Глава 36 "Желания"
24 октября 2025 г., 17:00
Несмотря на всё, что произошло дома, Кадзуя шёл по улицам Куо с выражением лица человека, только что выбившего SSR с шансом 0.0001%.
Рассеянный взгляд, глуповатая улыбка, лёгкая походка — словно он просто парил над землёй.
Если бы кто-то прошёл мимо него в этот момент, обязательно бы сказал:
— Парень точно влюблён.
И, в общем-то... был бы не так уж неправ.
Но самое грустное — или, может, смешное — заключалось в том, что дело было вовсе не в этом.
— Хм... вот прям жажду врезать кому-нибудь с такой скоростью, как это делает Карна... Может, ворвусь в Ад и врежу брату Риас в челюсть. Или махну на Олимп и как следует отлуплю Зевса за то, что победил Адама, нашего батю, только потому что «таков был сюжет». Эта мразь узнает, что такое настоящий бокс... — бормотал он, игнорируя пение птиц, любопытные взгляды прохожих и красный свет, из-за которого его чуть не сбила бабушка на велосипеде.
Только проходя мимо круглосуточного магазина и заметив своё отражение в витрине — растрёпанные волосы, безупречная форма, и эта чёртова довольная идиотская улыбка — его мозг, наконец, дал сбой. Причём с драматичным кликом, как в аниме.
Глаза распахнулись.
«...ПОДОЖДИ. Я ЖЕ ЗАБЫЛ НЕЧТО ОЧЕНЬ ВАЖНОЕ».
Воспоминание обрушилось, как флэшбек с кучей визуальных эффектов: потные тела, прерывистое дыхание, древние богини, стонущие его имя так, будто он — последний главный герой этой вселенной. И тогда его накрыло.
«Я ПОТЕРЯЛ ДЕВСТВЕННОСТЬ В ЭТОМ МИРЕ!»
Внутренний крик был настолько громким, что почти прорвался в физическую реальность.
Он остановился посреди тротуара с глазами, как у персонажа, которого только что пронзили истиной мироздания, а пожилая пара рядом посмотрела на него с выражением «вот оно, поколение тиктока...».
В прошлой жизни? Да, опыт был.
Как Фудзимару? Тоже бывало — с модами, конечно.
Но здесь... в этом божественном теле, вопиющем оскорблением красоты, каком-то неприличном миксе из Годжо и Тодзи, теле, от одного вида которого девушки цеплялись за перила... здесь он ещё не переступал эту грань.
До вчерашней ночи.
С двумя богинями. Одновременно.
Он закрыл глаза. Глубоко вдохнул...
И рассмеялся.
Не просто засмеялся.
А злобно рассмеялся.
Так, что даже Айзен бы подумал: «Этот парень зашёл слишком далеко...»
— ФУХАХАХАХА…!
Прохожие испуганно отпрянули. Собака залаяла. Голубь упал с неба от шока.
Но Кадзуя быстро взял себя в руки: поднёс ладонь к губам, прокашлялся и принял спокойную, сдержанную, достойную сигмы позу. Уверенной походкой и с нейтральным выражением лица он продолжил путь, будто ничего и не произошло.
Ничего, кроме того, что он, гача-зависимый отаку, превзошёл Иссэя Хёдо меньше чем за неделю своей новой жизни.
Однако, по мере того как он продолжал путь, его начало что-то смутно беспокоить. Неторопливо шагая по тротуару, с руками в карманах и мыслями, блуждающими между SSR-ками и тем, что бы съесть на обед, он прошёл мимо ломбарда.
Ничего особенного.
До тех пор, пока не сработала сигнализация, дверь не распахнулась, и владелец не выбежал к нему, держа в руках бархатную коробочку так, словно это был Святой Грааль.
— Сэр! Пожалуйста, возьмите это! Это розовый алмаз размером с перепелиное яйцо! Я не знаю почему, но чувствую моральный долг отдать его вам!
Кадзуя моргнул, озадаченно. Посмотрел в сторону. Потом вверх. Потом на себя.
— ...Снова?
— Эм... спасибо?
— Нет! Спасибо вам, что существуете!
Мужчина опустился на колени и зарыдал от благодарности.
Кадзуя просто принял коробочку, развернулся и пошёл дальше, будто это было в порядке вещей. И, по правде говоря... так и было.
Потому что это было долбаное [Золотое Правило: Ранг EX] в действии.
Вселенная буквально платила ему за то, что он живёт.
Пару шагов спустя какая-то бабушка споткнулась и уронила кошелёк. Кадзуя поднял его и попытался вернуть, но она лишь улыбнулась, сияя, и отказалась.
— Юноша... мой артрит прошёл просто от взгляда на вас. Оставьте себе. Считайте это подарком небес.
Он открыл кошелёк по инерции.
500 000 йен наличными.
— Ну конечно... почему бы и нет?
Сразу после этого в парке неподалёку затряслось дерево — без ветра — и с ветки рухнул мешок с золотыми монетами. Буквально. Как в мультфильме.
— Ладно, ребята, вы уже начинаете перегибать... — проворчал он, поднимая мешок и встряхивая его. Дзынь-дзынь. Настоящее золото. И, судя по виду, римское.
Но апофеозом стало то, что фургон резко затормозил рядом, и мужчина в костюме выкрикнул из окна:
— Эй! Ты! Я только что выиграл в лотерею, просто посмотрев на твою ауру! Хочешь десять процентов?
— Нет, спасибо... — вежливо ответил Кадзуя.
— Тогда... тридцать?! (п.п: Торгуется на моем уровне. Молодец)
Кадзуя тяжело вздохнул.
— Я просто хочу дойти до школы. В покое.
Он сложил всё в своё пространственное хранилище и продолжил путь к Академии Куо.
И на секунду он задумался:
«Если бы это была игра, моя характеристика “Удача” точно считалась бы читерной. Подождите... С тех пор как у меня появилась гача, с удачей творится что-то странное... Теперь, когда я думаю об этом... Может, это всё из-за того, что у меня была ещё одна прошлая жизнь в теле Рицуки Фудзимару, и моя удача как-то усилилась?..»
Когда он добрался до ворот Академии Куо, взгляды уже пронзали его со всех сторон. Девушки перешёптывались, парни смотрели с яростью и завистью, а пресловутый «Клуб Отчаявшихся Девственников Куо» вздохнул в унисон.
Но Кадзуя просто прошёл мимо, руки в карманах, лицо спокойное.
А внутри?
«Мне правда стоит сбавить харизму. Если так пойдёт и дальше, вся школа превратится в один сплошной романтический маршрут.»
А снаружи?
Просто Сигма, как всегда.
Зайдя в здание школы, Кадзуя поднялся по лестнице. Стеклянные панели отражали его безупречный силуэт, с формой идеально сидевшей на теле. А волосы небрежно взъерошены, словно всю ночь над ними работал невидимый стилист.
На втором этаже он заметил легендарное трио идиотов.
Иссэй, Мацуда и Мотохама.
Раньше — Трио Извращения. А теперь?
Теперь они были в трансе, пуская слюни на Кибу, блондинистого принца школы. Но вот в чём комизм: дело было не в девчонках, окруживших Кибу.
А в том, что они мешали им на него смотреть.
Мацуда что-то бормотал про «широкие плечи и благородную душу». Мотохама, очки которого съехали набок от избытка эмоций, прошептал, что «такой блондин заслуживает мира лучше этого». А Иссэй? У Иссэя в глазах сияли сердца — по-настоящему, в стиле аниме. Наверняка он уже видел сакуру, лепестки и всё как полагается.
Кадзуя остановился на секунду. Наблюдал.
И усмехнулся.
Не с насмешкой. Не с жалостью. А с той самой улыбкой, которая говорит: «Это — моих рук дело. И это чертовски смешно.»
Он полностью проигнорировал троицу и пошёл дальше — всё так же спокойно, с руками в карманах. Но с каждым его шагом происходило нечто странное: девушки вокруг Кибы начали отворачиваться. Одна за другой. Будто их тянуло магнитом.
И этим магнитом был Кадзуя.
Они смотрели на него с сияющими глазами, сердца выпрыгивали из груди, будто перед ними стоял гибрид Арджуны Альтера и Леви Аккермана.
А Кадзуя? Даже не моргнул.
«Хмпф. Всё ещё нужно решить, какой билд использовать в этом мире. Не могу отвлекаться на романтику с участием NPC».
Правда заключалась в том, что он снова забыл нечто важное.
Всё это время — перерождение, сила, Лонгинус, школа, Иштар, пытающаяся напасть на него любовью, Эрешкигаль, ведущая себя так, будто они обручены со времён Эдема — он даже не остановился, чтобы подумать:
«А чего, чёрт возьми, я вообще хочу добиться здесь?»
