Omni-Mark

Он очнулся с резким вдохом, как будто вынырнул из глубокой воды. Лёгкие горели, сердце бешено колотилось. Всё тело дрожало. Он лежал на холодной земле, среди деревьев, окружённый тишиной, которая казалась неестественной. Ни машин, ни голосов, ни даже далёкого гула цивилизации. Только лес. Густой, чужой, давящий. — Где я?.. — вырвалось у него, но голос прозвучал глухо, будто не его. Он с трудом поднялся на ноги, шатаясь, как пьяный. Всё вокруг кружилось. Он чувствовал, как паника поднимается изнутри, как волна, накрывающая с головой. Он не помнил, как сюда попал. Последнее, что вспоминалось — обрывки. Комната. Экран. Свет. А потом — пустота. Он посмотрел на свои руки — и замер. Это были не его руки. Они были крупнее. Сильнее. Обтянуты плотной тканью, как у супергероя из комиксов. Красные перчатки с белыми вставками. Он опустил взгляд — и увидел, что весь его наряд выглядел… странно. Ярко. Нелепо. Белый верх, красный низ. Плащ. ПЛАЩ?! — Что за чёрт… — он начал дёргать ткань, пытаясь снять её, но она не поддавалась. Будто срослась с телом. — Что это за костюм?! Почему он на мне?! Он начал кружиться на месте, оглядываясь, как будто от этого что-то прояснится. Но лес был безмолвен. Ни тропинки, ни дороги, ни людей. Только деревья, высокие и чужие, с листвой, отливающей серебром. Он не узнавал ни одного растения. Ни одного звука. — Это сон… Это просто сон… — пробормотал он, хватаясь за голову. — Я сплю. Я должен спать. Я… я не мог… я не… Он споткнулся о корень и упал на колени. Земля под ним была влажной, холодной. Он сжал её в кулаке, пытаясь убедить себя, что это иллюзия. Но всё было слишком реально. Слишком живо. Он чувствовал,Как дышит лес. Как дрожит его собственное тело. Он попытался встать — и случайно оттолкнулся слишком резко. Слишком сильно. Его тело дёрнулось вперёд, и он врезался в ближайшее дерево с такой силой, что кора треснула. Он отшатнулся, ошарашенный, но… боли не было. Ни синяка. Ни ссадины. Только глухой удар и странное ощущение, будто он ударил не телом, а чем-то… прочнее. — Что… что происходит?.. — прошептал он, глядя на свои руки. — Почему я не чувствую боли?.. Он не знал, что с ним. Не знал, что теперь он — не просто человек. Он не знал, что его тело больше не его. Что внутри него — сила, способная разрушать горы. Он не знал, что стал кем-то другим. Он просто стоял в лесу, один, в чужом теле, в чужом мире, охваченный ужасом, который сжимал его горло, не давая дышать. И лес молчал. Как будто ждал, когда он поймёт. Он медленно обошёл вокруг дерева, как будто надеялся, что оно даст ему ответ. Страх сжимал его сердце, заставляя каждую клетку тела дрожать. Он не знал, что делать. Мысли путались, как листья в буре. Все, что он мог — это ходить вокруг, повторяя в голове: «Что мне делать? Как выбраться отсюда?» Не зная, сколько времени прошло, он всё же решил, что нужно идти прямо. Если он будет двигаться, возможно, найдёт выход из этого леса. Шаг за шагом, он углублялся в зелёную бездну, но лес лишь становился гуще, а его страх нарастал. Каждое шорох, каждый треск ветки заставляли его сердце колотиться всё быстрее. Он вспомнил, как в фильмах герои создавали укрытия, когда оказывались в опасности. «Да, это может сработать!» — подумал он, пытаясь подбодрить себя. Он остановился, огляделся и, собравшись с мыслями, начал искать подходящие ветки и листья. Собрав несколько палок, он попытался сложить их в нечто похожее на укрытие, но руки дрожали от страха, и всё, что он делал, выглядело нелепо. Ветки падали, листья разлетались в стороны, а он всё больше запутывался в этом странном процессе. — Чёрт, как это делается?! — прошептал он, чувствуя, как стыд поднимается к щекам. Он посмотрел на то, что получилось, и его охватило смятение. Это выглядело так, будто кто-то просто раскидал хлам по земле. Он испытывал испанский стыд, осознавая, как нелепо выглядит. В голове не было ни одной мысли, которая могла бы помочь. Он просто стоял, глядя на своё творение, и не знал, что делать дальше. — Может, просто… просто сесть и подумать? — произнёс он, но даже это казалось глупым. Как можно просто сидеть, когда вокруг такой ужас? Он снова взглянул на лес, который казался всё более угрюмым и неприветливым. Внезапно его охватило чувство полной безысходности. Он опустился на землю, чувствуя, как холод проникает в его кости. Вокруг царила тишина, и только его дыхание нарушало эту невыносимую атмосферу. Он взял два камня, пытаясь вспомнить, как его предки, возможно, добывали огонь. Его руки тряслись, но он сосредоточился, ударяя камни друг о друга, надеясь, что искры вспыхнут. Собрав немного сухих листьев и мелких веток, он продолжал пытаться. Удары камней отдавались в тишине, как удары сердца, но огня не было. Он чувствовал, как его надежда тает с каждым неудачным ударом, как пламя, которое не может разгореться. — Почему это так трудно?! — воскликнул он, глядя на свои руки, полные грязи и усталости. Он снова попытался создать укрытие, но ветки не держались, и всё, что он собрал, рассыпалось, как карточный домик. Внезапно он почувствовал, как слёзы наворачиваются на глаза. Он зарыдал, не в силах сдержать нарастающее чувство безысходности. Как он оказался здесь? Почему он не может сделать ничего правильно? Он бросил камни с такой силой, что они улетели в темноту, не оставляя следа, и он не заметил, как они исчезли в лесу. — Кто это сделал? Почему я здесь? Что от меня хотят?! — кричал он в глухую тишину леса, его голос эхом разносился среди деревьев. Темнело, и страх заползал в его душу, как холодный ветер. Он чувствовал, что вокруг него скрываются дикие животные, готовые напасть в любой момент. С каждой минутой страх нарастал, и он, стиснув зубы, решил, что нужно забраться на дерево и переждать ночь там. Это казалось единственным разумным решением. Он встал, обернулся и увидел, как лес погружается в темноту. Тени становились длиннее, а шорохи вокруг звучали всё угрожающе. Собрав последние силы, он направился к ближайшему дереву. Его сердце колотилось, а дыхание участилось. Он начал подниматься, хватаясь за ветки, и, наконец, добрался до одной из нижних веток, где мог устроиться. Сидя на ветке, он пытался успокоить своё дыхание, но страх не покидал его. Ночь окутала лес, и он чувствовал себя как никогда уязвимым. Каждое шуршание, каждый звук казались ему зловещими. Он прижался к стволу дерева, стараясь слиться с тенью, надеясь, что никто не заметит его. Он закрыл глаза, но всё равно видел, как тьма вокруг него сгущается, и страх сжимал его сердце в железных тисках. Он сидел на ветке, прижимаясь к стволу дерева, но сон не приходил. Час прошёл, а его мысли всё ещё метались в панике. Внезапно он услышал странные звуки — шорохи, как будто кто-то крался по земле, и тихие шепоты, которые звучали как отголоски древних лесных тайн, полных зловещего предвестия. Сердце его забилось быстрее, и он прижал уши к ветке, стараясь уловить источник этих звуков. В темноте начали появляться тени. Он прищурился, пытаясь разглядеть, что происходит. И вот, из-за деревьев, он увидел их — жуткие существа. Некоторые ползали по земле, словно сгнившие корни, а другие, как ночные кошмары, взбирались по стволам деревьев, окружая его. Они выглядели как Вендиго — длинные, иссохшие, с изогнутыми конечностями и ненасытными глазами, полными жажды и безумия. Их кожа была бледной, почти прозрачной, как у мертвеца, а зубы острыми, как ножи, блестели в тусклом свете луны. Они двигались быстро и бесшумно, словно тени, и каждый их шаг вызывал у него первобытный ужас. Он почувствовал, как холод пробирается по спине, и его дыхание перехватило. Эти существа были не просто жуткими — они выглядели голодными, как хищники, готовые разорвать свою жертву. Их глаза светились в темноте, и он знал, что они ищут его, как звери ищут свою добычу. — Нет, нет, нет… — прошептал он, пытаясь подавить нарастающую панику. Он знал, что не может оставаться здесь. Если они поднимутся на дерево, у него не будет шансов. Он начал медленно двигаться по ветке, стараясь не издавать ни звука, но страх сжимал его горло. Существа продолжали шептать, их голоса сливались в жуткий хор, который заставлял его кровь стынуть в жилах. Он смотрел вниз и видел, как некоторые из них уже собрались у основания дерева, их длинные, искривленные руки тянулись к нему, как будто они могли почувствовать его страх, как будто сами были воплощением его худших кошмаров. Его разум заполнился мыслями о побеге, но куда он мог идти? Лес был полон этих жутких созданий. Он знал, что должен действовать быстро, прежде чем они заметят его движение. Собравшись с силами, он сделал шаг назад, стараясь сохранить равновесие, но ветка под ним треснула. Существа замерли, их головы резко повернулись в его сторону, и он увидел, как их глаза наполнились жадностью. Он замер, сердце колотилось в груди, как барабан. В этот момент он понял, что его время истекает. Он должен был спрыгнуть и бежать, но страх сковывал его, и он не знал, что делать. Существа начали подниматься на деревья, их движения были быстрыми и уверенными, словно они знали, что он не сможет убежать. Он почувствовал, как паника охватывает его, и, не дождавшись, пока они доберутся до него, он прыгнул вниз, приземляясь на землю с глухим ударом. Скорость и адреналин толкали его вперёд, он бежал, не оглядываясь, чувствуя, как страх и ужас сжимаются вокруг него, как тёмные руки леса. Он знал, что если не найдёт укрытие, то эти существа не оставят от него и следа, и что ночь полна жутких тайн, которые готовы поглотить его целиком. Он бежал, спотыкаясь, срываясь с корней, вгрызаясь ногами в сырую землю, но лес будто сжимался вокруг него. Ветки хлестали по лицу, как плети, воздух становился всё гуще, тяжелее, будто сам лес не хотел его отпускать. Сердце колотилось в груди, как барабан перед казнью, а дыхание вырывалось из горла с хрипами, похожими на предсмертные стоны. Но далеко убежать он не смог. Когда он выскочил на небольшую поляну, его ноги предательски подкосились. Он упал на колени, в грязь, и поднял взгляд — и замер. Они уже были там. Из тьмы, из-за деревьев, из-под земли, из самого воздуха — они окружили его. Десятки. Может, сотни. Вендиго. Их тела были искривлены, как будто их ломали и собирали заново, но неправильно. Кости торчали под кожей, суставы сгибались в обратную сторону, а лица… лица были искажены, будто кто-то пытался слепить человеческое лицо из глины, но делал это с ненавистью. Они не издавали обычных звуков. Не рычали. Не кричали. Они… говорили. Но не на языке, который он знал. Их речь была как лай, как скрежет металла по стеклу, как шёпот, произнесённый сквозь гниющие зубы. Слова были искажены, словно язык сам был проклят. Они звучали, как: — Хррр'шак... вэлг'на... кииииирррр... Он не понимал, но чувствовал — каждое слово было наполнено злобой, ненавистью, древней, как сама смерть. Эти звуки проникали в его разум, как иглы, вызывая головную боль и тошноту. Он зажал уши, но это не помогло — слова звучали внутри него, как будто они говорили прямо в его черепе. Они приближались. Медленно. Уверенно. Как хищники, окружившие травоядное. Он был загнан. Один. Безоружен. И они знали это. Один из них подошёл ближе. Его лицо было разорвано, как будто кто-то пытался содрать кожу, но остановился на полпути. Из его рта капала чёрная слизь, и он издал особенно длинное, тянущееся слово: — Шшшшшррррррррррррррррррр Крик существа был не просто звуком — он был как удар молота по черепу. Воздух задрожал, и всё вокруг на мгновение потемнело. Главный герой (ГГ) зажал уши, но это не помогло — крик пронзал его изнутри, как будто сам воздух стал оружием. Он упал на колени, голова гудела, мир плыл перед глазами. И тогда они напали. Сразу. Все. Словно по команде. Вендиго бросились на него, визжа, рыча, издавая свои искажённые, злобные слова. Их когти, длинные, как ножи, с хрустом вонзались… но не в плоть. Они скользили по его коже, как по стали. Один за другим они вцеплялись в него, кусали, рвали, но не могли даже поцарапать. Их когти ломались, зубы крошились, а его тело оставалось невредимым. Даже его костюм — тёмный, обтягивающий, с символом, который он сам не понимал — не получил ни единой царапины. Он был как броня, но не из ткани, а из чего-то гораздо прочнее. Он не знал, что это. Он не знал, почему. Он просто чувствовал, что… не такой, как раньше. — Что… что происходит?.. — прошептал он, в панике глядя на существ, которые продолжали атаковать, не понимая, почему их когти не проникают в его плоть. И тут он случайно ударил одного из них. Просто оттолкнул — рефлекторно, в панике. Его кулак врезался в грудь Вендиго… и прошёл насквозь. С хрустом, с брызгами чёрной, густой крови. Существо застыло, его глаза расширились, а затем оно рухнуло на землю, как мешок костей. ГГ замер. Его рука дрожала. Он смотрел на неё, не веря. Он не хотел убивать. Он даже не думал, что может. Но он только что пробил существо насквозь, как будто оно было сделано из бумаги. — Я… я это сделал?.. — прошептал он, в ужасе от собственной силы. Все Вендиго замерли. Они стояли, окружив его, но больше не нападали. Их головы медленно поворачивались к павшему. Их глаза — пустые, без зрачков — расширились. Они начали отступать. Медленно. Осторожно. Словно впервые почувствовали страх. — Кииииирррр… вэлг’на… — прошептало одно из них, и в этом шёпоте больше не было ярости. Только… ужас. ГГ стоял в центре круга, тяжело дыша. Он чувствовал, как в его теле что-то просыпается. Что-то древнее. Сильное. Он не знал, кто он. Но теперь он знал одно: Он не был обычным человеком. И эти твари это поняли. Тьма леса больше не пугала его. Страх, сковывавший сердце, исчез, как утренний туман под солнцем. На его место пришла ярость. Глубокая, первобытная, кипящая в крови, как лава в жерле вулкана. Он чувствовал, как каждая клетка его тела пульсирует силой. Его зрение обострилось, движения стали резкими, точными, сверхчеловеческими. Он больше не был жертвой. Он был охотником. — Вы… — прорычал он, сжав кулаки так, что костяшки побелели. — Вы думали, что я сломаюсь? Что я умру. Он шагнул вперёд — и исчез. Для обычного глаза он стал размытым пятном, вспышкой движения. Один из Вендиго даже не успел повернуться, как его тело разлетелось на две половины, разрубленное ударом кулака, словно топором. Кровь брызнула в воздух, чёрная и густая, как нефть. — НЕТ! — закричал он, его голос был как раскат грома. — НИКТО ИЗ ВАС НЕ ДОЖИВЁТ ДО РАССВЕТА! Он врезался в следующего, ударом ноги отбросив его в дерево. Хребет существа хрустнул, как сухая ветка. Он схватил другого за горло, поднял в воздух и сжал. Череп Вендиго лопнул, как перезрелый плод, мозг и кости брызнули на землю. Один из них попытался сбежать. Ошибка. ГГ метнулся вперёд, оставляя за собой лишь вихрь пыли. Он настиг его за долю секунды, схватил за ногу и с размаху швырнул об землю. Тело существа вонзилось в землю, оставив в ней воронку. Он прыгнул сверху и с грохотом приземлился на его голову. Череп разлетелся, как фарфор под молотом. Кровь залила его сапоги. Он не останавливался. Он крушил их, как муравьёв. Его удары были быстрыми, как молнии, и сильными, как удары метеоров. Он разрывал их пополам, ломал кости, вырывал сердца. Один из Вендиго попытался вцепиться ему в спину — он схватил его за руку, вывернул сустав, и, не отпуская, ударил его об землю, снова и снова, пока от тела не осталась лишь кровавая масса. — Вы хотели крови? — закричал он, стоя посреди поляны, усеянной трупами. Его глаза горели. — ТАК ПОЛУЧИТЕ ЕЁ! Я — НЕ ЧЕЛОВЕК! Я — КОШМАР, КОТОРЫЙ ПРИШЁЛ ЗА ВАМИ! Последние Вендиго дрожали. Они отступали, но он не дал им шанса. Он метнулся вперёд, как снаряд, и врезался в них с яростью урагана. Один за другим они падали, разорванные, раздавленные, уничтоженные. Когда всё закончилось, он стоял один. Вокруг — только трупы, кровь и тишина. Его грудь тяжело вздымалась, кулаки были в крови, но он не чувствовал усталости. Только пульсирующую силу в венах. Он поднял голову к небу, где уже бледнел первый свет рассвета. Кровь стекала с его рук, капала с подбородка, пропитывала одежду. Он шёл, не чувствуя усталости, но с каждым шагом в груди нарастало странное ощущение — не страха, не боли… а осознания. Что-то внутри него менялось. Он чувствовал, как ярость утихает, оставляя после себя пустоту и… вопросы. Впереди, за деревьями, он услышал журчание воды. Река. Он вышел к ней, ступая по мху, залитому кровью. Вода была чистой, прозрачной, как стекло. Он опустился на колени и посмотрел в неё. И замер. Отражение смотрело на него — не его лицо. Не то, к которому он привык. Это было лицо юноши, сильного, с чёткими чертами, с короткими тёмными волосами, с глазами, в которых пылала сила. Лицо, покрытое кровью, но не сломленное. Лицо… знакомое. — Это… — прошептал он, медленно касаясь воды. — Это не я… Он вгляделся глубже. Внутри себя. Вспышки воспоминаний, чужих, но таких ярких, пронеслись перед глазами: полёты над городом, удары, от которых рушились горы, голос отца, говорящий: «Ты не можешь спасти всех, Марк, нужно выбирать…» — Нет… — он отшатнулся, сердце забилось чаще. — Это… это не может быть… Но всё сходилось. Сила. Скорость. Неуязвимость. И… имя. Он знал это имя. — Марк… — прошептал он. — Марк Грейсон… Он сжал кулаки, и воздух вокруг него задрожал. Он вспомнил. Он смотрел этот мир по ту сторону экрана. Он знал, кто такой Марк. Он знал, кто такой Омни-Мэн. Он знал, что это за вселенная. — Я… попал в тело Марка Грейсона… — он выдохнул, и в его голосе прозвучал ужас. — Но… это не тот Марк. Это… другая версия. Альтернативная. Более жестокая. Более… тёмная. Он посмотрел на свои руки, всё ещё в крови. Он вспомнил, как убивал Вендиго. Без пощады. Без колебаний. Он не просто защищался. Он наслаждался этим. Он чувствовал силу — и позволил ей взять верх. — Я… стал им… — прошептал он. — Омни Марк…