Белый лис

Как-то быстро я смирился со всей этой ситуацией, не было слёз и истерик, депрессии. Толку от них? Хотел сперва взгрустнуть, но, немного поразмышляв, передумал. Назад я точно не вернусь, так что надо привыкать к новому себе. Далеко не каждому выпадает второй шанс, так зачем изводить себя нервами? Кто я такой, чтобы перечить высшим силам, которые меня сюда отправили? Я жить хочу! Человек — это такое создание, которое может приспособиться к любым жизненным кувыркам и пинкам судьбы. Подумаешь, новый мир! Ха, где наша не пропадала! Выживу, приспособлюсь, с моим-то авантюрным характером это будет проще простого. Зато сколько здесь, наверное, всего интересного. Нужно спокойно принять себя нового и всю эту ситуацию, что я, впринципе, и сделал. Следующие несколько недель я занимался узнаванием нового себя и своей второй сущности. Если первые дни оборот занимал много времени и концентрации, то теперь я мог превратиться в лиса за долю секунды. Оказывается, я очень даже быстро бегаю, хорошо прыгаю и мастерски карабкаюсь по деревьям (не знал, что лисы так могут! Но я ведь необычный!), отлично вижу в темноте, слышу во стократ лучше прежнего и могу учуять запахи на несколько километров вперёд. И, скажу я вам, всё это мне очень понравилось. Себя в облике лиса я тоже рассмотрел. Белоснежная шерсть сияла на солнце, удлинённая морда с чёрной точкой носа и рядом острых зубов была очень изящна, глаза сверкали синевой, на кончиках ушей были небольшие кисточки и отдавали голубым оттенком, как и концы обоих хвостов. Сам мех был мягким, словно шёлк. Лапы тонкие, но сильные, гибкий, юркий и ловкий. Красавец! Никогда не видел таких. Со временем я научился добывать пропитание (есть-то хочется!) — пятнистого рогатого зайца. Он так вкусно пах, что у меня слюнки текли, а желудок издавал позорно громкие звуки. Побегать пришлось изрядно, слишком он юрким оказался, но после нескольких неудачных попыток я приноровился и, о чудо, у меня получилось его поймать! Правда с разделкой и костром я помучился, но мои усилия принесли плоды. По ходу дела научился отращивать на руках когти, которые остротой своей посоперничают с поварским ножом! Смотрелось, правда, жутковато. Когда в первый раз попробовал жареное на костре мясо, добытае собственноручно и с большим трудом, думал, что пальцы съем, такое вкусное и нежное оно оказалось. Проглотил и не заметил, пришлось ещё одного ловить. Вот им я уже неспеша наслаждался. Потом и рыбачить научился: застывал на одном месте, а когда рыбка подплывала — клац, и она уже у меня в зубах. Благо живность тут не пуганная. Я оставался на той же поляне, где и очнулся. А что? Вода есть, еду я добыть могу, кусты с ягодами и фруктовые деревья тоже имеются, рог зайца выточил под нож, хотя мои когти поострее будут, а идти неподготовленным в новый мир было, если честно, боязно. Останавливало ещё и моё незнание. Хоть я и свыкся с новым собой, но сперва надо пообвыкнуться, изучить силу и возможности нового тела, а уж потом и отправляться на поиски живых существ. Интересно, кого я здесь встречу? Лежанку я устроил из огромных листьев какого-то растения, которое росло тут на каждом шагу. Сверху листья были очень крепкими и гладкими, а вот с другой стороны нежными и мягкими. Чем-то они напоминали земные лопухи, только намного крупнее и в длину около метра были, но спать на них и укрываться было одно удовольствие: удобно, тепло и мягко. Даже соорудил себе что-то наподобии набедренной повязки из такого же листа, а то голым ходить я как-то не привык, плюс ветер задувает, да и хозяйство висит на всеобщем обозрении (хотя кто меня здесь видит?). Да и вообще, в «одежде» было привычнее. Недалеко от берега сделал себе кострище, приволок поваленное дерево вместо сидушки, пенёк замест стола, воду пил прямо из озера. В человеческом виде было, конечно, не очень, хоть она и кристально чистая оказалась, не чета нашим, поэтому лакал в лисьем обличье, а утолив жажду, превращался обратно. Местные ягоды и фрукты тоже попробовал. Наблюдал, какие птицы клюют, а какие нет, потом принюхивался и с опаской ел. Птицы, кстати, тут интересные обитали: размером с земную ворону, а вот оперение было радужным. Очень красиво смотрелось. Поймал я такую одну, выщипал и сделал из перьев себе ожерелье. Прикольное получилось, яркое. Я ещё и в волосы несколько засунул. Потом в отражении себя увидел и долго ржал, Чингачкук отдыхает! Саму птичку я запёк в том же «лопухе» (посуды-то у меня нет) и попробовал. Мяса мало, костей много, но на перекус пойдёт. Ягоды оказались вкусные. Оранжевые и мелкие, что на кустах росли, очень напомнили по вкусу земные персики, только были без косточек. А вот тем, что росли на дереве, я аналога не нашёл. Размером с большое яблоко фиолетового цвета с мелкими красными крапинками, а внутри наоборот — красные с фиолетовыми косточками. Я долго к ним присматривался, не решаясь опробовать, но местное зверьё и птицы их просто сметали. Рискнув, не пожалел. Вкусно, сытно и сочно, пусть на вид и не очень аппетитно. Я часто бегал во второй ипостаси, сроднился со своим лисом, но дальше пяти-шести километров от своей поляны не уходил. Мог часами лежать и наблюдать за местной фауной, чутко прядя ушами, прислушиваясь и принюхиваясь. Да и сам воздух в этом мире был чистым, густым и насыщенным, без выхлопных газов и дыма, наполненный разнообразными лесными запахами. Иногда от него кружилась голова, или мне так только казалось? Щебет птиц, колыхание травы, шелест листьев, журчание воды… всё это приносило умиротворение и покой. В один из вечеров, плотно поев жареного мяска зайца в прикуску с «персиками», я расслабленно лежал на своей импровизированной постели и смотрел на ночное небо. А оно отличалось от земного. Здесь было две луны (или как их тут называют). Одна мелкая совсем и голубого цвета, а вторая побольше и белая, и небо было просто усыпано яркими звёздами. Сотни, тысячи светящихся точек на почти чёрном небе — это так красиво! Раньше я не обращал на эту красоту внимания, погруженный в свои мысли и заботы, вечно спешащий куда-то. Да и не особо в городе всё это увидишь. А тут у меня была прорва времени на любование. Здесь даже дышать было легко. Мысли сами собой вернулись в прошлое. Интересно, как там родные? Родители, сестра с мужем, Карина, немногочисленные друзья… Похоронили уже меня, наверное. Хорошо, что я не единственный ребёнок в семье, родителям проще будет, да и племяшка моя заскучать никому не даст, егоза мелкая. Потом вспомнилась авария, лица детей, визг грузовика, крики. Если бы можно было время повернуть назад, я бы снова так поступил. Однозначно. Я ни о чём не жалею. Так и уснул, погружённый в воспоминания. На следующий день я решил пробежаться по своим владениям. Это я так назвал территорию, что пометил. Как и все животные тёрся мехом о деревья, оставляя свой запах, и… мгм… писал. Бегу, никого не трогаю, отпугиваю местное зверьё своим рычанием, любуюсь флорой. Перекинулся в человека, чтобы немного перекусить ягодами, и так засмотрелся на один миленький цветочек, что пропустил огромного кабана. Тот вылетел из-за кустов и налетел прямо на меня. Повезло, что задело лишь немного. Я успел перекатиться подальше, и удар пришёлся вскользь по ноге. Так растерялся, что совсем забыл про вторую сущность. Смотрел на дикого огромного зверя и соображал, что мне делать. Эх, слишком я расслабился, а ведь неизвестно кто в этом мире водится, и, если я не встречал никого опасного, это не означает, что таких здесь нет. Тем временем кабан развернулся и уставился на меня кроваво-красными глазюками, из ноздрей валил пар, оба здоровенных бивня были в крови, копытом землю бьет, а я голый, без оружия, посередине малюсенькой полянки, спрятаться негде, убежать не успею. Пиздец, как страшно стало, а умирать в мои планы не входило. Кабан фыркнул, пошатнулся и побежал на меня, я чисто интуитивно выставил руки вперёд (ага, как будто это поможет его остановить!) и взмолился всем богам о спасении. И вдруг с моих ладоней сорвалось голубое сияние и полетело прямиком в зверя. Ррраз! И вот он разрублен пополам, почти достигнув меня. Чужая кровь брызнула, пачкая мою кожу, лицо, волосы, а я сидел с открытым ртом и расширенными от ужаса глазами и рвано хватал воздух. Меня всего колотило мелкой дрожью, страх липкими щупальцами опутывал тело, не давая ясно соображать. Был бы шатеном, как прежде, однозначно поседел бы! Сколько так просидел, не помню. Очнувшись, хлопнул себя по щекам. «Приди в себя, Косточка! Неженка, блин,» — одёрнул сам себя и медленно поднялся, хоть ноги и тряслись от пережитого страха. Осмотр кабана заставил сделать несколько выводов: у меня всё-таки есть магия (иначе чем назвать те воздушные лезвия, выпущенные из моих рук, что разрубили зверя пополам?); в этом лесу водится зверь покрупнее пятнистого рогатого зайца; люди тут всё-таки имеются, ибо на боку кабана я заметил свежие следы от ран. Они были нанесены чем-то острым (может мечом или ножом), да и сама животинка в крови была, когда выскочила на меня. Перекинулся в лиса и принюхался. Со стороны кустов, откуда появился кабан, доносился чужой запах смешанный с кровью. Осторожно ступая, направился туда. Примерно через минут сорок набрёл на «поле боя». Земля разрыта, трава выкорчевана, местами примята, кровь повсюду, кусты поломаны… А на земле, облокотившись о ствол дерева, лежал человек. Человек! Я замер, рассматривая его. Ничем от земных он не отличался: на вид лет тридцать, короткие волосы русого цвета, уши, нос, рот как и у всех, одет в штаны и рубаху коричневого цвета, жилет и сапоги были темнее, рядом лежат рюкзак и баул, огромный нож и сломанный лук. Он был жив, но без сознания, грудь часто вздымалась, и дыхание было шумным. Одной рукой мужчина зажимал кровавый бок. Больше никого рядом с ним не было. И нахрена он, спрашивается, один попёрся в лес? Время шло, а я будто прирос к одному месту. Мысли разные в голову лезли. Никак не верилось, что встретил разумного. Тряхнув головой, прогнал оцепенение, немного осмелел, в груди быстро забилось сердце, это первый встреченный мной иномирянин! Хотя… Глянув на его состояние, уверился, что скоро он станет мертвецом. Нет! Этого я допустить не могу, должен же кто-то меня просветить по поводу этого мира, его населения и законов. Я ведь даже названия не знаю! Перекинулся, медленно и осторожно приблизился. Присев на корточки, осмотрел незнакомца. Рана была глубокая и рваная, на лбу пот, дыхание порывистое. — Извини, — прошептал я и полез в рюкзак, вдруг там лекарство какое найдётся. Нашлось. Несколько мешочков с какими-то порошками. Каждый был подписан, и я с удивление обнаружил, что прекрасно понимаю написанное. Хорошее умение. — Не то, и это не то… О! Заживляющее, — прочёл я и сыпанул на рану аж полмешочка. Потом перевязал ранение «лопухом» и задумался, как мне его к себе на полянку перенести, он-то покрупнее меня будет. Соорудил из толстых веток носилки (хотя это громко сказано, так переносочка хлюпенькая), перевязал стеблями от тех же «лопухов», они на редкость крепкими оказались, а если хорошенько размять в руках, становились мягкими и гибкими. С трудом переместил туда человека, в ногах пристроил рюкзак, перекинулся в лиса, зажав между зубов стебель, и потопал в сторону дома. На дорогу ушло много времени. Я часто останавливался и проверял свою находку. Добрался до поляны уже в сумерках. Разжёг костёр, уложил человека на свою постель, попытался напоить из его же фляги, там какая-то травяная настойка оказалась, а сам быстро ополоснулся, перекусил и, перекинувшись, скрутился рядом, обхватив себя хвостами. Замёрзнуть я не боялся, мех у меня тёплый, шкурка толстая, да и ночи тут не холодные. Погода днём была летняя, градусов под тридцать, зато ночь приносила приятную прохладу. Вообще погодные условия в этом мире были отменные. Лежу, рассматриваю свою находку. Шрам около брови, морщинки посерёд бровей, родинка на шее. Руки оказались в мозолях, грубые и большие. Видать много работает. Интересно, кто он такой? Я хоть и называл в уме его человеком, но кто знает. Лишь бы выжил, а там и познакомимся. Вопросов у меня накопилась уйма. Спал этой ночью плохо. То и дело просыпался, перекидывался, стирал пот с его лба, смачивал губы, перевязал заново рану, присыпав порцией заживляющего порошка. Как ни странно, но рана уже начала затягиваться. Магия, не иначе. Или регинерация у незнакомца оказалась просто отменной. Ладно, надо поспать. Утро вечера мудренее. А мне ещё за оставшимися вещами найдёныша идти, да и тушку кабана оставлять не хотелось, жалко, мясо всё-таки. Так, думая о планах на завтра, я и уснул.