Белый лис

Стая, значит. Ага, из двух оборотней, один — необученный ребёнок, а второй — смесок. Я лежал и переваривал информацию, что вывалил на меня Крит. По своим скудным познаниям в области жизни оборотней даже я понимал, что статус вожака накладывает определённые обязанности на мои плечи. Допустим, дом у нас уже есть, деньги найдём, ту же куйчу можно продавать. А вот что делать с защитой? Допустим, выйду я в люди, покажу своего зверя, и что? Что меня ждёт дальше? По рассказам Крита на Зелёном мысе идёт борьба за власть, хоть совет и существует, ни за что не поверю, что стычки, подковёрные интриги и подлости не имеют места. Власть всегда шла рядом с предательством во всех мирах. Значит, нужно найти тех, кто сможет нас защитить. А как это сделать? Правильно, отправиться с Критом в большой мир, но перед этим нужно показать ему своего лиса и прояснить некоторые моменты. Интересно, а какой зверь у него самого? — Крит. — Да? — Скажи, кто я для тебя? Он ненадолго задумался. — Вожак. Глава. Младший брат, которого нужно защищать. Ребёнок, но и сильный зверь одновременно. Если честно, у меня иногда такое чувство, что ты старше меня, — улыбнулся Крит. — Есть в твоём взгляде что-то такое… Не знаю, как выразиться. Будто ты живёшь уже давно, но в то же время твоя наивность и незнание элементарных вещей… Скажем так, в тебе сочитаются мудрость взрослого и непосредственость ребёнка. Это интересно. — А если я открою тебе секрет, что ты сделаешь? — Ничего, буду его хранить. Ты принял меня в стаю, Костя. Меня, безродного смеска, от которого все отказались и пользы почти ноль, посчитал достойным такой чести. Ты и Кайли теперь самые важные для меня во всём мире существа. Можешь рассчитывать на мою абсолютную верность и преданность. Этим всё сказано. А мне в голову вдруг пришла одна безумная идея. — Скажи, а Кайли согласиться войти в нашу стаю? Он всё-таки твой будущий муж. Крит прямо просиял от моих слов. — Конечно! Он хороший и добрый, ты не пожалеешь, Костя, обещаю. — Может у тебя есть кто-нибудь на примете, кто захочет в нашу стаю? Порядочный, верный и честный? — Есть. Её зовут Элизабет. — Женщина? Ты вроде говорил, что их мало осталось, я думал, их берегут. — Так и есть. Вот только Эли особый случай. За десять лет брака она так и не смогла понести, целители сказали, что скорее всего женщина бесплодна. Муж от неё сразу отказался, а родные не приняли назад. Элизабет осталась одна, ей некуда было идти, пришлось скитаться по улицам, перебиваясь редкими заработками. Ты не подумай, она собой не торгует, то в лавке поможет, мне вот иногда в кузне. Она хорошая, просто судьба у неё не простая. — Хорошо, пообщаюсь с ней, раз ты говоришь, что Элизабет нам подходит. Ещё кто-нибудь? — Ну… — замялся Крит. — Колись давай. Кто? — Вит. Он в последней стычке кланов любимого супруга потерял. Вит — оборотень-медведь, сильный и выносливый, никого в беде не бросит, в помощи не откажет. Только вот… после гибели Алима покинул стаю и стал жить отшельником. — И с ним встретимся. Будем разбираться на месте. А сейчас собирайся, мы идём в наш новый дом. Все вопросы потом, — осадил я смеска, который собирался что-то спросить. Времени на сборы ушло мало. Крит свои пожитки быстро сложил, а у меня особо ничего и не было: радужные перья, рога зайцев, бивни и копыта кабана, да мясо. Крит, увидав всё это добро, назвал его сокровищем. Оказывается, все эти мелочи были очень дорогими. — А теперь я покажу тебе своего зверя, — эх, была не была. И через мгновение на поляне стоит уже не молодой длинноволосый парень, а белоснежный изящный двухвостый лис. От реакции названного брата хотелось рассмеяться. Он замер, глаза стали огромными от изумления, я не мешал меня рассматривать, покружился, поводил хвостами из стороны в сторону, обнюхал его всего, лизнул в нос. Крит отмер минут через десять. — Элайди, — прошептал он с придыханием. — Ты, Константин, потомок королевского рода лисов. Невероятно! А потом добавил ошеломлённо: — Это получается, что и я теперь в роду? Крит Элайди, — протянул, смакуя. — Красиво звучит. «Насмотрелся? Давай сам перекидывайся, дорога нам предстоит не близкая. Все вопросы потом,» — произнёс я мысленно, и меня услышали. — Костя, я не могу перекинуться, — поник мой названный брат. «Почему?» — не понял я. — Я же смесок. «И что?» — Ох, и намучаюсь я с тобой, Косточка, — вздохнул Крит. — Я не могу перекинуться сам в первый раз, мне нужна помощь сильного зверя. Он должен направить мою вторую сущность, заставить проявить себя, выйти из спящего режима. И только после этого я смогу сам перевоплощаться, если, конечно, получится. «Я что-то не понял, ты никогда не менялся? Никогда-никогда?» — Когда был совсем юнцом, просил нескольких сильных вожаков призвать моего зверя, но я же безродный смесок, пользы клану от меня нет, так что никто не соглашался. Лишь вожак клана Диких кошек согласился, думаю, из-за того, что мой отец когда-то был в их стае, но… у него не получилось пробудить мою вторую сущность. После этого я оставит попытки, смирился, что никогда не обернусь. А в голосе столько горечи и слепой надежды. Кого ты пытаешься обмануть, Крит? «А я смогу призвать? Кстати, что у тебя за зверь?» — Отец был пантерой. Значит и я тоже. Миг, и я снова человек. Сел по-турецки, прикрыв причиндалы, и спросил: — Что нужно делать? Он засмущался, отводя взгляд. — Я не знаю. Ясно, что ничего не ясно. И тут я вспомнил, как медицировал сам, как общался со своим лисом. Попробовать так же? — Садись напротив меня, — давал я наставления. — Закрой глаза и очисти голову, думай лишь об обороте и своём звере. Эх, была не была. Я прикрыл веки, положив одну руку на грудь мужчины, а второй прикоснулся к его лицу. Время замедлилось. Чувства обострились. Я увидел тонкую золотистую нить, что соединяла нас двоих. Это и есть наша связь? От Крита отходила ещё одна нить, только белая, скорее всего она вела к жениху. Я сосредоточился на нашей связи, приласкал её. Не знаю как, но я ощущал Крита духовно. Скорее всего, мы полностью доверились друг другу и открылись. Я начал искать сам не знаю что. Увидел магию смеска — оранжевый сгусток округлой формы. Шарик был небольшой, размером с орешек, но энергичный. Ведомый шестым чувством, погладил его и тут же ощутил, как он тянет из меня магию. Шарик стал увеличиваться, приобретая красноватый оттенок, становясь размером с грецкий орех, а у меня в груди запекло. Это благодарность? Да на здоровье! Я долго бродил по чужому сознанию и, кажется, нашёл то, что искал: здоровый чёрный кот метался из стороны в сторону, будто находился в невидимой клетке. Вдруг он замер и посмотрел прямо в мои глаза. «Привет,» — мысленно сказал я. «Меня Костя зовут. Я за тобой пришёл.» Пантера внимательно меня разглядывала, изучала, всматривалась. «Я не могу выбраться,» — произнесла она (или он?) голосом Крита. «Почему?» «Что-то не пускает.» «А если я тебя выпущу, пойдёшь со мной?» «С тобой — пойду,» — ответил кот. «Ты сильный.» Я протянул руку и дотронулся до гладкой шерсти, зверь замурчал, подставляясь под ласку. «Ну что, идём?» — спросил я. «Хватит сидеть взаперти. Снаружи намного интересней.» Я открыл глаза и оказался на своей поляне, а передо мной сидел красивый чёрный оборотень-пантера. Следующие несколько часов я только вздыхал и порыкивал. Зверь, впервые выбравшись наружу, резвился, бегал, прыгал, вилял хвостом и плескался в озере словно маленький ребёнок, дорвавшийся до свободы. Поохотился за моими хвостами, напомнив мне обычного земного кота. Я терпеливо ждал, сам помню такое же чувство лёгкости и эйфории. Пусть наиграется, времени хватает. Когда кот, тяжело дыша, с грохотом опустился возле меня, солнце было уже высоко. Пора бы и в путь выдвигаться. — Наигрался? — Ррррр, — довольно. — Может перекинешься? — Ррррр, — яростно. — Крит, — позвал я своего друга. — Успокойся и расслабься. Ты теперь полноценный оборотень, понимаешь? Сможешь менять сущность в любое время. — Спасибо, Косточка, огромное спасибо! — благодарил меня названный брат, сверкая глазами, обнимая меня от переизбытка чувств. — Я не думал, что это будет так потрясающе! Как будто я цельный, понимаешь? — Понимаю, конечно. А ещё у тебя магия усилилась, — обрадовал я Крита. — Да? А я думал, что за сила во мне бурлит, списал на оборот, — и тут же создал огненный шар размером с мою голову. — Ого! Втрое больше прежнего! Спасибо, Косточка. Отныне моя жизнь в твоих руках, — поклонился он. — Скажешь тоже, ты — мой первый и единственный друг и названный брат. Выдвигаемся? До замка добирались долго. Оборотень постоянно отвлекался на всё подряд, даже за пятнистым рогатым зайцем погонялся. Я его не одёргивал, прекрасно понимая. Добравшись до места, я перекинулся. — Добро пожаловать в наш новый дом, Крит. Он заозирался и с непонимаем спросил: — Но здесь ничего нет. Только лес. Ты уверен, что ничего не перепутал? — Уверен, — засмеялся я. — Дай руку. Протянув конечность, ухватился за мою, и я провёл нас сквозь барьер. Воздух заискрился, и перед нами появился замок, такой же белоснежный и прекрасный, каким я его покидал утром. В который уже раз за этот день Крит выпал из реальности. Пришлось несильно ущипнуть его. — Пойдём, выберешь себе комнату. А потом уже осмотримся. Крит выбрал ближайшую к лестнице спальню, даже не осматривая остальные, пояснив, что когда приведёт Кайли, пусть он и выбирает, а ему всё равно. Потом мы завалились на кухню. Пантера осмотрел запасы, разложил наши и принялся за нехитрый ужин, обед мы благополучно пропустили. После мы с ним засели в библиотеке, которая вызвала у мужчины восхищение. — Сколько здесь редких фолиантов! Костя, это же настоящее сокровище! — У тебя всё сокровище, — засмеялся я. — Ты просто не знаешь, как дорого ценится всё то, что ты считаешь обычным! — попрекнул меня. Крит нашёл парочку книг и дал мне прочитать, пояснив, что я должен хотя бы азы знать, объяснял то, что было не понятно, дополнял своими словами. А через три дня мы решили, что пора выдвигаться в большой мир. Интересно, что нас ждёт впереди?