Я поведу

When it’s over we can walk on water

There won’t be a sigh to find in our hearts

I can promise everything gets better

And can we wipe away our gloom for now

Lacrimas Profundere «A Sigh»

Ви задремал на пассажирском, едва солнце скрылось за горизонтом скалистых Пустошей. Трудный день, стремительно утекающее время, как песок сквозь пальцы, и сбои один за другим вывели измученное тело на границы допустимого. И то ли от скуки, то ли от нежелания позволить наёмнику провалиться в сумеречное небытие, его бёдра оседлала скособоченная фигура Сильверхенда. — Джонни, какого?.. — Тихо, пацан. Правая рука на секунду онемела, и Ви тут же бросило назад вместе с откинувшейся спинкой сиденья. Следом на грудь с тихим звяканьем упали пиксельные жетоны, почти сливаясь со своими близнецами, и соло оказался в знакомом коконе из запаха пороха и табака. Ладони привычным движением легли на поясницу, забираясь под край майки, а тело подалось вверх, притираясь ближе. Они встретились взглядами и какое-то время играли в игру «кто первый сдастся». Джонни не выдержал раньше и отёрся щетинистой скулой о подбородок, попутно прикусывая мочку уха. Ви пробрало дрожью, и он шумно выдохнул, запрокидывая голову, зарываясь пальцами в мягких волосах. В штанах становилось тесно, но Джонни не торопился с этим что-то делать. Облизал шею от ключицы до кадыка, глубоко вдыхая, уткнулся носом в колючий висок. Внезапно приподнялся, дёрнул за шлёвки, вытаскивая футболку из пояса штанов. Наёмник в удивлении приподнял бровь, переводя взгляд со своих кистей на голый живот, покрытый мелкими мурашками. Рокер заёрзал, опускаясь коленями на коврик, провел хромированной рукой от груди до ширинки и резко дёрнул собачку молнии, выпуская член. У Ви загудело в висках. Он хотел спросить, какого хрена происходит, но слова застряли в пересохшем горле. Стоило Сильверхенду опустить голову, обхватывая член губами, как Ви почувствовал… ровным счётом нихуя. Он попытался положить руку на чёрный затылок, но она прошла насквозь, разрезая воздух цветными пикселями. Наёмник дернулся, чувствительно заехал коленом в бардачок и проснулся, краем глаза замечая движение слева. — Интересная фантазия, пацан. Ни с кем меня не перепутал? Соло с удручённым мычанием уткнулся лбом в стекло. На Пустоши опустилась ночь. Он вообще не хотел покупать эту машину. Семьдесят три тысячи эдди — не хуй собачий. Но Джонни повёлся на старую, как мир, разводку из сообщения от Рейеса. — «На твоём месте Джонни Сильверхенд уже переводил бы деньги на мой счёт», — Ви недовольно поёрзал, пытаясь ослабить давление на ширинку. — Что он, будучи как раз на моём месте, и сделал, блять. — Ой, да кончай уже говниться, один раз живём. Наёмник медленно повернулся к водительскому креслу и многозначительно посмотрел на рокера, любовно оглаживающего оплетку руля. Если бы не неловкий сон, можно было подумать, что стоит у того именно на тачку и логотип группы на торпеде. Чёрно-жёлтый Порше Турбо «Кабриолет» восемьдесят восьмого года с логотипом «SAMURAI» на капоте, в идеальном состоянии. Чего греха таить, наёмник бы сам себя сожрал с потрохами, останься эта машина пылиться в гараже у какого-нибудь фаната, или чего хуже — досталась бы ёбаным Духам. Даже Мусорщики имели принципы, а этим ничего не стоило разобрать её на запчасти или запустить с горящей тряпкой в бензобаке и кирпичом на педали газа в лагерь Альдекальдо. Когда Эль Капитан сообщил, что сделка состоялась, но с нюансами, пришлось разыскать прошлого владельца, на что Джонни отреагировал удивлённым «Это что ещё за ёбань?». Парень был разодет в фирменный сильверхендовский прикид, но абсолютно точно и наверняка мёртв. Угонщики обнаружились в гараже на границе Пасифики и Пёсьего города. Когда с ними было покончено, мелитеховская Песнь равнодушно продекламировала, что это была бессмысленная трата ресурсов. Кибердека оказалась в чём-то права — Ви покачнулся, растирая глаза от помех, вызванных запуском демона, опёрся на багажник, где уже восседал Джонни как полноправный владелец. — Не кажется ли тебе, что Стилеты уже в край охуели и пора преподать им урок? Идея пришла им одновременно, и оба перевели взгляд на возвышающийся колосс стадиона Догтауна. Каждый раз, когда он проезжал через КПП Пёсьего города, Ви охватывало нервное возбуждение, перемежающееся со странным спокойствием. Как-то раз Джонни сравнил этот район с Ватиканом — государством в государстве. Свои правила и порядки, свои святые и грешники, и каждый раз выбор главы сопровождается похоронами, огнём и дымом. Если бы Найт-Сити был опухолью, то Догтаун мог бы быть её нарывом. На рынке было, как всегда, не протолкнуться: всюду слонялись местные, лоточники зазывали опробовать их товар, а по сторонам с винтовками наперевес стояли лейкоциты всей системы Пёсьего города — солдаты Баргеста. По пути Ви заскочил к терминалу Мелитеха, доступ к которому любезно предоставила Сойка, заглянул к местному риперу Аседо — надо было сменить Скарабея на Компенсатор памяти. Песнь была просто песней, но ресурсов жрала немерено, и без риска обнулиться приходилось чем-то жертвовать. Конечной точкой назначения был оружейный магазин Софии. Как только наёмник зашёл внутрь, на прилавке тут же материализовался довольный Джонни, сливаясь помехами с 3D-моделью пулемёта. — Ах, лучший аромат во вселенной, — он глубоко вдохнул, запрокидывая голову. В магазине стоял тяжёлый густой запах оружейной смазки. — Кажется, нас заметили. Соло краем глаза уловил, как София слегка качнула головой в их сторону, как бы давая понять стоявшим позади сыновьям приглядывать за ним. Не желая больше необходимого мозолить глаза, они, не сговариваясь, сняли Асуру со стенда и выложили её на прилавок. В нынешнем состоянии Ви это был лучший выбор для дальней дистанции. Будь ты пьян, угашен или не спал двое суток, единственная твоя задача — досылать патрон в патронник. — Что-нибудь ещё? — Десяток Углей и прицел подлиннее. Планируем сафари на выходных. София скептически оглядела наёмника. — Да хоть бабуле подари. У нас тут не принято интересоваться дальнейшей судьбой товара. Джонни покачал головой, скрестив руки на груди. — Да, пацан. Винтовка умная, а ты не очень. Выходя к машине Джонни немного задержался у лобового стекла, окидывая гладкий корпус взглядом, обошёл справа и запрыгнул в кресло, перемахнув через дверь. — Я поведу. — Да уж, конечно, — когда Ви садился за руль, рокер, довольно ухмыляясь, уже сместился на пассажирское. И вот, пару часов спустя, они уже сидели в Пустошах над ущельем базы Духов, выжидая возвращения Догкиллера. В планах было положить всех, включая лидера мародёров. Последнее время авторство идей было сложно определить наверняка — стоило Ви начать предложение, как Джонни экспрессивно его заканчивал, припечатывая ёмким «бля». — Может, этот говнюк и не вернётся сегодня? С чего ты вз… — Тихо! — рокер прижал ладонь ко рту наёмника. — Бери снайперку и дуй на позицию. Соло аккуратно вылез из машины, достал винтовку с заднего сиденья, на корточках подполз к кусту у края ущелья и улёгся на живот, разглядывая в прицел трёх дежурных на стене базы. Перевёл дуло к дороге, уходящей в город, но ничего похожего на колонну не обнаружил. Он никак не мог понять причину беспокойства, отлип от оптики и начал рассматривать местность с помощью Смартлинка. — На десять, где яма, — Джонни говорил шёпотом и почему-то тоже присел. Соло вновь прижался лицом к прицелу и наконец-то увидел шевеление. Мгновение спустя из ямы вышло какое-то животное, а следом из кустов с еле слышным тявканьем на него напрыгнуло второе, точно такое же. Ви перевёл ошарашенный взгляд. — Это… Это койоты? — Не-е, — Сильверхенд сиял как начищенный таз, улыбаясь во все тридцать два. — Это лисы. Смотреть на такого счастливого Сильверхенда было чистым кайфом. И внезапно про себя Ви сделал открытие номер шесть: Джонни любил животных. Может, потому что они, как и он сам, были уникальны для этого мира, может, всё дело в свободолюбии и дикой жажде жизни, а может, с большой долей вероятности, — и то и другое. Соло опять прилип глазом к оптике и жадно рассматривал, как звери, потявкивая, гоняются за хвостами, то напрыгивая друг на друга, то с раскрытой пастью припадая к земле, поднимая небольшие воронки пыли вокруг себя, и улыбался радостно. И Ви был счастлив до предела. И улыбался. И был счастлив. Пока со стороны улья Духов не раздался выстрел. Одна из лисиц пронзительно взвыла и завалилась на бок. Наёмника бросило в холодный пот, и он резко перевёл дуло винтовки на звук. Дозорный выстрелил ещё раз и принялся перезаряжать. Жгучая боль — эта принадлежала Ви, и яростная ненависть — то был точно Джонни, поднялись из самого нутра, застилая красной тряпкой обзор. В голове загудело, наполняя вены и артерии кровью. Никто из двоих не взял бы ответственность на себя, но оба сразу: палец сместился на спусковой крючок и надавил, выпуская самонаводящийся патрон. Через секунду тело на стене обмякло и, перевалившись через перекладину, рухнуло вниз. — Благими намерениями… — Да-да, дорога в Микоши, я помню, Джонни. А как бы поступил Иисус? Сильверхенд выпрямился, уставившись куда-то на Запад. Внизу вторая лисица пугливо озиралась, обнюхивая убитого товарища. — Не тормози, Ви, хозяин едет. Со стороны главного шоссе свернула колонна из трех Гулей. Ви снял оставшихся дозорных. Внутри периметра пока было спокойно — видимо, о выстрелах по неопознанным целям доложили, и наёмник спустился на уступок ниже, выводя из строя ещё двух Духов с крыш. — Три секунды, пацан. Не подпускай к воротам, иначе ведущий заметит трупы. Ровно через три секунды наёмник сжал кнопку в кармане, и в ущелье раздался оглушающий взрыв, подбросивший ведущую машину на бок. Следовавшие позади, не успев сориентироваться, въехали в бамперы паровозиком. Вторая загорелась, а из третьей, как тараканы, высыпали Духи, озираясь по сторонам. Ви избавился и от них. — Земля им отработанным чухом. В периметре начался переполох, но соло перевёл камеры в дружественный режим, а опытных раннеров у Духов не водилось. На территорию он заходил со стороны пруда-охладителя, оставив Асуру на песке — она сделала своё дело. Почти все мародёры стеклись к главным воротам, и наёмник одну за одной выкинул три гранаты — каждая легла как рипер прописал. Выживших он добил Малорианом из-за угла. Оставались ещё ублюдки в главном здании, но они уже просекли, откуда ведётся огонь, поднялись на этаж выше и, по всей видимости, засели в окнах, перекрикиваясь в панике. Ви поочерёдно выцепил четверых и запустил скрипт взлома заслона. Когда он вошёл в здание, кибердека загробным голосом сообщила: «Это было легко до разочарования». — Вот уж нихуя, — колени дрожали, а из носа капала кровь. В здании больше никого не оказалось, и наёмник на ватных ногах вышел через главные ворота, прикрывая глаза от едкого дыма горящих машин. В песке рядом с ямой, где играли лисы, тащилось какое-то тело, при беглом осмотре оказавшееся обгорелым лидером мародёров. — Это была не твоя тачка, — сдвоенным голосом произнесли оба. Рука, подчинённая чужой воле, поднялась, и в Пустошах раздался последний выстрел для сегодняшней ночи. Ви всадил стимпак в грудину и побрёл обратно к отмщённой машине и её новому оригинальному владельцу, уже курившему у дверцы водительского сиденья. — Я поведу. — Без проблем, — Ви достал ключи и кинул Джонни. Тот подставил ладонь, но они предсказуемо пролетели насквозь и упали у колеса. Наёмник пожал плечами, подошёл ближе и наклонился подобрать их, силясь не блевануть, но его запястье перехватила чужая ладонь, усыпанная серебристыми кольцами, и вздёрнула вверх. Соло устало поднял глаза, но не успел сфокусировать зрение — в его губы врезались чужие, жаля колючим жадным поцелуем. Ви не пришлось просить дважды — вся напряжённость дня тут же скопилась в паху, отдавая бешеным стуком в висках. Джонни бесцеремонно развернул его к капоту, прогибая в пояснице. — Это благодарность за тачку? Рокер промычал что-то неопределённое, спустился губами от уха до загривка, горячо облизал, притираясь к заднице, и болезненно сомкнул зубы. — Ну ты и с-су… — Ви захлебнулся, тут же за бёдра притянутый назад. — Ремень. Удерживая равновесие на одном из клыков демона, соло дёрнул штаны и, царапая кожу, стянул их к фарам. Джонни нагретой за день металлической рукой перехватил Ви поперёк торса, одновременно живой оглаживая от шеи до пупка, спускаясь ниже. На первом пробном движении наёмнику хотелось позорно заскулить — дал знать о себе прошедший тяжёлый день и сон, так кстати напомненный этой незамысловатой лаской. Дрочил Джонни медленно и размашисто, врезаясь оттянутой ширинкой в обнажённый зад. Оба понимали, что сейчас их на большее и не хватит — у Ви уже подкашивались ноги, а на новеньком капоте вот-вот останутся вмятины в виде двух пятерней. На очередном толчке соло вынесло за грань и он с громким утробным выдохом кончил, откидываясь назад. Нарастающий гул в ушах смазывал и так еле видимую в ночи картину дымящих Пустошей, и тут же Ви накрыло очередным рябящим помехами сбоем. В голове что-то лопнуло, как удар бильярдного кия раскатало тяжёлые шары по черепушке, и каждый из шестнадцати то тут, то там отдавал болезненными щелчками, отскакивая от бортов. Последнее, что он почувствовал — как две крепкие руки подхватывают его и тянут вверх. Когда наёмник распахнул слезящиеся глаза, вокруг стояла абсолютная, звенящая тишина. Он повернул голову, на пробу пошевелил ногой, и в тишине раздался мягкий плеск воды. Опершись обеими руками, он толкнулся и сел, пытаясь хоть что-то разглядеть. Это было похоже на бесконечный чёрный бассейн, едва ли на десять дюймов заполненный водой. Эхо его движений терялось далеко впереди, не встречая отражающих звук поверхностей, а где-то высоко, в тёмной глади, зеркально двигалась мелкая рябь, потревоженная присутствием человека. Издалека послышалось тихое тявканье, и из темноты показалась цветная точка. Через некоторое время она увеличилась, разделилась надвое — синюю и красную. Мокрыми живыми пальцами наёмник потёр глаза, а когда раскрыл их вновь, точки уже скакали рядом, превратившись в двух пиксельных лисиц. Животные прыгали, кусались, припадая цветными животами к воде, путались в брызгах, отскакивали друг от друга, стряхивая с цифровой шерсти воду. Рычали, как настоящие дикие звери, прикусывая друг друга за холки, совершенно не обращая внимания на то, что у них есть зритель. Ви сел на пятки, с глупой счастливой улыбкой наблюдая за игрой зверей. Внезапно они замерли, одновременно уставились куда-то вглубь заслона, прижимая уши к голове, и образовавшуюся тишину взорвал выстрел. Всё тело наполнилось скручивающей нутро болью, и сквозь пелену агонии наёмник увидел, как лисы рассыпались на мелкие цветные квадратики, неведомой силой медленно поднимающиеся к бесконечному чёрному зеркалу потолка. Откидываясь назад, где-то на границе сознания он услышал мягкий уверенный шёпот: — Спи, Ви. Я поведу.