — Мэриэнн Саммерс. Женщина хмыкнула. Очередная магглорожденная, за которой нужно было идти. Женщина решила ненадолго отвлечься от своей прямой работы и исполнить роль посланника.       Белла связалась с Люциусом, который после войны продолжил работу в министерстве. Она узнала, что Саммерсы были богатой маггловской семьей, владевшей компанией производящей украшения. Малфой сообщил женщине адрес. Приказав Барти заменить ее на некоторое время, Беллатриса отправилась по указанному адресу, перед этим послав в особняк магглов ворона с письмом.       Женщина аппарировала в Бристоль. Адрес привел Беллатрису к воротам, за которыми находился большой особняк. Прямо перед зданием стоял фонтан, от которого во все стороны тянулись вымощенные из камня дорожки. Беллатрису заметил один из прислужников, мужчина солидных лет в костюме дворецкого, на его лице были круглые очки. Дворецкий поклонился Беллатрисе и заявил, что семья Саммерсов уже ждет ее. К мужчине подошла молодая девушка, похоже еще одна из прислужниц. Дворецкий велел ей предупредить хозяев о прибытии гостьи, а сам открыл калитку, пропуская Беллатрису внутрь.       Внутри поместье оказалось еще больше, чем было снаружи. Пожирательница смерти оказалась в просторном холле, по бокам которого тянулись лестницы на верхние этажи. Стены были украшены портетами в золотой оправе, а чуть поодаль от них располагались светильники причудливого вида.       Дворецкий попросил пожирательницу смерти следовать за ним. Мужчина привел ее в просторный зал, предназначенный для приема гостей. Войдя, Беллатриса увидела трех человек, сидящих в кожаных креслах. Все трое встали и поклонились вошедшей женщине.       Белла обвела взглядом каждого из членов семейства. Мужчина был одет в строгий серый костюм, на его ногах были вычищенные до блеска черные туфли, на левой руке у него были смарт-часы, украшенные золотыми вкраплениями. В сочетании с ухоженными черными волосами и небольшой щетиной, весь его вид говорил о его статусе и влиянии.       Женщина сидящая рядом с ним была одета в красное платье с вырезом, ее белокурые волосы спадали вниз по плечам, губы женщины были алыми словно спелый фрукт, ее ноги покрывали белые туфли на высоком каблуке, а завершали образ кольцо с вставленным в него рубином на указательном пальце правой руки и браслет, украшенный небольшими драгоценными камнями на левой.       Директриса Хогвартса перевела свой взгляд на маленькую девочку, стоящую между родителями. Ее белые словно снег волосы были спутаны в причудливые кудри, глаза изумрудного цвета смотрели с интересом, небольшое платье под цвет глаз и ожерелье с драгоценным камнем дополняли образ богатой аристократки, а завершали его изумрудно-черные туфельки на низком каблуке с золотыми вкраплениями.       Мужчина пожал пожирательнице смерти руку, представившись Джоном Саммерсом, его жена представилась как Агата, заодно представив дочку, которую звали Мэри. Джон предложил Белле присесть в кресле напротив, сам заняв место в кресле, в котором сидел ранее. Когда все расселись, пожирательница смерти спросила, не проявлялось ли в их дочери чего-то необычного.       Агата, взявшая слово первой, рассказала, что действительно, уже с восьми лет их дочь проявляла способности к магии, причем контролировала ее настолько хорошо, что вот уже три года с ее помощью рисует живые картины. Белла захотела посмотреть на это и Джон, подозвав дворецкого, велел принести несколько живых картин.       Когда дворецкий ушел, Белла выпустила магию, которая тут же опутала Мэри. Во взгляде девочки Беллатриса заметила уважение смешанное с восхищением и хмыкнула про себя. Она почувствовала, как магия девочки, встретилась с ее собственной. Директриса почувствовала, как Мэри постепенно подавляет ее и удивленно вскинула бровь, уголки губ девочки дернулись. Магия директрисы и потенциальной ученицы боролась между собой, но обе решили прекратить, пока не пострадали люди и интерьер, воздух вокруг них вновь стал спокойным.       Наконец слуги принесли картины и Беллатриса обратила свое внимание на них. Первой картиной был рыцарь, сражающийся с драконом. Воин вонзил меч в бок ящера по самую рукоять и тот с грохотом упал. Ящер попытался поразить рыцаря огнем, но тот мгновенно отрубил ему голову.       Во второй картине была молодая пара, Беллатриса увидела, как парень сорвал цветок и аккуратно передал его стоящей рядом с ним девушке, она улыбнулась, а парень аккуратно вплел цветок в волосы возлюбленной.       На третьей картине были изображены два юных волшебника, экспериментирующих с палочками. Один из них выпустил сноп искр и задорно рассмеялся, а второй поддержал его веселый смех.       Беллатриса обернулась к Мэри, во взгляде пожирательницы смерти отображалось легкое удивление и уважение. Похоже, новая ученица хорошо проявит себя во время учебы. Беллатриса еще немного поговорила с семейством магглов, а после этого вместе с Мэри направилась в Косой Переулок.       Прежде девочке уже доводилось видеть как колдуют другие, но когда она оказалась на аллее, у нее перехватило дыхание. Вокруг все было таким волшебным, магия буквально пропитывала каждый сантиметр этого места, у девочки было ощущение, будто она попала в самую настоящую сказку. Беллатриса, наблюдавшая на восхищением на лице Мэри лишь хмыкнула.       Директриса и новая ученица направились в Гринготс. Родители всегда давали Мэри столько денег, сколько она хотела, поговорив с гоблинами, девочка обменяла фунты на внушительный мешочек с галлеонами.       После этого, Беллатриса и Мэри направились в магазин волшебной одежды. Саммерс осматривала мантии, решая, какую выбрать. Спустя несколько минут, ее выбор остановился на белой мантии. Пожирательницу смерти немного смутил данный выбор, ведь в Хогвартсе все носили черные мантии, но когда девочка примерила ее, женщина вынуждена была признать, что обновка идеально подходила к ее внешности. Закончив с мантией, Беллатриса и Мэри посетили магазин зелий. Девочка выбрала себе котел и ингредиенты. Далее следовал магазин книг. Мэри поинтересовалась у директрисы, какая литература есть для старших курсов, заставив ту вновь молчаливо удивиться тяге к знаниям у юной особы. Беллатриса осадила ее, заявив, что Мэри стоит сначала вникнуть в начальную программу, а уже потом задумываться о чем-то более сложном. Следующим магазином, который они посетили, был магазин метел. Юная волшебница уже успела увидеть, каким транспортом пользуются маги, поэтому поинтересовалась у продавца, какая метла в его магазине самая быстрая. Продавец показал девочке "молнию 2001", заявив, что на данный момент метлы этой модели самые быстрые во всей Британии. Заплатив за метлу внушительную сумму к удовольствию владельца магазина, девочка забрала метлу и направилась вместе с директрисой в последнее место, которое предстояло посетить — лавка Олливандера.       Когда Мэри и Беллатриса вошли в лавку Олливандера, при виде пожирательницы смерти волшебник побледнел, что не укрылось от девочки. Стараясь сохранять спокойствие, мужчина поприветствовал их. Директриса вкратце объяснила ситуацию и маг сразу просиял, вытащив из-под стола несколько кейсов с волшебными палочками, попутно объясняя, как ими пользоваться.       Девочка долго осматривала палочки и пробовала поколдовать, но одна за одной палочки выдавали не тот эффект, который она хотела и ощущались в ее руке достаточно жесткими. Волшебник достал еще два кейса. Первая палочка была сделана из бузины с сердцевиной из пера феникса и имела длину двенадцать целых и три четвертых дюйма. Мэри попробовала зажечь кончик палочки и та на удивление легко поддалась, а по руке разлилось приятное тепло. Беллатриса уже думала расплатиться за палочку и уходить, но к удивлению ее и лавочника, волшебница захотела посмотреть и вторую палочку. Другая палочка была сделала из ясеня, с сердцевиной из волоса единорога, имела ту же длину что и первая и так же легко поддалась, когда Мэри попробовала зажечь ее кончик. Девочка заявила, что покупает обе палочки, а Белла вновь удивилась, даже не скрывая этого. Если Мэри будет колдовать с двух палочек, это будет действительно новый опыт, до сих пор никто из магов не решался брать вторую палочку, потому что даже с одной было управиться весьма непросто. Однако выбор второй палочки смутил Беллу. Она хорошо знала, что волос единорога плохо проводит темную магию, но пока решила ни в чем не подозревать новую ученицу, решив посмотреть, как она проявит себя в Хогвартсе.       Белла и Мэри вернулись в особняк Саммерсов, перед тем как уйти, Белла уведомила Мэри, что завтра за ней придут, чтобы доставить в волшебную школу. Директриса попрощалась с родителями девочки и покинула поместье магглов, про себя отметив, что, похоже, это будет самый насыщенный учебный год за все время ее работы.

* * *

      Утром следующего дня вся семья Саммерсов собралась в гостинной. Вещи девочки были упакованы в два больших чемодана. Дворецкий сообщил, что у ворот ждет мужчина. Мэри закрыла глаза и спустя мгновение почувствовала магию прибывшего. Девочка заявила, что это должно быть тот, кто должен забрать ее, Джон велел впустить незнакомца. Когда мужчина наконец оказался в гостинной поместья, он представился Блейзом Забини. Пожиратель смерти попытался почувствовать магию будущей ученицы и его брови медленно попозли вверх — внутри девушки бурлила невероятная сила. Мэри на это лишь хмыкнула.       Блейз пообщался с родителями девочки, объяснив им, что дочь сможет посещать их на время каникул и в школе ей ничего не угрожает. Агата попросила дочь хотя бы иногда писать им о своих школьных буднях и Мэри заверила мать, что обязательно будет писать.       Забини уменьшил чемоданы юной Саммерс и вместе они покинули особняк. Их ждала личная машина с водителем. Блейз мог бы аппарировать вместе с девочкой, но не хотел вдаваться в объяснения, решив, что в школе ей объяснят значения и все нюансы аппарации. Спустя примерно сорок минут они добрались до вокзала Кингс-Кросс. Забини посадил Мэри на поезд, заявив, что по прибытии в Хогвартс ее встретят. Девочка поблагодарила волшебника и прошла в поезд.       Найдя свободное купе, Мэри расположилась в нем. Чемоданы вновь были увеличены перед тем, как Блейз покинул девочку, поэтому она не теряя времени достала одну из волшебных палочек, из бузины. Приятное тепло разлилось по ее руке. Мэри уже хотела попробовать сколдовать что-нибудь, руководствуясь мысленным желанием, но ее прервал стук в дверь.       Мэри попросила войти и в ее купе вошли парень и девочка, оба были примерно ее возраста, оба были брюнетами, а в их чертах имелась схожесть — похоже, эти двое были друг другу родственниками, вот только девочка была несколько бледнее парня. Саммерс отметила, что оба юных волшебника держались величаво, прямо как сама Мэри во время приема гостей в доме семьи. Девочка не могла не отметить заинтересованность, с которой ребята смотрели на нее. Первым тишину нарушил парень, представившись Аланом Реддлом, он представил и свою сестру, Алиссию Мракс.       Реддл спросил, кто такая Мэри, так как не помнил ее фамилию в списке чистокровных семей. Саммерс заявила, что она магглорожденная. На долю секунды на лицах Алана и Алиссии промелькнул скепсис и Мэри вскинула бровь. В беседу вмешалась Алиссия, спросив, во сколько лет в Мэри проснулись магические способности и девочка рассказала ребятам все, о чем ранее говорила с Беллатрисой. Кузены удивленно переглянулись. Такого уровня владения магией в столь юном возрасте не могли достигнуть даже они, несмотря на могущество родителей.       Алан заявил, что для грязнокровки это весьма неплохой показатель, Мэри прищурилась. Саммерс спросила, что такого в том, что она магглорожденная, на что Алиссия ответила тем, что грязнокровки слабее чистокровных. Девочка хмыкнула, гордо вздернув подбородок в ее изумрудных глазах блеснул огонек вызова, ребята ответили тем же. Мракс и Реддл покинули купе Мэри, напоследок заявив, что по прибытии в Хогвартс она наглядно почувствует превосходство чистой крови над такими как она. Оставшись одна, Мэри поставила себе цель доказать свое превосходство над всеми. Она не собирается унижаться ни перед кем и любого поставит на место.       Спустя несколько часов поезд прибыл и Саммерс увидела величественный замок, украшенный гербом змеи и ворона. Наконец, она вышла из поезда, прихватив с собой и вторую палочку. Один из волшебников заявил, что ее вещи позднее доставят домовики. Девочка услышала, как кто-то призывал первокурсников следовать за ним и поспешила к толпе. Впереди толпы она увидела молодого светловолого волшебника, который велел ребятам следовать за ним и не отставать. Мэри заинтересованно осматривала окружение, отмечая, что здесь она найдет, как проявить себя.       Первокурсников привели в Большой зал и Мэри увидела множество других учеников, сидящих за длинными столами. В центре девочка увидела преподавателей и уже знакомую ей Беллатрису Мракс. Женщина встала и начала приветственную речь, в которой назвала Хогвартс идеальным местом для раскрытия способностей волшебника на полную, упомянув, что в том числе через темные искусства они достигнут небывалых высот.       Беллатриса, стоящая на высоком помосте заметила, как при упоминании темных искусств у многих первокурсников в глазах вспыхнул огонь любопытства и директриса едва удержалась от ухмылки. Закончив речь, Беллатриса передала слово Барти Краучу-младшему.       Волшебник объявил, что сейчас он будет называть имена по списку, названный ученик должен выйти и подойти к магическому зеркалу, которое определит, на какой факультет попадет студент. Волшебник начал, из толпы поочередно выходил один первокурсник на другим, ученик пару минут стоял перед зеркалом, явно видя что-то, а потом зеркало загоралось зеленым, либо синим цветом, определяя его на Когтевран или Слизерин.       Мэри сосредоточила свое внимание на недавних знакомых, вот девушка и парень поочередно подошли к зеркалу и для обоих оно загорелось зеленым, юные слизеринцы поспешили занять место за столом своего факультета среди других счастливчиков. Наконец, очередь дошла до Саммерс. Девочка вышла и подошла к зеркалу, наступила полная тишина. Мэри всмотрелась в магический артефакт, который показал волшебнице некоторые ее поступки и увлечения, определив свойственную ей хитрость. Наконец, ведение закончилось и артефакт загорелся зеленым. Величественной походкой Саммерс прошла к столу слизерина и заняла свободное место. Спустя некоторое время распределение закончилось и первокурсников повели в гостиные факультетов.       После речи старосты факультета о том, что им выпала великая честь учиться на факультете самого Салазара Слизерина, одного из величайших волшебников своего времени, первокурсников распределили по их комнатам, староста заявила, что комната у каждого отдельная.       Заняв свою комнату, Мэри обнаружила, что ее вещи были на месте. Удовлетворенно кивнув, девочка села на кровать. Что ж, она на одном факультете с чистокровными, которые наверняка не сочтут ее достойной, но она сделает все, чтобы доказать, что ничуть не хуже.

* * *

      Наступило второе сентября, начало учебных будней студентов Хогвартса. Мэри уже проснулась и приводила себя в порядок.       Первым делом, девушка прошла в ванную и включила воду, наполняя ее. Когда ванна была готова, Саммерс забралась в нее, ощутив приятное тепло, расходящееся по всему телу. Она закрыла глаза, наслаждаясь ощущением. Спустя пару минут она наконец приступила к основной части. На водные процедуры Мэри потратила около получаса и вышла из ванной чистой и довольной. Мокрые от воды волосы липли к пояснице и девушка вздохнула — сейчас бы ей не помешал фен, но она вспомнила, как один из партнеров отца говорил, что электроника в магических местах не работает, а каких-нибудь согревающих чар девушка еще, к сожалению, не знала.       Подождав, пока волосы высохнут, Мэри начала собираться. Она одела черные джинсы, красные туфли на невысоком каблуке и зеленую блузку, поверх надев белую мантию с эмблемой Слизерина и обвязав зеленый галстук вокруг шеи. Взяв две волшебные палочки и прикрепив их на поясе, Саммерс вышла в гостиную.       Как только девушка появилась в общей комнате, на нее воззарились все студенты. В их глазах, в особенности во взглядах старшекурсников читалось нескрываемое презрение. Мэри хмыкнула и вздернула подбородок, отвечая им столь же презрительным взглядом. Одна из девушек, Кассиопея Булстроуд, с презрением спросила, что грязнокровка вообще делает на их факультете. По ее словам, до вчерашнего распределения за всю историю факультета не было случая, чтобы магглорожденные учились на факультете чистокровных. Кассиопея встала и подошла к Мэри почти вплотную. Прямо в лицо Мэри она прошипела, что та ничего здесь не добьется и вообще рано или поздно вылетит из школы. В ответ на это Мэри холодно заявила, что только время покажет. Не желая больше препираться с однокурсницей, девушка подошла к двери гостиной и открыв ее, вышла, направляясь в Большой Зал.       Спустя несколько минут в Большом Зале собрались все студенты школы. На столах волшебным образом появились разнообразные явства и ученики приступили к трапезе. Отовсюду слышались тихие разговоры ребят между собой, лишь Мэри молча и аккуратно ела. Со своего места среди преподавателей за ней наблюдала Беллатриса. Саммерс заинтересовала пожирательницу смерти еще в поместье и хоть она тоже считала Мэри лишь грязнокровкой, ей было интересно, чего ученица сможет добиться с такими впечатляющими начальными способностями.       Трапеза закончилась и первокурсники направились на первый урок, которым были чары. Пройдя в нужный кабинет, студенты заняли свои места, ожидая преподавателя. Спустя пару минут, профессор вошел в кабинет. Мэри увидела высокого мужчину, у него была бледная, почти серая кожа, яркие алые глаза и короткие черные волосы, его тело покрывала черная мантия с высоким воротником.       Профессор представился Эриком Велайном. Профессор уже хотел объяснить значение дисциплины и сегодняшнюю тему, но услышал пораженный выдох и как кто-то прошептал "вампир". Велайн повысил голос и заявил, что действительно, он вампир, с долей язвительности заинтересовавшись, есть ли у студентов еще какие-либо вопросы касательно его происхождения и внешности или они могут вернуться к теме. Ученики притихли, а профессор, хмыкнув, продолжил.       Вампир объяснил, что его дисциплина это основа знаний любого волшебника и без нее студенты не смогут ничего. Велев им записывать, Эрик начал объяснять работу с заклинаниями. Записав продиктованное учителем, Мэри поняла, что по крайней мере сейчас все звучит довольно просто. На столах учеников появились черные перья.       Вампир велел каждому сосредоточиться на пере, взмахнуть палочкой и произнести вингардиум левиоса. Саммерс сделала то, что от нее требовалось и перо оторвалось от стола, взлетев. Мэри направила перо к профессору и заставила то сделать полный круг вокруг головы вампира, а затем вновь вернуться на стол. Велайн лишь коротко кивнул, однако в его взгляде было видно неподдельный интерес. У Алиссии, Алана, Кассиопеи, Скорпиуса и еще нескольких учеников так же получилось заставить перо левитировать с первой попытки, но повторить то, что сделала Мэри смогли лишь кузены Реддл и Мракс, а у Булстроуд и Малфоя получилось только оторвать перо от стола и левитировать его на уровень своих глаз. Ученики так увлеклись левитацией, что не заметили, как подошло время окончания урока. Попрощавшись с профессором, студенты направились на следующий урок — зельеварение.       Ученики прошли в класс, преподаватель уже ждал их. Гораций поприветствовал учеников и представился. Он объяснил, что может дать зельеварение, добавив, что зная зельеварение, можно варить не только полезные зелья, но и яды, дабы навредить недругу. Ответом профессору были ухмылки некоторых студентов. Он обратил внимание учеников на котел, в котором была жидкость золотого цвета. Преподаватель поинтересовался у ребят, что это за зелье, Мэри подняла руку. Профессор обратил свое внимание на девушку. Саммерс ответила, что это Феликс Фелицис, жидкая удача.       Слизнорт поинтересовался, откуда она знает о зелье, на что девушка ответила, что ей об этом стало известно от одного из волшебников, что работает совместно с отцом, на ужине в их поместье. Слизнорт удовлетворенно кивнул, ответив, что Мэри ответила верно, добавив, что ему приходилось иметь дело с фирмой ее отца. В подтверждение своих слов, мужчина погладил небольшое золотое кольцо с красным камнем, находившееся на указательном пальце.       Профессор дал ученикам задание, перед этим расписав рецепт на доске, сварить зелье, представленное в его котле. Гораций показал заклинание агуаменти, которым можно быстро наполнить котел и заклинание инсендио, с помощью которого можно было зажечь огонь. Ребята приступили к заданию. Мэри взмахом одной палочки наполнила свой котел водой и одновременно с этим взмахнув второй, зажгла под ним огонь. Далее она принялась аккуратно нарезать ингредиенты. Поочередно, как было указано в рецепте, девушка поместила их в закипающую воду, которая тут же изменила цвет. Саммерс аккуратно помешивала субстанцию, постепенно приобретавшую нужный золотой оттенок.       Наконец, спустя некоторое время профессор объявил, что время вышло. Он принялся обходить один стол за другим, удовлетворенно кивая. Закончив, Гораций объявил, что все студенты справились на отлично. Урок был окончен и студенты попрощавшись с преподавателем, покинули класс.       На сегодня уроков больше не было, а потому Мэри вернулась в свою комнату. Девушка села на кровать и взяла учебник по чарам. Открыв его, она приступила к изучению. Помимо чар левитации, опробованных на сегодняшнем уроке, Мэри нашла нужные ей согревающие чары, а так же бытовые и парочку относительно безобидных проклятий, вроде превращения волос в змей. Весь оставшийся день девушка провела за изучением учебников по чарам и зельеварению. За окном уже стемнело. Решив, что на сегодня хватит, Мэри вышла из комнаты и прошла в гостиную.       В гостиной помимо двух кузенов и уже знакомой Булстроуд, были Скорпиус Малфой и еще несколько учеников. Вот один из парней предложил другому выйти покурить, они поднялись и покинули гостиную. Мэри лишь вскинула бровь. К девушке подошла Кассиопея. Булстроуд холодно произнесла, что показанное сегодня весьма неплохо для грязнокровки, но пусть та не спешит расслабляться.       Вдруг чистокровная волшебница вскинула палочку и произнесла диффиндо, кусочек ткани отделился от мантии Мэри. Девушка среагировала мгновенно, бузинной палочкой применив к однокурснице вингардиум левиоса, подняв ее, а ясеневой палочкой применяя репаро, чиня мантию. Кассиопея висела над землей, удерживаемая заклинанием. Мэри холодно заявила, что не стоит ее недооценивать и думать, что она здесь слабая. После этих слов, Саммерс аккуратно опустила Булстроуд на пол, развернулась и направилась в свою комнату.       Кассиопея в шоке стояла на коленях, тяжело дыша. Все кто были в гостиной молчали, но на их лицах было сильное удивление — грязнокровка в первый же учебный день поставила на место представителя чистокровного рода. Булстроуд поднялась. Она отошла от шока, по ее телу разлилась ярость. Подумать только, какая-то грязнокровка смеет обращаться с ней так?! Ну ничего, Саммерс испытает на себе ее гнев. Молча, Кассиопея направилась в свою комнату.       Закрыв дверь, девушка села на кровать. Однокурсница выводила ее из себя. В первый же учебный день повела себя так, будто она здесь самая умная! Чары и зелья, удавшиеся ей с первого раза, ее поведение... Будто бы она считает себя равной чистокровным! Она всего лишь маггла и должна вести себя как никчемная маггла!       Девушка вздохнула. Ну ничего, эта Мэриэнн Саммерс еще узнает, на что способна она — Кассиопея Булстроуд, дочь одних из самых верных последователей Темного Лорда.

* * *

      Кассиопея открыла глаза. Уже светало, а значит, завтрак будет совсем скоро. Девушка встала и не спеша оделась. У нее вдруг появилась идея, как еще можно насолить грязнокровке.       Булстроуд вышла из комнаты и тихо направилась к соседней двери. Скоро проснутся однокурсники и Кассиопея не хотела, чтобы ее шалость видели другие. Она достала палочку и прошептала алохомора. Дверь комнаты тихо отворилась, Булстроуд проскользнула в комнату.       Она остановилась перед кроватью, на которой спала Мэри. Даже во сне ее волосы лежали идеально ровно, ни одна прядь не выбивалась из общей прически. Кассиопея ухмыльнулась и взмахнула палочкой, волосы магглорожденной на секунду вспыхнули чистым светом, а затем погасли. Глаза спящей дрогнули, поэтому Булстроуд поспешила покинуть комнату своего врага, пока та не проснулась.       Покинув комнату, Кассиопея медленно направилась в Большой Зал. Она не хотела спешить, ведь скоро должны проснуться ее друзья — Алан, Алиссия и Скорпиус, можно подождать их. Девушка медленно брела по замку, злорадно улыбаясь. Она уже представила, как Саммерс будет неприятно, когда та проснется.       Вдруг ход ее мыслей оборвал притворно сладкий голос Беллатрисы где-то со стороны. Девушка вздрогнула и посмотрела в направлении источника голоса. К ней навстречу шла Мракс собственной персоной, сладко улыбаясь, сердце юной слизеринки ухнуло куда-то вниз.       Беллатриса поинтересовалась, чему Булстроуд так улыбается, девушка попыталась ответить, но все мысли сбивались. От присутствия рядом верной сподвижницы и жены самого Темного Лорда Кассиопею окутал страх, смешанный с восхищением. Без сомнения, эта женщина являла собой воплощение невероятного могущества и власти, злить ее было равносильно подписанию смертного приговора.       Директриса поинтересовалась, не связано ли удовольствие ученицы с тем, что она как-то насолила своей однокурснице-грязнокровке, отчего Булстроуд еще больше испугалась. Мракс на это лишь рассмеялась, заявив, что ей не нужно даже читать мысли, у ученицы все написано на лице. Наконец собравшись с духом, Кассиопея ответила, что именно поэтому она и улыбалась. Беллатриса на это лишь хмыкнула, она заявила, что так этой Саммерс и надо, однако затем предупредила, что не стоит ее недооценивать. Беллатриса спросила, заметила ли Булстроуд, что грязнокровка вчера показала себя весьма достойно, на что ученица задала встречный вопрос, спросив, почему какая-то маггла вдруг показала, что может встать на один уровень с ними, чистокровными. Беллатриса ответила, что у Саммерс есть один секрет, о котором та и сама пока не подозревает. Кассиопея хотела спросить, что это за секрет, но директриса лишь улыбнулась и ответила, что, возможно, когда-нибудь она об этом узнает.       Оставив озадаченную Кассиопею, Беллатриса направилась в Большой Зал. По пути женщина обдумывала сон, который ей приснился сегодня ночью. Во сне она оказалась в космическом пространстве, то тут то там светили мириады звезд. Темная волшебница увидела, что вокруг нее вращаются тысячи систем, каждая из которых находится словно в пузыре. С удивлением для себя она отметила, что ее тело гораздо больше планет, вращающихся вокруг нее.       Вдруг чей-то голос спросил, нравится ли ей здесь, женщина резко обернулась. Перед ней стоял Ник собственной персоной, его глаза все так же горели зеленым пламенем, а мантия из чистой тьмы казалось сливалась с бескрайней тьмой космоса. Беллатриса спросила, где она, на что бог ответил, что ее сознание находится в Чертогах Безвремения, а ее тело по прежнему в Хогвартсе. Ник заявил, что привел ее в это место, чтобы ответить на мучавший пожирательницу смерти вопрос о новой ученице.       Мракс спросила, действительно ли случилось то, о чем темный бог упоминал в разговоре одиннадцать лет назад. Ник ответил утвердительно, заявив, что Мэри и есть реинкарнация Адель с точки зрения чистой силы, в девочке течет Древняя Магия, часть которой не вернулась к богу после смерти сестры. Родившись с магией, а не поглотив ее, Саммерс получила даже больше возможностей, чем те, что были у Адель. Отныне Мэри была самой могущественной волшебницей в мире, пусть она сама об этом еще не знала. Белла поинтересовалась, нужно ли что-то предпринять, чтобы избавиться от потенциальной угрозы, Ник ответил, что не стоит, если начать что-то делать, это может спровоцировать девчонку, а новой мировой войны он не хочет. Пусть все идет своим чередом. После этих слов Беллатрису словно куда-то утянуло и она проснулась в своей спальне.       В задумчивости Беллатриса прошла на свое место за преподавательским столом. Что ж, она будет ждать того момента, когда магглорожденную можно будет испытать, а пока пусть все останется как есть.       Тем временем Мэри начала просыпаться. Девушка хотела сесть и потянуться, но ее волосы вдруг ожили и схватились за изголовье кровати, она вскрикнула. Мэри попыталась отвязать непослушные волосы от кровати, но они прочно закрепились в изголовье и не поддавались. Саммерс дотянулась до бузинной палочки и произнесла "фините", волосы перестали сопротивляться и успокоились, свободно свисая с изголовья. Девушка села на кровати. Не было никаких сомнений в том, что кто-то пробрался в ее комнату пока она спала и заколдовал волосы, Мэри даже подозревала, кто это мог быть. В девушке начало подниматься негодование, но быстро его усмирив, она начала собираться на завтрак.       Сегодня Саммерс надела черные обтягивающие леггинсы и зеленую блузку, в качестве обуви она выбрала белые полу-сапоги, поверх всего она накинула белую мантию со знаком факультета. Причесав волосы и взяв волшебные палочки, девушка отправилась в большой зал. Столы обоих факультетов постепенно наполнялись прибывающими учениками. Мэри села рядом со своими сокурсниками, на тарелках мгновенно появилась еда. Краем глаза девушка заметила, что на нее смотрит Булстроуд и перевела взгляд на нее. Губы Кассиопеи тронула ухмылка, на лице Мэри не проступило ни единой эмоции, но ее изумрудные глаза на мгновение сверкнули. Кассиопея поняла, что без ответа ее выходка не останется, а потому посмотрела на соперницу с вызовом.       Трапеза закончилась и первокурсники направились на урок чар. Велайн поприветствовал их и велел приготовить палочки. Урок чар прошел как обычно, в этот раз все ученики постарались на славу, Эрик остался доволен. Пару раз за урок он замечал косые взгляды Реддла и Мракс в сторону магглорожденной. В глубине души вампира интересовала эта девушка. Будучи магглорожденной, одной из тех, кого в нынешней Британии презирают и считают вторым сортом, Саммерс с первых дней учебы показывала такие успехи, будто она являлась одной из чистокровных. Но не только это интересовало преподавателя чар. Пару раз во время трапезы он замечал, что мадам Мракс смотрела на девчонку каким-то странным взглядом, он мог поклясться, что в нем читалась та же заинтересованность, но вместе с этим там был и страх. Без всякого сомнения, Мэриэнн Саммерс была той еще загадкой.       Следующим уроком после чар были полеты на метлах. Мэри ждала этого урока, ей не терпелось ощутить, каково это, летать на метле. Вместе с сокурсниками девушка направилась во двор замка. Маркус Флинт уже ждал их. В свои годы он был лучшим охотником в команде Слизерина по квиддичу, а потому, в полетах на метлах был одним из лучших.       Флинт поприветствовал учеников и раздал им школьные метлы. Алиссия спросила, почему они не могут использовать свои метлы, на что Маркус ответил, что госпожа Беллатриса не одобрит, если кто-то из учеников разобьется в лепешку на первом же занятии. Некоторые ученики при этих словах прыснули. Маркус построил учеников в шеренгу и вышел вперед. Профессор велел студентам сесть на метлы и вытянув руку вперед произнести "лети". Некоторые из учеников действительно так сделали, но Скорпиусу Малфою, Алану Реддлу, Алиссии Мракс и, что удивительно, Мэриэнн Саммерс, им не понадобилось не слов, не жестов, они сели на метлы и спустя пару секунд оторвались от земли. Когда Саммерс поднялась в небо, она ощутила опьяняющее чувство полета. Девушка сделала несколько виражей, а потом попыталась сделать крутую петлю, что у нее прекрасно получилось. Наблюдавший за этим Флинт присвистнул, у этой магглорожденной явно было большое будущее.       Закончив с трюками, Мэри, все еще паря в воздухе, увидела неподалеку от себя Кассиопею. Обхватив метлу покрепче, Саммерс устремилась ей навстречу. Булстроуд увидела это и хмыкнув, устремилась прочь от сокурсницы. Кассиопею с детства учили летать на метле, поэтому она рассчитывала утереть грязнокровке нос. Мэри поднялась вверх. Теперь она летела над Кассиопеей, в один момент девушка резко устремилась к чистокровной волшебнице, рассчитывая подрезать ее, но Кассиопея нырнула вниз, а затем вынырнула справа от Саммерс. Теперь уже Мэри вынуждена была уходить от преследования. Кассиопея гнала ее прямо к статуе Темного Лорда. Еще миг и быть бы Саммерс насаженной на каменную палочку в руке неподвижного темного волшебника, если бы она вовремя не ушла вверх.       Волшебницы так увлеклись погоней друг за другом, что не заметили, как вылетели за пределы тренировочного поля. Кассиопея первая это заметила и поспешила вернуться, Саммерс последовала за ней. Когда девушки уже были в пределах тренировочного полигона, Кассиопея вдруг незаметно достала волшебную палочку, намереваясь проклясть грязнокровку, но Мэри почувствовала ее магию и мгновенно выхватив одну из палочек свободной левой рукой, применила "протего". Заклятие примененное Кассиопеей отразилось в нее же и она вскрикнула, палочка выпала из ее руки, она выпала из метлы, успев мертвой хваткой вцепиться в древко обеими руками. Метла с висящей на ней девушкой неумолимо приближалась к земле, Булстроуд кричала от страха, мысленно прощаясь с жизнью. Когда до земли уже оставалась пара метров, Кассиопея разжала руки. Слизеринка несколько раз перекатилась по земле, ее волосы беспорядочно растрепались, а лицо было в грязи. К ученице тут же подбежали ее однокурсники и преподаватель.       Флинт осмотрел Кассиопею, проверив, не сломано ли чего и убедившись, что у девушки лишь пара царапин на лице, облегченно выдохнул. Мэри приземлилась рядом и слезла с метлы, взяв ее в руки. Алиссия тут же взяла слово, указав пальцем на грязнокровку и заявляя, что она подставила Бустроуд и чуть ее не убила, ее слова подхватили Алан, Скорпиус и несколько других учеников. Мэри спокойно заявила, что это не так и это Кассиопея виновата в случившемся, сама она лишь защищалась, Алиссия прошипела в ответ, что мерзкая грязнокровка пытается себя оправдать. Распрю прервал Маркус, сказав, что видел все происходящее и Саммерс могла бы избежать проклятия, но вместо этого чуть не убила однокурсницу. Урок решено было окончить, Флинт объявил, что доложит о случившемся директору.       Кассиопея поднялась с земли. Вид у чистокровной волшебницы был плачевным — растрепанные волосы, помятая мантия и царапины на лице. Она медленно подошла к Мэри. Булстроуд прошипела ей в лицо, что Саммерс заплатит за сегодняшний случай. После этих слов юная мстительница развернулась и быстрым шагом направилась ко входу в замок. К грязнокровке подошел Алан Реддл, в его карих глазах сверкали недобрые огоньки. Парень холодно заявил, что произошедшее сегодня не останется безнаказанным и пусть грязнокровка ждет неприятностей. Мэри высокомерно вскинула подбородок и ответила, что не боится ни его, ни Кассиопею, никого из факультета и если ей придется отвечать перед директором или деканом, она с достоинством примет это. Закончив, Мэри направилась в замок, сокурсники провожали ее взглядами, не предвещавшими ничего хорошего.       Вечером обеих девушек вызвали к директору. Мэри и Кассиопея поднялись по винтовой лестнице, остановившись перед гаргульей. Кассиопея произнесла пароль "чистая кровь", горгулья отъехала в сторону, открывая проход в кабинет директора. Девушки вошли, Беллатриса велела им сесть. Когда Саммерс и Булстроуд заняли свои места, директриса спросила их о произошедшем на занятии. Чистокровная слизеринка заявила, что однокурсница зачем-то погналась за ней на тренировочном полете, на что та в свою очередь ответила, что хотела просто порезвиться, ведь впервые ощутила каково это, летать на метле. Мракс лишь хмыкнула и велела продолжать. Девушки дошли до момента с проклятием Саммерс и Беллатриса прервала Мэри, пытавшуюся доказать то, как все было, оперируя тем, что преподаватель видел все произошедшее. Мадам Мракс заявила, что на глазах у преподавателя ни один чистокровный не опустится до проклятия ученика во время урока. Белла объявила, что в произошедшем виновата грязнокровка, ведь если бы Булстроуд действительно собралась проклясть Мэри, она могла увернуться и никто бы не пострадал. При этих словах Саммерс нахмурилась. Директриса объявила, что магглорожденную ждет неделя отработок у Слизнорта.       Кассиопея ухмыльнулась, а Мэри поджала губы. Белла объявила, что отработки Саммерс начнет завтра, а если вздумает как-либо избегать наказания, ей преподадут урок. Директриса отпустила девушек и они покинули кабинет. Когда они вышли, Мэри остановила Кассиопею, заявив, что все, от студентов до преподавателей, лицемерные лжецы. Булстроуд хмыкнула и издевательски ответила, что выбор слизерина был для Саммерс большой ошибкой, факультет чистокровных пережует и выплюнет грязный мусор.       Мэри посмотрела на своего врага с вызовом, а после развернулась и зашагала прочь. Сегодня ее оклеветали и несправедливо наказали, повесив на нее то, чего она не делала. Девушка пришла к выводу, что, очевидно, ее сокурсники хотят сделать все, чтобы опустить ее на самое дно. Но она не позволит. Мэри родилась особенной и поступала в школу чародейства и волшебства не для того, чтобы терпеть унижения, а для того чтобы стать сильной волшебницей и она добьется этого, несмотря на все невзгоды и используя любые методы.

* * *

      На следующий день, сразу после занятий, Мэри отправилась на отработку. Она понимала, что не заслуживала этого, ведь ее подставили, но еще большее наказание за неявку получить не хотелось, поэтому пришлось идти. Отработка у преподавателя зельеварений не могла заставлять ждать.       Слизнорт увидел в Мэри свою бывшую ученицу, Лили Поттер, когда девушка в первый же день идеально сварила несколько зелий, данных для отработки, причем каждое весьма за короткий срок. С того самого дня преподаватель зельеварения увидел в первокурснице свою преемницу.       Помимо отработки, Мэри часто доставалось от однокурсников. Во вторник первым уроком стояло зельеварение. Задача была сварить сыровотку правды. Мери знала, из чего она состоит, но когда она заканчивала варку и хотела добавить последний ингредиент, зелье взорвалось. Увидев это, Кассиопея рассмеялась. Она издевательским тоном спросила, чего это вдруг у грязнокровки ничего не получилось, Мэри не обратила на это внимание, она попросила у Слизнорта разрешения выйти и получив утвердительный ответ, покинула кабинет под всеобщий смех сокурсников. Гораций обвел взглядом квартет из четырех чистокровных и лишь хмыкнул.       Тем временем, Мэри направилась в уборную. При помощи магии девушка привела себя в порядок. Девушка задумалась, она хотела как-то поставить на место своих зазнавшихся однокурсников. И одним из решений была дуэль, если хулиганы не хотят навлечь на себя позор и очернить свою репутацию, они обязаны будут принять вызов. Однако девушка не спешила бросать вызов первому встречному, решив потерпеть. Мэри вернулась в класс и села на свое место. Незаметно, при помощи магии она левитировала лишние ингридиенты в котлы Кассиопеи, Алана, Алиссии и Скорпиуса, результатом чего стали четыре одновременных взрыва котлов. Ребята вскочили со своих мест и пулей вылетели из класса, провожаемые удивленными взглядами однокурсников. Слизнорт объявил об окончании урока и задержав свой взгляд на Саммерс улыбнулся уголками губ. После этого дня количество издевательств над Мэри увеличилось, а сами пакости будто бы задумывались таким образом, чтобы ненароком убить магглорожденную.       Спустя два дня, в четверг, Саммерс отправилась в библиотеку. Кассиопея, увидев это, вместе с Алиссией, Аланом и Скорпиусом последовала за ней. Магглорожденная осматривала полки, ища книги на интересующую ее тему. Кассиопея, наблюдавшая за этим издали, незаметно достала палочку и направила ее на одну из книг. Вдруг фолиант взлетел и раскрылся, обнажив зубастую пасть, после чего набросился на магглорожденную, пытаясь откусить лицо. К счастью, ожившая книга ударилась о магический щит, который девушка успела поставить. Затем она применила фините, заставляя книгу вновь стать неподвижной и левитировала фолиант на прежнее место. Мэри обернулась, увидев уже знакомый квартет слизеринцев и среди них ухмыляющуюся Булстроуд. Кассиопея не успела даже подумать о чем-либо, когда ее палочка вдруг вырвалась из руки и оказалась у Саммерс. Магглорожденная направилась к выходу из библиотеки, бросив через плечо, если чистокровная хочет вернуть свою палочку, пусть приходит после уроков сюда же, совершенно одна. После этих слов Мэри покинула библиотеку. Кассиопея сжала руки в кулаки и тихо зарычала, Алиссия положила руку ей на плечо и тихо произнесла, что грязнокровка еще получит по заслугам.       После уроков, Кассиопея, как и велела Саммерс, пришла ко входу в библиотеку совершенно одна, однокурсница уже ждала ее. Мэри заявила, что вернет сопернице палочку, потому что без нее она совсем беспомощна. Девушка подкинула волшебную палочку в воздух и Булстроуд поймала ее. После этого, Кассиопея подошла к грязнокровке и приставила кончик палочки к ее шее, немного надавливая. Она прошипела сопернице прямо в лицо, что та каким-то образом украла магию и теперь пытается выставить себя особенной, но этому не бывать. Она, Кассиопея Булстроуд, не допустит, чтобы подобные ей оскверняли Хогвартс. Обе девушки разошлись. Идя к себе в комнату, Мэри думала о том, получится ли у нее стать старостой школы, каким по слухам был сам Темный Лорд. Однокурсники, да и другие ученики ее факультета относились к ней с презрением и делали все, чтобы смешать с грязью, но Мэри намерена стать великой во что бы то ни стало и какие-то передряги ей не помеха.       С того случая в библиотеке издевательства над Мэри происходили почти каждый день. Это была только осень, год только начался, а магглорожденная уже устала. Она поняла, что если не бороться и не быть максимально аккуратной в своих действиях, то ее выгонят из школы. Доказывать что-то кому-то Саммерс считала бесполезным, поскольку с момента инцидента на уроке полетов, во время разговора в кабинете, она убедилась, что директриса так же считает магглорожденных мусором, а потому специально закрывает глаза на любые проступки своих чистокровных любимчиков.       Наконец, несколько дней спустя, отработка для Саммерс была закончена. Гораций Слизнорт остался более чем доволен ее способностями к зельеварению. Хоть Мэри и была ныне свободна от отработки, покоя ей не давал квартет слизеринцев, а двое из них, кузены Реддл и Мракс, вносили большой вклад в травлю магглорожденной волшебницы. Но Мэри сильна не только в магии, но и характером, она выдержит все, что приготовила для нее школа темных магов.       Мэри понимала, что когда-нибудь, это зайдет слишком далеко. Обычного протего могло не хватить, поэтому ей нужны были более продвинутые заклятия. Достать такие можно было только в запретной секции библиотеки. Дождавшись ночи, Саммерс тихо выскользнула из своей комнаты и стараясь не издавать лишних звуков, направилась в сторону библиотеки. Девушка заметила вдалеке свет и спряталась за колонну. Один из старост делал обход территории, по возможности ища беспризорников, которые решат побродить ночью по замку вопреки правилам. Маг медленно приближался к тому месту где пряталась магглорожденная, свет от люмоса вот-вот осветит ее. Девушка решила выйти, маг мгновенно обернулся на звук и направил палочку на девушку. Он спросил, какого черта грязнокровка гуляет ночью по замку. Мэри ничего не ответила, вместо этого выпустив свою магию, она почувствовала, как ее энергия опутывает энергию старосты. Затем она ответила, что просто-напросто заблудилась, но в глазах семикурсника все выглядело так, будто он встретил создание невероятной красоты, голос которого был похож на ангельский. Оставив зачарованного старосту наедине с иллюзией, Мэри направилась дальше.       Наконец, она достигла библиотеки. Проверив, нет ли поблизости библиотекаря, магглорожденная решила осмотреть библиотеку. Она шла между множества стеллажей с тысячами разнообразных книг. Спустя несколько минут она достигла дальнего конца библиотеки. Должно быть это и был вход в запретную секцию, поскольку дальнейший путь преграждал барьер из зеленой энергии, расходясь рябью по области. Девушка чувствовала, что барьер очень мощный, она действительно оказалась там, где и хотела. Саммерс достала свои палочки и сконцентрировалась, наложив заглушающие чары на то место, где находилась. После этого, она направила палочки на барьер и произнесла "баубиллиус". Из обеих палочек вырвались желтые молнии и ударили прямо в барьер, Мэри вложила столько силы в заклятье, что защита не выдержала и рухнула. Магглорожденная попробовала отпереть дверь "алохоморой", что у нее успешно получилось. Она прошла в запретную секцию, при помощи люмоса осматривая полки. Девушка взяла одну из книг и открыла ее.       Книга содержала в себе множество заклятий, за применение которых в нынешнее время, можно было попасть прямиком в Азкабан. На одной из страниц девушка нашла информацию о дементорах и даже парочку их изображений в виде бледных трупов, закутанных в черные балахоны с капюшонами. В тексте, в котором описывалось, что представляют собой дементоры и чем они опасны, в самом конце описывался и способ защиты от них — заклинание патронуса. Заклятие, несмотря на то, что было создано для благой цели, было так же в списке запрещенных. Саммерс решила забрать эту книгу с собой, чтобы изучить ее подробнее, когда представится возможность. Забрав фолиант, девушка восстановила барьер при помощи магии и покинула библиотеку.       Вернувшись к себе в комнату, Мэри заперла дверь заклинанием и положила книгу в один из сундуков, заперев его. Девушка легла на кровать, задумавшись о Кассиопее. Она отлично понимала, что долго их вражда продолжаться не может и нужно это прекратить, но как, Саммерс не знала. Она бы с радостью закончила все миром, но Булстроуд из-за своего высокого самомнения вряд ли пойдет на это. Все-таки, дуэль оставалась единственным выходом, быть может, через прилюдное унижение Кассиопея наконец поймет, насколько она слаба по сравнению с ней, несмотря на свою чистую кровь.       Прошло несколько месяцев, наконец наступило рождество. Мэри решила не оставаться в Хогвартсе, она хотела отметить рождество в кругу семьи. Саммерс прибыла в особняк своей семьи незадолго до праздника. Девушка сидела рядом со своими родителями, которые расспрашивали ее о последних событиях в школе. Мэри рассказала им, как незадолго до отъезда пережила очередную пакость от членов своего факультета, но вновь смогла выйти сухой из воды. Агата и Джон переглянулись, женщина вздохнула, а мужчина заговорил, его тон был мрачным.       Отец девочки начал свой рассказ. В конце девяностых, когда им с будущей женой было по двадцать, в один пасмурный летний день пожиратели смерти согнали всех магглов на центральную площадь Бристоля. В той толпе, которую согнали в тот день были и будущие родители Мэри. На площади оказалось огромное кострище, на котором, полностью обнаженные, находились три человека. Двое из них были взрослыми, молодые мужчина и женщина, а третьей была девочка, которой было не больше пяти лет. Волшебник в черной мантии зачитал приговор из свитка. Из его содержания следовало: двое родителей-магглов укрывали свою дочь-грязнокровку, укравшую магию, от справедливого наказания. В качестве меры присечения столь вопиющего преступления, осужденные приговариваются к смертной казни через сожжение.       Джон и Агата видели на лицах троих осужденных слезы, а в их глазах мольбу, с какой они смотрели на своих не-волшебных соотечественников. Наконец, судья закончил читать приговор, к кострищу подошел другой темный волшебник. Из его палочки вырвался огонь, быстро перекинувшийся на хворост. Когда пламя достигло тел осужденных, бедолаги закричали, а спустя несколько мгновений крики переросли в ужасающие вопли.       Увидев это, люди закричали от ужаса, некоторые из них хотели бежать, но темные волшебники установили барьер, из которого было не выбраться. Они заставляли магглов смотреть, как семья сгорает заживо, в назидание остальным. Наконец когда костер догорел, судья объявил, что так будет с каждой грязнокровкой, которую найдут. Маги, охранявшие судью, сняли барьер и велели магглам убираться, подстегивая их проклятиями, посылаемыми прямо над их головами. Джон и Агата прибежали в съемную квартиру, в которой жили вот уже несколько месяцев. Девушка села на пол и, обхватив голову руками, стала раскачиваться из стороны в сторону. Джон же судорожно искал успокоительные, в которых после увиденного нуждался как-никогда.       С тех пор, двое влюбленных твердо решили стать богатыми и успешными, надеясь, что их бизнес принесет пользу маггловско-магическому обществу и позволит им двоим выжить, не оказавшись мусором на свалке истории, от которого можно без проблем избавиться. Джон и Агата начали вкладывать в общую цель всех себя. Талант влюбленных в изготовлении ювелирных украшений заметили видные деятели, бизнес двух молодых людей стремительно набирал обороты. Даже с началом Третьей Магической войны, многие богатые магглы и даже волшебники отдавали баснословные суммы, желая выглядеть престижно в глазах других.       После конца войны Джон и Агата поженились и женщина забеременела. Узнав об этом, она запаниковала, поскольку вспомнила казнь на площади несколько лет назад. Ей даже пришла мысль сделать аборт, но муж отговорил ее, убедив, что не стоит своими руками рушить такое чудо, что подарила им природа. В итоге женщина родила девочку, которая уже с первых минут жизни поразила как родителей, так и врачей своей красотой и силой. К тому времени, политика в отношении магглорожденных волшебников несколько смягчилась, и хоть Саммерсы не могли понять, почему, они могли вздохнуть спокойно, не боясь за свое дитя.       Джон закончил свой рассказ и посмотрел на дочь. Тонкие поджатые губы и яркий блеск изумрудных глаз отражали ярость девушки. Мэри поклялась своему отцу, что не позволит пропаганде чистой крови и своим однокурсникам сломать себя, прославив свое имя в школе и доказав, что магглорожденные волшебники ничуть не хуже отпрысков древних чистокровных семей. Оба родителя улыбнулись и ответили, что верят в свою дочь и очень любят ее. Агата предложила отвлечься от неприятного разговора и Джон с Мэри не раздумывая согласились.

* * *

      Прошло несколько месяцев, наступила середина весны. Кассиопея продолжала издеваться над Мэри и в один прекрасный день магглорожденной надоело это терпеть. Когда многие из студентов прогуливались во дворе замка, Саммерс вызвала Булстроуд на дуэль. Та, естественно, начала соперницу подкалывать, но вызов приняла.       Две девушки отошли на приличное расстояние друг от друга и соблюдая дуэльные традиции, сначала поклонились друг другу, а затем, вскинув палочки, замерли, ожидая первого шага. Первой атаковала Кассиопея, запустив в Мэри "ступефай", но заклятие разбилось о вовремя выставленное "протего". Одной палочкой поддерживая защиту, второй магглорожденная атаковала, использовав "петрификус тоталус". Заклятие ударило в щит Булстроуд, но было столь мощным, что магическая защита пошла трещинами. Чистокровная волшебница атаковала противницу "инсендио", на что Саммерс ответила "агуаменти". Зону их сражения окутал пар, мешая зрителям, которых было немало, видеть происходящее. Когда пар рассеялся, Кассиопея применила связку из "секо" и "инсендио", атаковав поочередно, но Мэри успела отбить оба заклятия. Разозленная, Булстроуд решила заканчивать и применила "круцио", Саммерс ответила "экспелиармусом" сразу из двух палочек. Долго удерживать заклятие у Кассиопеи не хватило сил и произошло то, чего не ожидал никто: палочка вырвалась из рук слизеринки и поразила девушку ее же проклятием. Кассиопея вскрикнула и рухнула на землю.       К поверженной слизеринке тут же подбежали Алан и Алиссия. К счастью, Булстроуд была в порядке. Девушка с трудом встала, после собственного "круциатуса" все тело ломило. Она подобрала свою палочку и подняла взгляд на Мэри. В глазах чистокровной слизеринки отражалась страшная ненависть, однако длинные дорожки слез, идущие из них, помимо ненависти показывали и разочарование. Только что ее унизили на глазах множества чистокровных, причем сделала это грязнокровка, которая должна была быть игрушкой для издевательств и насмешек. Девушка оттолкнула Алиссию, попытавшуюся поддержать подругу и развернувшись, быстрым шагом зашагала прочь.       Алиссия и Алан еще несколько секунд провожали взглядами удаляющуюся фигуру подруги, а затем девушка выхватила палочку и попыталась применить "сектумсемпру" против Саммерс, но брат остановил ее, как только она начала произносить слово режущего проклятия. Реддл заявил, что произошедшее сегодня стены Хогвартса запомнят надолго и грязнокровка еще познает месть чистокровных волшебников. После окончания дуэли студенты разошлись, обсуждая произошедшее, а Мэри направилась в замок.       Она прогуливалась по коридорам Хогвартса, думая о завтрашних занятиях. Вдруг она вспомнила, что ингредиенты для зелий у нее подходят к концу и нужно пополнить запасы. Саммерс направилась в свою комнату, чтобы взять деньги и переодеться. Девушка выбрала черные спортивные штаны, белый кроп-топ и розовые кроссовки, надев поверх всего белую мантию с эмблемой факультета. Причесавшись, девушка вышла из комнаты и направилась к камину. Назвав адрес, Мэри исчезла в зеленом пламени. Камин привел ее в таверну "три метлы".       Выйдя из таверны, Мэри направилась в магазин "Зелья Джея Пепина". Дойдя до входа в магазин, она вошла в помещение и поздоровавшись с владельцем магазина, принялась осматривать полки с ингридиентами. Спустя какое-то время девушка взяла все, что ей было нужно и заплатив нужную сумму, попрощавшись с владельцем, покинула магазин.       Возвращаясь назад в таверну "три метлы", она вдруг услышала громкие крики о помощи где-то вдали, это был голос Кассиопеи. Плюнув на все, Саммерс рванула в сторону звуков. Крики становились все ближе и девушка ускорила свой бег. Она выбежала в переулок и ее глазам предстала жуткая картина. Булстроуд окружили пятеро дементоров, а сама девушка беспорядочно размахивая палочкой, из которой периодически вылетали всполохи магии, пыталась отогнать монстров. Дементоры, скалясь, приближались к слизеринке, они растопырили свои когтистые руки, готовясь схватить свою добычу. В глазах чистокровной первокурсницы застыл животный ужас, а слезы текли по ее щекам небольшими ручейками. Монстры явно намеревались высосать ее душу, а умирать она не хотела.       Не раздумывая, Мэри рванула к дементорам, на ходу доставая палочки. Двое чудовищ обернулись и начали приближаться к магглорожденной. Она остановилась и направив палочки на дементоров, выкрикнула "экспекто патронум". Из палочек вырвался яркий белый свет, обретший форму двух огромных призрачных драконов, которые набросились на стражей Азкабана, те с жутким воем разлетелись в стороны. Пока патронусы-драконы преследовали чудовищ, Мэри, подбежав к Кассиопее, потянула ее за собой, уводя подальше отсюда.       Как только девушки оказались в безопасном месте, Кассиопея вдруг бросилась к Мэри и уткнувшись лицом в ее грудь, разрыдалась. Сквозь слезы она благодарила свою спасительницу и предлагала любую услугу, которую та попросит. Саммерс, успокаивающе поглаживая Булстроуд по спине, ответила, что хочет лишь одного — прекращения их распрей. Всхлипывая, Кассиопея заявила, что отныне она не посмеет и пальцем ее тронуть, не после того, что магглорожденная для нее сделала.       Спустя некоторое время, когда шок от столь близкой возможности умереть немного спал и к ней вернулась способность рационально мыслить, Булстроуд с беспокойством заметила, что Мэри использовала патронус, вскоре об этом узнают и тогда ее ждут большие неприятности. Словно в подтверждение своих слов, Булстроуд услышала вдалеке множество хлопков трансгрессии, что означало только одно — Пожиратели Смерти уже знают о случившемся. Кассиопея перешла на шепот, она предложила разделиться и вернуться в Хогвартс разными путями, во избежание подозрений. Мэри отметила, что подозрения и вопросы все равно будут, но поддержала идею. Девушки разделились, Саммерс вернулась в "три метлы" и при помощи камина трансгрессировала обратно в Хогвартс.       Направляясь в свою комнату, чтобы обдумать все произошедшее, по пути девушка встретила директрису Мракс. Беллатриса поинтересовалась, довольна ли грязнокровка своей победой над представителем чистокровной семьи, на что Мэри ответила отрицательно. Девушка ощутила сильное давление на свою голову и слегка поморщившись, мысленно отбила ментальную атаку. Мадам Мракс пошатнулась и бросила на ученицу гневный взгляд. Она спросила, что сейчас произошло, в ее голосе сквозила злость. Мэри подошла ближе, устремив взгляд своих изумрудных глаз в темные глаза директрисы. Спокойным, ровным голосом она ответила, что защитила свои мысли ментальным барьером и хотя ей нечего скрывать, ей неприятно, когда копаются в ее голове. На мгновение глаза Саммерс сверкнули. Гнев в глазах Беллы вдруг погас, она извинилась за попытку вторжения, объяснив это тем, что хотела узнать, не имеет ли грязнокровка отношения к патронусу в Косой Аллее. Мэри заявила, что не делала ничего подобного. Белла ответила, что грязнокровка может идти и та, воспользовавшись этим, направилась в свою комнату.       Как только непонятное наваждение прошло, мадам Мракс пришла в еще большую ярость. Она видела, как глаза чертовой грязнокровки вдруг сверкнули, заставив ее, одну из самых сильных Пожирателей Смерти, вдруг по щелчку пальцев усмирить свой гнев и словно против воли отпустить ученицу. Она уже знала о проигрыше Булстроуд и окончательно пришла к выводу, что эту Саммерс не стоит недооценивать. Сила, переданная ей от Адель, уже начала проявлять себя и один только Ник знает, чего можно от этого ожидать. Беллатриса направилась в свой кабинет, обуреваемая тяжелыми мыслями.       Мэри вернулась в свою комнату и заперев дверь, села на кровать. Картина с нападением дементоров все еще стояла перед ее глазами. Почему магглорожденная вдруг бросилась спасать ту, кто портил старательно пытался испортить ей жизнь на протяжении года? Может, стоило позволить ей умереть? Саммерс тряхнула головой, отгоняя такие мысли. Нет. Может Кассиопея и была заносчивой чистокровной, но школьные передряги никогда не будут для Мэри причиной, чтобы привести кого-то к смерти, Булстроуд не заслужила этого. Решив отвлечься от произошедшего, девушка взяла первую попавшуюся книгу и принялась за чтение.       Кассиопея находилась в своей комнате, раз за разом прогоняя пережитое у себя в мыслях. Девушку потряхивало. На одно ужасное мгновение она представила: а что произошло бы, не окажись Саммерс рядом? Кассиопею затрясло еще сильнее, на ее глазах выступили слезы. Она вытерла их и погрузилась в воспоминания. Вот она вместе с друзьями встречают грязнокровку в первый учебный день, как они насмехаются над ней, как она лично всячески пакостит Саммерс и как получает от нее отпор. И после всего этого, грязнокровка спасла ей жизнь, да еще и утешила, плюнув на все издевательства, которые были... Слезы из глаз девушки потекли обильнее, ее захлестнула горячая волна благодарности и уважения к девушке, вперемешку с жутким стыдом за свои поступки. Кассиопея твердо решила, что когда встретит Саммерс в следующий раз, то извинится за все свои издевательства. На том и порешив, девушка легла на кровать, смотря в потолок. Она думала о непростых отношениях с грязнокровкой. Настал тот момент, когда в них нужно было что-то менять.       На следующий день Кассиопея встретила Мэри после уроков. Она извинилась перед магглорожденной за все свои издевательства и попросила ее о прощении. Мэри ответила, что прощает ее, она и сама была бы рада изменить их отношения на более приятные. Булстроуд спросила, почему Саммерс спасла ей жизнь после всего что было, на что та ответила, что несмотря на их непростые взаимоотношения в школе, Кассиопея не заслуживала умереть столь страшной смертью. Когда чистокровная волшебница услышала эти слова, волна благодарности и нежности к магглорожденной захлестнула ее. Кассиопея подошла к Мэри и крепко обняла ее, Саммерс ответила на объятия, свободной рукой поглаживая однокурсницу по голове. Булстроуд закрыла глаза от удовольствия, наслаждаясь лаской.       После нападения дементоров в Косом Переулке прошло полтора месяца. За это время Кассиопея и Мэри сдружились, однако вынуждены были держать свою дружбу втайне от других учеников Слизерина. Булстроуд спросила подругу однажды, почему она так сильна в магии, сильнее многих сверстников. Саммерс ответила, что и сама хотела бы это знать, подруга уверила ее, что придет время и они вместе обо всем узнают.       Несмотря на то, что начало первого курса в Хогвартсе для Мэриэнн Саммерс выдалось непростым, к концу учебного года девушка обрела подругу, поначалу ненавидевшую ее, однако людям свойственно меняться. Впереди двух подруг ждал второй курс и новый учебный год, кто знает, какие испытания он принесет.       Конец первого курса.

* * *

      Мэри сидела в купе, Хогвартс-экспресс на всех парах мчался к замку. Девушка читала книгу по истории магии, она остановилась на моменте, который описывал первое падение Темного Лорда. Все было подано так, будто Дамблдор и его приспешники всю первую войну готовили заговор по свержению величайшего волшебника современности, защищая давно изжившие себя порядки. Но помня рассказ родителей, она понимала, что многое в этой книге ложь, черное становилось белым, а тиран стремился выставить себя в лучшем свете, представая борцом за новый порядок.       Мэри перевернула страницу и уже собиралась продолжить чтение, но ее прервал стук в дверь. В купе вошла Кассиопея. Саммерс спросила, где же ее неизменные спутники, девушка ответила, что они в другом купе, обсуждают магглорожденную. После недолгой паузы Булстроуд спросила, что Мэри собирается делать, ведь кузены помнят прошлый год и вряд ли дадут волшебнице спокойно жить. С ухмылкой Мэри ответила, что после первого курса она готова ко всему.       Девушки обсудили множество тем, в том числе и дуэльный клуб, в котором студентам со второго курса разрешалось учавствовать в дуэлях. Кассиопея с улыбкой отметила, что подруга станет звездой клуба, на что та отмахнулась, ответив, что если придется вновь донести, что сила волшебника не зависит от чистоты крови, она победит весь факультет в одиночку. Кассиопея ответила, что хоть потенциал у Саммерс и огромный, она пока еще второкурсница и не стоит прыгать так высоко. За приятной беседой прошел весь их дальнейший путь. Когда поезд прибыл в замок, Кассиопея была вынуждена оставить подругу, поскольку трио слизеринцев искало ее.       Церемония в Большом Зале осталась неизменной, поэтому Мэри не обращала на происходящее никакого внимания. Однако все это время она затылком ощущала на себе взгляды Алана и Алиссии. У магглорожденной не оставалось никаких сомнений — в этом году ей снова придется бороться за свое право оставаться в этой школе. Когда церемония завершилась, Мэри направилась в свою комнату. Завтра начинались занятия, нужно было отдохнуть.

* * *

      На следующий день Мэри проснулась с легким волнением внутри. Второй курс в Хогвартсе открывал перед ней не только новые возможности, но и новые испытания. Девушка не хотела опаздывать на первый урок. Она привела себя в порядок, оделась и направилась в Большой Зал.       Внутри царила привычная атмосфера: ученики обсуждали свои ожидания от новых предметов, учителей и, конечно, предстоящих дуэлей. Мэри села за свой стол и бросила взгляд на Кассиопею, сидевшую в компании знакомого трио. Позавтракав, девушка направилась на первый урок, который назывался "основы магических дуэлей". Урок проводился совместно с Когтевранцами, что только усилило ее желание побыстрее узнать о дуэлях.       Мэри вошла в просторный класс. Преподаватель, суровый на вид волшебник со шрамом возле глаза оглядел студентов придирчивым взглядом. Холодным тоном он принялся объяснять ученикам, в чем заключается новая дисциплина. Когда он закончил, то разбил учеников на пары, поставив каждому студенту из Слизерина противника из Когтеврана.       Противником Мэри стал парень из Когтеврана — Джейк Шафик, волшебник-полукровка. Мэри и Джейк вышли на середину дуэльного помоста и, соблюдая традиции, поклонились друг другу. После этого они направили друг на друга палочки, ожидая первого хода от соперника.       Дуэль началась, и напряжение в воздухе стало почти осязаемым. Ученики, собравшиеся вокруг помоста, замерли в ожидании. Однокурсники Мэри из Слизерина переглядывались, шептали друг другу, выражая презрение в адрес грязнокровки. Многие слышали о её выдающихся способностях, однако все еще считали, что их чистая кровь позволит им справиться с ней.       На противоположной стороне помоста студенты Когтеврана обменивались заинтересованными взглядами. Они знали, что о силе Мэри ходило множество слухов и это вызывало у них интерес. Некоторые из них шептались о своих шансах в этой дуэли, задаваясь вопросом, сможет ли Джейк одержать победу.       По сигналу преподавателя волшебники начали свою дуэль. Мэри атаковала первой, применив "ступефай". Заклинание ударилось о щит Джейка, который он тут же применил.       Парень атаковал в ответ, из его палочки вырвался фиолетовый луч. Девушка увернулась, подсвечник стоявший за ее спиной испарился. Она не хотела думать, что могло произойти если бы она не уклонилась. Не теряя времени, Мэри атаковала в ответ, произнеся «Петрификус Тоталус», но Джейк успел уклониться.       Собравшись с силами, парень взмахнул палочкой, в противницу полетел «Экспелиармус», но Мэри была готова. Плавным движением одной палочки она создала щит, отразив заклинание, а второй направила в Джейка "инсендио". Джейк снова выставил щит, но из-за огня он не видел, как Мэри взмахнула палочкой и в следующий миг его палочка была в руках девушки. Дуэль окончилась победой Саммерс. Слизеринцы бросали на нее ненавистные взгляды, в то время как когтевранцы, напротив, заинтересованные. Магглорожденная покинула помост, вернувшись к однокурсникам. Кассиопея одарила девушку еле заметной улыбкой.       Следующими противниками были Алиссия Мракс и Кора Колби — магглорожденная волшебница. Мэри знала, что Алиссия была дочерью Темного Лорда, несмотря на неприязнь, ей было интересно, сможет ли слизеринка оправдать свой статус темной волшебницы.       Алиссия вышла на помост, в её глазах горели азарт и уверенность. Кора казалась значительно менее уверенной, ведь в Когтевране знали, на что была способна дочь Волдеморта. Девушка знала, что её ждёт сложная дуэль, особенно против такой известной соперницы.       Преподаватель дал сигнал, и обе волшебницы встали в боевые позиции. Алиссия первой нарушила тишину зала, вынув палочку с легким, почти неощутимым движением. Ее "Круциатус" ударился о щит соперницы, который начал трескаться.       Мракс не теряя времени атаковала Колби "экспелиармусом", все произошло настолько быстро, что Кора не успела выставить щит и пролетев пару метров, рухнула на помост. Но магглорожденная не собиралась сдаваться, её хватало силы воли, чтобы держаться.       Кора собрала свои силы. С трудом поднявшись, послала в противницу "Петрификус Тоталус". Алиссия лишь насмешливо усмехнулась и с легкостью отразила заклинание щитом.       Собравшись, Кора попыталась применить "локомотор", чтобы заставить предметы вокруг себя устремиться к Алиссии, чтобы отвлечь её. Однако Мракс использовала "Редукто" — заклинание разнесло предметы в щепки. Студенты вокруг, затаив дыхание, наблюдали за дочерью Темного Лорда.       Алиссия обрушила на Кору "Сектумсемпру". Колби не успела ничего предпринять и заклинание настигло ее. Девушка вскрикнула от боли, Мэри увидела, как пара ее пальцев, отделенных от тела упали на пол. Из раны когтевранки полилась кровь, она кричала от боли. Алиссия с ухмылкой смотрела на свою жертву и, воспользовавшись моментом, решила заканчивать. Она направила палочку на противницу и произнесла "круцио". Раздался нечеловеческий вой. Алиссия держала проклятие несколько секунд, наблюдая за мучениями Колби. Наконец она прекратила, Кора лежала на полу, ее крики превратились в беспомощный скулеж. Поединок завершился безоговорочной победой слизеринки.       Зал наполнился одобрительным гулом и аплодисментами от слизеринцев. Алиссия высоко вскинула подбородок, давая понять, что её мощь была очевидной. Однако в глазах некоторых так и оставалась тень недовольства и страха, что она не просто наследница имени, а кто-то гораздо более опасный.       Мракс перевела взгляд на преподавателя, который выразил свое удовольствие кривой ухмылкой. Девушка вернулась к своим, а преподаватель поспешил вызвать колдомедика. Когда потерявшую сознание Колби унесли из зала, преподаватель объявил о продолжении занятия. Следующим дуэлянтами были Алан Реддл и Итан Андерсон.       Алан уверенно взошел на помост. Его статная фигура и хмурый взгляд вызывали у окружающих обратную реакцию: слизеринцы восхищались, а остальные смотрели с опасением. Итан, храбрый и умный, но менее опытный, выставил палочку, его глаза были полны решимости. Алан презрительно заявил, что сейчас поставит очередного грязнокровку на место, тот ответил ругательством.       Преподаватель подал сигнал, и Алан произнес "Остолбеней". Однако заклинание не коснулось Итана — он успел создать магический щит. Искры вспыхнули, когда заклинание разбилось о защиту. В уверенности, что теперь у него есть шанс, Итан использовал "Левикорпус", но Алан, успев отразить заклинание, отправил в ответ "Редукто". Итан успел вовремя увернуться и заклятие не задело его. Реддл произнес "серпенсортиа", из палочки вырвалась змея. Слизеринец что-то прошипел и змея рванулась к Итану, намереваясь укусить. Ее рывок был настолько быстрым, что магглорожденный не успел ничего сделать и вскрикнул, когда клыки змеи впились в руку, которая держала палочку. Андерсон схватил змею за голову и отбросил тварь от себя. Схватив палочку, он испепелил змею "инсендио". Однако отвлекшись, он не успел защититься от следующей атаки.       Алан, с насмешливой ухмылкой на губах, произнес: "Круциатус!" Его голос прозвучал словно удар грома, заставив всех замереть от ужаса. Темное заклинание ударило в Итана, и тот рухнул на пол, корчась от боли. Боль охватила все его естество, заставляя страдать.       Однако Итан, стиснув зубы, смог с трудом подняться. Он снова выставил палочку, но Алан не собирался давать ему шанса на спасение. С быстрым движением руки он произнес: "Иммобулус!" Заклинание обвило Итана, и он снова оказался в ловушке, лишенный возможности двигаться. Слизеринец шагнул ближе, наслаждаясь унижением своего противника.       Когда Итан пытался произнести контрзаклятие, Алан вновь поднял палочку. "Авада-Кедавра!" — прогремел его голос. Ярко-зеленая вспышка ослепила всех на мгновение, и, казалось, время остановилось.       Итан посмотрел на светящуюся струю смерти, и в тот момент все его надежды рухнули. Заклинание метнулось в него со скоростью молнии, и настигло его. И вдруг все оборвалось — его сознание погрузилось в темноту.       В окружающем зале воцарилась тишина. Слизеринцы радостно загомонили, в то время как другие смотрели на Алана с ужасом и трепетом. Он стоял с высоко поднятой головой, держа палочку в своих пальцах. Младший наследник зловещего имени доказал, что может запросто убить грязнокровку, словно муху.       Как только поединок закончился, притихшие зрители начали перешептываться о том, что Реддл, похоже, идет по тем же стопам, что и его зловещая родня. Ни один из учеников не мог скрыть чувств: одни испытывали восхищение, другие — ужас. Кассиопея наклонилась к Мэри, которая наблюдала за всем с тревогой, ощутив, как сердце колотится от волнения.       Преподаватель объявил Реддла победителем и взмахом палочки испарил тело мертвого ученика. Однако за убийство ученика на уроке, факультет лишился десяти баллов. Мужчина объяснил, что если каждый раз на уроках дуэлей будет погибать ученик, в скором времени в школе их не останется.       Алан вернулся к своим однокурсникам, его взгляд задержался на Мэри. В его глазах читалась угроза. Саммерс выдержала этот взгляд, хотя внутри все пылало от ярости.       В дальнейшем урок прошел без смертей, хотя противник Скорпиуса Малфоя не остался без травм. Когда урок закончился, студенты направились на следующий, бурно обсуждая прошедшие дуэли.       Мэри явно умела держать лицо. Только ее изумрудные глаза выдавали ту ярость, которая пылала в ней. Она была поражена той жестокостью, с которой остальные слизеринцы относились к своим соперникам. Сегодня она окончательно убедилась — они были готовы пытать, калечить и убивать, чтобы доказать свою силу.       После занятий ее нашла Кассиопея и вместе они отправились во двор замка. Саммерс была поражена лицемерием преподавателей. Учитель по дуэлям снял с Реддла всего лишь десять баллов, а остальные никак не отреагировали, словно так и должно было быть. За бесценную, отнятую жизнь наказать всего лишь снятием небольшого количества баллов — это было столь вопиющее лицемерие, которое Мэри не могла терпеть. Кассиопее же было страшно. После всего пережитого знать, что окружающие люди могут быть настолько жестоки и лицемерны — она не знала, что делать. После произошедшего сегодня, Когтевран не оставит Слизерин в покое — они будут мстить.       Гуляя по двору с подругой, Булстроуд заметила наблюдающую за ними Алиссию. Взгляд, которым Мракс смотрела на них не предвещал ничего хорошего. Кассиопея поняла, что в гостинной ее ждет тяжелый разговор. Когда на замок опустились сумерки, девушки вернулись в гостиную.       В гостинной их встретили однокурсники. Алиссия спросила, почему Кассиопея так мило беседовала с грязнокровкой, девушка огрызнулась в ответ, сказав, что она не имеет права влезать в чужие дела. Мракс ответила, что Булстроуд должна прекратить общаться с грязнокровкой, иначе повесит на себя клеймо предателя крови. Кассиопея заявила, что их разговор с грязнокровкой ничего не значит и она продолжит щемить грязнокровку.       Алиссия видела их враждебные взгляды, направленные друг на друга, но чувствовала в этом какую-то фальш. Девушки разошлись по своим комнатам, их примеру последовали и другие студенты. В гостинной остались лишь Алан и Алиссия.       Кузены обсудили грязнокровку. Она была необычайно сильна еще с первого курса, да и мать Алиссии временами как-то странно на нее смотрела — с опаской, злостью и в то же время в ее глазах мелькал интерес.       Они не сомневались, в этой грязнокровке было что-то такое, что заставляло считаться с ней даже цвет волшебного сообщества, она словно подчиняла их волю или же отпугивала своей магией. О, ее магия. Однажды Алиссия почувствовала ее. Такой магии она не ощущала даже у своего отца. Магия Саммерс была невероятно могущественной и в то же время очень послушной и какой-то спокойной. Ее отец, Лорд Волдеморт, потратил десятилетия на то, чтобы достичь подобной мощи, грязнокровка же, к ужасу и удивлению наследницы, обладала подобной мощью с первого курса, а быть может, еще раньше. Если Саммерс станет еще сильнее, власть чистокровных окажется под угрозой. Нужно было что-то делать.       Направляясь в свою комнату, Алиссия думала о том, что нужно избавиться от грязнокровки как можно скорее. К счастью, в ее голове уже зрел план, как это можно сделать, попутно прорядив ряды сброда с Когтеврана.

* * *

      Прошел месяц с начала учебы, наступил октябрь. Пока что в Хогвартсе все было спокойно, но Мэри чувствовала, что это спокойствие продлится недолго. Так и произошло.       Некоторые из ее однокурсников одним осенним днем отправились в больничное крыло. Как оказалось, они нарвались на группу враждебно настроенных когтевранцев. Те хотели отомстить за своих товарищей. Между двумя факультетами произошла драка, в ходе которой обе стороны получили травмы средней тяжести. Всех, как зачинщиков, так и участников ждало наказание. Кто-то отделался отработкой у преподавателей, а кого-то ждало нечто более страшное — комната боггартов.       Саммерс слышала об этом месте. По замку ходили слухи, что туда отправляли самых непослушных студентов, это было сродни нахождению в Азкабане среди дементоров, которых девушка повстречала в прошлом году. Создание, что воплощает самый сильный страх — это было действительно ужасно, но когда таких созданий было несколько, невозможно было вообразить, что чувствовал человек, находящийся лицом к лицу со своими самыми сильными страхами.       Мэри и Кассиопея возвращались в гостинную после уроков. Девушки обсуждали прошедшие занятия и делились своими наблюдениями. Когда они вошли в гостинную, то там никого не оказалось, в том числе и неразлучных кузенов. На месте Алиссии свернувшись клубком лежала небольшая змея. Она поочередно смотрела на двух девушек. Те лишь немного полюбовались диковинным животным и направились в комнату магглорожденной — Саммерс предложила подруге помочь с домашним заданием.       Как только девушки скрылись из поля зрения змеи, она соскользнула с насиженного места и заскользила в направлении двери. Выскользнув из гостинной, змея направилась на поиски хозяйки. Алиссия нашлась на третьем этаже, выходящей из уборной. Животное подпозло к ней и что-то зашипело. Лицо юной Мракс исказила ухмылка. Девушка похвалила змею и приказала следить за двумя девушками. Пока что у нее было мало доказательств, но Алиссия точно знала — Булстроуд и грязнокровка после конца первого года вдруг сблизились, хотя и старались это скрывать. Она хотела узнать, насколько изменились их отношения и если выходило так, что Кассиопея дружит с мерзкой грязнокровкой, у обоих будут большие проблемы.       Брат и товарищи по факультету ждали ее, нужно было поторапливаться. Девушка вошла в давно заброшенную кабинку. Как ей рассказывал отец, именно в этой кабинке находился вход в Тайную Комнату. Девушка прошипела нужное слово и раковина отъехала в сторону, открывая проход.       Оказавшись в Тайной Комнате, она увидела, что там собрался почти весь факультет. Студенты собрались, чтобы обсудить два вопроса — как им разобраться с грязнокровками из Когтеврана и что делать с Саммерс. Своим появлением на змеином факультете она испортила древний закон факультета.       Алиссия на оба вопроса предложила действенный по ее мнению ответ — она могла подчинить василиска, запертого в статуе основателя и с его помощью разобраться со всеми. Однако ее осадил кузен. Он заявил, что запертый василиск пренадлежит его отцу, а сестра еще недостаточно опытна, чтобы провернуть подобное. Сестра попыталась ему возразить, заявив, что она достаточно сильна, чтобы справиться с василиском, но Реддл стоял на своем. По его мнению, второй курс не самое лучшее время, чтобы пробовать подчинить василиска. Не желая спорить с братом, Мракс перевела тему. Для себя она уже решила, что непременно попробует подчинить василиска себе.       Слизеринцы решили, что разберутся с когтевранцами поодиночке, им хватило достаточно наказаний, чтобы понять, что массовые дуэли вне занятий запрещены. С этого дня вражда между двумя факультетами из открытой перетекла в тайную. Кто-то из студентов Слизерина или Когтеврана временами отправлялся в больничное крыло, но массовых стычек не было.       Вопиющим случаем этой вражды стало заточение в Комнате Боггартов Джейка Шафика. Мэри и Кассиопея подслушали разговор своих однокурсников, которые были довольны тем, что полукровка проведет в этом ужасном месте целую неделю. К счастью, Булстроуд знала местоположение этой комнаты, поэтому вместе с подругой поспешила туда.       Вход в комнату охраняли Скорпиус Малфой и Альфред Паркинсон. Заметив двух девушек, парни вскинули палочки и спросили, что им здесь нужно. Саммерс спросила, кто находится в комнате, Малфой задал встречный вопрос, спросив, хочет ли она присоединиться к пленнику. Мэри потребовала, чтобы парни отошли в сторону, но те сделали шаг вперед, заявив, что грязнокровка испытает на себе все "прелести" боггартов. Альфред обратился к Кассиопее, спросив, почему она вместе с грязнокровкой, на что девушка ответила, что происходящее это уже слишком даже для них и она хочет это прекратить.       Альфред поинтересовался, с каких это пор в ней проснулось сострадание к грязи, девушка ответила, что они вообще-то сейчас сводят с ума человека, неважно, чистокровный он или полукровка, волшебник или маггл. Паркисон выплюнул, что Булстроуд мерзкая предательница крови и вместе с Малфоем запустил в нее круциатус, но девушку защитил щит, поставленный подругой. После этого, направив палочки на двух парней, Мэри выкрикнула "экспелиармус". Заклинание отбросило парней к стене, они потеряли сознание.       Пройдя мимо бессознательных парней, девушки открыли дверь комнаты. Взгляду Мэри предстало сюрреалистичное зрелище. Боггарты то и дело меняли форму, преображаясь в нечто поистине жуткое, а в углу комнаты сидел парень, он прижимался к стене и сидел съежившись и дрожа от страха.       Кассиопею поначалу охватил ужас от увиденного, но придя в себя, она выхватила палочку и принялась избавляться от боггартов. Мэри бросилась к Джейку и встряхнула его, заставляя обратить на себя внимание. В глазах парня плескался незамутненный ужас. Не теряя времени, девушка помогла ему подняться и поспешила вывести дрожащего парня из злополучной комнаты.       Избавившись от боггартов, девушки покинули злосчастное место. Спустя какое-то время Джейк стал понемногу приходить в себя. Когда к нему вернулась способность мыслить, он первым делом спросил, почему они его спасли. По его словам, одна из них была чистокровной и должна была ненавидеть таких, как он, вторая же, несмотря на свою кровь, была столь же надменной, как и любой чистокровный волшебник.       Кассиопея ухмыльнулась, ответив, что ему следовало бы сначала поблагодарить их. Немного помявшись, парень все же смог произнести простое "спасибо". Мэри посоветовала Шафику возвращаться в гостинную, по пути держа палочку в руке. Джейк уже собирался уходить, но вдруг повернулся и сказал, что Саммерс не такая уж и плохая, как он изначально думал.       Девушки отправились на улицу. Мэри заявила, что парни обо всем расскажут остальным и тогда неизвестно, что будет с Булстроуд. Кассиопея ответила, что знает, что вероятнее всего ее может ожидать — изгнание из рода. Мэри спросила, боится ли подруга этого, на что получила утвердительный ответ. Кассиопея очень боялась изгнания из рода. Уйти из семьи, которая любила ее и которую она любила в ответ, она была к этому не готова. Однако она понимала, что ей придется выбирать между семьей и дружбой с Мэри. Магглорожденная изменила ее, изменила к лучшему, за что Булстроуд была благодарна подруге.

* * *

      То, чего так сильно боялась Кассиопея, случилось через несколько дней. Во время завтрака в Большом Зале ей прилетел громовещатель, в котором мать обвиняла дочь в отхождении от идеалов чистой крови и заявила, что ждет дочь ближе к рождеству, чтобы все выяснить раз и навсегда. Булстроуд побледнела. Родители обо всем узнали, кто-то донес на них. Мэри все поняла без слов, увидев ехидно улыбающихся кузенов и сидящих рядом с ними Альфреда и Скорпиуса. Не доев, Кассиопея покинула зал, Мэри последовала за ней. Алиссия прошипела, что пора наконец-то очистить факультет от грязи.       С того дня прошло два месяца, приближалось рождество. Кассиопея собиралась в особняк Булстроудов, вместе с ней вызвалась отправиться и Мэри. Девушка поначалу старалась отговорить подругу, заявив, что это дела ее семьи, но Саммерс не хотела слушать, проблема была из-за нее, а значит если понадобится, она будет отвечать перед родителями подруги.       Вдвоем девушки отправились в особняк Булстроудов. На входе их встретил домовой эльф, смеривший Мэри презрительным взглядом. Домовик заявил, что хозяева ждут молодую госпожу и пропустил девушек внутрь.       Подруги вошли в особняк и Кассиопея увидела родителей. Взгляды отца и матери, направленные на дочь и стоящую рядом с ней магглорожденную не обещали ничего хорошего. Милиссента холодно поинтересовалась у дочери, что на пороге их поместья делает грязнокровка. Кассиопея робко ответила, что это ее подруга.       Эти слова привели в ярость отца девушки. Он спросил, сдерживая ярость, как дочь посмела подружиться с отбросом магического общества, с той, кто должна была умереть по прихоти любого из чистокровных. Для Кассиопеи это стало последней каплей. Она выкрикнула, что если бы Мэри не спасла ее в конце первого курса, она бы просто погибла. Кроме того, Саммерс не просто спасла ее, но и простила за все то плохое, что она делала. Нет ничего плохого в том, что у Саммерс грязная кровь, она даст фору любому из чистокровных. Отец холодно спросил, действительно ли ее подруга так сильна, как она говорит, на что Кассиопея ответила, что они даже не представляют, насколько.       Слово взяла молчавшая до этого Мэри. Она заявила, что знает, к чему все идет, поэтому предложила условие: если она одолеет мистера Булстроуда в дуэли, родители отстанут от дочери и позволят ей самой выбирать, с кем общаться. Мужчина на это лишь хмыкнул, но согласился. Также он добавил, что если одержит победу, его дочь раз и навсегда забудет про дружбу с мерзкой грязнокровкой. Саммерс согласилась.       Четверо волшебников вышли во двор. Мэри и Мистер Булстроуд отошли друг от друга на достаточное расстояние и вскинули палочки. Краем глаза магглорожденная заметила на левом предплечье мужчины метку Пожирателя Смерти. Каждый из них ждал первого хода другого.       Первым атаковал мужчина, из его палочки вырвался луч, устремившийся к Мэри, девушка защитилась "протего". Заклятие противника было невербальным, поэтому сражение для девушки несколько усложнялось. Саммерс атаковала в ответ, применив " экспелиармус", но заклинание разбилось о магический щит. Мужчина атаковал "сектумсемпрой", но девушка вовремя успела увернуться и темное проклятие пролетело мимо. Не теряя времени, она послала в противника " петрификус тоталус", но мужчина увернулся. Из его палочки вырвалось пламя, но необычное, таких заклятий девушка еще не видела. А у Кассиопеи сердце ушло в пятки. Она знала это заклинание, вне всяких сомнений — это было Адское Пламя. Девушка не сомневалась в силе подруги, но она боялась, что отец убьет ее.       Мэри сосредоточилась. Она воззвала к магии внутри себя и та послушно подчинилась хозяйке. Из обеих палочек девушки вырвалась энергия, формируя магический щит. Заклинание мистера Булстроуда ударилось о защиту, но не причинило магглорожденной никакого вреда. Спустя несколько секунд мужчина развеял заклятие, шокированный тем, что грязнокровка вообще смогла защититься. Он пробормотал, что она прямо как Адель в свои лучшие времена. Саммерс услышала это и в ней проснулся интерес, но сначала нужно было закончить дуэль.       Магглорожденная атаковала мужчину, использовав "петрификус тоталус". Мистер Булстроуд попытался защититься, но заклятие волшебницы было столь мощным, что его защита в тот же миг рухнула и мужчина отлетел на пару метров назад, рухнув на вымощенную дорожку. Прежде чем он успел подняться, он увидел стоящую над ним грязнокровку, чьи палочки указывали ему прямо в лоб.       Саммерс заявила, что победила. Мужчина рыкнул и поднялся с земли. Он устремил полный ярости взгляд на Кассиопею и заявил, что она им больше не дочь. После этого, взмахом палочки он призвал родовой гобелен и направил ее кончик на имя дочери. Имя и знак девушки на гобелене вспыхнули и обуглились. Отныне она больше не пренадлежала роду Булстроудов и считалась предательницей крови. Напоследок отец сказал ей, что она больше не их дочь и велел убираться вместе с грязнокровкой.       Вот и все. Кассиопею изгнали из рода и отныне у нее не было семьи. Прежде чем уйти, девушка заявила, что ее родители лицемерные эгоисты, готовые уничтожить все, что противоречит их идеалам. После этого подруги покинули особняк Булстроудов и вернулись в Хогвартс.       Многие студенты уже покинули замок, разъехавшись по домам в преддверии праздников. Кассиопее некуда было податься, вещи в ее комнате — все, что у нее осталось. Мэри предложила подруге переехать к ней, ее родители будут ей только рады. Булстроуд поблагодарила подругу и согласилась на предложение.       Девушки отлично провели рождество. Родители Мэри хорошо приняли Кассиопею, они были рады, что между девочками наладилась дружба. Поначалу Булстроуд удивилась богатству семьи Саммерс, ведь на своей памяти не встречала ни одного богатого маггла, но потом привыкла и даже восхитилась этим.       Однажды девушки сидели в комнате, обсуждая историю магии и Саммерс вспомнила, как отец подруги произнес имя Адель. Кассиопея подхватила разговор. Она ответила, что еще на первом курсе, во время каникул ее семью пригласили на званый ужин в поместье Паркинсонов. Помимо них и хозяев поместья, на ужине присутствовали семьи Мракс и Реддл. Во время ужина взрослые вспоминали дела давно минувших дней, затронув вторую и третью магические войны. Кассиопею тогда заинтересовала история о новом боге и его сестре и она спросила, кто такая Адель. Беллатриса поведала ученице историю о его сестре, выставив ее верной сторонницей консервативного Дамблдора. Упомянула она и о частице Древней Магии, что носила в себе девушка. После Смерти Адель эта частица не вернулась к Нику, а исчезла и спустя три года появилась в теле новорожденной Мэри.       Закончив рассказ, Кассиопея ждала реакцию подруги. Саммерс молчала, переваривая информацию. Сначала она была в шоке. Носить в себе частицу божественной силы и долгое время не знать об этом — это выбивало ее из колеи. Теперь она поняла, почему так легко контролировала магию в детстве и могла свободно ей управлять. Подруга заявила, что магглорожденная — наследница силы Адель, что открывает большие возможности. Обсудив еще немного перспективы ее новой силы, девушки спустились вниз, чтобы помочь украсить особняк к празднику.

* * *

      После праздников вражда между двумя факультетами возобновилась. Когда подруги прогуливались по замку, то услышали от учеников Когтеврана, что их знакомый, Джейк, находится в больничном крыле, при смерти. Как оказалось, парень был укушен василиском, которого на него натравил кто-то из двух кузенов и Мэри даже догадывалась, кто именно это мог быть.       Подруги направились в больничное крыло, чтобы проведать парня. Когда девушки вошли, они увидели, что состояние Джейка было плачевным. Парень был очень бледен и почти не дышал, его глаза были закрыты. Саммерс дотронулась до руки парня, она была холодной. Целитель ответил, что он скорее всего умрет, ибо после отравления ядом василиска никто не выживал.       Мэри и Кассиопея покинули больничное крыло и направились в Запретный Лес. Прогуливаясь по лесу, они обсуждали произошедшее. Атмосфера в школе была слишком жестокой, юные волшебники и волшебницы готовы были убить друг друга из-за разницы крови. Саммерс с трудом могла терпеть подобное. Подруга ее поддержала, она тоже хотела нормального существования внутри школы, хотела спокойно учиться, а не бороться за свое существование в стенах замка.       Вдруг девушки услышали невероятно красивую песнь. Она была столь прекрасной и чарующей, что слушатели не могли перестать ее слушать, песня была усладой для их ушей. Девушки направились на звуки песни, желая найти ее источник. Они вышли на опушку, окруженную деревьями. На одном из деревьев сидела прекрасная птица, напевавшая чудесную песню. Кассиопея с удивлением заявила, что это феникс, да не простой, а питомец предыдущего директора школы, Фоукс.       Феникс прекратил петь и взглянул на двух девушек, его взгляд задержался на Мэри. Он спорхнул с дерева и остановился прямо перед магглорожденной. Он долго смотрел в изумрудные глаза девушки, а после сбросил с себя перо, которое упало в ее ладонь. Вдруг Кассиопею осенило. Когда она была в запретной секции, то вычитала, что слезы Феникса являются идеальным лекарством против яда василиска.       На следующий день девушки направились в больничное крыло, при виде феникса многие студенты с обоих факультетов перешептывались между собой. Девушки прошли в лазарет, феникс летел за магглорожденной. Фоукс подлетел к кровати Джейка. Когда Феникс увидел, в каком состоянии был парень, он заплакал и несколько его слез попало в рот Джейка. Девушки выдохнули, теперь оставалось только ждать.       Парень пришел в себя через несколько дней, чувствуя себя прекрасно. Он узнал от целителя, кто его исцелил и поспешил найти двух девушек. Нашел он их идущими на занятия. Он поблагодарил Мэри за спасение и рассказал, что происходит на их факультете. А атмосфера там царила весьма неприятная. Когтевран хотел уничтожить Слизерин, старшекурсники изобретали такие заклятия, от которых волосы вставали дыбом. Тому заклятию, которое Джейк применил в дуэли против Мэри его научил старшекурсник, изобредший это самое проклятие. Оно испаряет все, во что попадет, будь то предмет или человек и если бы Саммерс не увернулась, то погибла бы.       Мэри спросила, нравится ли ему происходящее в школе, на что парень ответил, что нет, совсем не нравится. Он хочет просто жить, изучать магию, без всей этой вражды между факультетами и царящей в школе жестокости. Саммерс ответила, что было бы неплохо создать место, где все недовольные нынешним порядком смогут жить спокойно, не опасаясь преследования за статус крови. Кассиопея ответила, что с силой подруги такое вполне возможно, нужно только придумать, что за место и где оно будет.       Магглорожденная задумалась. А ведь и правда, если она обладает частичкой божественной силы, то сможет создать рай для тех, кому не нравится нынешний порядок.       Учеба закончилась и Кассиопея с Мэри были вольны делать что угодно до следующей осени. К их компании присоединился Джейк и девушки посвятили его в свой план. План заинтересовал парня. Если действительно удастся создать укромное место для всех несогласных, это исполнит мечту многих. Трио занялось продумыванием плана райского места.       Через три месяца наступит третий курс. Наверняка уже весь факультет знает, что Кассиопея предательница крови, а значит с этого момента ее жизнь в школе станет тяжелее. Джейк, очень быстро подружившийся с магглорожденной, надеялся, что подруге при помощи своей силы удастся воплотить свою задумку и она действительно сможет создать рай для всех волшебников и магглов, кто запуган, но кому не нравится все зло, происходящее вокруг. Друзья Мэри верили в нее и хотели помочь ей создать настоящий рай.       Конец второго курса.