От контракта до сердца

***

Питер проснулся от настойчивого стука в дверь. Он не спал почти всю ночь — глаза горели, голова болела. Его мысли были переполнены страхом и тревогой. Он знал, что этот день изменит его жизнь, но не понимал, как именно. Он был умён, наблюдателен, но при этом чрезвычайно замкнут. Всё детство его учили быть тихим, послушным, невидимым. Его воспитывали как омегу из «спецпроекта» — особо одарённого, но под контролем. Он не имел друзей, только инструкторов. Не имел семьи, только обязательства. И вот теперь он должен стать женой человека, которого даже не знает. На столе лежала папка с бумагами, запечатанная красной печатью. Его «опекуны» оставили её ещё вчера вечером, сказав только: — Завтра ты больше не будешь жить здесь. Подготовь вещи. Он провёл рукой по лицу, пытаясь собраться с мыслями. Он знал, что брак для омеги — это не редкость. Особенно таких, как он: молодых, красивых, покорных. Но Питер не чувствовал себя покорным. Он просто не знал, как сопротивляться. Снизу снова раздался голос — холодный, официальный: — Питер Паркер, пора. Вас ждут.

***

Тони Старк сидел за длинным столом в конференц-зале Башни Мстителей. Перед ним лежали документы. Он перелистывал страницы с выражением полного безразличия. На самом деле, он был раздражён. После событий, связанных с распадом команды, потерей любимых людей и множества союзников, он стал более циничным, закрытым, грубым. Он не доверял никому. Даже себе. Юрист терпеливо объяснял: — Это стандартный контракт. Брак заключается на три года, с возможностью продления или расторжения по обоюдному согласию. За это время вы получаете легитимное семейное положение, что поможет вашей компании получить доступ к ряду правительственных проектов. А Питер Паркер получает защиту, финансовую стабильность и статус. Тони фыркнул. — Вы серьёзно хотите, чтобы я женился на человеке, которого никогда не видел? — Он вам подходит по всем параметрам. Омега, молод, красив, воспитан, не доставит проблем. Просто декоративная вазочка на полке. Тони хмыкнул. — Или бомба замедленного действия. Юрист промолчал. Дверь открылась. Вошёл он. Питер. Высокий, стройный, с большими глазами, которые сейчас были наполнены страхом. На нём была простая рубашка и джинсы. Волосы аккуратно уложены, но взгляд был потерянным. Тони посмотрел на него. Неожиданно для себя, он почувствовал странное беспокойство. Этот парень не был похож на тех, кто обычно крутился вокруг него. Он не пытался угодить, не улыбался, не пытался казаться лучше, чем есть. Просто стоял и ждал. Как приговорённый. — Ну что, мальчик? — Тони скрестил руки на груди. — Готов стать моей женой? Питер вздрогнул. — Я… не хочу этого. Голос дрожал, но в нём была уверенность. — У тебя нет выбора, — ответил Тони резко. — Такова жизнь омег. Либо брак, либо дом для непристроенных. Ты хочешь этого? Нет? Значит, подписываешь. Питер медленно протянул руку к ручке. Его пальцы дрожали. Он посмотрел на Тони. Впервые их взгляды встретились. — Почему вы согласились? — спросил он тихо. Тони немного помолчал, а потом, положив скрещенные руки в замок на стол, ответил: — Мне нужно было что-то изменить. Даже если это будет ложь. Питер опустил взгляд и подписал документ. Тони тоже поставил свою подпись и с фальшивой улыбкой произнёс: — Отлично. Мы поженились.

***

Через несколько часов, после подписания документов, Тони вызвал всех мстителей на экстренное совещание. Он обвел взглядом лица собравшихся: Стив Роджерс, стоявший в стороне с непроницаемым выражением лица, а рядом с ним его друг Баки Барнс. Наташа Романофф, скрестившая руки на груди и внимательно наблюдавшая за Тони, Вижн, склонивший голову в задумчивости, и Ванда Максимофф, чьи глаза метались от одного лица к другому, выражая непонимание и тревогу. Решив, что молчание слишком затянулось, Наташа проявила инициативу. — Что случилось? — спросила она, скрестив руки. — Я женился, — коротко ответил Тони. Шок повис в воздухе. — Что? — Что?! Ты спрашиваешь у нас? — воскликнул Стив. — На ком?! — добавил Брюс, недоумённо щурясь. — На омеге. Питере Паркере. По контракту. — Это шутка? — спросила Ванда. — Нет. Это бизнес. Политика. Проект «Стабильность». Государственные субсидии. Воспринимайте как хотите. — Но ты же ненавидишь омег, — сказал Сэм. — Да, но люблю деньги и контроль, — отрезал Тони. Брюс задумался. — Я слышал о Паркере. Он из программы «Эклипс». Очень закрытый проект. Они работали с особыми омегами. Если он действительно оттуда… то у него могут быть проблемы с адаптацией. — Мне плевать, — сказал Тони. — Пусть живёт, где ему сказали. После слов Старка послышались вздохи разочарования.

***

Питер был перевезён в особняк Старка. Всё происходило как в тумане. Ему показали комнату, которую он теперь должен называть своей. Одежду, которую он должен носить, правила, которых он должен придерживаться. Правила оказались строгими. Никаких ночных вылазок, никаких контактов с внешним миром без разрешения, прогулки по Башне после отбоя запрещены. Питер чувствовал себя словно в золотой клетке. Осмотрев комнату он удивился. Комната оказалась просторной, светлой, с огромным окном. Обстановка была минималистичной, но дорогой: кровать с балдахином, письменный стол из темного дерева, шкаф, в котором уже висела новая одежда. Питер машинально провел рукой по шелковистой ткани рубашки, словно пытаясь убедиться, что это реальность. Но намного точно дал понять, что это реальность, грубый голос Старка в дверях. — Не думай, что это что-то значит. Ты просто часть сделки. Ничего личного. Питер резко повернулся к нему, осмотрел его лицо и кивнул. Когда дверь закрылась, он опустился на край кровати и обхватил голову руками, начал задавать себе вопросы: Он был свободен? Нет. Он был в безопасности? Возможно. А может быть, он просто попал в новую клетку?