Случайность

Хотя на улице стояла осень, день этот выдался теплым и солнечным. Даже окрашенные листья и холодный ветер не портили стоящую хорошую погоду. Настроение что-либо делать было на высоте, в том числе и идти на тренировку, которая будет проходить вместе с "Красными Метеорами". Ваня пришел на место вовремя, точно так же, как и Гена с Гошей. У них было достаточно времени, чтобы размяться и настроиться на тренировку, как на матч. А вот их вратарь, Стёпа, почему-то опаздывал. Без хотя бы члена команды тренироваться с другой командой будет трудно, и Ваня мысленно очень надеялся, что Стёпа не пропустит тренировку. — Да где же ты... – бормотал он себе под нос, сидя на скамье в раздевалке, в которую с минуты на минуту войдет тренер и выведет на лед. Вдруг послышались шаги, довольно быстрые, и на пороге раздевалки показался запыханный вратарь. — Фух... Успел!.. – с одышкой выпалил он, проходя внутрь. — Ёлки-палки, Стёпа, ты где ходишь? – тут же поспешил поинтересоваться капитан, вскочив с места. — Да трамвай сломался, – ответил паренек, начиная раздеваться и мигом нацеплять форму. — Ну даёшь... — Эй, вы скоро? – в раздевалку забежал Гена, крепко держа клюшку. – Давайте скорее, сейчас уже начнется. Кстати, привет, Стёп, – поздоровался он и удалился в сторону поля. — У тебя ровно минута, – спокойно предупредил Ваня, удаляясь следом за Геной. Стёпа на это кивнул, уже переодетый и лихорадочно, дрожащими руками зашнуровывающий коньки. Такие тренировки всегда напоминали настоящий матч. Тренировки один на один с другой командой ощущались так же нервно, поселяли в глазах некий азарт и наделяли огромным желанием победить. Хоть на трибунах никто не сидел, всё было пусто, со всех мест будто слышались ликующие и поддерживающие кумиров крики. Чуть выйдя на лед, Ваня почувствовал прилив адреналина, в точности как перед матчем. На льду их уже поджидал тренер вместе с тренером "Метеоров", которые выехали следом за "Вымпелами". Они впивались в соперников таким режущим и гордым взглядом, словно предсказывая их проигрыш. Но это всего лишь тренировка, чтобы разработать возможные стратегии или найти слабые места соперника. Незачем переживать и настраиваться так негативно и остро в сторону стоящей напротив команды. Ваня изучил каждого спокойным, дружелюбным взглядом, однако... Кое-что показалось ему странным. Что-то было не так в красной команде. — Итак, – начал тренер "Синих Вымпелов", – все "Вымпелы" на месте? – он строго осмотрел своих ребят, замечая каждого и убеждаясь в полной собранности команды. – Отлично. — Так, а у нас... – начал тренер "Красных Метеоров", осмотрев каждого парня – раз, два, три... – Так. А где Сиякин? "Метеоры" переглянулись друг с другом и пожали плечами в ответ тренеру. Точно, вот, что было не так. Рома Сиякин. Ваня сразу заметил его отсутствие. В чём причина? Барашкин действительно заподозрил, что с капитаном красной команды могло что-то произойти – он никогда, ни при каких обстоятельствах не пропускал тренировки. Команда без него вряд ли справится, хотя троим участникам, по правде, особого дела до этого не было. На их лицах все написано – не переживали, что одного сокомандника нет. Это всего лишь тренировка. Правда, даже на ней без такого игрока, как Рома, будет трудно. Данные у него хорошие, даже очень. Даже слишком хорошие. Ваня, как ни странно, это признавал и видел отчетливо. Правда на матчах Рома почему-то чаще пользуется гордостью и нечестностью по отношению к соперникам, а не своими прекрасными навыками и умениями. На тренировках он ведет себя несколько иначе. Это было странно. Вдруг со стороны входа на лёд что-то резко и громко, на все пространство, стукнуло. Это отворилась дверь, что стало очень неожиданно для тренеров, "Метеоров" и "Вымпелов". Секунда, и на лед выехал капитан красной команды. Рома ехал быстро, как мог, но как-то неуклюже, чем обычно. Однако тренер этого особо не заметил, как и его ребята, зато заметил Ваня. — Сиякин, чё опаздываем? – рыкнул на него мужчина. – Быстрей давай. Ты время видел? — Видел, – отозвался Рома, подъехав к своей команде. Голос показался немного сиплым, зато вид у парня был режущим, проходился по всем членам синей команды, в особенности по их капитану. Тот сглотнул, но взгляда не стал отводить от соперника. — А чё опаздываем? – повышенным тоном спрашивал тренер. В ответ получив только пожим плечами, он махнул на Сиякина рукой. — Ладно, потом объяснишь. Значит так!.. И тренер "Красных Метеоров" начал говорить громким тоном, давая тренеру "Синих Вымпелов" продолжить. Сегодня надо было показать себя наполную, ибо скоро матч. Важно истратить всю энергию сегодня и узнать, насколько высока готовность каждого члена каждой команды и как хорошо они обе подготовлены. Ваня слушал тренеров, однако взгляд его невольно падал на Рому. До жути странным и непохожим на себя казался. Его взгляд был стеклянным, словно не осознающим, где он находится и что сейчас говорит его тренер. Глаза просто скользили по нему, а понимания в них словно не было. Сам Рома был бледным, только щёки и губы пылали огнем и казались жаркими, горячими. По лбу стекали капли пота, что показалось особенно странным – он еще не начал играть, а уже выглядит вымотанным и уставшим после тренировки. Он был напряжён. Даже пальцы, которые чуть ли не до треска сжимали клюшку, были напряжены, и это чувствовалось даже на расстоянии. Ваня прищурил взгляд, изучая капитана красной команды и не обращая внимания на его мимолетно прицепившийся к нему взгляд, который в скором времени возвращался на тренера. "Что-то тут не так" – удостоверился про себя Ваня. — Ты что-то бледный, – шёпотом заметил Петя у Ромы, оценивая его. – Всё нормально? – на это Сиякин нахмурил брови, отвечать не стал, но по его шмыганию носом стало сразу все ясно. – О-о-о... А чё приперся-то? – спросил Петя, понимающе ухмыльнувшись. — Помолчи, – буркнул Рома, впиваясь все тем же будто неживым взглядом в тренера, который продолжал говорить. — Честно признаться, – Лёва придвинулся поближе к капитану, готовясь что-то ему сказать, что, по правде, было Роме безразлично, – стоя рядом с тобой, я чувствую, какой у тебя жар, – заметил он. Вместо ответа получил закатившиеся глаза и тяжелый вздох. – Сидел бы дома... — Разговорчики! – внезапно раздался рядом голос тренера, который близко приблизился к ребятам. – Еще хоть одно слово!.. – парни быстро закивали, настроившись на игру, которая вот-вот начнется. – Ты понял, Сиякин? — Понял, – буркнул он, снова шмыгнув и часто заморгав. Глаза слезились. Тренер кивнул, будто бы не замечая состояние парня, и отъехал в сторону. — Итак, по местам! Начинают капитаны, – провозгласил тренер "Синих Вымпелов". Ваня улыбнулся и подъехал к месту вбрасывания шайбы. Рома подъехал следом и остановился напротив Барашкина, не поднимая на него взгляд, причем Ваня, наоборот, отвести обеспокоенного взгляда с парня не мог. Он как будто бы сильнее побледел, только нездоровый болезненный румянец остался хорошо заметным. С Ромой явно было не всё в порядке. — Ром, – шёпотом окликнул его Ваня, ожидая падения шайбы на лед, – всё нормально? Сиякин не ответил. Открыл рот в возможной попытке что-то сказать, но тут же его закрыл, пытаясь сконцентрироваться на игре. Ваня больше ничего ему не сказал. И в этот момент игра началась. Пусть она была ненастоящей, а тренировочной, у Ромы явно было стремление победить "Вымпелов". Только шайба коснулась льда, он тут же, совсем недолго перебрав ее с клюшкой соперника, помчался вместе с ней к воротам. Ваня рванул за ним. Рома быстро передал шайбу появившемуся рядом Тарасу, который, казалось бы, смог обойти соперников и забить первый гол. Но Гена быстро урвал шайбу себе и помчал к воротам "Метеоров". — Ну давай, давай, – бормотал себе под нос Лев, видя приближающуюся шайбу и Палкина. Лева быстро среагировал и не позволил голу случиться – смог остановить шайбу и довольно ухмыльнуться, после чего отбить её от ворот. В это время рядом оказался Гоша, который тут же смог забить первый гол неожиданно для Льва, на лице которого отразилось удивление и непонимание. Он тут же уловил гневный взгляд слезящихся глаз Ромы и пожал плечами. Снова вброс шайбы. На этот раз взгляд Ромы показался более настойчивым и неготовым на проигрыш, будто он готов уничтожить команду капитана и его самого. Шайба стукается об лед, и ее быстро забирает себе снова Рома. На этот раз он катит в сторону ворот "Вымпелов" так, словно из-под лезвий коньков вовсю летят искры. Ваня за ним. — Рома, отдай Хитрюку! – крикнул тренер парню. Рома как будто бы не слышал крика и продолжал сам ехать в сторону ворот противников, специально не замечая Петю, который ехал совсем рядом. Признаться, это было ошибкой Ромы – нужно было и впрямь отдать пас Пете. Его вдруг нагнал Гена и, вырвав шайбу себе, понёсся к воротам "Метеоров". Гол снова забит. — Сиякин, ну как так! – разочарованно упрекнул тренер "Метеора". Ваня проводил глазами медленно катившегося Рому к борту. Кажется, он стал только бледнее, а румянец обжигал, как пламя. Ваня видел, как Сиякин вцепился руками в борт и тяжело выдохнул, и поспешил подъехать к нему. С каждым приближением понимал, насколько, мягко говоря, хреново выглядит соперник, и одновременно недоумевал, как он в таком состоянии пришел на тренировку. Подъехав совсем близко к Сиякину, Барашкин обеспокоенно начал: — Ром, тебе плохо? – только задав этот вопрос, "Вымпел" столкнулся с покрасневшими больными глазами, которые нервно впились в него, осуждая за что-то. Не получив ответа, Ваня продолжил: – Если плохо, может, тренеру скажешь? — Отвали, – плюнул хрипло Сиякин и проехал мимо, так же неуклюже, что насторожило Барашкина. Снова вброс шайбы. Рома ехал быстро, но почему-то пару раз чуть не рухнул на лед. Явно тяжело ехать, что было заметно всем. Барашкин, хоть и видел ухудшающееся состояние Сиякина, но прекращать играть не собирался. Рома гнал шайбу прямиком к чужим воротам, взглядом впиваясь прямо в сетку. Ваня нагнал соперника и почему-то быстро и сразу отобрал у него шайбу. Тот даже не стал защищать её и вести прямиком к цели, когда до нее осталось совсем немного. Ване, благодаря сокомандникам, снова удалось забить гол. В этот момент соперники отреагировали странно на приближающуюся шайбу. Так же, как и Рома, не стали защищать ворота и, следовательно, всю команду. Забив гол, Ваня обрадовался, как это обычно бывает, но обратил внимание на "Красных Метеоров". Сегодня что-то странная тренировка. Не такая, как обычно. Барашкин изучил лица "Метеоров" – взволнованные и устремленные куда-то в сторону ворот "Синих Вымпелов". Они катили к ним. Ваня нахмурил брови, явно недоумевая, что происходит, и последовал их примеру. Сердце в этот момент забилось с бешеной скоростью – Рома лежал на животе у ворот противников, казалось, без признаков жизни. Ваня рванул к нему. К Сиякину уже подъехала его команда вместе с обоими тренерами, которые уже сели рядом с ним на корточки и снимали с него шлем. Барашкин приблизился к Роме. Он лежал уже на спине благодаря тренерам и тяжело дышал. Он был красным, мокрым и, кажется, весь горит. А это было действительно так. Чуть тренер "Вымпелов" потрогал его лоб, как сразу и точно понял, насколько тяжело состояние парня. — Да у него температура, – сказал он, покачав головой. — Рома, – тренер "Метеоров" стал легонько хлопать парня по щекам, приводя в чувства. – Рома. Слава Богу, всё не так серьезно – Рома в скором времени с трудом открыл карие, которые теперь казались просто черными, глаза и встретил размытый потолок помещения. Что-то промычав, он заводил глазами из стороны в сторону и зацепился за своего тренера и тренера команды соперников, которые также стояли над ним и перешептывались. Поизучав непонимающим происходящего и особенно болезненным взглядом всех стоящих рядом, глаза остановились на Ване. Он был обеспокоен и сидел рядом с ним, касаясь нежно, как мог, его плеча. Это Рома, уже приходя в себя, сразу подметил и криво и слабо улыбнулся. Ваня повел бровью, но ничего не сказал. Только смотрел и наблюдал. — Давай, садись, – тренер "Метеоров" помог парню аккуратно сесть на лед, поддерживая его за спину. – Сколько пальцев показываю? — Два, – прохрипел Рома, фокусируя взгляд на тренере. Тот кивнул и сурово на него уставился. — Получишь у меня, Сиякин. Давай, в медпункт тебя отведу... — Давайте я отведу, – вызвался помочь Барашкин, вставая с корточек и аккуратно беря Рому подмышками. Оба тренера переглянулись, но согласно кивнули. Ваня осторожно, как мог, поставил парня на ноги. Делать это было довольно-таки тяжело. Рома был выше, а в данной ситуации ещё и немощным, что сам подняться, без падений, он бы вряд ли смог. Ощутив под ногами лед, он пошатнулся, однако напряженные руки Вани смогли удержать брюнета. Наладив равновесие, он, поддерживая соперника, покатил вместе с ним в раздевалку "Метеоров".

***

От Ромы несло жаром. Это ж нужно так разболеться, ещё и прийти на тренировку, которая больше, чем возможно ухудшит состояние! Ваня волновался и негодовал одновременно, но говорить Роме пока ничего не спешил. Он быстро доехал с ним до их раздевалки, чтобы снять коньки и добраться до медпункта. В таком состоянии он бы просто иным способом не дошел до него. Нужно было как можно скорее принять жаропонижающее и отправить спортсмена домой, чтобы отлежался и на следующую тренировку пришел с новыми силами. Ваня осторожно усадил соперника на скамью, а сам сел напротив него на колени. Пальцы, как назло, нервно подрагивали, что расшнуровывать коньки было довольно проблематично. Глаза Барашкина были напряжёнными и внимательно следили за тем, как руки неуклюже развязывают шнурки и как они сами путаются друг с другом. Большую роль играло не только волнение Вани, но и некий возникший дискомфорт. Он ощущал на себе пристальный взгляд Ромы, который следил и оценивал каждое движение парня. Ваня старался на него не обращать никакого внимания и, как бы невзначай, начал говорить немного севшим голосом: — Кто тебя просил приходить на тренировку в таком состоянии? — Никто, – тихо ответил Рома, облокотившись на спинку скамьи и не сводя с Барашкина взгляда. – Я сам. — Жить надоело, да? – упрекнул он его. — Нет... Наоборот. — Для тебя это могло плохо кончиться, – руки снова дрогнули, а Ваня все не решался взглянуть на уставшее и больное лицо парня. – Я знаю, ты к тренировкам всегда подходишь очень ответственно, но это не повод себя вот так мучить, – на это до Вани донесся тихий смешок Ромы. — А ты что... Волнуешься? — А? – не понял Ваня, на секунду прикратив развязывать шнурки уже на втором коньке. – Нет, ничего такого... – щеки предательски зарделись. Отчего – не ясно. Послышался тихий скрип скамьи. — Спрашиваешь, почему я пришел... – Рома отклеился от её спинки и чуть наклонился к Ване. – А может, я тебя увидеть хотел, – шепнул он. — А?.. – снова не понял Барашкин. На этот раз Ваня всё же поднял голову и взглянул на Рому. Тот всё так же выглядел болезненно и плохо. Волосы липли к мокрому блестящему лбу, щёки пылали нездоровым румянцем, глаза слезились и полуоткрыто смотрели на Барашкина. На лице Сиякина была кривая ухмылка, которая Ване сразу не понравилась, но вот его эти слова снова окрасили щёки в красный. Барашкин с сочувствием посмотрел на Рому и, оценив его вид, сделал вывод. Температура, кажется, выросла ещё больше, оттого парня несет куда-то не в ту сторону. Бредит. — Ром, ты... – не успел Ваня выразить свою мысль, как его губы оказались накрытыми чужими. Барашкин сжался, так и застыв. Пальцы держали два конца шнура, крепко их сжимая. Он ощутил, насколько горячи чужие губы, насколько Рома неуклюже старается целовать, блуждая кончиком языка по губам парня. Ваня в скором времени успокоился, расслабился и прикрыл глаза. Стал так же неумело отвечать на поцелуй, чуть мыча от жара чужих губ. Отпустил шнурки и переместил руки на затылок парню, прижимая его ближе к себе. Несмотря на то, в каком состоянии тот его целует, чувствовать его полностью через такой невинный, детский и нежный поцелуй было невыносимо приятно. Продолжая сидеть на коленях, Ваня будто вис на Роме, крепко сжимая его шею и чувствуя его крепкие руки на подрагивающих плечах. Барашкин чувствовал, что Рома жаждет большего, что он стал целовать более настойчиво и требовательно. Однако зайти дальше позволить не мог и нехотя отстранился. Жар Сиякина проник глубоко в тело Вани, отчего стало так тепло и даже жарко, будто у камина или у костра. Прекращать поцелуй не хотелось, но отвести соперника в медпункт было важнее всего на свете. — Пойдём, Ром... – тихо сказал Ваня, сняв конек, и помог Сиякину подняться. Тот так же вглядывался в глаза Барашкину, отчётливо видя в них смущение, грусть и счастье одновременно. Ваня приобнял недоумевавшего Рому и повел из раздевалки, будучи стопроцентно убежденным, что этот случайный поцелуй он запомнит навсегда. На лицо налезла довольная и счастливая улыбка, хотя Барашкин точно знал, что через время Сиякин об этом и не вспомнит.