Запретный плод

Сюй Цинжань был исключительным, единственным в своём роде человеком, который мог совмещать жестокость и обворожительную мягкость, захватывая всё внимание целиком. Когда он шёл по полю боя, оставляя за собой кровавый след, он казался настоящим Богом Смерти, но его мягкие черты лица, чарующий взгляд персиковых глаз выдавали в нём само воплощение нежности и свежести настолько, что можно было потеряться. Шэнь Тинъюй потерялся. Он зашёл так далеко, что больше не мог представить себе жизнь без этого человека. Но когда этот человек творил очередную глупость, то внутри поднималось жгучее, почти убивающее беспокойство, из-за которого хотелось разрушить целый мир, оставив в нём лишь их двоих. И только игривый тон был способен остановить его от безумного уничтожения. — Сегодня я разрешу дразнить меня, сколько ты захочешь, чтобы загладить свою вину. Сказал он когда-то, позволяя обездвижить себя. Тогда Шэнь Тинъюй казалось, что это была разовая акция, но кто бы мог представить, что, вкусив запретный плод, они захотят ещё большего? И самое главное — оба. Алые верёвки туго стягивали запястья за спиной, а на шее блестел красный ошейник, цепь от которого лежала в его руке. Голубые глаза уже давно затянуло пеленой желания, а член болезненно натягивал брюки, но нужно было терпеть. Шэнь Тинъюй обхватил цепь и потянул на себя, и красивый юноша подполз к нему поближе. Сюй Цинжань был связан, но не был сломлен. Его ограниченность в движениях сковывала, но глаза смотрели гордо и непреклонно. — Генерал Шэнь, твоя выдержка всё ещё оставляет желать лучшего, - усмехнулся он, и Шэнь Тинъюй сглотнул. Его обнажённое тело будто сияло в свете ламп напряжённое, будто струна, а алые верёвки ярко выделялись на бледной коже, усиливая визуальное впечатление. Шэнь Тинъюй наклонился к нему и почувствовал любимый запах, любимую бушующую энергию. — Ты сводишь меня с ума. Перед таким невозможно было сдержаться. — Я многое приготовил, генерал Шэнь, - лукаво произнёс парень, потираясь щекой о его колени и стреляя взглядом на кровать, на которой лежали разнообразные предметы. - Внутри меня всё зудит, я был бы рад, если бы ты мне помог. Сейчас такой беспомощный, но имеющий полный контроль над своим человеком-собакой. Шэнь Тинъюй взял с кровати длинный вибратор и осмотрел его. — Ты этого хочешь? — М... - неопределённо произнёс Сюй Цинжань. - Мне было интересно, чем же он так популярен, как все говорят. Попробуем? — Несомненно, - выдохнул Шэнь Тинъюй. Сюй Цинжань уже был хорошо растянут. Смазка стекала по его бёдрам, оставляя влажный след на ковре, а внутри него было так дьявольски пусто и обжигающе, что хотелось уже с этим что-нибудь сделать. И когда вибратор вошёл в него, он выгнулся и выдохнул, падая на колени к своему парню. Сверху послышался шумный вдох, и бурная энергия Е-типа чуть не вырвалась на свободу, но в последний момент остановилась. Вибратор вышел из тела и толчком погрузился обратно. Комната постепенно наполнилась тихими вздохами и стонами. Это было сладко, нежно и очень возбуждающе. Хотелось жёстче, но никто не мог перейти эту грань — так было всегда. Шэнь Тинъюй был тем, кто давал сладкую ласку, будто боясь поранить его своим случайным касанием, и именно он после провокаций Сюй Цинжаня срывался с цепи и высвобождал свою вспыльчивую натуру — Сюй Цинжань любил его любым, поэтому с готовностью принимал каждое его действие, будь оно нежным или грубым. Палец лёгким движением нажал на кнопку, и послышался громкий стон. Дрожь пробежала по позвоночнику, и Сюй Цинжань оперся лбом о его колени, дрожа всем телом. Внутри всё распирало, попадало по чувствительному месту, заставляя звёзды взрываться перед глазами. — Ах... Мх... О, боже... - приходилось кусать губы, чтобы заглушить себя, но Сюй Цинжань с каждой секундой всё больше терял связь с реальностью, и только почувствовал, как ошейник на его шее затянулся, и поднял голову, ловя жаркий поцелуй. Неистовый, чувственный, жаждущий и пожирающий, от которого подогнулись коленки. И только сквозь выступившее слёзы было видно взгляд холодных голубых глаз. Шэнь Тинъюй точно сошёл с ума. Просто смотреть на такого покорного Сюй Цинжаня — уже было губительно для его выдержки. Но когда тот лежал на его коленях, сладко стонал и дрожал, выгибаясь всем телом, сдерживаться было просто невыносимо. Но на то он и самый заботливый парень во вселенной, ведь для него доставить невероятное удовольствие своему возлюбленному было высшей наградой. Рука снова потянулась к кровати и достала ещё пару интересных вещей. — Прошу, не- И мольба снова прервалась красивым стоном, когда эрекционное кольцо плотно обхватила член, а на соски были прицеплены специальные зажимы с серебряной цепочкой. Такой красивый. Невероятный. Слёзы от удовольствия и раздражения текли по щекам Сюй Цинжаня. Он пытался сохранить свою гордость, но наслаждение было таким сильным, что он мог только просить о большем. — Шэнь Тинъюй... Мх.! - всё тело дрожало, каштановые волосы прилипли ко лбу. Соски болели, но эта боль лишь усиливала все ощущения, а вибратор внутри работал всё сильнее и сильнее, и лишь кольцо на члене мешало кончить. Стоны неконтролируемо вырывались изо рта, а член его парня был совсем близко — прямо перед глазами — под тканью выглаженных брюк, но в тот же момент так далеко. И Сюй Цинжань наконец тихо произнёс: — Любимый... Они никогда не были падки на слова нежности. Их отношения — это переплетение совместимых энергий, колкости в адрес друг друга, их личные коды для домов и машин, закреплённый номер в списке контактов, утренние пробежки и вечерние спарринги. Они были самой странной парой в этом мире и были единственными, кого могло возбудить лишь одно ласковое слово, которое для остальных влюблённых являлось лишь обращением. Послышался тихий рык, и вибратор тут же вынули, оставляя за собой лишь дискомфорт и пустоту, а в следующее мгновение Сюй Цинжаня подняли на руки и бросили на кровать. Жгучий поцелуй коснулся губ, тело жаждуще навалилось сверху, а руки горячо двинулись по его коже, лаская каждый сантиметр, задевая цепочку и оттягивая соски. Сюй Цинжань простонал в поцелуй. Хотелось освободиться, обхватить шею руками, но он мог лишь получать всю эту пылающую страсть. Две энергии столкнулись в безумной битве, до предела усиливая возбуждение. Шэнь Тинъюй быстрым движением снял штаны и без колебаний вошёл в любимое тело, ловя губами новый стон. Быстрые, глубокие толчки начались внутри, и Сюй Цинжань, запрокинув голову, хватал ртом воздух, стараясь не отключиться раньше времени. Он смотрел на своего парня, самого грозного генерала батальона Золотое Крыло, о котором ходило много слухов. Он смотрел и видел только его — Шэнь Тинъюя, который, потеряв контроль, вбивался в его тело и низко стонал от переполняющих его чувств. Персиковые глаза изогнулись, и Сюй Цинжань тихо произнёс ему на ухо между стонами: — Развяжи меня. И человек-собака с готовностью повиновался. Руки тут же оплели его шею, притягивая ближе, и два тела слились воедино. Энергия душ гармонично переплелась в страстном огне. Одна наступала — вторая же давала отпор. Одна нежно касалась — а другая тянулась вперёд. — Блять... Какой же ты горячий, - произнёс Шэнь Тинъюй, потерявшись в сногсшибательных ощущениях. — Ты тоже, - усмехнулись рядом и снова захлебнулись стоном. - А теперь... Ах..! Дай мне кончить. Непокорный и властный — таким был Сюй Цинжань. И именно таким Шэнь Тинъюй любил его больше всего. Пальцы сняли кольцо с члена, и горячая ладонь тут же обхватила его, принимаясь двигаться в такт движениям, доводя Сюй Цинжаня до пика. — Ах..! На одном из толчков всё тело резко выгнулось. Сюй Цинжань распахнул влажные персиковые глаза. Что-то внутри оборвалось, его будто протащило и переломало, а затем собрало воедино, перекидывая через пропасть в пучины высшего наслаждения. Он крупно дрожал, на периферии сознания чувствуя глубокие толчки внутри, а затем услышал низкий чарующий стон — и всё остановилось. Только что-то горячее разлилось внутри, после чего сознание медленно померкло. Рядом капала вода. Его тело ощущалось эфемерным, почти невесомым. Сюй Цинжань открыл глаза. Это была ванная. От воды поднимался лёгкий пар, успокаивая каждую клеточку его тела, и он кожей чувствовал спокойное дыхание позади себя. Его голова покоилась на плече виновника всего произошедшего, который, видимо, решил скрыть все улики и хорошенько отмыть его. Сюй Цинжань удобнее устроился в его объятиях и выдохнул. — Всё-таки мой парень — просто нечто. Только он был способен удовлетворить его вплоть до потери сознания. Иначе он бы побил его несколько сотен раз. Его макушки коснулись губами, и рука крепче прижала его к себе. — Проснулся? Персиковые глаза прищурились и с осуждением посмотрели на спокойное чертовски красивое лицо. — Это вина одного генерала, что я так быстро уснул, - хмыкнул Сюй Цинжань. - Завтра нужно снова в штаб. Не думал, что эта ночь закончится так быстро. Яркие голубые глаза изогнулись в улыбке, и Шэнь Тинъюй довольно произнёс: — Почему закончилась? Она только началась. Сюй Цинжань приподнял бровь и посмотрел на человека-собаку, который сейчас почему-то был очень горд собой, и тот не забыл похвастаться: — Я позвонил в штаб Серебряного Дракона и сказал, что ты берёшь отпуск. "Так вот, что он задумал", - хмыкнул про себя Сюй Цинжань. — И раз ты проснулся, то мы можем продолжить, пока ты снова не уснёшь. — Вот же, - вызывающе усмехнулся Сюй Цинжань и притянул своего парня за подбородок, даря ему кусачий поцелуй. На самом деле, он был совсем не против внепланового отпуска.